Окутанные метелью

Глава 5 ~ Портер ~

Сидя за столиком в ресторане отеля после заслуженного ужина со стейком и парой крепких напитков, я в который раз ловлю себя на том, что смотрю на входную дверь. Жду. Надеюсь. Мечтаю увидеть Харлоу — хотя бы её фирменную, ослепительную улыбку.

— Ты влюблён по уши, парень, — протягивает Грейсон, заставляя меня оторвать взгляд от дверей.

— Неважно, — бурчу я в стакан и делаю ещё один глоток виски.

— Ты хотя бы написал ей? Узнал, что с ней всё в порядке?

— Конечно, написал, — огрызаюсь автоматически.

Он выгибает бровь. Я вздыхаю.

— Ладно. Нет. Но уже поздно, она, скорее всего, спит.

— А ты собираешься до утра сидеть и мучиться? Гадать, всё ли у неё хорошо? Потому что я гарантирую — если с дочерью Уилсона что-то произойдёт, нам всем будет хана. — Он делает паузу, и до него самого доходит смысл сказанного. — Ладно… вообще-то, ради собственного же спокойствия, может, мне самому сходить проверить её?

— А вот хрен, — бросаю я, и он разражается смехом. — Придурок.

— Ты знаешь, что я из чистого человеколюбия, — продолжает он, всё ещё ухмыляясь. — Будь мужиком, Портер. Скажи ей, что она тебе нравится. Особенно сейчас. Она далеко от дома, пережила сложный день, да ещё и застряла в чужом городе на Рождество.

Чёрт. Ненавижу, когда он прав.

Хотя… он почти всегда прав.

И не боится мне об этом сказать, хотя я его начальник.

— Слушай, вы оба месяцами ходите вокруг да около. Или делай шаг вперёд, или оставь всё как есть. — Он поднимает ладонь, не давая мне вставить слово. — Да, дружба под ударом. Но что, если между вами может быть что-то настоящее? Что-то стоящее риска?

— Я не ты, Грей. Не умею строить штакетник, дом с мансардой и жить семейной идиллией. Обставить детскую.

— Да нет у меня никакой мансарды, придурок. И детская только в проекте. И если захочешь — ты тоже сможешь. Ты просто боишься. Хотя не замечаешь никого, кроме неё — и уже давно. Бога ради, раньше ты…

Он прав. Раньше…

— Я был сосредоточен на работе. Уилсон дал мне шанс стать шеф-пилотом в двадцать девять. Это… много значит. Я не хочу подвести его.

— А встречаться с его дочерью — это, по-твоему, подвести? — Грейсон смотрит на меня так, словно ожидает, что я наконец соображу.

— Он сказал присматривать за ней, — бормочу я. — Буквально сегодня.

— Ага. «Присматривать». Прямо читается как «раздень и сделай счастливой», — протягивает он, шевеля бровями так, что я давлюсь смешком.

— Не думаю, что он имел это в виду.

— А она стоит того?

Мои пальцы сжимаются вокруг стакана.

— Ты, блин, знаешь, что стоит.

— Тогда вот и ответ. — Он хлопает меня по плечу. — Моя работа здесь закончена.

Для этого и нужны друзья.

Грейсон всегда видел то, что я слишком старательно игнорировал.

А я хочу Харлоу. Сильно. Абсурдно. Больше, чем должность, карьера, всё остальное.

Я встаю, достаю телефон, быстро набираю сообщение и бросаю несколько купюр на стол.

Киваю Грейсону, тот лишь улыбается в ответ:

— Ты хорошо учишься, юный кузнечик, — поддевает он.

Я показываю ему средний палец и, покинув ресторан, направляюсь к стойке регистрации.

— Здравствуйте. Чем могу помочь? — спрашивает ночной менеджер, когда я подхожу.

— Доброй ночи. Мне нужно связаться с коллегой. Она зарегистрировалась раньше. Не подскажете, в каком номере она остановилась?

Он подозрительно щурится и стучит по клавиатуре.

— Как её зовут?

— Харлоу Уилсон. Завтра мы возвращаемся вместе в Сиэтл.

— А вы кто?

— Портер Дэниелс, шеф-пилот авиакомпании «Уилсон». И её друг.

Эта формулировка едва не застревает у меня в горле.

Менеджер бесит своими вопросами, а я и так весь на взводе от предстоящей встречи.

Он вздыхает, выдаёт номер, но с колкостью:

— Ну, если она не откроет — сами виноваты. Вы ведь понимаете, который час?

Я уже хотел осадить зарвавшегося менеджера, но меня отвлёк телефон.

Сообщение от Харлоу: «Я не сплю. Мы можем встретиться завтра».

Чёрт! Нет! Завтра — не вариант. Я не собираюсь идти на попятную, когда решился сделать первый шаг. Не говоря уже о том, что не смогу уснуть, пока не удостоверюсь, что с ней всё хорошо.

Сейчас или никогда.

Узнав номер, я захожу в лифт и нажимаю кнопку верхнего этажа.

В душу начинают закрадываться сомнения, стоит мне подойти к нужной двери.

С минуту я не решаюсь постучать, но потом вспоминаю, как она расстроилась, когда я сбежал в кабину самолёта.

Больше я так не сглуплю.

Я стучу в её дверь. Один раз. Второй.

И вот она открывается.

Я теряю дар речи при виде Харлоу: в белоснежном халате, с раскрасневшимися щеками, влажными ресницами, высоко собранными тёмно-каштановыми волосами.

Настоящее искушение. Мечта, воплотившаяся в реальность.

Она моргает, ошеломлённая:

— Портер? Ты получил моё сообщение? Я сказала — завтра. Или… что-то случилось?

— Не совсем. Чёрт… случилось кое-что… другое. Можно войти? Хм… я всё испортил.

— Я… не особо одета для гостей, — она жестом указывает на себя.

— Для меня — идеально, — срывается с моих губ прежде, чем я успеваю подумать.

Я и вправду это сморозил? Притормози, Дэниелс.

Она вскидывает голову:

— Портер… ты точно в порядке?

Я провожу рукой по волосам.

Чёрт, не знаю, как выразить словами всё, чего я хочу на самом деле. Или, точнее, как сдержать себя и не воплотить в реальность всё, о чём я так долго мечтал…

Она отступает, впуская меня внутрь.

Её ванильный запах выбивает почву из-под ног, и я отбрасываю последние сомнения.

Инстинкты берут верх.

Я обнимаю её за талию, прижимаю к себе, большой ладонью обхватываю её щёку.

— Портер? — шепчет она.

Я окончательно теряю голову.

— Я не могу больше сдерживаться. — И накрываю её губы своими.

Ласкаю языком её губы, безмолвно умоляя ответить. Её рот открывается навстречу мне, и всё — я тону. Она отвечает мне так, как я мечтал месяцами.Горячо. Жадно. Без тени сомнений.

Её страсть не уступает моей.

Наконец-то в моих объятиях столь желанная женщина и я познал вкус её губ. Меня охватило пьянящее ощущение свободы и ликования.

Я прижимаю её к стене, позволяя ей почувствовать всё, что она делает со мной.

Но она внезапно отстраняется, сжимая ладонями мои плечи.

— Ты пьян?

— Нет, — выдыхаю тяжело.

— Если бы ты был пьян, а потом пожалел, я бы этого не перенесла.

Мне нужно во что бы то ни стало успокоить её.

Я заглядываю в её глаза и качаю головой:

— Я не пьян. Возможно, веду себя слишком импульсивно, но алкоголь тут ни при чём. За ужином я выпил немного виски. Я полностью отдаю себе отчёт в том, что делаю. И понимаю, где я и с кем.

— Портер…

Я не даю ей договорить:

— Единственное, от чего я хочу потерять голову, — это от тебя.

Я снова приближаюсь к ней. Обхватываю её лицо ладонями и едва касаюсь её губ. Её тёплое дыхание скользит по моим губам, и у меня буквально перехватывает дыхание. Наши дыхания смешиваются.

— Твой запах… твоя близость… то, как мы чувствуем друг друга… — шепчу я, не в силах оторваться.

— О Боже… — тихо выдыхает она.

Я поднимаю её, поддерживая за бёдра, и её ноги инстинктивно обвивают мою талию.

Кладу её на кровать, прижимаясь к ней всем телом. Губами нахожу её шею и оставляю там поцелуй — долгий, жадный, наполненный желанием.

— Всего одна ночь… — выдыхает она, выгибаясь подо мной.

Чёрт, я идиот. Я мог быть с Харлоу ещё несколько месяцев назад. Но вместо этого вёл себя как упрямый, испуганный дурак, который боялся сделать шаг, боялся разочаровать её отца. Я сам оттолкнул женщину, которую хотел всем сердцем. Настоящий страус, прячущий голову в песок.

— Никаких сожалений, — прошептала она мне на ухо.

О нет. Так не пойдёт.

— К чёрту одну ночь, милая. Это только начало. Пробный полёт. Я хочу не мимолётный вечер. Я хочу всё. Хочу идти с тобой до конца. Всю тебя. Мне не следовало отталкивать тебя сегодня. Я пытался показать уважение. Но больше я так не могу. У меня нет такой силы воли. Ты мне нужна, как воздух. И я не собираюсь торопиться.

Её глаза блестят.

— Поцелуй меня, Портер, — шепчет она. Эта просьба звучит для меня лучше любого прикосновения.

Её страсть вспыхивает в унисон с моей. В груди поднимается ликование, сердце колотится как безумное.

Не в силах сопротивляться, я склоняюсь и исполняю её просьбу. Целую. Жадно, уверенно, с тем чувством, которое больше невозможно сдерживать.

Я перекатываюсь на бок, чтобы видеть каждую её реакцию, когда мои пальцы скользят под край её халата, отодвигая мягкую ткань и открывая тепло её тела.

Её дыхание становится всё чаще.

Я провожу ладонью по её коже — медленно, будто стараясь запомнить каждое ощущение. Пропускаю между пальцами шелковистые чёрные волосы. Тыльной стороной ладони провожу по шеи, ключице... Забираюсь под банный халат и откидываю мягкую ткань, открывая взору столь желанное тело.

Харлоу судорожно дышит и я как заворожённый любуюсь её реакцией на каждое моё касание или взгляд.

Я накрываю ладонью столь аппетитную грудь и мой член упирается в молнию. Большой палец скользит по напряжённому соску и глаза Харлоу темнеют от желания.

В моих жилах кипит страсть и я не в силах сдерживать порывы. Я обхватываю губами и ритмично посасываю затвердевшую горошинку правой груди, а левую ласкаю ладонью.

Со стоном Харлоу выгибается прижимается ко мне всем телом, и я всё сильней теряю контроль.

Приподнявшись я снова завладеваю её ртом, продолжая перекатывать сосок между указательным и большим пальцами. Со стоном Харлоу зарывается пальцами в моих волосах и притягивает к себе ближе.

— Разденься, Порт. Я хочу чувствовать тебя рядом, полностью, — просит она, прерывая поцелуй, чтобы сделать глубокий вдох.

— С удовольствием, милая. — Я встаю, тяну рубашку через голову одним плавным движением и бросаю её на пол, затем сбрасываю брюки. Её взгляд скользит по мне с головы до ног — внимательный, горячий, почти трепещущий.

— Ты прекрасен, — шепчет она, встречаясь со мной взглядом.

— Мужчины редко бывают «прекрасными», — хрипло отвечаю я, опуская колено между её ног и наклоняясь к ней. Я осторожно стаскиваю халат с её плеч, оставляя Харлоу передо мной — открытой, доверяющей. — Но ты… ты восхитительна. Я столько раз представлял, как ты выглядишь под своей униформой. Но теперь, когда ты здесь… я, наверное, самый счастливый человек в Чикаго.

— Мне нужно чувствовать тебя. Полностью, — бормочет она, почти теряя голос. Она обнимает меня за плечи и притягивает к себе. Кожа к коже. С головы до пят. Мой член прижимается к гладко выбритому лобку. Инстинктивно Харлоу выгибает бёдра и теперь мой член скользит по влажному лону.

— Чёрт, ты такая мокрая.

— Для тебя, Порт. С первой нашей встречи.

С припухших от поцелуя губ срывается стон, когда я ещё тесней прижимаюсь к ней.

— Ты безподобна. Такая манящая. Как же я хочу овладеть тобой. Почувствовать, как твой жар обволакивает мой член.

— Пожалуйста, — умоляет она, прикусывая зубами мою нижнюю губу. — Ты нужен мне.

— Сначала я попробую тебя и буду ласкать языком пока ты не кончишь.

Я прижимаюсь к ней крепко, а потом поцелуями прокладываю дорожку вниз по её телу. Шея, ключицы, грудь, живот... прикусываю чувствительную кожу на лобке, желая пометить её как свою, а потом поцелуями успокаиваю место укуса. Наконец я прижимаюсь губами к мокрым складочкам. От её сладкого вкуса я окончательно теряю контроль.

Язык захватывает в плен её клитор, кружа и лаская затвердевший бугорок. Харлой громко стонет, когда я обхватываю губами клитор посасываю его, продолжая ласкать языком. Длинные пальцы зарываются в моих волосах. Я провожу несколько раз языком между складочек, при этом большим пальцем ласкаю набухший клитор. Затем втягиваю его обратна в рот и закидываю её ноги себе на плечи. Проникаю в неё двумя пальцами не прекращая ласкать губами и языком.

— Боже, Портер, я скоро кончу, — стонет она.

Моё имя на её губах для меня лучшая награда. Я хочу, чтобы она кричала его так громко. Пусть весь отель знает — Харлоу Уилсон моя.

Я прикусываю зубами чувствительный бугорок и она кончает с моим именем на губах.

Теперь я могу умереть счастливым.

Пока её мышцы не расслабляются я продолжаю ласкать её пальцами, губами и языком.

Я нависаю над ней, глядя на её горячие щёки и полуприкрытые глаза.

— Ну как ты, милая? Что скажешь?

— Ты бесподобен, — выдыхает она.

— Потому что давно мечтал именно так довести тебя до оргазма. Отыметь языком.

— А может не только языком?

Я прижимаюсь к ней бёдрами и провожу членом по мокрым складочкам.

— Есть кое-какие идеи, что скажешь?

Харлоу приподнимает бёдра и у меня потихоньку мутнеет рассудок.

— Думаю мы на правильном пути, — отвечает она с дразнящей улыбкой.

Растрёпанные волосы, припухшие губы, порозовевшая кожа... Как же она притягательна.

Я провожу языком по её губам и по подбородку, прежде чем пососать чувствительную кожу под ухом.

С её губ срывается новый стон.

— Портвейн. Ты во мне. Сейчас же!

— С грёбаным удовольствием!

Одним резким толчком я вхожу в неё, её внутренние мышцы обхватывают мой член как перчатка...

— Чёрт, забыл презерватив. — Я собираюсь выйти, но Харлоу обхватывает меня ногами и упирается пятками в задницу и я вхожу в неё до упора.

— Я чиста и принимаю противозачаточные. Я доверяю тебе, Портер. Ты ведь не наградишь меня болезнью, правда?

Я теряюсь в глазах цвета морской волны. Они широко распахнуты, и я вдруг понимаю, что для неё это значит так же много, как и для меня.

— Милая, я бы никогда в жизни не причинил тебе боли. Я чист. Никогда раньше не обходился без защиты.

Харлоу широко улыбается мне. Она притягивает меня к себе для поцелуя и снова прижимается к моей заднице, побуждая двигаться.

Я задаю медленный темп, подводя её к новому оргазму и изо всех сил сдерживаю свой.

— Чёрт, ты слишком тугая. Великолепная. — Я кладу голову ей на плечо, и она покрывает мою шею короткими поцелуями, прежде чем впиться в кожу и сильно пососать, помечая меня так же, как я её недавно.

— Я хочу, чтобы ты наполнил меня, Порт, — шепчет она мне на ухо, когда мы теряем контроль.

Я приподнимаюсь над ней и смотрю на прекрасное лицо, наращивая темп толчков. Когда я выхожу, она прижимается бёдрами ко мне, побуждая двигаться глубже, жёстче, быстрее. Я подчиняюсь. Я прижимаюсь к ней всем телом. Наши тела скользкие от пота.

— Я сейчас кончу. Боже, я сейчас кончу, — стонет она, хватая меня за голову и прижимаясь своим ртом к моему, наши языки сплетаются, её мышцы сжимаются вокруг моего члена, и меня накрывает наслаждение. Резкими толчками сперма покидает мой член. Наши стоны и крики сливаются воедино. Ослепительное наслаждение накрывает с головой и я слегка наваливаюсь на неё. Через несколько минут показавшихся мне вечностью, я прихожу в себя и ложусь рядом, перекатываю её, и она оказывается на мне сверху.

— Чёрт, я идиот, что так долго ждал этого.

Она тихо смеётся и целует меня в плечо.

— Да, но оно того стоило.

И это самая чистая правда, которую я когда-либо слышал.