Новое рождение

9 глава

Последние два года моя голова работала в режиме постоянного мозгового штурма. Разобраться в технической документации драконов было невероятно сложно. Мы с Малом, Вороном и Добраном, почти безвылазно проводили около установки. Так же, при помощи моего бессменного покровителя в научном мире Милада Горисвета, который имел обширные связи в местной образовательной системе, я познакомилась со специалистом по энергетическим установкам. Звали его Бажен Драган. Учитель Бажен был очень старенький, но он мог дать фору молодым по точности и скорости математических вычислений. В молодости он работал на одном из источников. Он редко приезжал в Усол, в основном, мы ездили к нему на консультации. Постепенно причудливые и бессмысленные иероглифы формул, начали обретать смысл. Описания работы становились всё понятнее. Наконец нам удалось запустить первую очередь установки.

К тому времени Тихомир уже построил здание, надежно прикрывающее вход в пещеру. Наш источник позволил неограниченно применять разные энергозатратные машины. Тихомир пригласил своих знакомых строителей и с их помощью, всего за полгода завершил все строительные проекты, которые ждали своей очереди много лет. К этому времени в Усоле, жили и работали уже триста семьдесят два взрослых и ребенка. Они попали к нам разными путями. В основном они приходили сами, иногда сирот привозили из других провинций нашей страны добрые люди. Были дети даже из других стран.

На деньги, которые подарил Добран, я купила еще один участок земли к западу от моего. За него пришлась выложить семьдесят шесть тысяч серебром, и только тогда я оценила, насколько дешево я приобрела свой первый участок. Это был пустой не заселённый кусок земли, но Добран меня заверил, что там есть залежи полезных ископаемых.

Во дворец за эти два года я приезжала только за деньгами. Казначей не следил за мной, он и так всё знал. Он подробно выспрашивал меня о положении дел в Усоле, и даже как-то раз пытался попросить глянуть на финансовую отчетность, на что я ответила, что выделяемые деньги являются моей собственностью, и я могу их тратить как вздумается?

Благорода Гая перебралась к нам в Усол и занималась преподаванием. Я переманила почти всех своих бывших преподавателей к себе в Усол. В училище велось преподавание драконьего языка и технических специальностей. Именно оттуда я планировала брать в будущем кадры для работы на источнике.

Мы пригласили мастера и построили фарфоровую мастерскую. Несколько ребят из нашего приюта сразу же захотели там работать. Изделия получались отличного качества и светились насквозь, как молочное стекло. Теперь, я не боялась, продавать открыто изделия нашей мастерской, потому, что зала, что гнева князя можно не опасаться. Ведь он уже столько лет знал о моей деятельности, и даже следил за мной через воеводу, и ни разу не помешал. Постепенно наш фарфор стал известен своей тонкостью, красотой и росписью. Начались заказы из других стран. Это был мой первый проект, который принёс доход.

Был в Усоле и небольшой ткацкий цех, там делали прекрасные мягкие одеяла из шерсти вялов. Стадо в горах уже разрослось, и мы получали довольно много шерсти. Так же в цехе было три ткацких станка, на которых из самой лучшей шерсти, ткали тонкую ткань. Большой прибыли это не приносило, в основном всё шло на нужды жителей Усола.

Мы построили пристань, углубили дно бухты и теперь, сюда могли заходить небольшие суда. Добран ушел на исследование месторождений, найденных им на соседнем участке, прихватив несколько учеников.

К обслуживанию энергетической установки мы привлекали всё больше одарённых ребят, из первых поселенцев Усола. Они уже доказали свою надёжность и им можно было доверить тайну.

По близости, от Усола мы заложили новый посёлок, где предполагалось место жительства выпускников приюта. Я не собиралась разбрасываться образованными людьми. У меня намечалось несколько технологичных проектов и свои кадры ох как нужны. Конечно, я не планировала ни кого держать силой, но создавала такие привлекательные условия, что бы они сами не захотели уходить.

Однажды, когда я после работы над источником, вечером возвращалась по парковой алее домой, я услышала, из подросших кустов, негромкое:

- Эй, Мики!

Оглядевшись, я подошла к тому месту, откуда раздался голос. В кустах, определённо кто-то сидел, но выходить не торопился. Я присела на корточки спросила:

- Ты мне?

- Конечно тебе. Я караулю тебя несколько часов!

- Тогда, может, ты вылезешь из кустов, и мы поговорим?

- Это не самая лучшая твоя мысль,- произнёс шепоток,- наш с тобой разговор, должен остаться между нами.

- Я не могу тебе этого обещать. Всё зависит от того, что ты скажешь,- я была заинтригована. Я видела в кустах темный силуэт ребенка, и была уверена, что это один из воспитанников.

Любопытство взяло верх, и я полезла в кусты. Я услышала тяжелый вздох.

- Поразительно, как ты дожила до своих лет! Ты слишком глупа и доверчива!

От такой наглости я опешила.

- Что ты сказал?- возмутилась я.

- Вот скажи, зачем ты полезла в кусты? Здесь могла быть засада!

- Так! Либо ты немедленно говоришь, что тебе надо либо я ухожу!

- Пойдём,- сказал голос, еще раз вздохнув.

Мы прошли между деревьев до конюшен, обогнули склад и остановились под фонарем. Я узнала ребенка. Это была, девочка тринадцати лет. Она появилась у нас полгода назад измождённым раненым птенцом. Она была так худа и бледна, что мы были уверены, что малышка вскоре умрёт. Но хорошее питание и безопасная жизнь очень быстро вернули ей здоровый вид. Назвала она себя Зубаха. Примечательной чертой Зубахи было то, что она всем представлялась княжеской дочерью.

- Зубаха?- удивилась я,- что случилось?

- Очень доверчива,- попеняла мне Зубаха,- и да, случилось. Только не со мной, а с тобой. За тобой следят.

- Это для меня не новость,- ответила я.

- Доверчива, неосмотрительна, - пробормотала Зубаха, скорее себе, чем мне.

- Вот смотри, за тобой следят вон с того уступа пять человек, раз неделю они меняются. Они приходят и приносят с собой запас продуктов. За уступом есть немного места, у них там стоит брезентовая палатка, во время дождя они делают дополнительный навес. Пять,- сказала с нажимом она,- с тебя глаз не сводят! Скорее всего, это местные спецслужбы, слишком самоуверенные и привыкли окружать себя комфортом. Потом под видом поставщика продуктов раз в месяц сюда приезжает один весельчак, любитель поболтать. Он приезжает только один раз в месяц, хотя поставки продуктов с этой фермы в Усол каждую неделю, и следит не столько за тобой, а за всем, так сказать, ненавязчиво наблюдает ситуацию.

Обо всех этих наблюдателях я давно знала. Ворон и Мал их давно обнаружили и показывали и говорили им только то, что нужно им видеть и слышать.

- Но они были тут давно,- продолжала Зубаха,- до моего появления. А недавно появился один парень. Он взрослый уже. И красивый. Его зовут Млад. Он умеет биться на мечах и очень сильный. Он учитель верховой езды.

- И что?

- А то, что этот Млад, следит за всеми. Он следит за тобой, за твоими телохранителями, за теми кто следит за тобой… Два раза в неделю он подсовывает сверток с отчетом в телегу, с фермы Куриный хутор. Они нам возят молоко. А сам в это время забирает из того же места другой сверток. Сюда, в Усол, очень трудно пробраться и выбраться тоже. Кругом горы, болота, море. Все дороги просматриваются. Если он будет бегать туда сюда с докладами его быстро обнаружат. Остается только вариант жить здесь и отправлять отчеты через фермеров.

- Знаешь, что он писал в этих записках?

- Да!- торжественно произнесла Зубаха, и я поняла, что это час её триумфа,- Я придумала дурацкую историю о любви к животным, подошла к фермеру и уговорила его свозить меня на ферму. По дороге, я вытащила записку из потайного места и прочитала. Это был большой отчет на несколько листов, там подробно описывались все твои занятия. Не волнуйся, в тот день был дождь, и я разорвала печать, как будто она от воды отошла. Я видела, кто пришел за письмом. Он не живет на ферме, а приезжает за молоком из города, как раз к вечерней дойке, когда телега приезжает из Усола. Он положил на тоже место другую записку. Её я тоже прочитала. Там сказано, переходить к активным действиям. Это было вчера. Я пешком пришла сюда, дождалась тебя на алее и вот… Как думаешь, что такое активные действия?

- Зачем ты всё это делаешь? – спросила я. Меня не удивила наблюдательность, практичность, смелость этого ребёнка. На улицах быстро взрослеют. Сиротская жизнь многому учит.- Зачем ты влезаешь в это дело?

- Из-за всего этого,- она обвела руками вокруг.- Я чувствую, что моя жизнь зависит от тебя. Ты очень необычна, и этим привлекаешь. Рядом с тобой моя жизнь будет другой, и я её хочу! Другую жизнь. Я её хочу!

Зубаха не пыталась заверить меня в своей преданности и бескорыстии. Наоборот, во мне она видела оплот своего благополучия, и таким непрямым путём заботилась о себе.

Сразу же я направилась к Малу и Ворону и пересказала им всю эту историю. Мы давно обсуждали возможность создания военного отряда, но мне всё казалось, что ещё успеется. Сейчас стало очевидным, что больше откладывать нельзя. Мне нужны были глаза и уши не только в Усоле, но и в столице. Похоже, меня перестали воспринимать, как шалящего ребёнка, за меня решили взяться «активно». Знать бы, что это значит.

Очень скоро это выяснилось. Как-то вечером ко мне заглянул, тот самый Млад. Божечки мои! Где ж таких делают? Зубаха сказала, что он красив? Эта дурёха ничего не понимает в мужской красоте. Он бесподобен! Глаза, нос, губы, фигура! А его голос, эта эротичная хрипотца! Его лепил сам Бог, по индивидуальному проекту. Млад, что-то лепетал про лошадей для выездки, а я так и сидела с открытым ртом. Потом мы пошли ужинать и как-то незаметно оказались на полигоне. Все ворота в Усол были давно закрыты, на улице стояла непроглядная темень. Легкий туман и вовсе снижал зону видимости до нескольких метров. Тусклый свет редких светильников, едва обозначал аллею, и его не хватало осветить, что-либо еще. Я ловила каждое слово, произнесенное этим произведением искусства. Нет, такие люди не должны ходить по земле, их надо показывать в музеях! Млад, несомненно, осознавал какое впечатление производит на женщин. Скорее всего, у него было своё маленькое персональное кладбище, убивших друг друга женщин, бившихся за право чистить ему ботинки. Он с усмешкой поглядывал, как я с блаженной улыбкой заглядываю ему в рот и как самый настоящий мужчина, решил добить мою психику демонстрацией своей военной доблести. Он предложил мне показать несколько приёмов боя на палках. Я с восторгом согласилась.

Млад относился к той категории мужчин, которые при общении с женщинами, слишком полагаются на собственную неотразимость. Когда он осознал, что что-то пошло не так, он уже получил не менее десятка болезненных тычков и ударов. Из тумана выползли темные фигуры Ворона и Мала. Я продолжала нападать, Млад начал защищаться. Он действительно, был хорош в бою, и мне несколько раз ощутимо прилетело. Он понимал, что отлупить девушку палкой, не вписывается в схему флирта. Но как только он сбавлял свой натиск, я нападала с новой силой.

- Что же ты такой не активный, Млад?- язвила я,- Покажи мене, что ты умеешь!

Наконец я извернулась и ударила его палкой под колени. Млад упал на четвереньки, в это время с двух сторон его подхватили мои телохранители и потащили в подвал на складе. Тяжело дыша, я шла следом.

Млада затащили в подвал и связали руки длинной верёвкой и продели в кольцо, вделанное в потолок, конец верёвки закрепили вокруг опорного столба.

Я села на стул и молча наблюдала за действиями моих верных солдат Ворона и Мала. Все тоже молчали. Млад был растрёпан после боя, из носа текла кровь. Пауза затягивалась.

- Я знаю, что ты шпионишь за мной. Мне нужно знать, кто тебя послал и какое у тебя задание,- начала я,- И я это узнаю. Любым путём.

- Что пытать будешь? Ты хоть раз убивала или пытала? Сможешь выполнить свою угрозу.

- Не убивала и не пытала,- вклинился в наш разговор Ворон,- девушке такие страсти ни к чему. У неё для этого есть друзья.

Он это сказал с таким безумным видом, как маньяк при близости своей вожделенной забавы. Я почему-то поверила.

Опять повисла пауза.

- Я скажу тебе. Не потому, что испугался, я сумею вытерпеть любую боль, а если не смогу терпеть, остановлю сердце. Я пробыл здесь несколько месяцев и понял, что не хочу тебе зла.

- Поэтому ты пришел сегодня, и соблазнить меня?

- Ты красивая,- пожал он плечами,- и могла согласиться. Какой мужчина откажется от хорошенькой девушки, которая, не против?

- Расскажи о себе.

- Меня зовут Лука Итан, но в Хаиле меня звали Блез. Я хочу, что бы ты поверила мне, поэтому расскажу с самого начала. Я жил в маленьком городке на рассветной стороне Хаиля. Когда мне было семь лет, погибли мои родители, и я оказался в доме своего дяди. Эта мерзкая туша оказался извращенцем, он насиловал меня и двух своих сыновей. Его жена, эта тварь, дела вид, что ничего не замечает. Я несколько раз убегал, но меня ловили. Дядя был начальником городской охраны. В четырнадцать лет мне всё же удалось вырваться из этого адского городишки. Я добрался до столицы Хаиля, Абура, и устроился прислугой к одной богатой вдове. Каким-то чудом после всего, я не стал импотентом, и у нас с этой вдовой началась… Связь, скажем. Эта дамочка не особо церемонилась со мной, но научила многому. Когда мне было семнадцать, она познакомила меня с начальником государственной службы безопасности Хаиля и я перешел на службу к нему. К тому времени, я уже утратил любые человеческие чувства, кроме ненависти и презрения. Ко всем, к мужчинам, женщинам… И тут меня посылают к тебе. Ты собираешь всех этих подранков, лечишь их, кормишь, учишь. Относишься к ним не как грязи под ногами, а как к знатным вельможам. Эта сумасшедшая дочка князя, Зубаха… это она меня сдала?

Я молчала. Млад, нет Итан, поправила я себя, уронил голову на грудь. Я видела, что ему трудно говорить. Возможно впервые, с того времени, как умерли родители у него были чувства. Любые кроме ненависти. Смятение, стыд, обида, зависть. И он наслаждался этим. Наслаждался болью от той скорби, которую он испытывал по мальчику Итану, перенёсшего все мучения, стыд и одиночество. Он был рад любым чувствам, потому, что пустота и одиночество иссушили его душу и делали жизнь горькой и ненужной. А сейчас он оживал.

- Помнишь, сюда привезли мальчишку из Хаиля.- продолжал Итан,-Худющий такой, забитый. Я видел, как ты его встретила. Гладила, обнимала. Потом пришла эта цепная собака Благорода и «облизала» его. Он стал свой! И он поверил тебе. Я смотрел на него и тоже поверил тебе…

- Полгода назад,- продолжил Итан,- меня вызвал Харви, начальник службы безопасности Хаиля. Мы были вдвоём в кабинете, но за ширмой был кто-то еще. Он приказал мне проникнуть в Усол, втереться к тебе в доверие, и как максимум стать твоим любовником и оказывать на тебя влияние. Рассказал, где будут явки.

- Он знает твою историю?

- Я об этом не трублю на каждом углу, знаешь ли.

- Что тебя ждет за предательство?

- А ты собираешься написать об этом Харви письмо? Думаю, он будет сильно разочарован во мне.

- Как ты видишь свое будущее?

- Моё будущее?- Итан помолчал,- Я хочу быть Младом и жить здесь. У тебя бестолковые телохранители и сама ты странная. Не от мира сего. Знаешь, что я понял? На тебя открыли охоту. Ты всем нужна. Чем ты их бесишь? Тебя ни когда не оставят в покое.

Вдруг мне пришла в голову безумная идея, которую я тут же озвучила:

- Ты станешь начальником моей охраны?

- Ты доверишься мне?

- У меня есть два пути: один путь, я тебе доверяю и мы сотрудничаем, второй путь, я тебе не верю и убиваю тебя. В первом варианте рискую я, во втором ты. Нам надо прийти к соглашению.

На кон было поставлено много. Не только моя судьба, сейчас решалась будущее всего Усола. Итан думал. Спустя несколько мгновений он произнёс:

- Я не давал присяги князю Хаиля. Я был тайным агентом, красавчиком, вылизывающим аристократок. Мне хорошо платили, но для них я всегда был сгорбившейся прислугой, не достойной уважения. Я дам тебе клятву. Я Лука Итан, беру имя Млад и клянусь быть верным княжне Агнии.

Больше Млад ничего не сказал.

Я подала знак Ворону, он развязал верёвки и освободил нашего пленника. Мы все разошлись по своим комнатам. Я шла и думала, что Мал и Ворон тоже не присягали мне. Станут ли они, в случае непредвиденных обстоятельств, хранить мне верность?