Седмица прошла с праздника Ивана Купалы, а Светолики будто и след простыл. Княжество Ладимирово всё ходуном ходило в поисках пропавшей княжны, да всё бестолку.
Уж князь Горан куда только своих воинов не посылал, да всё одно — ворочались они несолоно хлебавши.
С каждым днём Деяне становилось всё хуже и хуже. Странные сны еженочно властвовали над её спящим разумом. Ожидание скорого возмездия выпивало из неё все силы, страша своей неотвратимостью, да беспокойные мысли о сестре нет-нет, но всё же скользили в измученной напрасными думами и жуткими снами голове.
— Сходи на поклон к батюшке, — вновь завела свою песнь бабава. — Повинись перед родителем, уж может вместе и докумекаете, куда Светолика испарилась.
— Не пойду! — неизменно строго ответила Деяна, косясь на старую ведунью. — Коль желаешь, сама иди да всё рассказывай.
— Не моя то тайна да вина, не мне о ней и судачить… — устало покачала головой мудрая женщина, выходя прочь из дома.
Шибко страшно было Деяне рассказать отцу всю правду. Поделиться с ним своей давней обидой да заскорузлой завистью. Боялась она не его наказания за злой поступок, а дюже страшилась увидеть гнетущее разочарование в родительских глазах.
— Хватит! — устало выдохнула молодая ведунья, выныривая из пучины тревожных дум. — Сколько можно себя живьём поедать⁈
Подойдя к ушату с холодной водой, девушка хотела было умыться, да отражение на неё смотрящее заставило её в испуге отпрянуть прочь.
Бледное лицо Деяны с пустыми глазницами и ощеренным в немом крике ртом ещё больше растревожило неспокойное сердце молодки и погнало её прочь из родного дома.
— Деянка! — неожиданно звонко прокричали ей из-за ограды, едва захлопнула она ветхую дверь старой избы.
На пыльной дороге стояла улыбающаяся Нежка с корзиной, до верху наполненной яркими ягодами лесной малины.
— Отчего из дома носа не кажешь? — окинула она внимательным взглядом бледную подругу.
— Не здоровиться мне, — тихо пробормотала Деяна, подходя ближе к рыжеволосой девушке.
— Слыхала последнюю весть? — хитро блеснули зелёные глаза Нежки.
— Какую? — нахмурилась молодая ведунья, не ожидая услышать ничего доброго.
— Князь наш в поход сызнова собирается, — цокнула недовольно языком подруга, — на Веленское княжество путь держит…
— Дык пару лет уж как мир с ними заключили⁈ — прошептала растревоженная вестью девица.
— Донесли батюшке твоему, будто Светолику в их землях видали… — рассеянно пожала плечами Нежка. — Да и где ещё таких сильных колдунов сыщешь, что целую княженку испарить в два счёта горазды⁈ Только веленцы на такое и способны. Говаривают, будто у их князя сам болотник на побегушках… — заговорщицким голосом прошептала она.
— Глупости это всё, — отмахнулась от её слов взволнованная Деяна.
— Верь не верь, а в поход твой батька всё ж снарядился… — кинула напоследок подруга и отправилась восвояси, ладно покачивая крутыми бёдрами.
— Нет её там… — едва слышно прошептала ведунья, смотря вслед рыжеволосой девице.
Отчего-то стойкая уверенность в этом родилась в голове девушки, заставив ту резво сорваться с места и побежать к княжьему терему.
За деревянным частоколом княжеского сруба за десять лет ничего не изменилось. С горечью переступила Деяна порог отцовского дома, который зареклась никогда больше не посещать.
«Власта нынче не погонит тебя прочь!» — мысленно успокаивала себя девушка, но недовольные мурашки всё же шныряли по бледной коже.
— Лихо тебя побери! — выругалась Деяна, когда погружённая в свои мысли, не заметила преграду на пути и со всей дури втемяшилась в чьё-то крепкое тело. Твёрдая каменная грудь отцовского дружинника преградила ей дорогу.
— Ты⁈ — гневной кошкой прошипела ведунья, рассмотрев хмурое лицо спасшего её на Купалу воина.
— Чего надобно? — уперев руки в бока, пробасил громила.
— Не твоего ума дело! — поднырнула под его рукой девушка и двинулась вперёд.
Расположение комнат отцовского терема она до сих пор помнила на зубок. Тяжёлая тень надменного дружинника спокойно следовала за ней по пятам.
— Батюшка… — несмело позвала Деяна отца, переступив порог трапезной, где ныне была разложена вся необходимая для похода утварь.
— Деяна? — удивился князь, но светлая радость озарила уставшее лицо мужчины. — Случилось чего? — прошептал он в волосы девушки, крепко её обнимая.
— Правду люди гутарят, что ты в поход собрался?
— Истину глаголят, Деяна, — уныло покачал головой Горан. — Князь Веленский недоброе задумал, Светолику умыкнул. Где это видано, чтоб княжеская дочь на родной земле как в воду канула⁈
— Нет её там… — тихо прошептала Деяна, потупив глаза.
— Отчего так думаешь? — встрял в разговор отца с дочерью светловолосый дружинник.
— Мы можем наедине поговорить⁈ — зло прошипела девушка, подняв хмурый взгляд на отца.
— Ягир! — тихо попросил он, кивнув головой на дверь.
Широкоплечий воин нехотя подчинился княжескому приказу, бросив пристальный взгляд на раскрасневшуюся ведунью.
«Самое время поделиться с отцом всей горькой правдой…» — думала Деяна грустно, но нужные слова так и не слетали с её языка. Будто железные гвозди припечатали их к нёбу.
— Говорю тебе, нет Светолики в Веленском княжестве, — вновь тихо пробормотала старшая княжеская дочь.
— Ты что-то знаешь? — недоверчиво нахмурился князь.
— Просто чувствую и всё! — строго отрезала ведунья.
— А где ж она тогда? — почесав седеющую копну темных волос, уставился на дочь мужчина.
— Не знаю, — уныло пробормотала девушка, — но знаю точно, что не в Веленском княжестве её стоит искать…
— Деяна, — спустя некоторое время начал князь, тщательно подбирая нужные слова, — я понимаю, что ты беспокоишься о Светолике, но мои лучшие воины принесли проверенные вести, с чего бы мне им не доверять⁈
— Да плевать я хотела на твою Светолику! — в гневе от недоверия отца вскричала Деяна, — говорю же: её у веленцев нет! Людей ты туда на убой поведёшь и сам на себя беду накличешь!
— Деяна… — ошеломлённо выдохнул князь Горан, всматриваясь в пышущее гневом лицо старшей дочери.
— Пустое! — отмахнулась от него девица и вылетела прочь из княжеского терема.
Вслед ей внимательно смотрела пара тёмных холодных глаз.