Отнекромантил? Женись!

«Так вот какая эта Тьма в гневе, – промелькнула у меня мысль. – Смесь обиженной любовницы, женщины в период ПМС и самого кровожадного убийцы, не знающего жалости».

Ветер стих. Рукавом рубашки некромант вытер выступивший на лбу пот.

– Ну нет так нет, – выдал Зорус, как только пришел в себя. – Нормальный человеческий язык так и не освоил? Научись, наконец, управлять собственной сущностью, чтобы Тьма не кидалась на невинных имперцев, как сторожевой пес. Тьфу!

Я почувствовала удовлетворение. Да и глядела на явно уставшего от такого выброса силы некроманта с гордостью.

Мне определенно нравился вот такой его «неправильный» способ общения.

– У себя в лаборатории поплюешь, – скомандовал Ниарон.

– «Зорус, мне нужна помощь», – перекривился целитель. – Да чтобы я в следующий раз повелся на такое!

– Следующего раза не будет, – сказал некромант. И почему-то его обещание прозвучало угрозой.

– Я личный лекарь его императорского величества! А не твой ручной зверек, некромант, – не унимался Зорус. – И вопрос с иномирянкой, считаю, не закрыт. Я поговорю насчет нее с императором.

– Я уже поговорил. Светлая под моей ответственностью.

– То-то ты так хорошо о ней заботишься, что едва не угробил от банальной простуды, еще и умудрился хвост отрастить, – ядовито хмыкнул лекарь. – К тому же разве ты обладаешь какими-то эксклюзивными правами на живой артефакт? Нужно делиться.

– Р-р-р… – опять послышалось утробное рычание от Ниарона, и его Тьма попыталась вырваться наружу. – Проваливай, пока цел.

– Дикарь, – фыркнул Зорус, обласкав некроманта напоследок таким пренебрежительным взглядом, что даже мне не по себе сделалось.

Когда он ушел, в лаборатории, казалось, и места больше стало.

Ниарон потер ладонями лицо, а потом стал суетиться вокруг меня, словно ничего и не случилось.

– Что ж, раз лечение только народными средствами, то приступим, – сказал некромант. – Обойдемся пока без магии, а дальше посмотрим.

– Ниарон, – позвала я, но мужчина упорно прятал взгляд и уходил от разговора. А вот к моему лечению он приступил с таким серьезным видом, будто от этого зависела жизнь целого мира. – Ниарон!

– Да, Светлая? – уступил некромант после долгих попыток его дозваться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Я не хочу никаких покровителей. Я не живой артефакт и не какая-то игрушка, я – человек.

– Не думай об этом, – посоветовал мужчина. – Сейчас главное, чтобы твой организм принял магию и выздоровел.

– Будем решать проблемы по мере их поступления, да? – хмыкнула я. – Но мне бы хотелось хоть каких-то гарантий… Я, знаешь ли, не хочу уснуть здесь, а проснуться с каким-то чужим мужиком.

– Р-р-р! – эта мысль некроманта не вдохновила. – Я сам – твоя гарантия.

Мне вспомнилось, как Ниарон даже защищаться не стал на обиняки целителя. Среагировал, лишь когда тот перешел к действиям. Или его Тьма среагировала?

– Ой ли?

Я не собиралась подначивать некроманта, это выходило само собой, так же естественно, как дышать.

– Света, – приложил меня тяжелым взглядом мужчина. – На лаборатории серьезная защита, я ее обновил. Никто нас не потревожит без моего разрешения, пока ты не выздоровеешь. А потом я переговорю с Генрихом.

– Ладно, – согласилась я.

Ниарон заботился обо мне двое суток, купировал все приступы кашля, сбивал температуру, переодевал и всячески способствовал тому, чтобы я побыстрее пришла в норму.

Ни Орх, ни Сёма нас не тревожили. Но я знала, что с ними все в порядке. Мой кот нигде не пропадет.

Слуги приносили еду для некроманта, несколько раз тот разговаривал с императором через магическое зеркало. Я то выныривала из горячечного бреда, то проваливалась в мир фантазий.

Так серьезно я в последний раз болела лишь в глубоком детстве. Подхватила банальную простуду, меряя лужи под дождем, а закончилось все двусторонним воспалением легких. Помнится, даже деда испугала, а его-то особо ничем взять нельзя было.

Но тогда я не чувствовала и доли такого волнения за себя, как от этого непонятного, нелюдимого мужчины.

На вторые сутки мне стало полегче и наконец захотелось поесть. Некромант обрадовался моему аппетиту и тут же связался со слугами, а те принесли еды. Не на нас двоих, а будто на целый полк воинов.

– Что? – с набитым ртом спросила я Ниарона. Его пристальный взгляд сложно было игнорировать.

– Ничего, Света, – спрятал улыбку, отвернувшись, он.

Я пожала плечами.

– Да, я не из тех девушек, что весь вечер жуют листик салата и притворяются, будто питаются воздухом.

– Это хорошо, что у тебя здоровый аппетит, – заметил Ниарон. – Значит, болезнь отступила.

– Я чувствую себя лучше, спасибо, – кивнула ему. – Но вот что делать с хвостом?

– Пока придется потерпеть, – отвел глаза некромант. – Прижился, зараза, не хочет отмирать. А пробовать на тебе еще какие-то магические зелья или артефакты я сейчас не хочу. Подождем, пока твой организм окончательно перестроится, примет волшбу, а там я исправлю эту проблему.

В принципе, я больше не чувствовала дискомфорта по поводу собственной пятой конечности. Его можно было спрятать под платье, чтобы никто не заметил.

– Ладно.

Мой ответ заставил мужчину прищуриться.

– Ты точно себя хорошо чувствуешь? – поинтересовался он.

– А что такое?

– Слишком покладистой стала, – сказал Ниарон. – С чего бы?

– Может, просто не хочу быть переходящим знаменем в этом мире, – пожала плечами я.

Некромант поджал губы.

– Я уже сказал, ты под моей защитой. Никто не посмеет пойти против верховного мага империи, – заверил меня мужчина.

– А император? – выгнула брови я. И судя по реакции мага, этот момент и его беспокоил.

– Генрих – мой друг, он прислушивается к моему мнению, – сказал некромант, но в его голосе я не расслышала железобетонной уверенности, что была еще недавно.

– Очень бы хотелось в это верить, – закусила нижнюю губу я, чем неожиданно приковала к своему рту внимание мужчины.

– А ты верь мне, Светлая, – вдруг попросил охрипшим голосом Ниарон и потянулся ко мне за поцелуем.

Во мне тут же вспыхнуло пламя ответного желания, стало жарко, и теперь далеко не из-за простуды.

– Постой, – прошептала я, когда между нами остались считаные сантиметры.

– Света?

– Нам нельзя, я же болею, – выдала я. – Не хочу, чтобы ты…

– Поздно, – перебил меня некромант. – Я уже болен.

С этими словами Ниарон подарил мне поцелуй. В этот раз он был полон нежности, хоть и страсть никуда не делась.

– М-м-м… – простонала я. – Заразила все же?

– Заразила, – прислонился лбом к моему лбу маг.

– И что теперь делать? – спросила в полном недоумении, мысли разбегались, а от прикосновений Ниарона по телу шла приятная дрожь.

– Стань моим лекарством, Света.

Дальше нам было не до разговоров. Лечились всю ночь. Стоит ли говорить, что поутру я оказалась полностью здорова? Даже банального чиха не осталось.

Где магия оказалась бессильна, помог некромант.

«А я говорила, что жезл у мужика волш…» – начала было ехидна.

«Тш-ш!» – вовремя остановила я такие мысли.

– Завтрак? – сиял улыбкой Ниарон, поправляя одежду.

У него в лаборатории все имелось – и купальня, и нормальная кровать. Запасливое чудовище мне попалось.

Даже мне раздобыл платье.

– Хм-м… Не откажусь от вафель и кофе, – ответила такой же довольной улыбкой я. – В этом мире, надеюсь, существует кофе? Иначе я здесь точно не останусь.

– Ха! Да я… – договорить Ниарон не успел. Дверь лаборатории содрогнулась от настойчивого стука.

– Открывай давай! – потребовал Генрих.

Мы с некромантом переглянулись. Похоже, именно сейчас маг и проверит, какой друг для него император.

– Все будет хорошо, – пообещал мне Ниарон.

– Хватит отсиживаться в лаборатории! – гремел голос правителя. – Не откроешь добровольно, Рон, я прикажу разнести дверь в щепки.

Мужчина пошел открывать, а я тяжело вздохнула. Время нашего спокойствия закончилось. Очень жаль, что моя болезнь не продлилась подольше…

И как бы уверенно ни держал себя некромант, а меня настойчиво грызло неприятное предчувствие.

«Сверкай пятками, Светка, – посоветовала ехидна. – Или будешь иметь бледный вид и конскую улыбку».

Ничего хорошего от визита Генриха я не ждала и…

…оказалась права.

– Ей уже лучше? – сразу же спросил император у некроманта, едва переступил порог.

– Да, Светлая полностью здорова и…

«И готова к употреблению», – отозвалась у меня в голове ехидна. Судя по красноречивым взглядам, которые кидал в мою сторону правитель, именно к этому и стоило готовиться.

– Хорошо, – кивнул Генрих, а потом пригвоздил мага недовольным прищуром. – Думал, я не узнаю?

– Почему же? Я прекрасно понимал, что Зорус обо всем доложит, – скрестил руки на груди Ниарон. – И не снимаю с себя вины, что лично не уведомил о новых обстоятельствах.

– Надо же, – хмыкнул император. – Не снимает он. А последствий не боишься, значит?

– Готов понести любое наказание, которое посчитает нужным назначить ваше императорское величество, – склонил голову некромант.

Генрих взял паузу, и все это время сверлил друга хмурым взглядом, а я дышать толком не могла, не зная, какого решения ожидать.

– О чем ты только думал, Рон? – наконец спросил император.

Маг расправил плечи, а я шумно выдохнула, поняв, что буря миновала.

– Да мне и некогда было, Светлая горела, хворь долго не хотела отступать, – сказал Ниарон. – Какие уж тут рассуждения, действовать надо было.

– Тем более обратился бы за помощью. Или не друг я тебе больше?

– Чтобы ей кто-то навредил? – поджал губы некромант. – Нет уж, Светлая под моей ответственностью. Значит, только я и могу…

– Вредить? – хмыкнул император, и я не сдержала смешок. Именно так ведь и получалось.

– Исправлять собственные ошибки, – внес ясность Ниарон. – Я только удивлен, почему Зорус сразу не доложил тебе, а прождал двое суток.

– Он только вернулся со срочного вызова. К северу от столицы вспышка зеленухи, – поморщился император.

– Опять гоблины опыты проводили и отходы зелий в реку слили? – склонил голову набок некромант.

– А ты, я смотрю, хорошо подготовился держать осаду? – прищурился Генрих, проигнорировав вопрос. Он махнул рукой, и воздух подернулся рябью, а потом стала заметна переливающаяся сеть по периметру комнаты. – Защиты навесил… У меня сокровищница меньше пестрит заклинаниями, чем твоя лаборатория.

– Считаешь, перегнул палку?

– Шутить изволишь? Да я тебя просто не узнаю, Рон, – хмыкнул император. – Интересные перемены.

На этих словах он зыркнул на меня, вполне себе красноречиво указывая на их источник.

А я что? Ничего, краснеть не собиралась. Если даже гуся можно научить приносить тапки – видела я такое на ютубе, – то одно симпатичное чудовище наверняка способно на трюки посложнее.

– Все течет, все изменяется, – пробормотала, разводя руками.

– Только, Рон, как бы мне ни хотелось, но я вынужден признать правоту Зоруса, – посуровел император. – У тебя нет никаких прав на иномирянку.

– Что значит «нет прав»? – возмутилась я. – А…

– А это не считается, – щелкнул меня по носу таким ответом Генрих.

И к лицу тут же жар прилил, ведь император ясно дал понять, что наши… взаимоотношения с некромантом – никакая не тайна.

– Кхе-кхе, – стушевалась я.

– Пойдем, Светлая, – поманил меня Генрих. – Лично покажу отведенные тебе покои.

– Нет.

– Что? – выгнул бровь император на такой мой ответ.

– Для меня слишком большая честь принять такое внимание правителя, – тут же поспешила исправиться я. – Да и здесь удобненько, попривыкла я уже. Не готова как-то к перемене места. Зачем, а?

Генрих рассмеялся.

– А она находчивая, – сказал он некроманту словно по большому секрету. – Мне нравится.

Ой-ой! Этого добра, пожалуй, и не надо!

– Гр-р! – послышалось от Ниарона.

– Что это? – удивился Генрих. – Ты рычишь?

– Кашляю, – нехотя выдавил из себя некромант. – Кхе! Заразился вот.

– Теперь моя очередь отдать долг и вылечить Ниарона. – Я тут же охотно вызвалась на роль сестры милосердия. – Вы идите, ваше величество, не стоит рисковать здоровьем.

Генрих лишь головой покачал.

– Пойдем, Светлая. Здесь ты не останешься.

– Но… – Я посмотрела на некроманта, а тот опять молчал, словно воды в рот набрал.

– Я не хочу применять силу, использовать власть, не заставляй меня… – предупредил император.

– Но погодите! У меня же должен быть выбор, – нахмурилась в ответ. – Я же свободная женщина и… У меня есть права, в конце-то концов!

– К сожалению, нет, – поджал губы Генрих.

– Не свободная? – ахнула я.

– У иномирцев в империи нет никаких прав, – объяснил некромант. – Пока не устроятся, не найдут свое место, не докажут, что полезны…

– С последним я уже справилась.

– В том-то и дело, что лучше бы нет, – помрачнел Ниарон. – Теперь твое появление не удастся скрыть. Иномирянка с уникальным даром – как пожар в степи. Дым понесется по всей округе.

– Иногда лучше быть заурядностью, нежели уникумом, да? – хмыкнула я, прекрасно понимая, о чем он.

– Скоро весть о живом артефакте облетит всю империю. Мне не нужны проблемы, – сказал Генрих.

– Нет девы – нет проблемы? – подсказала я, вспомнив теорию Орха.

– Не столь радикально, – усмехнулся Генрих. – Просто стоит подобрать тебе достойную партию.

– А-а-а?.. – Я кивнула на Ниарона, тот подсобрался и…

– Вас с Роном ничего не связывает, – сказал император. – Он хоть и мой друг, но я не имею права выделять верховного мага из числа прочих претендентов на тебя.

– Да каких претендентов?! – всплеснула руками я, не став сдерживать негодование. – Что-то не вижу очереди.

– Погоди, дева, еще будет, – заверил Генрих.

– Ниарон!

Я зыркнула на некроманта, молчаливо умоляя его что-то сделать. Нам ведь было хорошо вместе. Так хорошо, как ни с кем другим! По крайней мере, у меня такое впервые в жизни случилось…

И ведь Ниарон обещал, что решит эту проблему, что защитит, что…

– Иди, Света, – решительно сказал некромант. – Так действительно будет лучше.

ГЛАВА 14

В коридоре стояла мертвая тишина, будто все разом вымерли. Только звук наших с императором шагов отдавался гулким эхом у меня в голове. Словно кто в колокол долбил.

Я переставляла потяжелевшие отчего-то ноги, не особо переживая, куда и зачем ведет меня Генрих. Все никак в себя прийти не могла.

Со мной наедине Ниарон был одним: сильным, решительным, смелым. А как только предстояло за меня побороться, выступить против устоев, догм и дурацких правил империи, так сразу слился. Куда девался тот мужчина, что успел покорить мое сердце?

Какова цена его обещаниям, если на деле они просто банальный пшик?

И это поведение некроманта вызывало во мне глухую тоску со жгучей обидой. С такими чувствами еще можно было как-то жить, но вот с разочарованием, которое жар-цветком опаляло меня изнутри, вообще становилось невыносимо.

– Разве это справедливо, что у иномирян нет прав в вашей империи? – зыркнула из-под бровей на Генриха я. – Где другие переселенцы? Может, найдутся с Земли? Мне хотелось бы с ними пообщаться.

– Есть беженцы из других миров, но они редкие гости у нас, – подтвердил мужчина. – Подобных себе ты здесь точно не сыщешь, все переселенцы в основном отверженные драконы из мира хаоса. Хочешь познакомиться?

– Не горю желанием, – пробормотала я.

– Так и думал.

– И все равно это несправедливо, ваше величество, – стояла на своем я. – Получается, здесь я никто и звать меня никак? Но ведь у меня есть жизнь, желания, свобода выбора, душа, наконец… Я же не рабыня!

– Не рабыня, – подтвердил он, почему-то потемнев лицом. – Законы древние, я работаю над ними, но быстрые результаты невозможны. К тому же раньше потока иномирцев не было.

«Знаем мы, как работают власть имущие», – буркнула ехидна.

Я же ничего отвечать не стала. Мы прошли несколько коридоров, поднялись по главной лестнице, опять миновали коридоры и оранжерею, пока не попали в другое крыло особняка.

– Это твои покои, – сказал Генрих, галантно открыв мне дверь и пропустив вперед. – Располагайся, Светлая. Надеюсь, тебе будет удобно.

Можно подумать, мой комфорт в этом мире вообще хоть кого-то по-настоящему интересовал.

– Богато, – заметила я, осматривая роскошную обстановку, достойную настоящих принцесс. – Не пожабились.

– Что? – выгнул брови император.

– Благодарю за заботу, ваше величество, – кивнула я и изобразила кривой книксен. – Я польщена вашим вниманием.

– Ерунда, – отмахнулся мужчина.

– Только хотелось бы знать, чем мне это грозит.

– Что именно? – заинтересовался Генрих.

– Внимание правителя, – поджала губы я, на что император среагировал загадочной улыбкой.

– Люблю умных женщин. Раньше не ценил, но именно в таких самая прелесть.

Я попятилась в сторону купальни. Если что, забаррикадируюсь. Вдруг приставать начнет? Попаданки в книгах обольщают каждого встречного-поперечного с одного только взгляда. А мне таких радостей и даром не нать, и за деньги не нать, но уж если случится…

«Шваброй его, шваброй по хребтине!» – раздухарилась ехидна.

«Да где я здесь швабру-то найду?» – мысленно возмутилась я, шаря взглядом вокруг.

«Ну тогда кочергу хватай. Видала? Там стоит – одна-одинешенька, явно скучает», – продолжала подначивать меня ехидна.

«Не хотела закрепиться в новом мире как живой артефакт, поэтому сразу угодила на плаху, – занудно протянул голос разума. – Сомневаюсь, что нападение на императора не подпортит тебе карму, не подмочит репутацию и не избавит от жизни».

«Тогда ноги в руки и сбежим! Милости будем у богини искать, обещала же она организовать возвращение? – стала прикидывать варианты более радужного будущего ехидна. – В гостях хорошо, как говорится, а…»

«…а с императорами так нельзя, – закончил за нее рассудительный внутренний голос. – Только подобострастно, разбивая лоб в поклонах и…»

«Никогда не лицемерила и не буду! – взвилась ехидна. – На что ты Светку подбиваешь?!»

«Выжить. В любых обстоятельствах».

– Прошу меня простить, но вы не в моем вкусе, ваше величество, – пискнула я, не сводя настороженного взгляда с Генриха.

«Ой, дура…» – взвыл разум и хлопнулся в обморок, отключился.

Император хмыкнул.

– Нет, конечно, живой артефакт в личной коллекции никогда лишним не станет, – подтвердил мои страхи он. – Я забрал бы тебя в гарем, наложницей, а может, даже фавориткой, но…

– Но? – Никогда еще я не цеплялась за это слово с такой надеждой.

– У меня больше нет гарема, – развел руками Генрих.

– Какая жалость! – насквозь фальшиво посочувствовала я.

– К тому же мне с лихвой хватает одной фаворитки, которая всячески пытается примерить роль императрицы.

– Свято место пусто не бывает… – пискнула я.

– Так что не до соблазнений мне, дева. Выдыхай.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Фу-у-ух! – не постеснялась я выполнить с куда большим энтузиазмом, чем требовала того ситуация.

Император прищурился.

– Могла бы изобразить, что расстроилась, – сказал он. – Хотя бы для приличия.

– А я неприличная в этом плане, не умею врать, – пожала плечами в ответ.

– Даже не знаю, радоваться этому факту или огорчаться, – хмыкнул Генрих. – Ниарону придется нелегко.

– Это точно, легкие дороги теперь для него закрыты, – поджала губы я. – Хватит быть яблочком и подавать себя на тарелочке с голубой каемочкой. Отказался так отказался. Уговаривать не буду.

Разговор с правителем меня не напрягал. Особенно подкупало, что Генрих не делал между нами разницы и общался со мной на равных.

– Не отпусти он тебя – и это повлекло бы за собой серьезные последствия, – подметил император. – Недовольство среди кланов придушить бы не удалось, а это… война, как ты понимаешь.

– Война?! – округлила глаза я. – За какую-то чужачку?

– Не просто чужачку, а неиссякаемый источник магии, – объяснил Генрих. – К тому же вдруг твой дар передается по наследству? Поверь мне, твой спутник обязательно поспешит закрепиться именно таким образом.

– Э-э-э…

«А вот Ниарон от детей бежит как черт от ладана», – некстати подумалось мне.

– Слухи быстро расползутся по империи, поэтому мы будем действовать на опережение.

– И как же? – опасливо спросила я.

– Устроим отбор женихов.

– Интересно девки пляшут! – послышалось возмущенное от окна. – Стоило всего на чуть-чуть без присмотра оставить, как по рукам пошла.

Тяжелые гардины зашевелились с одной стороны, и из-за них важно выплыл мой кот-осьминог.

– Семён! – охнула я.

– Что, свет моих очей? Глаз да глаз за тобой нужен, да? – съехидничал он. – Так и знал, что без меня дел наворотишь.

– Прямо уж, – фыркнула я, сконфуженно поглядывая на императора. – Скажешь тоже.

– А и скажу. Прямо или криво, а результат налицо, так сказать, – потряс щупальцами Сёма. – Я, как честный, благовоспитанный и архиответственный фамильяр, просто не могу оставить вопиющий факт твоего морального падения без внимания.

– Морального падения?! – раскрыла рот я.

– Не устаю удивляться твоей оригинальности, – заметил император, глядя на меня. – Богиня и правда подкинула империи уникальный подарочек. И фамильяр ему под стать.

– Благодарю? – растерялась я, не зная, как реагировать: то ли как комплимент воспринимать, то ли как претензию.

Сёма же раздулся от важности, глаза выпучил и приобрел нежно-голубой оттенок.

– Во мне за версту можно распознать аристократическую кровь, – выдал он.

Я хмыкнула. За версту там несло кое-чем другим, но далеко не аристократичностью.

– Ваше величество, – подался вперед Сёма, – а какие условия?

– Условия чего? – склонил голову набок Генрих.

Казалось, он искренне наслаждался этим непринужденным общением и совершенно никуда не спешил.

Сейчас очень легко было забыть, что перед тобой правитель, а не обыкновенный мужчина.

– Участия моей ведьмы в главной роли иномирской программы «Холостяк», конечно же, – снизошел до объяснений кот.

Я даже язык проглотила от этой наглости.

– Хм-м… – протянул Генрих.

– Что мы со Светой получим за этот отбор? Какой процент вознаграждения? – наседал фамильяр. – Вы же понимаете, ваше величество, не каждый день у вас здесь появляется живой артефакт.

– Впервые, – добавил Генрих.

– Вот именно! Небывалая редкость, – возликовал Сёма. – Так разве нам за эту уникальность ничего не полагается?

Особенно мне понравилось его высокопарное «нам».

«Мы пахали, ага», – поддакнула ехидна словами из бородатого анекдота.

– Жизнь в империи и достойная партия считается? – уточнил Генрих.

– Это несерьезно, ваше величество, – прогудел Сёма. – Это мы и так получим, а вот что насчет личного капитала, недвижимости и веса в обществе? Титул там какой… Вам, случайно, потерянная и чудом найденная племянница не нужна?

– Семён! – вконец обалдела от этого дельца я.

– Молчи, женщина, – зыркнул питомец на меня, – пока мужчины серьезные дела решают. Ваше величество?

– У меня нет братьев и сестер.

– Так я же говорю, давно утерянная дочь загадочного и уже погибшего родственника.

– Думаешь, мой отец мог наследить и в вашем мире? – откровенно веселился Генрих.

– Ой, да кто же уследит за этими правителями! – закатил глаза фамильяр.

Император громогласно расхохотался.

– Да он у тебя тот еще жук, – кивнув на Сёму, сказал мне мужчина. – С ним не пропадешь.

– Так мы договоримся?

– Договоримся, – кивнул Генрих.

Сёма закрутил щупальца спиральками, и тут в воздухе появились пергамент и самопишущее перо.

– Откуда? – выпучила глаза я, предметы сияли магией и явно подчинялись моему питомцу.

– Я, в отличие от некоторых, скилл прокачивал, а не предавался разврату, – сказал он.

– Я болела!

– Знаем мы эти болезни, ага, – фыркнул Семён, заставив меня покраснеть. А потом спокойненько продолжил разговор с императором, будто и не огрызался только что со мной: – Какие испытания ждут претендентов?

– Есть какие-то особые предпочтения?

Осьминог метнул загадочный взгляд на меня.

– Обсудим, – деловито постановил он. – Сколько этапов отбора предполагается?

– Три? – предположил Генрих. – Пять?

– Будем смотреть по ситуации, понятно, – кивнул Сёма. Перо тем временем сосредоточенно записывало. – Кто будет проходить отбор?

– Только достойнейшие из выразивших желание, конечно же, – пообещал император. – Свет твоих очей не пострадает.

– Поверю вам на слово, ваше величество. Уж если не вам, то кому? Не подведите. Вы просто не представляете, как тяжело пристроить ведьму в хорошие руки, – нарочито тяжело вздохнул фамильяр, на что Генрих хмыкнул.

– Эй! Не надо меня никуда пристраивать, мне собственные руки нравятся! – вякнула я, но никто, конечно же, не обратил должного внимания.

– Молчи, женщина, – слишком уж вошел в роль Сёма. – Еще не поняла, что этим миром правят мужчины?

– Именно, – кивнул император.

И это завело меня от обыкновенного волнения до стадии белого каления всего-то за какое-то мгновение.

«Ага-ага, – намотала на ус ехидна. – А верховная богиня – женщина. Ау! Мать, твою мать, ты порядок вообще собираешься наводить?»

«С богами так нельзя», – опять принялся нудеть разум.

«С богами нельзя, с императорами нельзя, – мысленно возмутилась я. – А со мной, получается, льзя?»

«Даешь эмансипацию! – подначивала меня ехидна. – Что-то они засиделись без революции. Забацаем?»

– Победитель получит руку, сердце и остальной причитающийся комплект Светки, да? – тем временем интересовался Сёма. – Силу там, потомство…

– Живому артефакту лучше быть под защитой супруга, чтобы ее не растащили на…

– Сувениры? – предположил фамильяр.

– …накопители, – закончил Генрих.

А меня прямо в жар кинуло от таких перспектив.

– Понял, жареным запахло, – выдал осьминог. – И главный вопрос: кто будет определять победителя отбора?

– Конечно же, я! – ответили мы в унисон с… императором.

И это послужило последней каплей в сосуде моего терпения. Он лопнул, я взорвалась криком:

– Никто не смеет решать за меня! – И выплеснулась слепящим светом.

А когда зрение вернулось и все вокруг приобрело привычные очертания, я запаниковала.

– Мяу! – выдал мне Сёма в своей мохнатой шкуре.

– Р-р-р, – а рядышком восседала огромная черная хищная кошка. Скорее, кошак, потому как Генриха нигде не наблюдалось. Из чего я сделала соответствующие выводы.

– Хорошие кисы. – Я прямо присела от гневного взгляда зверя. – У тебя же челюсть не повернется обидеть кошатницу до мозга костей, правда? Кис-кис-кис, ваше величество.

– Р-р-р!

– Мяу! – завопил мой кот, перетягивая на себя внимание.

– Родной облик вернул и дар речи потерял, что ли? – нахмурилась я.

– Мяу-у!

– Сёма? – даже что-то испугалась я.

Как ни крути, а уже привыкла к нашим словесным поединкам.

– Не дождешься, Светка, – хмыкнул фамильяр. – Я просто наслаждаюсь своим голосом. И телом. Мяу!

– Хм-м… – После его ответа я уже и не знала, радоваться мне или печалиться, что разговорчивость кота никуда не делась.

Мохнатый тем временем распушил хвост трубой и стал вертеться вокруг своей оси.

– Мяу! Мряу! Мяу-ув! – вопил дурным голосом он. – И лапки при мне, и шкурка чудесная, и хвост, и ушки. Наконец-то все мое великолепие видно народу. Теперь я прекрасен как внутри, так и снаружи.

– От скромности ты не умрешь.

– Я вообще умирать не собираюсь, – заявил кот, – если ты не подсобишь.

– В этом деле я – пас.

– Да? – стал умываться Сёма. Причем делал это с таким упоением, что прямо зависть взяла, дорвался. – А что у нас за нападение на правителя полагается? Казнь через повешение, гильотина, дыба, смерть от голода?

Я тяжело сглотнула.

– Да какое такое нападение? Не было ничего. Просто… вырвалось.

– Ну-ну, – ехидно фыркнул мохнатый. – Я, конечно, не внакладе оказался, но вот его величество…

– …я уверена, все понимает правильно, – завершила за него я. – Правда же, Генрих? Вы же адекватный, умный, трезвомыслящий мужчина, да?

– Р-р-р! – ответил хищник.

– Нет, я, конечно, тоже не права, – тут же включила оправдательный ум я. – Но ведь сейчас мы с магией живем раздельно: она сама по себе, и я, как-то так… А вы меня спровоцировали, ваше величество. Оно и бомбануло…

– Р-р-р!

– И не спорьте, так и было, – поджала губы я. – Кому понравится, что решают за него? Вам бы понравилось, Генрих?

Судя по его насупленной мрачной морде, очень вряд ли.

– Ха-ха! – надрывался Сёма. Я же на него внимания не обращала, продолжала воспитание котов.

Если с мужиками не везло, то, может, хотя бы мохнатых вышколить получится… Хотя, глядя, какой наглый у меня Семён… Эх, ну явно нет во мне училки-лечилки. Деда бы моего сюда! Все ходили бы по струнке!

– Вот и мне не понравилось, все же не кобылу племенную тут случить собираетесь, а свободную женщину… – нравоучительный тон набирал обороты, я вошла в раж, – замуж продать. То есть отдать. Сбагрить, короче. Чтобы проблем стало меньше. А вот не факт, скажу я вам, что все неприятности с моим замужеством сразу и решатся.

– Р-р-р?

– Ну сами посудите, Генрих. – Я стала расхаживать взад-вперед и бурно жестикулировать. А коты внимательно следили за моими передвижениями, поворачивая морды. И я бы даже посмеялась над юмором картины, не будь на кону вопрос жизни и смерти. – Магия неподконтрольная? Именно. Так где гарантии, что какой-то иномирский ушлеп… многоуважаемый господин, мой будущий муж то есть, поможет с этим разобраться?

Император не спешил отвечать, даже не рыкнул ничего. Поэтому я сама сделала нужные выводы.

– Учить меня надо, ваше величество, а не под венец вести. Иначе я не завидую вашей империи, честно-честно.

– Мур-р, а Светка дело говорит, – облизнулся Сёма. – Гарантий благоприятного исхода нет.

– Гр-р-р! – на этот раз прозвучало довольно злобно.

– Нет, я ни в коем случае не угрожаю, – отмахнулась от яростного взгляда хищника. – Но мы же с вами взрослые люди, правда? Мое дело предупредить, а ваше – принимать решения, наиболее выгодные для империи. Так разве не стоит выбрать такое, чтобы и волки были сыты, и овцы целы?

Черный зверь склонил голову набок.

– А ты оптимистка, свет моих очей, мур-р, – выдал Сёма, принявшись вылизывать хвост.

– Я реалистка, наглая твоя морда, – зашипела на него. – Или скажешь, что не достойна здесь нормальной жизни?

– Мр-р, я…

Договорить этому мохнатому неблагодарному мейн-куну «голубых» кровей я не дала.

– Я, на минуточку, из мира, где давно царит равноправие между мужчиной и женщиной. Прошу это также учесть, ваше величество. Старую собаку новым трюкам не обучишь, вот.

– …всего-то хотел сказать, что зря стараешься.

– В смысле? – подбоченилась я.

– Вряд ли император сейчас прислушается к твоим доводам.

– Ах, ну да, – фыркнула я. – Кот кота видит издалека, так, что ли? Только Семён Великий у нас профессиональный переговорщик, да?

– Моих умений и талантов не отнять, мне лестно, что даже в такой момент ты о них помнишь, – пошевелил ушами фамильяр. – Слава бежит впереди меня, но…

– Тебе не осьминогом нужно было стать, а индюком! Напыщенное, тщеславное создание. И кто меня дернул остановиться именно на этой породе?

– Захотелось приручить хищника? – предположил Сёма.

– Лучше бы выбрала перса.

– И до конца жизни наслаждалась бы храпом и козюли выковыривала бы из приплюснутого шнобеля, – фыркнул кот.

– Тогда хомячка! Или попугая. Или… самку богомола, вот!

– Прекрасная попытка выразить свой внутренний мир и подобрать подходящую компаньонку, но вернемся к нашим баранам. Простите, ваше императорское величество, к котикам, – менторским тоном протянул Сёма. – Похоже, в отличие от меня, Генрих не только облик сменил, но и человеческую речь потерял.

– Что?

– А вдруг и интеллект тоже? – страшным шепотом добавил фамильяр, подозрительно косясь на императора, который вдруг стал упоительно вылизывать свой бок. Еще и помуркивать при этом. – Гложут меня тут некоторые сомнения…

Я окинула взглядом правителя, помолчала, покумекала и…

– Генрих? – осторожно поинтересовалась, надеясь на красноречивую реакцию.

А ее не последовало. Даже рычания, которым хищник ранее со мной общался, больше не было.

– Ой, мама…

– Еще одна статья к нападению на императора в твою копилочку, Светка, – известил меня Сёма. – Какие радужные перспективы нарисовала нам твоя карма неудачницы. Нужно было при переходе в другой мир характер оставлять дома. Что за привычка такая дурацкая тащить все, что плохо лежит?

– Здесь я согласна. Ты-то явно лишний притащился.

– Да ты без меня и часу бы здесь не прожила, болезная.

– Короткая же у тебя память, Сёмочка, – прищурилась я.

– Зато список других достоинств длинный, – задрал нос фамильяр. – Твоими стараниями нам даже способ казни не дадут выбрать. Ты войдешь в историю как иномирянка с уникальным даром и самым коротким сроком жизни в империи. Растащат на батарейки и забудут, помяни мое слово.

– Не сгущай.

А тревога тем временем уже нарастала. Но я все еще пыталась сохранять спокойствие и держать лицо.

– Вот удружил кошачий бог с хозяйкой, – застенал Сёма. – Вот это я попа-а-ал…

– Ха! Можно подумать, ты в этой истории главный мученик, – закатила глаза я и тут же взмолилась: – Что делать-то, а?

ГЛАВА 15

Мы вновь скрестили взгляды на Генрихе. Точно каким-то волшебным образом тот вдруг перевоплотится обратно в мужчину и решит все наши проблемы.

«Ха! Скорее наоборот, – фыркнула ехидна. – Тебе какой способ умерщвления больше по душе? Повешение, плаха, яды?»

Самое интересное, что хищник не обращал на Сёму никакого внимания, хотя тот прохаживался перед самой мордой зверя. Видимо, не считал за конкурента.

«Мне смерть, вообще-то, не к лицу, – мысленно постановила я. – Поэтому я еще долго не собираюсь прощаться с жизнью».

«Ну-ну», – вставила свои пять копеек моя внутренняя пакость, посеяв зерно сомнений.

– Ваше величество? – предприняла еще одну попытку я. – У вас, конечно, специфическое чувство юмора, но пошутили – и хватит.

– Думаешь, придуривается? – тут же прищурился Сёма, чутко улавливая малейшие изменения в моем настроении.

– Я-а… – договорить не успела, поперхнулась невысказанным.

Хищник вдруг задрал заднюю лапу и стал вылизывать свои… фаберже.

– Все, Светка, – выдал Семён. – Кранты.

– И даже крыть нечем.

– Мы лишили империю правителя, нам здесь жизни не дадут, – мрачно добавил фамильяр. – А я кот в самом расцвете сил, я даже ни одну кошку еще не осчастливил, не оставил после себя мохнатое потомство, не передал гениальность…

О том, что я планировала весной кастрировать этого пылкого любовника, даже заикаться не стала.

– Нет. Бежать! – затребовал Сёма.

Меня даже уговаривать не пришлось, сразу согласилась. Словно в бреду я заметалась по комнате в поисках чего бы прихватить и что поможет, как тут раздался требовательный стук в дверь.

– Уже вычислили? – зашипел кот. – Живым не дамся!

И он встал дугой.

– Светлая, открой, – потребовал некромант по ту сторону двери.

Словами не передать, что я испытала в тот момент, как услышала его голос. И облегчение, и огорчение, и, конечно же, гнев.

– Света! – не унимался Ниарон. – Я знаю, что ты меня слышишь.

Сёма блеснул глазами.

– Может, он поможет разобраться с нашей маленькой проблемой?

Генрих повел носом, встопорщил усы, по его шкуре пробежала дрожь.

Если учесть, как некромант реагировал на трудности… Нет, у него помощи я точно искать не стану. Он скорее шумиху поднимет и собственноручно меня на плаху отправит, чем устроит побег.

– Уходи, – громко заявила я.

– Нам нужно поговорить.

– Давно таким разговорчивым заделался? – фыркнула я. – У тебя был шанс еще в лаборатории. Ты его профукал.

– Света!

– Все равно не открою.

– Так, да? Ну тогда я сейчас снесу дверь и все равно войду, тебе от меня не спрятаться.

Сёма выпучил глаза.

– Ваше величество, не хотите ли пройти в купальню? – предложил мой находчивый фамильяр. У Генриха на загривке шерсть встала дыбом. – Понимаю, это и для меня тоже противоестественное предложение. Ненавижу воду, но…

– А кто сказал, что я прячусь, господин верховный маг? – прильнула к двери я. – Нам с вами просто не о чем разговаривать. Вы сказали, что будет лучше принять предложение императора, я поступила, как вы и хотели. Что вам все неймется-то?

– Света, ты неправильно меня поняла. Открой, я все объясню.

– Правильно, неправильно – какая уже разница? – закатила глаза я. – Все решено, Ниарон. Я согласилась на отбор женихов. Уходи.

Сказала и нижнюю губу закусила в ожидании ответа. Некромант взял паузу.

– Я почувствовал магический всплеск, – заявил он после молчания. – Все в порядке?

– Твоей драгоценной империи ничего не угрожает. Не волнуйся.

– Да при чем тут…

– Уходи, Ниарон. Я хочу отдохнуть и хорошенько подготовиться к встрече кандидатов. Должна же я поразить своего будущего супруга с первого взгляда?

– Р-р-р! – раздалось рычание.

Испугавшись разоблачения, я метнула взгляд на Генриха, но тот спокойненько устроился на кровати и, похоже, дремал.

– Опять кашляешь? – хмыкнула я некроманту.

– Отдыхай, Светлая, – проговорил Ниарон. – Я не стану тебе мешать.

Судя по звуку удаляющихся шагов, мужчина сдержал слово и действительно ушел. Только удовлетворения я не испытала.

– Молодец, – похвалил меня Семён. – Одной проблемой меньше, но главную мы не решили.

– И для этого у вас есть я, – дерзко заявила Ниэла, выходя из зева портала. – Соскучились?

– Э-э-э… – потеряла дар речи я. – Ты как здесь?

– Каюсь, пришлось прибегнуть к собственному дару гласа истины и немного подглядеть в будущее, – сказала ведьма. – Но ведь я вовремя, правда?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И тут случилось непредсказуемое. Черный зверь метнулся с кровати прямиком к Ниэле и…

– Берегись! – завопила я, зажмурившись. Ненавижу триллеры, ужастики – виды крови и кишок меня никак не вдохновляют.

– Ну полно тебе, Ар’ахат, – засмеялась ведьма.

Я осторожно открыла левый глаз: Ниэла была живой и невредимой, хищник усердно терся о ее ноги и… мурлыкал.

– Занятно, мряу, – заметил Сёма. – Император и лунная ведьма. Высокие отношения, да?

– Ар’ахат – вторая сущность Генриха, – объяснила Ниэла. – Вы знали, что император оборотень? У него редкий и сильный зверь – черный ирбис. Мне пришлось находить с ним общий язык, когда богиня поменяла нас с императором телами.

– Все чудесатей и чудесатей, – постановил мой фамильяр.

– А ты можешь как-то достучаться до Генриха, чтобы он вернул привычный облик и отменил мое наказание за чисто случайный выброс магии? – поинтересовалась я.

– Дело в том, что Генриха здесь нет, Светлая, – ответила Ниэла. – Здесь только Ар’ахат.

– Как нет? А где же он?

– А это нам только предстоит выяснить, – сказала Ниэла. – Ну что? Приступим-с?

И она, закатав рукава платья, призвала магию.

Оборотень фыркал, смешно шевелил усами, морщил нос, но терпеливо сносил все манипуляции ведьмы.

– Ну? – мерил взад-вперед комнату Сёма. – Ну что там?

– Да не маячь, даже меня раздражаешь, – шикнула на кота я.

– Как за родного переживаю, – выпучил глаза тот. – Что-то чуйка мне подсказывает, линять придется… Хвост чешется… К побегу, явно.

– Скажи своей чуйке изменить прогноз, – поджала губы я. – Нам бежать некуда. Или предлагаешь по иномирской империи скитаться в поисках богини?

– Все лучше, чем дожидаться, когда на сосиски пустят, – прижал уши Сёма. – Я их, конечно, люблю, но себя в натуральном виде как-то больше.

– А когда это ты сосиски успел попробовать? – нахмурилась я. – У тебя же специализированный корм, сбалансированное питание, разоряющее мой карман, к слову.

– Так ты как из кухни шмыг, я сразу и кусь… – проронил кот.

«Говорила же, что тараканы столько не жрут, – хмыкнула ехидна. – А ты все глаза закрывала да теории сосисочного заговора строила».

– По столу, значит, лазишь?

– Голодная жизнь и не к тому принудит, Света, – скорбно ответил он. – Так что не тебе меня осуждать.

Я лишь рукой махнула. Что сейчас-то пропажу моих сосисок обсуждать? Тут бы императора вернуть и головы не лишиться…

С богиней я уже пыталась связаться, звала ее мысленно, все впустую.

Стоило только захотеть, так она сказала? В данный момент я просто невыносимо хотела вернуться домой, в безопасность серых будней, но богиня не откликалась. Вот так и верь слову женщины теперь… А утверждали, мол, только мужчины ненадежны в этом плане.

Тьфу!

Никому верить нельзя. Даже себе. И ведь всего-то возмутиться хотела, а целого императора куда-то деть сумела… Ну гадость же, эта непруха! Как в мир чужой попала, так и огребаю по полной, словно проклятая…

– Все, – после часа мучений выдала Ниэла.

– Как все? – У Сёмы шерсть дыбом встала.

– Неужели все? – прижала руки к груди я. – Убила?

«Убивца», – так и прозвучало приговором в голове, голоском любовницы мужа.

– Да какое там, – фыркнула ведьма. – В другой мир, похоже, зашвырнула. Или на аудиенцию к богине. Энергетическую связь со второй сущностью я нащупала, но откуда сигнал идет, разобрать не могу. Значит, либо слишком далеко, либо защита мудреная стоит.

Ниэла погладила за ушком Ар’ахата, тот блаженно зажмурился.

– Мой хвост никогда еще не ошибался! – важно заявил Сёма.

– Похоже, мой тоже ломить стало… – шепотом поделилась я.

– У тебя хвост? – округлила глаза ведьма.

– Длинная история, некромант наградил, – отмахнулась я. – Что делать-то? Глупо надеяться, что исчезновения императора никто не заметит?

– Да его к вечеру уже лучшие сыщики начнут искать, – закусила нижнюю губу Ниэла.

– Ы-ы-ы! – Впору было выть мне, но с этим отлично справлялся Семён.

Ох, он и переживал, бедный! Как убивался! Думаете, за долю хозяйки радел? Нет, потомство оплакивал, так и не родившееся. Гад мохнатый.

– Но ты не волнуйся, Светлая, – тут же заявила ведьма. – Мы обязательно что-то придумаем.

Если одна ведьма – это сила, то две – убойная сила.

И придумали. Решили создать иллюзию императора. Хорошо, что Ниэла знала тело Генриха как свое собственное. Недаром столько времени его эксплуатировала как вместилище души.

– Заклинание сложное, – предупредила меня она. – Надо создать голема, а потом придать ему императорскую внешность.

– А интеллект? – забеспокоилась я.

Ар’ахат широко зевнул, продемонстрировав набор острых зубов, свернулся калачиком, а потом вовсе взял и бессовестно задрых!

– Об этом я предпочту подумать позже. Все по порядку, – прищелкнула пальцами неунывающая блондинка. – Сначала нужны ингредиенты для работы. Я даже знаю, у кого они есть.

Ей стоило только пошевелить бровями, как я уже открестилась.

– Ниарон ничего не даст.

– Тогда, может, ты ему это самое, – предложил мохнатый предатель. – Задобришь?

– Сёма! – возмутилась я, а ведьме объяснила: – Мы не слишком-то хорошо недавно расстались…

– А кто сказал, что я его спрашивать буду и просить о чем-то? Украду, – хихикнула она.

– Если гора не идет к Магомету, – важно заявил Сёма. – Это по-нашему, девы. Это я понимаю. Не дают – сама бери. Напарник нужен?

– Сам по кривым заповедям живешь и других учишь, – фыркнула я. – С такими напарниками только на провал нарваться.

– Обстоятельства вынуждают крутиться, – закатил глаза кот. – Ой, что тебе, темной, объяснять-то?

– Вообще-то светлой, – напомнила я. – От корней волос до магии, что неожиданно появилась.

Ниэла в нашей словесной дуэли участвовать не стала, она даже ее не слушала. Порталом умчалась исполнять задуманное. Самостоятельная!

Я бы весь маникюр сгрызла от переживаний, имей такие пагубные наклонности! Но я их не имела. Меня останавливало напоминание, что маникюр гель-лаком слишком дорогое удовольствие, особенно в чужом мире. А услуги стоматолога тем более.

– Ха! – Первым был звук, а потом появился котел со всякой дребеденью внутри и довольная Ниэла. – Это оказалось даже проще, чем я рассчитывала.

– Не поймал? – жадно подалась вперед я.

– Его там даже не было, и охранки удалось обойти. В них и мой слепок ауры есть, – улыбнулась ведьма. – Недаром же совместные эксперименты частенько проводим.

– Какие такие эксперименты? – заинтересовалась я. – Натурой?

– Сугубо на благо империи, а натуры мне дома хватает, драконьей, – тут же расставила все точки над «и» она. – Не ревнуй.

– Да я как-то и не собиралась, – заколупала пальчиком стеночку я.

– Ага-ага, – подмигнула ведьма, явно не поверив.

– Врать у тебя выходит еще хуже, чем колдовать, – отвесил сомнительный комплимент мой наглый фамильяр.

– Не перестанешь нарываться – превращу тебя в таракана. Тогда тело осьминога покажется сказкой! И свой драгоценный хвостик ты опять долго-долго не увидишь.

– Шантажируешь? – зло прищурился Сёма.

– Предупреждаю, я и магия – горючая смесь. Намагичить смогу, а расхлебывайте сами, моя щедрость возвращению не подлежит.

Кот зашипел, но язык прикусил. Наконец-то!

– Волшба с меня, – сразу предупредила Ниэла. – С тебя только сила. Я буду тянуть потихоньку, на своих запасах могу далеко не уехать. Недавно сильно потратилась…

– Да без проблем, – заявил Семен, словно свое отдавал. – Бери, сколько понадобится. Только выручи.

Отказываться я не стала, поворачивать назад из-за страха было поздно и откровенно стыдно.

Ниэла ведь бесстрашно ринулась в бой, пытаясь разгрести последствия моей несдержанности. Недаром говорят, что все болезни от нервов… Сбои в магии, оказывается, тоже того же рода… Вот и я дрогнула, не все железной бабой быть: кони здесь не скачут, избы не горят, лишь некроманты надежд не оправдывают, магия дает сбои и на сувениры растащить могут.

– Вино тоже необходимо? – удивилась я, увидев бутыль.

– Нам – да, – уверенно заявила ведьма. – Отметим, если выгорит. Не выгорит – подлечим нервы.

Мне определенно нравился ее настрой.

– А валерьянку ты не захватила? – поинтересовался Сёма. – Мне тоже нужно подлечиться.

– Прости, – развела руками Ниэла. – Как-то не подумала.

– Так и знал. Все для себя да для себя, – фыркнул фамильяр. – Эгоистки! И как только я вас терплю?

– Из-за большой шкурной любви, – напомнила я ему. Тоже мне мученик, прямо святой Семён гладкошерстный.

Я застыла за спиной девушки, наблюдая за последними приготовлениями, как ведьма аккуратно смешивала ингредиенты, рисовала магические знаки на полу вокруг котла и расставляла кристаллы. А в груди у меня волнение смешалось со страхом и предвкушением. Как ни крути, но магия завораживала.

– Готова? – спросила Ниэла, отряхнув ладони.

– Нет, – честно призналась я. – Но начинай.

Ведьма хмыкнула, подмигнула, взяла меня за руку и… уступила дорогу настоящему волшебству. Ниэла бормотала заклинания, плела сложные магические узоры свободной рукой, вокруг искрило, шипело и гудело от вливаемой силы.

Буквально сразу из котла стала подниматься горка глины, потихоньку формируясь в мужскую фигуру.

Я чувствовала, как моя энергия вливается в голема, и он приобретал узнаваемые черты. Сила из меня уходила, но меньше ее словно бы и не становилось. Никакого дискомфорта от процесса отдачи не было.

– Фух, – вытерла пот со лба Ниэла. – Дело сделано.

Перед нами предстал Генрих. Во всем своем обнаженном императорском великолепии.

Ну то есть копия Генриха, да. Почти неотличимая от оригинала, разве что с пустым безразличным взглядом. Ар’ахат заинтересованно поднял морду, повел носом и вновь спокойно закрыл глаза, продолжая дремать.

У императора было великолепное тело, словно вылепленное заботливой рукой самой богини. Луноликая явно знала толк в мужчинах. Я не смогла удержаться от внимательного рассматривания и…

– О! – не сдержала впечатления я. Так и рвалось наружу гласными, согласными и непечатными выражениями.

«Вот где крылось настоящее богатство империи!» – восхитилась ехидна.

А меня в жар бросило.

Ниэла хмыкнула.

– Ты просто представить не можешь, как с таким ходить тяжело. Болтается, мешает, по ногам бьет. Я-то знаю, – сделала страшные глаза она. – Ох и намучилась!

– Для настоящего мужчины это не помеха, – фыркнул Сёма. – Эх, женщины. Ничего-то вы не смыслите в этой жизни.

Я лишь отмахнулась от его теорий.

– А интеллект? Как мы заставим всех поверить, что это и есть настоящий император?

Молчаливый, спокойный, безразличный ко всему. Даже Грут из «Стражей Галактики» по сравнению с големом покажется королем эмоциональности.

Ой, мама…

– Основное уже сделано, – кивнула блондинка. – Как это обставить, чтобы не запахло жареным, другой вопрос.

– Уже пахнет, – потянул носом Сёма.

– Нет, это наш Голя просто манерам не обучен, – закатила глаза ведьмочка. – Издержки создания неразумной сущности.

– Нас точно ждет провал. И плаха. И кипящий котел в аду! – взвыла я.

Я уверена, для таких ведьмочек-неумех после смерти припасено особо жуткое место.

– Отставить панику, – приказала Ниэла и подняла бутыль. – Отпразднуем?

А я всегда была слабой женщиной, поэтому просто не смогла отказаться.

ГЛАВА 16

– Пошлю его на-а-а… небо за звездочкой! – подвывала я.

– Конечно, все хуже может ко-ончиться, – совершенно не фальшивила Ниэла.

– Еще один му-у-учительный день пройдет, ик! – прикрыла рот ладошкой я. – Пардоньте.

– И захочется… – не собиралась останавливаться моя собутыл… подружайка.

– Добавки! – вклинился Сёма, горлопаня дурным голосом. – Тройную дозу!

Его дикий ор заглушил нашу действенную терапию песнями под горячительное. За пару часов, что мы расслаблялись, ведьмочка выучила весь мой любимый репертуар, а я твердо решила запатентовать в этом мире караоке-бары.

– Тьфу! – сплюнула я. – Весь кайф перебил, блохастый.

– А я бы попросил! – набычился фамильяр. – У меня живности нет. Никакой. Даже глистов.

– Ну правильно. Зараза к заразе же не липнет, – подтвердила я. – Они просто не выдерживают твоего невыносимого характера.

– А не надо меня выносить, я как золотой унитаз – самая большая ценность в доме, – выдал кот.

– И не насра…

– Да, а только любоваться и хвастаться, – важно закивал Сёма.

– Пошлю его на-а-а… – обнималась с бутылью Ниэла.

Какой по счету? Мои способности к точным наукам нивелировались после третьего полного бокала вина.

– Я тебя преду…рж… придупри… – Язык заплетался. – В общем, будешь нарываться, станешь тара…какашкой.

– Сама такая, – блеснул глазами кот. – И зачем я только сиганул за тобой в эту воронку? Лопал бы сосиски, хозяйничал в доме – красота же!

– Цыц!

– А напоследок я-а-а ска-ажу! – завопил Сёма, отчего я запустила в него яблоком.

Фамильяра сдуло. Куда-то под кровать, где уже схоронился Ар’ахат. После второго бокала нам с Ниэлой захотелось отыскать мурлыкалку у котов, а ирбис не оценил своего счастья. Сбежал. Ни ушки потрогать не дал, ни за хвост подержаться.

– Эх, – вздохнула ведьмочка, ударившись в минорное настроение. – Хорошие песни у вас в мире. Душевные, ик. Не то что у нас: «Песнь про демона, искавшего свой рог», «Сизые дали гномьего счастья», «Дикий гон черных псов», «Как ведьма фамильяра купала». Скукотища.

– Да-а… – протянула я. – Скудный репертуарчик.

– Добавочки? – выудила из мешка новую бутыль Ниэла.

Ведьма оказалась запасливой барышней. Она открыла портал в кладовую, спрятала его в мешке, и теперь мы были обеспечены выпивкой, провизией – всем, что душа пожелает.

– Такие маленькие девочки, куда только влезает? – высунул морду из-под кровати Сёма, чтобы тут же словить пригоршню светящихся шариков, что я в него запустила. Под градусом колдовалось веселее и легче. – Ай! Тигру мяса не докладывают!

– Ур-р, – согласился с недовольством кошачьего собрата ирбис.

– Дорасти еще до тигра, мохнатый, ик!

– Ха-ха! – словила веселинку Ниэла. – Я только поняла связь между глистами и характером. Ха!

«Как до жирафа», – прокомментировала ехидна.

«Хорошо хоть, вообще шутки понимает, – осадил ее разум. – Различие менталитетов – это вам не хухры-мухры».

– Голя, – скомандовала я, прищелкнув пальцами. – Скучно!

Фальшивый Генрих стоял возле наших кресел и старательно работал вентилятором – я даже опахало наколдовать смогла, – а тут сразу встрепенулся. В одной набедренной повязке он изобразил лунную походку, позволив любоваться скульптурно вылепленным телом.

Кубики были прекрасны!

«У некроманта не хуже», – пискнул внутренний голосок.

«О предателях как о мертвецах!» – тут же шикнула ехидна.

– Гоп-стоп, – басил мужчина. – Мы подошли из-за угла.

Оказалось, в голема можно вложить любые навыки и знания, а вот вынуть… Я даже боялась подумать, чему еще мы научили его в пьяном угаре… Впрочем, не до мыслей мне сейчас было. В стадии «шальная императрица» любые проблемы по колено.

– Хорош, чертяка, – констатировала я, подперев подбородок кулаком. – Так и просит соблазниться.

– Без вариантов. У Генриха есть Белла, ик! – выдала Ниэла. – Они еще сопротивляются своему счастью, но их младшенькая станет истинной парой моему старшему сыну.

– Ой-ой! Давай без этих сложностей, – закатила глаза я. – У меня главный процессор виснет от твоих замесов.

– Пардоньте, – хихикнула ведьмочка, переняв от нас с Сёмой некоторые словечки.

– Эх, всех годных мужиков еще котятами разобрали, – пожаловалась я. Не то чтобы я собиралась примерить роль императрицы… Просто сейчас, как никогда, хотелось любви и ласки.

– У тебя свой имеется.

– Хто?! – выпучила глаза я. – Чудовище?

– Ну, – отправила в рот виноградинку Ниэла. – Или, скажешь, недостаточно хорош?

– Он от меня отказался, – всхлипнула я. – Отдал на растерзание империи, приговорил к будущему в виде сувениров и артефактиков. Ик! Нена…вижу! Или люблю?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Как я тебя понима-аю, – с видом знатока в лямурных страдашках закивала ведьма. – У нас вот с Лукасом…

– Опять началось, – простонал Сёма. – По десятому кругу уже… Пощадите мои у-ушки!

– А Рон просто не верит, что достоин такой, как ты, – пожала плечами ведьма. – Вот и решил отойти в сторону, уступить дорогу твоему счастью. Благородный, ик!

– Пусть засунет свое благородство знаешь куда? – зашипела я. – Все мужики – козлы!

– Мурка, я твой муреночек! – взвыл новым залпом голем.

– Кроме Голи разве что, – сменила гнев на милость я и довольно резво оказалась напротив мужчины. – М-м-м?

– Чай, кофе, потанцуем? – блеснул глазами фальшивый Генрих.

– Маэстро, музыку! – скомандовала я подруге.

Ниэла прищелкнула пальцами, и зазвучало страстное танго. Я взяла Голю в оборот. Божечки, что я вытворяла!

Где-то вдали стал трубить сигнал тревоги.

– Императора хватились, – совершенно спокойно, словно промежду прочим, сказала Ниэла.

Но мне было не до волнений. Я как раз только в раж вошла: сорвала повязку с Голи, он крутанул меня и отпустил в полет… Затормозила я, впечатавшись в твердую грудь Генриха.

– Шалунишка, – хмыкнула я, проведя пальчиком по его ключице.

– Скучно, – пожаловалась Ниэла.

– Гоп-стоп, мы подошли из-за угла! – загорланил дурным голосом Голя. Где-то за моей спиной…

– Генрих?! – окосела от изумления я. – Настоящий? Ик! Или у меня в глазах двоится?

– Не вели казнить, вели слово молвить! – тут же кинулся ему под ноги Сёма, сориентировавшись быстрее. – Эта пьянь…

– Говорила мне матушка никогда не связываться с ведьмами, – пробурчал император, – но нет же, судьба сталкивает. Наказание мне такое, всю жизнь нянькаться с дурным колдовским народом?

– Настоящий, – расплылась в пьяной улыбке Ниэла. – Возмущается очень натурально, и Ар’ахат исчез. Значит, они слились. Сли…лись, хих!

– Срочно издам указ, чтобы ведьмы не собирались больше… одной на квадратный километр, да! Поодиночке с вами легче справиться.

– Ой, – пискнула я. – С возвращеньицем, что ли…

И ресничками кокетливо захлопала, а вдруг прокатит? Я же милая, я же жить хочу.

Генрих нахмурился.

– Опять плохо? – спросил он. – Не долечилась?

– Все мужики козлы, – опять вырвалась из меня истина.

– Мурка, я твой муреночек! – пошел вразнос Голя. Он-то обучился реагировать на определенные фразы.

Генрих изменился в лице.

– И что же вы делали с моим клоном? – зловеще прошипел император.

– Все для тебя-а! Рассветы и туманы! – расставил руки голем и пошел тараном на императора. Тот вытаращил глаза и стянул подушку с кровати.

– Не подходи, – предупредил он, прикрывая самое дорогое. Причинное место, ага. – Зашибу.

Голя встал как вкопанный и только мышцами зазывающе играл.

– Иногда «нет» означает «да», – голосом стриптизера соблазнял он и делал поступательные движения тазом. – Не пугайся, не пугайся, детка-а. Заходи в мою большую клетку!

– Он сломался? – спросил Генрих.

– Хочешь мне помочь? Только на одну ночь ты притворись моей, – манил Голя.

– И я сказала: «Оу, е-е-е!» – завопили мы с Ниэлой, а потом одновременно прыснули со смеху.

– Пока меня не было, империя пала от вируса безумия? – У Генриха уже дергался глаз.

– Ничего такого, – заверила я.

– Я вижу, – буркнул император.

– Рих, ну не будь таким букой, – сморщила носик ведьма. – Рассуждаешь как тысячелетний старикан. Ты исчез – мы решили импровизировать.

– Даже знать не хочу, – вдруг заявил Генрих. – Избавь меня от подробностей.

– Я думал, только женщинам свойственно непостоянство… – протянул Сёма.

– И о женщинах мы тоже не будем, – набычился император. – Пожалуй, открытие новых миров я отложу лет так на триста-четыреста, пока приведу в порядок нервную систему после спонтанного перехода.

– Вы попали на Землю? – подалась вперед я, приготовившись жадно внимать каждому слову.

– Земля в иллюминаторе, Земля-а в ил… – подвыл Голя.

– Цыц! – скомандовала я правителю на замену, и тот захлопнул рот на полуслове.

– Попал – как раз подходящее слово, – зыркнул исподлобья Генрих.

– И-и-и? – Я подстегивала его утолить мое любопытство.

– И никогда не подумал бы, что женщины там такие варвары, – фыркнул император. – Едва на тысячу маленьких Генрихов не разобрали. С трудом отбился от…

– На тебя напали? – посерьезнела Ниэла. – Света из вражеского мира?

– …любви и ласки, – закончил мужчина.

– О! – захлопала ресницами ведьма и кинула на меня растерянный взгляд.

Несмотря на количество выпитого, с появлением императора мой разум странным образом стал проясняться и соображалка заработала. Видимо, попец почуял жареное, подал сигнал в мозг, и шестеренки заскрипели.

– И куда же, вашество, вы попали? – тихонько уточнила я.

– В жуткое место, – понизил голос Генрих. – Камера пыток – не иначе.

– А можно подробности?

– Мне тяжело об этом говорить, – признался император.

– Прошу вас, – настояла я, чем заставила мужчину тяжело вздохнуть.

– На меня обрушилась какофония звуков, «тыц-дым-тыц» било отовсюду. А потом ослепил разноцветный свет и… взвыли женщины, – скривился Генрих. – Они требовали покрутиться вокруг железной палки, беспрестанно визжали, терлись об меня и трогали за…

– Стриптиз-клуб! – догадалась я.

– Даже во времена войны я не испытывал такого ужаса, – поделился император. – Жуткий мир, дикие нравы. Не понимаю, как там можно выжить?

– Все просто, – пожала плечами я.

– Там нужно родиться, – дополнил Сёма, прекрасно уловив мою мысль.

– Может, поддержишь компанию? – предложила Ниэла, протягивая императору бокал с вином. – Нервы нужно подлеч…

Она даже договорить не успела, как Генрих схватил бутылку и жадно припал к горлышку. А потом и содержимое бокала в себя опрокинул.

– Кхе, – шумно выдохнул мужчина. – В горле пересохло. Благодарствую.

Только вот, в отличие от нас с ведьмой, его взгляд так и остался незамутненным алкоголем. Видимо, для оборотня градус оказался маленьким.

– Не приведи Луноликая, – добавил император. – Тот мир ужасен и непригоден для жизни…

– Нельзя судить о целом мире всего-то по кусочку, – сморщила нос я.

– Те женщины были слишком жадны до мужчин. У вас дефицит? – недоумевал Генрих.

– Нет, – честно ответила я. – Но таких образчиков мужественности не хватает.

– Я заметил.

– Вам просто повезло попасть в клуб, где мужчины танцуют и за деньги предоставляют свое тело для утех.

Император побледнел.

– Хочешь сказать, что они приняли меня за… работника дома удовольствий?! – под финал фразы его голос сорвался на фальцет.

Я лишь пожала плечами.

– Даже императоры не застрахованы от досадных случайностей, да? – съехидничала я. – Зато теперь вы на собственной шкуре ощутили ажиотаж по поводу собственной уникальности и беспомощность из-за невозможности как-то повлиять на события.

Мужчина зло прищурился.

– Как же ты спасся? – перевела огонь на себя Ниэла. – Или… не получилось?

– Бегством, – сморщил нос Генрих. – Босиком и нагишом по снегу, в мороз… Еще и обратиться не получилось, тьфу!

– Какой кошмар! – фальшиво охнула ведьмочка, прижав руки к груди. В ее глазах плясали бесенята, выдавая плохой артистизм хозяйки.

– Слава Луноликой, она сжалилась и перенесла меня в свое обиталище, – совершенно не заметил сарказма император. – Иначе… я даже боюсь предположить, чем это все могло завершиться.

– А отбор?.. – решилась напомнить о себе я.

– Пусть выбирает магия, – поджал губы Генрих. – Твоя, Светлая.

– А домик, земля, процент с прибыли от отбора? – вновь проснулся настоящий делец в Семёне.

– Решим, – скрипнул зубами мужчина.

Не успела я порадоваться, как в дверь затарабанили.

– Император здесь! – визгливо прокричали снаружи.

Буквально через мгновение преграда слетела с петель и в комнату ворвались… Зорус, Ниарон, стражники и какая-то девица. Глубоко беременная к тому же.

– Долгих лет, уважаемые, – улыбнулась Ниэла. – Что за шум?

Ведьма пощипывала виноградную гроздь и выглядела так спокойно, словно познала дзен. Я даже ей позавидовала, потому как меня взял качественный нервяк. Особенно от пристального некромантского взгляда.

И пусть я всячески делала вид, будто Ниарона в комнате вообще нет, но все равно чувствовала его необыкновенно остро. Точно мужчина рядом стоял и даже прикасался… Как оказалось, мое тело ничего не забыло, а фантазия, предательница, подкидывала горячие картинки развития событий.

«Горячего? – тихонько поинтересовалась ехидна. – А кукиш не хочешь? Нельзя обижать женщину. Особенно если у нее отличная память».

– Ваше императорское величество! – воскликнул Зорус. – Вы здесь?

– Как видишь, – откликнулся правитель, я перевела на него взгляд и обомлела.

Генрих был полностью одет в тот же костюм, что был на нем до выброса моей магии, а Голи и след простыл…

«Глюк словила?» – недоумевала внутренняя ехидна.

– А что, собственно, тебя удивляет? – недоумевал Генрих.

– Вы исчезли на… – принялся держать ответ целитель и был перебит императором.

– Всего-то несколько часов, если мне не изменяет чутье времени. Неужели я не могу позволить себе незапланированный отдых?

– Можете, – стушевался Зорус, – но сигнал тревоги…

– Видимо, что-то сбилось в настройках защиты, которую я ставил, – предположил Ниарон. – Вот сигнал и прозвучал. Ошибочно.

– Именно, – кивнул Генрих. – Разберись, Рон. Нужно устранить неполадки.

– Как скажете, ваше императорское величество, – пообещал некромант, но уходить не спешил.

– Что-то еще? – красноречиво изогнул брови Генрих, оглядывая всю честную компанию.

Стража ретировалась первой – не захотели испытывать нервы правителя на прочность. А Зорус вот медлил, топтался на пороге.

– Ваше императорское величество, нам бы решить по поводу живого артефакта, – заблестел глазками целитель.

– Позже, – отмахнулся император. – Если у тебя нет ничего срочного, то не задерживаю.

Если мужчине и не понравился такой ответ, то виду он точно не подал.

– Доброй ночи, мой правитель, – поклонился Зорус и ушел.

Ниарон же со зловещим прищуром рассматривал пустое место, где раньше был голем. Сёма насвистывал какую-то песенку, а Ниэла продолжала баловаться фруктами.

«Иллюзия?» – догадалась я.

Похоже, некромант умел видеть сквозь нее, в отличие от брюнетки, которая едва огнем не дышала.

– Как это понимать, Рих? – взвилась она.

– Что именно? – Император оставался спокоен и незыблем, словно скала.

– Бросил государственные дела, меня, а сам развлекаешься с ведьмой и чужачкой? – перешла на визг эта ревнивица. – Гарем распустил, значит? Но это не мешает тебе продолжать…

– Маоли. – На лице Генриха не дрогнул ни один мускул, голос он не повышал, но все равно пробрало до печенок. – Ты забываешься.

Ниарон тем временем магией вернул дверь на место и захлопнул ее. Жаль, что остался внутри, а не снаружи.

– Рих, – тут же перешла на жалобный тон девица, еще и слезу пустила. Только разжалобить этим императора ей не удалось. Он оставался безучастен. – Прости, я просто в положении и…

– И оно не дает тебе абсолютно никаких прав или привилегий, – сказал как отрезал Генрих.

– Но-о… Я ношу под сердцем твоего…

– Это мы проверим после того, как родишь, – поджал губы император. – Ты уже не фаворитка и далеко не императрица. Так что же дает тебе право выставлять мне хоть какие-то претензии, устраивать сцены, позорить в глазах подданных и друзей?

Вот теперь в его голосе прозвучал настоящий металл. Смертоносный.

Мне захотелось скрыться, а вот ноги словно приросли к полу.

– Ничего, – потупила взгляд Маоли. Девушка выглядела пристыженно и невинно. Только отчего-то мне не верилось в ее искренность. Та ярость, с которой она совсем недавно смотрела на меня, была намного натуральнее, чем вот это смирение и вина.

– Ты пользуешься моей добротой и нежеланием наказывать беременную, но перестала учитывать, что каждый твой последующий промах подтачивает мое терпение. И не дай тебе Луноликая оказаться рядом, Маоли, когда оно лопнет. Ты понимаешь?

– Простите, мой господин, – низко склонилась девушка. – Я просто слишком люблю вас, вот и не могу совладать с чувствами.

Генрих лишь губы поджал.

– В твоих же интересах найти себе дела поважнее и не попадаться мне на глаза, – сказал он. – Несколько дней. Может, седьмицу.

– Надеюсь, ты сменишь гнев на милость, мой господин, – тихонько проговорила Маоли, но в тишине ее голосок был отчетливо слышен. – Ведь я не выживу без твоих глаз, без твоих заботливых рук и капельки внимания, что ты решишь мне дать…

– Маоли. – В ее имя император отчетливо вложил предупреждение, после чего девушка сделала книксен и покинула комнату.

Сразу задышалось легче.

– Мне бы очень хотелось услышать правдивую историю, – попросил некромант. – И особенно о том, что здесь делает твой… двойник, друг. Неглиже, как и ты.

Ниэла прищелкнула пальцами, и Голя проявился на том же месте, где я его видела в последний раз.

– Все же иллюзия, – протянула я.

– Ловко сработано! – восхитился Сёма. – А одежда…

– Эта магия пусть остается при мне, – тут же заявил Генрих. – Долгая история, Рон.

– А я никуда не спешу, Рих, – процедил некромант.

– А я, пожалуй, еще пригублю. Светик? – веселилась Ниэла.

– У женщин проблемы с ощущением времени. Да, милая? – поинтересовался Лукас, который шагнул к нам из открывшегося портала. – Пять минуточек, вот как?

– Иногда девочкам просто необходимо снимать стресс, – заявила моими словами ведьмочка. – Тогда нам реже хочется плакать и убивать.

– Не резиденция, а проходной двор, – закатил глаза Генрих. – А ведь защиту ставили лучшие маги империи!

– И я в том числе, – разулыбалась Ниэла. – Кто же осудит, что приберегла отмычки от некоторых заклинаний? Ой! Не стоило этого говорить, правда?

– Похоже, кто-то перебрал… – покачал головой Лукас, глядя на супругу с мягкой улыбкой.

У меня защемило в груди, и жутко захотелось, чтобы и ко мне кто-то относился с такой же нежностью и любовью. А тут… Эх!

– Света, – прошептал мне на ушко Ниарон. И как только успел незамеченным подобраться? – Нам нужно поговорить. Пойдем?

– Лучше выпью, – хмыкнула я, ринувшись к ведьмочке. – А у тебя если язык развязался, наконец, можешь на отбор записываться. Посмотрим, примерим, проверим, отберем.

– Да! – захихикала Ниэла.

– Некроманту не наливать, – тут же скомандовал Сёма.

– Ну возьми же меня, нехочуха! – активизировался Голя, вышагивая к застывшим в немом шоке мужчинам.

Видимо, на слово «некромант» среагировал. И что же еще такого я успела вложить в это неразумное создание?

– Развоплотить? – спросил Генриха Ниарон.

– Не спеши, может, пригодится. Только другие базовые навыки и фразы нужно будет вложить, – задумчиво потер подбородок император.

– Дома от серьезного разговора не отвертишься, с-с-сокровище, – приглушенно рычал на супругу Лукас. – И перестань пялиться на императорский…

– Дэ Кадари! – состроила страшные глаза Ниэла. – Даже если и зыркнула разок, то чисто из праздного любопытства. Как же я могла создать голема и не рассмотреть?

– Товар нужно щупать и проверять опытным путем, не бракованный ли попался, – заявил Голя. – Путь к сердцу женщины лежать не должен.

Взгляды мужчин скрестились на нас с Ниэлой.

– Ик! – высказалась она.

Я же лишь ладонями лицо закрыла. Нельзя было доверять обучать голема ведьмам. Пьяным, мстительным и с прибабахом.

ГЛАВА 17

– Светлая, ау! – Ниэла даже прищелкнула пальцами перед моим лицом, чтобы я наконец обратила на нее внимание. – Где ты витаешь?

– Нигде, – тут же соврала я.

Но ведьма не была из простачек, проследила за моим взглядом и, конечно же, заметила Ниарона, что прогуливался по лужайке. Битый час уже кристаллы собирал какие-то, странным образом оказавшиеся именно под моим балконом.

– Знакомое нигде, – хмыкнула она. – До сих пор не поговорили?

– И слышать его не хочу, – поджала губы я. – И видеть тоже.

– То-то все глаза уже проглядела, – ехидно заметила Ниэла.

– Ведьма!

– Именно, – улыбнулась подруга. – И ты того же племени, если не забыла.

– Забудешь тут, – буркнула я.

– Тогда не отвлекайся и продолжай изучать заклинания. Нам нужна предельная концентрация, помнишь?

– Угу, – не горела энтузиазмом я.

– Пожалей Генриха.

– С чего бы?

– Он уже собственную резиденцию стал воспринимать как лютого врага, – хихикнула Ниэла. – То розовые лианы из-под пола в тронном зале вырастут, то цветущие яблони прямо в коридорах появятся, то жуки-вонючки полезут из всех щелей, то медовуха превратится в откровенно гадкую бормотуху. Твоя работа?

– У меня нестабильная магия, – развела руками я.

– У тебя зловредный характер, – не купилась Ниэла. – Как и у всех ведьм. За отбор мстишь?

– Пытаюсь отпугнуть потенциальных женихов, – тяжело вздохнула я. – Ты видела, сколько их привалило?

– Не меньше сотни, – кивнула подруга.

– Рогатые, клыкастые, зеленомордые, синеволосые, высокие и низкие…

– Разнообразие, – пожала плечами Ниэла. – Чем плохо? Выбирай – не хочу.

– Вот именно! А они, наоборот, требуют моего внимания и все соблазнить пытаются. Кто золотом, кто цветами, кто оригинальностью, – фыркнула я, махнув рукой в сторону комнаты.

Половина выделенной мне спальни уже была завалена подарками.

Сёма чах на злате, примерив на себя роль Кощея, а Орх, что в последнюю седьмицу постоянно пропадал рядом со мной, перебирал побрякушки. Засланный казачок!

– Без меня тебе достойного супруга не выбрать, – сказал мне костлявый, когда я обвинила его в шпионаже для племянника. – Я знаю толк в любовных делах.

– Ну да, ну да, – хмыкнула тогда я. Легче было согласиться, чем слушать нудные тирады Орха.

Из умертвия вышел бы отличный казначей. Он даже книгу учета завел, сколько добра мне прибыло.

– Тебе должна льстить такая популярность, – заметила Ниэла. – Ни одна магесса, даже королевского рода, не удостоилась стольких кандидатов в женихи.

– Да пропади они пропадом, – сплюнула я. – Самостоятельные женщины в костыле не нуждаются.

– Ну вот, еще треть сегодня точно отсеется, – сказала ведьма. – Нельзя раскидываться проклятиями направо и налево, Светлая!

– Чья бы корова мычала, – муркнул Сёма.

– Не отвлекайся, мохнатый, – скомандовал Орх. – У нас еще сапфиры не посчитаны.

– Да ты уже по третьему кругу пошел!

– Сокровище любит счет, – заявил дядюшка Ниарона. – Поэтому не отлынивай, считай добро.

– Эксплуатация кошачьего труда просто так не пройдет, – буркнул Сёма. – Я потребую компенсацию.

– Три мышки в седьмицу устроит?

– Три в день, – пошевелил усами мой фамильяр. – И горшочек сметаны.

– Да ты лопнешь, деточка! – возмутилась я.

– А ты налей и отойди, – ответил мне Сёма словами из популярной когда-то рекламы. Ну просто гуру экранного контента.

– Договорились, – загремел костями Орх. – Работай. Пока чужачка выбор не сделает, мы успеем обогатиться.

– Да было бы из кого выбирать! – закатила глаза я. – Половина кандидатов демоны. Не рога, а рожища просто, даже стараться наставлять не интересно.

– Зато их не смутит твой хвостик с прелестной кисточкой, – напомнила мне Ниэла.

От подарка Ниарона пока так и не удалось избавиться.

– Пф-ф!

– Или дело не в демонах? – хитро прищурилась ведьма, она обладала раздражающей проницательностью.

– Мужская логика мне не дается, – закатила глаза я. – Вот зачем осаждать меня с ненужными разговорами, когда просто нужно было подать заявку на участие в отборе?

– Верховному магу не по статусу в мужья предлагаться через отбор? – предположила Ниэла.

– Я не гордая, согласна была и не через отбор, – поджала губы я. – Но, видимо, Ниарона и так все устраивало. Чего сейчас шустрит-то?

– Понял, кого может потерять? – выступила с очередной версией ведьма.

– Скорее – да не доставайся же ты никому, – хмыкнула я. – Ходит тут, бродит, выискивает что-то, изображает бурную деятельность.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Конкурентов устраняет? – подмигнула подруга.

– Мужик, может, и правда занят, – вклинился Сёма. – А бабам лишь бы повод для воображения дать.

– Хочешь сказать, что некоторые кандидаты сверкают пятками, преследуемые нежитью, случайно? – прищурилась я.

– Сезонное нашествие? – не сдавался мой фамильяр.

– Да пьет он, – вздохнул костлявый. – Вот и чудит.

– Еще и алкоголик? – сморщила нос я. – Как всегда, осечка с выбором…

– Раньше не замечал. Но седьмицу уже все свои порывы в бутылке вечерами топит, – выдал Орх племянника. – Правда, ты, чужачка, неутопаемой оказалась.

– Все мы знаем, что никогда не тонет, – захихикал Сёма.

Похоже, некоторые вещи во всех мирах незыблемы.

– А вот не надо мне пагубных ассоциаций! – вспыхнула я. – Все помнят, что у меня нестабильная магия, да?

– Империя так точно, – заявил император, появившись бесшумно и, как обычно, неожиданно. – Не пора ли принимать решение?

– А у вас разве сейчас не заседание малого совета? – аккуратненько так, но настойчиво поинтересовалась Ниэла.

– Голем меня заменяет, – отмахнулся Генрих. – Сделать себе двойника оказалось отличной идеей. Хоть немного полегчало. Правда, жить с раздвоенным сознанием несколько непривычно…

Голя больше не горлопанил песенки, полноценно превратившись в нудного Генриха. Скукотища!

– Прогуливаешь, значит, – сделала вывод ведьмочка.

– Интересуюсь, когда же моя протеже изволит выбрать себе супруга, – хмыкнул император. – Пора бы определиться, пока весть о живом артефакте не всколыхнула охочих до наживы. И так ажиотаж с этим отбором…

– Моя магия все еще молчит, – тут же заявила я. Определяться совершенно не хотелось, сердце до сих пор трепетало только от одного мужчины, на которого я смертельно обиделась.

– Тогда попроси свою магию присмотреться к дальнему родственнику короля демонов, – посоветовал Генрих. – Неплохая партия.

– Карвен? – взвыл Ниарон, едва зашел в мои покои.

– Не спальня, а проходной двор, – фыркнула я. – Стучать не учили?

– Он скучный, трусливый и ленивый, – продолжал некромант, игнорируя мое недовольство. – Неподходящая пара для такой, как Света.

– Можно подумать, именно тебе отвели роль отыскать подходящую, – прорвалась в эфир моя внутренняя ехидна.

– А почему бы и нет? – блеснул глазами некромант. – Думаешь, я против твоего счастья?

– Думаю, этот отбор не преследовал цели сделать меня счастливой, – поджала губы я. Это расстраивало больше всего.

В собственном мире мне приходилось бороться за место под солнцем, а в этом мое мнение даже особо и не учитывалось. Уникальная, значит? Побыстрее замуж! И выгодно. Для империи.

– Ты не права, – возразил Ниарон. – Этот отбор – в первую очередь для того, чтобы обезопасить тебя.

– Выдав замуж за породистого незнакомца, который хочет заиметь живую батарейку под боком, – скривилась я. – С-с-спасибо, что ли.

Испытания были откровенно глупыми, призванными продемонстрировать магические таланты кандидатов, их смелость, ловкость, мужественность. Можно подумать, мы в супружеской жизни воевать друг с другом должны.

Учитывался размер кошелька и статус, а также щедрость предложений будущих женихов. На меня не действовало, поэтому прельщаться разрешено было Семёну.

– Светлая… – начал было некромант.

Судя по всему, он настроился на долгий разговор. Сейчас друг с другом мы перебросились большим количеством слов, чем за последнюю седьмицу.

– Рон, а что ты здесь забыл? – повернулся к другу император, нагло перебив его на полуслове.

– Тебя искал, Рих, конечно же, – ответил некромант, не растерявшись. – У меня новости.

– И?

– На границе третий прорыв за седьмицу, надо бы проверить.

– Собирай отряд и отправляйтесь на закате, – кивнул Генрих.

– Я присоединюсь, – вызвалась Ниэла. – Все же новую защиту для стены мы с Ниароном плели вместе, вдруг и моя помощь понадобится?

– Порталом из столицы отправляться небезопасно, – сказал некромант. – Из-за большого наплыва магов на отбор порталы здесь нестабильны. Перейдем из следующего городка, а до него верхом на хорсарах.

– Разумно, – похвалил Генрих. – И отчет мне отправь через магическое зеркало, как только что выяснится.

– Всенепременно, – пообещал Ниарон.

– К завтрашнему утру, Светлая, я жду от тебя имя будущего супруга, – сбросил на меня словесную бомбу император перед тем, как уйти.

– А-а-а…

– А если ты не выберешь, то это сделаю я, – поставил точку Генрих. – Хватит тянуть. Только смуту своей уникальностью мне вносишь.

И он ушел.

– Это тебе, Света, – протянул мне кулон с белым кристаллом Ниарон.

– Подлизываешься? – засомневалась я.

– Артефакт защиты, – объяснил он. – Пока я буду в отъезде, проследить, чтобы никто не принудил тебя силой… выбрать супруга, не смогу. Артефакт защитит. Носи.

Некромант поспешил за императором. А я, сжав подарок в кулаке, не понимала собственных чувств. Вроде и позаботился, но все равно как-то криво…

Я-то сцену ревности ожидала, признания в любви, предложения руки и сердца… Но обломалась, ха!

– Ой, дурень, – качнул головой Орх, сплюнув вслед племянничку.

– Узнаю этот взгляд, – мурлыкнул Сёма.

– А?

– Лучше это сделать на закате и в северной части резиденции, – сказала Ниэла.

– Что? – повернулась к ней я.

– Но ты же бежать надумала?

– С чего ты взяла? – сразу же всполошилась я. Дружба дружбой, но верность империи может быть сильнее. Я здесь без году неделю всего, а Ниэла с Генрихом не один пуд соли вместе съели.

– Хм-м… – постучала мизинцем по подбородку ведьмочка. – Предчувствие?

– Обманывает. Ничего подобного я не замышляю, – мгновенно ушла в несознанку я. – Но если чисто гипотетически, где, ты говоришь, это сделать лучше?

Ниэла хмыкнула.

– Ну если чисто гипотетически, Света, то уходить лучше через северную часть резиденции, из кухни например, – сказала ведьмочка. – К закату там будет идти подготовка к ужину, слуги в это время дальше собственного носа не видят, в суете на беглеца внимания точно не обратят.

– Ага-ага, – мотала на ус я. – А дальше?

Поинтересовалась заговорщицким шепотом, еще и следила, чтобы Орх был занят сокровищами, а не нашим разговором с Ниэлой. А то ведь как пить дать разболтает все племянничку.

– А дальше отправляться к третьим воротам у фруктового сада, запомнишь? – так же тихонько ответила ведьма. – Стражи будут заняты подготовкой к отправке отряда для проверки защитной стены, подгадаешь момент и проскользнешь в торговую повозку. Схоронись в ящике под сиденьями, так доедешь до следующего городка.

– Хм-м…

– Золото у тебя будет, купишь в лавке артефактора кристаллы переходов и сделаешь несколько спонтанных прыжков из королевства в королевство, чтобы запутать энергетический след, – продолжила давать наставления Ниэла. – Остановиться лучше на королевстве демонов, где-то в провинции схорониться и не привлекать внимания. У рогатых опаснее всего, но там тебя точно искать не станут, как в королевстве людей или фейри.

– Спасибо, – искренне поблагодарила ее я. – Но это чисто теоретически и гипотетически, помнишь?

– Конечно, – улыбнулась ведьмочка. – Ну я пойду, Света. Нужно подготовиться к поездке, а от защитного артефакта Рона не отмахивайся, на совесть сделал.

– Откуда знаешь?

– Нюх, Светлая, – хмыкнула она. – Ведьмовской.

Подруга подмигнула и ушла, а я надела цепочку с кулоном, спрятав артефакт под платье.

Вскоре и Орх засобирался.

– А рубины? – отозвался Сёма.

– Нужно плантации своих грибочков проверить перед уходом, подкормить магически, плесень собрать. Кто знает, когда вернусь? – сказал костлявый. – Ронушка без меня на дальние расстояния не путешествует.

– Хвостиком следуешь? Нянечкой? – издевался мой фамильяр.

– Много ты понимаешь, – фыркнул Орх. – Незаменимым помощником, между прочим.

– Ну-ну, – ехидно хмыкнул кот, всячески показывая, что ни на секунду не поверил этим байкам.

Скелет ничего доказывать не стал.

– Ну бывай, чужачка, – блеснул глазами в мою сторону он. – Надеюсь, до нашего возвращения ты выберешь супруга и мы больше не встретимся.

– Я очень взаимная дева, Орх, – подмигнула ему в ответ. – Поэтому просто знай: на любое твое чувство отвечу с тройной взаимностью.

– Как бы кости потом в кучку собрал, – фыркнул Сёма.

– Можно подумать, – протянул Орх. – Нашли чем пугать! Я, между прочим, не одно тысячелетие живу, пуганый-перепуганый.

– Ты просто ни разу не встречался с гневом настоящей русской женщины, – хитро протянул кот.

Опытным путем проверять верность его слов Орх не стал, поспешил ретироваться.

– Столько дел, столько дел, – причитал он. – Успеть справиться бы.

Удерживать его мы не собирались.

– Надумала делать ноги, значит? – спросил у меня Сёма, стоило нам остаться наедине.

– Я в этот мир не напрашивалась, уникальную силу не требовала и от отбора женихов честно пыталась отбрехаться, – заметила я, загибая пальцы. – Не получилось же, видишь?

– Вижу. Я удивлен, что ты так долго продержалась, а не стала откусывать головы направо и налево.

– Я ответственно пыталась стерпеть это откровенное непотребство, но…

– Валим, – постановил кот. – На свой ресторанчик и домик мы уже насобирали, не пропадем.

– Думаешь?

– Я даже прихватил у Ниэлы сумку с пространственным карманом, – подмигнул Сёма, магией отправляя туда наше добро.

– Спер?

– Одолжил, – повел ушами фамильяр.

Всего-то формулировку поменял, а впечатление уже другое складывалось.

На сборы у нас оставалось несколько часов, которые мы провели с пользой. Потом плотно отужинали и на свой страх и риск двинулись тем путем, что подсказала Ниэла.

Сердце у меня каждый раз грозилось выскочить из груди, стоило натолкнуться на кого-то из обитателей особняка. Но, к моему удивлению, совершенно напрасно, никто на меня особого внимания не обращал, как Ниэла и прогнозировала.

Даже мимо стражей мы с Сёмой спокойно пробрались.

– Я туда не полезу, – заупрямился кот, когда я подняла сиденье в повозке.

– Семён, – попыталась надавить голосом.

– Там пыльно, тесно, и вообще! – вспыхнул фамильяр. – Мы задохнемся, Света.

– Даже для хронического пессимиста, Сём, такие прогнозы уже перебор, – сказала я.

– Не заставишь. Я не самоубий…

На споры времени не было, я уже слышала приближающиеся мужские голоса, поэтому просто представила, как магией пеленаю кота и дарю ему временное безмолвие. И-и-и… получилось! Даже напрягаться особо не пришлось. Видимо, в стрессовых ситуациях моя сила работала как часы.

Сёма лишь глазами вращал, когда я закинула его в наше временное убежище и залезла следом. В темноте и тесноте была четкая ассоциация с гробом, оттого мне делалось неимоверно жутко. Хорошо, что Ниэла научила меня простенькому заклинанию, и удалось зажечь магический светляк.

Даже тусклый свет способен был изгнать животный ужас.

Вскоре мужские голоса раздались совсем рядом, колеса повозки скрипнули и наше с фамильяром убежище пришло в движение. Мне оставалось лежать тихонько, как мышка, и ждать следующей остановки.

Тысячу овец, которых я про себя считала, все шло спокойно, а на тысяче первой…

«Ну ты и изверг! – раздалось возмущенное в голове. – Мау-у!»

Я зыркнула на фамильяра, его морда не шевелилась, буянил Сёма через ментальную связь.

«Цыц!» – так же мысленно скомандовала я.

Не тут-то было!

«Мау-у! Мау! Мяв! Ш-ш-ш!» – надрывался Семён, устроив мне настоящее шоу.

Никакие уговоры на него не действовали, кот методично мстил, обеспечивая мне качественную головную боль. Через несколько часов такого вопля я была на грани безумия, поэтому, когда повозка затормозила и пассажиры вышли, просто вылетела из убежища, словно турборакета. Сёма последовал за мной, заклинание перестало действовать.

Мы были в лесу. Похоже, я приняла временный привал за пункт назначения. Городом здесь и не пахло, тянуло мхом и сыростью.

– Рановато мы выбрались, – шепнула я коту, крадучись к деревьям. Мужчины, которых я видела на поляне неподалеку, разводили костер и переговаривались о чем-то вполголоса.

– Живым я в этот кошмар не вернусь, – выгнулся дугой Сёма.

– Согласна, – неожиданно для самой себя проявила солидарность я. – Придется добираться пешком. Хотя ночь впереди…

– Все лучше, чем испытать все оттенки клаустрофобии, – фыркнул мой спутник.

Я скрылась в тени деревьев и, лишь когда отошла от поляны на пятьдесят шагов, стала чувствовать себя немного уверенней. Не услышали, не заметили, не гонятся следом.

«В каждой женщине дремлет шпионка, – заметила ехидна. – И еще с сотню различных личностей, что пробуждаются в зависимости от ситуации».

– Жрать охота, – пожаловался Сёма.

– И кто из нас двоих хищник? – выгнула брови я.

– Кто? – опешил кот.

– Должна же быть от тебя хоть какая-то польза, – заметила я. – Вот и добудь нам пропитание.

– Я-а?! Дитя бетонных джунглей?

– Мир обязывает воззвать к звериным корням и пробудить в себе зверя. Дерзай, Семён, – подмигнула я офигевшему фамильяру. – Тем более что как раз ночь заступает. Твое время.

– Чой-то мое? – набычился кот.

– Ну, ты же у нас мастер ночного «тыгыдык». Прояви талант и здесь.

Сёма недовольно запыхтел, но попытку послушаться предпринял, ушел на охоту. А ко мне воззвала природа.

Я опустилась на корточки, расслабилась и тут… услышала хруст веток. Буквально сразу и причина шума появилась. Из-за дерева вышел мужчина.

– Ниарон? – захлопала ресницами я, радуясь, что платье скрывает то, чем я здесь занималась. Может, просто грибы собирала? Вот присела и…

Правда, характерное журчание говорило само за себя.

– Света?!

ГЛАВА 18

Кто-то пытался прерваться в самый разгар процесса? Несомненно, это возможно и осуществимо, но как же тяжело!

– Э-э-э… – выдала я, зажав мышцами тазового дна все, что можно было. Все, что нельзя, тоже зажала.

«Ты кремень, Светка, – подбодрила меня ехидна. – Терпи, казак, атаманом будешь!»

Вот только зачем мне сдалось это атаманство? Я, может, птица не таких высоких полетов. Верните меня в привычную обстановку, с благами цивилизации, белым другом и, главное, туалетной бумагой! От кофемашины я тоже не откажусь, а вот атаманство себе оставьте, благодарствую.

– Ты как здесь? – нахмурился некромант.

– Ы-ы-ы… – Естественные потребности требовали свободы. От того, что все внизу сжалось, глаза вылезали из орбит. Но я сохраняла лицо. Или обманывалась, что сохраняла. – Грибочки собираю, ягоды.

– Здесь только волчий корень и папоротник.

Этот мужчина явно не умеет держать язык за зубами, так и тянет умничать.

– А ты получше поищи, может, и найдешь, зоркий мой, – не сказала, скорее прорычала я.

– Хм-м… – Ниарон сжал пальцами переносицу, отвел глаза. – Ты поищи тогда здесь.

– Уж пос-стараюсь, – прошипела змеей.

– Столько, сколько нужно будет, ищи, Света, – отступал он. – А я во-о-он за теми деревьями посмотрю.

Благослови, Луноликая, сообразительность Ниарона! Пусть и туговато она идет, но все лучше, чем ничего.

– И не вздумай бежать, – предупредил напоследок. – Тебе от меня не скрыться.

Прозвучало угрожающе, но я не купилась. Не до этого было как-то.

– О-ох! – закатила глазки под благостное журчание.

«Ну до чего мало нужно женщине для счастья, – прокомментировала ехидна. – Ни тебе бриллиантов, ни тачки, ни островов заморских, всего-то…»

– Да-а-а… – довольно улыбнулась я, познав экстаз освобождения. А после хихикнула.

Вселенная явно обладала странным чувством юмора, сталкивая нас с некромантом в самые неподходящие для того моменты. Вспомнить только мое феерическое появление в этом мире.

Я оправила платье, разгладив несуществующие складочки на подоле, и поспешила к некроманту. Стыд решила задушить на корню.

«Все, что естественно, не безобразно», – мысленно твердила себе. И все равно, когда встретилась глазами с Ниароном, почувствовала, как жар кинулся в лицо.

– Нашла? – ехидно прищурился мужчина. Сглаживать момент неловкости он явно не собирался.

– Не грибное какое-то местечко, – пожала плечами я. – А может, лес бракованный. В вашем мире все с подковыркой, что флора, что фауна, что законы, что мужчины…

Некромант скрипнул зубами. Между нами повисла напряженная тишина.

– Я жду, Светлая, – через какое-то время сказал Ниарон.

– Чего же? – ковырнула мыском туфли землю я.

– Объяснений, конечно же.

– Ах, этого! – нервно хихикнула я и дотронулась до пушистого мха на стволе дерева. – Какой мягкий… Удивительно. Никак не могу запомнить, мох гуще растет на севере или на юге?

– Света.

– Совершенно не ориентируюсь на местности, – закатила глаза я, игнорируя недовольство мужчины. – Вот вышла на охоту и заблудилась. Ну хоть какой-то недостаток во мне есть. Не идеальная, да.

– На охоту? – сложил руки на груди он.

– Грибную, – со всей серьезностью заверила я, решив стоять на этой версии до последнего. – Ты что, мне не веришь, что ли? Пф-ф!

Ниарон свел брови к переносице.

– Далековато охотишься, Света, – наконец выдал мужчина. – От резиденции до забытого леса полдня пути. Пешком.

«А ну, стоять! – гаркнула ехидна моей нижней челюсти, что лишилась чувств и устремилась вниз. – Держи лицо, Света. Ты же всю контору сейчас спалишь!»

– Русские женщины и не на такое способны, Рон, – фыркнула я. – Ты просто не знаешь.

– Сбежала, значит, – поджал губы мужчина. – И что тебе в резиденции не сиделось? В безопасности и тепле? Приключений захотелось?

– Мужа, – брякнула я.

– Что? – выпучил глаза он.

– Ну, вы же отбор именно для этого и устроили, правда? Мне там никто не подошел, вот я и решила продолжить поиски самостоятельно, – самозабвенно врала я. – Кто лучше может разобраться в том, чего хочет женщина?

– Кто? – послушно повторил маг.

– Только она сама. В определенную фазу цикла, когда еще не хочется убивать и оплакивать всех, кто случайно попался под тяжелую руку, – ответила я. – Кстати, не кажется ли тебе, Рон, что в данной ситуации моя честь и доброе имя скомпрометированы?

– А? – не успевал за ходом моей мысли мужчина.

– Ты застал меня в таком непотребном виде, что, как честный маг, просто обязан теперь жениться.

У Ниарона задергался глаз. Левый. А потом и правый.

– Не боись, – набычилась я. – Попаданка некроманта не обидит.

– Света, я…

– Пошутила я, пошутила, – отмахнулась от него. – Даже если звать будешь, не пойду.

– Не пойдешь? – как-то шипяще выдохнул Ниарон.

– Не пойду. Передумала, – задрала подбородок повыше я. – Сам же настаивал, чтобы я подходящего мужа выбрала, сам же под белы рученьки императору и сдал, отбор этот чертов одобрил. Так что баста, карапузики. Я себя тоже не на помойке нашла.

– Нам давно стоило объясниться. Знаешь, я…

– Да не парься. – В моменты стресса я начинала хорохориться и болтать без умолку. Все лучше же, чем рыдать белугой, правда? – Я все понимаю. Секс не повод для знакомства. Для продолжения отношений тем более. Ты мне ничего не должен, как и я тебе. Будем дружить?

За спиной Ниарона вытянулась Тьма, нависая угрожающей тенью надо мной.

– Дружить? – тихо переспросил некромант. В его глазах пылала уже не зеленая, а алая магия.

«Довела мужика», – констатировала ехидна.

«Не виновата я! – включился оправдывающийся ум. – Он сам себя довел. Самостоятельный, вот».

– А-а-а… Так ты тоже из тех, кто не верит в дружбу между мужчиной и женщиной? – склонила голову набок я.

– Р-р-р! – очень информативно ответил некромант.

– Ну ладно, останемся тогда… – я прикусила нижнюю губу, – никем. Так устроит?

Ниарон потемнел лицом, Тьма над ним расширилась до размеров избушки.

– Что? Опять не то? – подбоченилась я. – Да бюстгальтер без мерки легче подобрать, чем понять иномирских мужиков.

Мужчина объяснениями заморачиваться не стал. Вместо этого Тьма некроманта обрушилась на меня… спеленав в уютный теплый кокон. Точно в колыбельку уложила и накрыла одеялком.

«Мур-р!» – довольно отозвалась ехидна.

– М-м-м… – закатила глаза я. – Да ты только пугать горазд, на самом деле Тьма твоя очень нежная и ласковая. Почти что ручной зверек.

– Никому не говори об этом, Света, – хрипло выдал Ниарон.

– Посчитают слабаком? – фыркнула я. – Не боись, ты же у нас мужицкий мужик, да?

– Светлая…

– Не скажу, не стану подмачивать твою безупречную репутацию, господин верховный маг. Ей от меня ничего не угрожает, можешь быть спокоен. Я – могила, символично, не правда ли? – хихикнула я. – Ты хоть и чудовище, но красавица как-то не пришлась ко двору, да?

Мужчина поморщился от моих слов. Я старалась задеть его самолюбие, уязвить посильнее, и у меня это отлично получалось. Годы тренировок и козлистость мужа сказывались, огрызаться я научилась мастерски. Но это больше от боли. Что делает больная собака, когда боится? Правильно, кусает первой.

– Моя Тьма только с тобой такая, – признался Ниарон. – Это скорее исключение из правил, чем закономерность.

– И с чего бы мне такая эксклюзивность? – язвительно прищурилась я. – За красивые глаза?

– Меня к тебе тянет, – выдал он явно через силу, словно голос перестал вдруг его слушаться. – А глаза у тебя действительно красивые…

Его ответ согрел мою душу, но так легко сдаваться я не собиралась. Корочка обиды треснула, только пропадать не спешила. Слова Ниарона шли вразрез с действиями, я уже устала обманываться и разочаровываться.

– Что-то я не заметила этой тяги, раз ты так легко можешь отдать меня другому, – демонстративно фыркнула я. – Или гуляться хочется, а ответственность брать не очень?

«Получи, некромант, гранату! – торжествовала ехидна. – Кушайте, не обляпайтесь, аха!»

Теперь и фигура Ниарона подсвечивалась всполохами алой магии, а от Тьмы вновь послышалось грудное рычание.

– Моя бы воля, и никому… Никаких других. Никогда, – рявкнул мужчина.

– Да? – выдохнула, не веря собственным ушам. – Правда, что ли? Такой собственник?

– Никогда не был, – буркнул некромант. – До тебя, Света. А тут… Понимаю, что другой для тебя лучше будет, но меня бесит сама мысль, что кто-то посмеет…

– Скажешь тоже, – не поверила я. – Это просто кризис среднего возраста, Ниароша. Сколько тебе годиков стукнуло-то?

– Триста тридцать шесть, – ответил мужчина, чем заставил меня нелепо хватать воздух широко раскрытым ртом.

– Да ты не старичок, Ниароша, ты настоящий музейный экспонат! Древность!

– Намекаешь, что я старый? – раздраженно повел плечом некромант.

– Какие намеки? Брось. Я тебе прямо говорю. Труха не сыплется?

– Помнится, у тебя была отличная возможность проверить меня в действии. Или на память жалуешься? Нужно обновить? – злился Ниарон, а я продолжала дергать тигра за усы и ловить кайф от этой пикировки.

Ни один отборный жених не мог меня завести! Ни один. А тут с полувзгляда стартовала.

– Ну что ты, – хмыкнула я. – Зачем утруждаться? Я еще переживать начну, если твой моторчик вдруг не выдержит таких незапланированных нагрузок. Побереги себя, Ниароша. Кто же будет заботиться об империи, кроме тебя, да?

– Света! – А вот теперь в его голосе явно звучало предупреждение, только оказалось, никак не чокнутым попаданкам ему внимать… – Средняя продолжительность жизни у нас тысячелетие, а сильные маги могут разменять и не одно.

«Вот это фигасе! – присвистнула ехидна. – Похоже, это от тебя, Света, скоро даже воспоминания не останется. Что человеческие тридцать-сорок активных годков против тысячелетия? Да ты просто пыль под ногами некроманта… Переступит и не заметит».

– Ну тогда с тобой все ясно, – бодрилась я. – Седина в бороду, бес в ребро, ага.

– У меня нет седины.

– Пока нет. А там, глядишь, и появится. Сначала седина, потом облысение, пивной животик, ломота суставов, проблемы с магическим жезлом… – не унималась я. – Не переживай, Ниароша, все через это проходят. Последний марафон перед вынужденным покоем.

– Р-р-р! Шальная девка.

– Хм-м… Это что ты такое удумал? – прищурилась я, лишенная возможности пошевелиться.

Некромант опять не ответил. Вместо слов он резко приблизился и впился в мой рот жалящим поцелуем, словно наказывал. За мой злой язык, за ехидство и подтрунивание, за все те дни, что не подпускала к себе близко и не давала возможности объясниться.

– М-м-м…

Я не стала лужицей растекаться у его ног, а вступила в эту борьбу страсти на равных. Так же жадно отвечала Ниарону на поцелуй, пила его дыхание, так же не могла им насытиться. Дикий вихрь чувств, что нас закружил, остановил время, отрезал от всего остального мира, зациклив друг на друге.

– Я соскучился… – признался мужчина, целуя мою шею.

– Я тоже, – подставлялась под его ласки я, не став скрывать очевидного.

– Не сдерживайся, труха не появится, – скомандовал некромант, подхватывая меня под попу и заставляя обхватить его торс ногами. – Будет тебе марафон, моя несносная заноза.

Мой хвост оплел мужское бедро и неожиданно подобрался к главным стратегическим местам. И преследуй я цель вырваться, дезориентировать противника, нанести ему существенный урон, стоило всего-то хлестнуть по…

Но я никогда не стремилась к войне, поэтому никаких ударов не последовало, только ласка.

– Све-та, – прохрипел Ниарон, застигнутый врасплох.

– Да? – хихикнула я.

– Света… – восхищался, удивлялся и умолял одновременно некромант, напрочь растеряв все остальные слова. Но я и так все отлично понимала. Он мог и морзянку сейчас отбить, мы просто были на одной волне.

Нить между нами, которая пролегла еще с самой первой встречи, никуда не делалась. Она только натянулась до предела, но не оборвалась. Сейчас же крепла, утолщалась, подпитываясь нашими эмоциями.

Казалось, я отчетливо вижу ее пульсацию перед глазами.

Только в книгах или фильмах секс в лесу представляется чем-то романтичным. На деле же кора кололась, холод щипал обнаженные участки тела, да и всевозможная живность не вымерла в одночасье. Другое дело, что все неудобства прошли мимо нас как мелочь, недостойная внимания. Слишком сильно нас с Ниароном тянуло друг к другу, и ничто не могло сейчас помешать этому бурному внезапному воссоединению.

На пике удовольствия из меня опять вырвалась неконтролируемая сила, которая золотым куполом накрыла нас с некромантом и рассыпалась искрами вокруг. Лес устоял. Только на стволах деревьев то тут, то там неожиданно проклюнулись фиолетовые грибочки. Я таких ни в жизнь не видела.

– О-о-о…

– Лиловые урхиши, – улыбнулся Ниарон, выглядя сейчас довольным сытым котярой. – Небывалая редкость. Как и ты, Света.

– Легче? – хихикнула я, когда некромант принялся заботливо поправлять на мне платье.

Сопротивление было бесполезным, я просто наблюдала за действиями Ниарона, позволив ему верховодить. Вот сейчас впору оказалось растечься довольной лужицей. Такая приятная нега бродила в каждой клеточке моего тела…

– Перекусил, но не насытился, – хмыкнул мужчина, спрятав остатки моих трусиков в карман своих брюк. – Почему-то, Света, мне тебя всегда мало. Не знаешь почему?

– Если узнаешь, то и мне скажи, аналогичная проблемка нарисовалась, – разоткровенничалась я.

– Нужно что-то с этим делать… – сжал пальцами переносицу мужчина. – Я совсем забросил государственные дела, не могу ни о чем толком думать, только о тебе…

– И я…

– Хворь какая-то, наваждение, – раздосадованно поджал губы Ниарон. – Не проверь я обратное, подумал бы, что происки врагов или воздействие сильной чужой магии. Не волнуйся, я найду нам выход.

– Выход?

– Ты должна быть в безопасности, Света, а со мной это проблематично.

– Да? – как обухом по голове стукнули меня, и всю негу сдуло.

– Моя магия опасна и непредсказуема. Тьма подавляет, захватывает волю, уничтожает все живое, до чего только может дотянуться. Она может вырваться из-под моего контроля и навредить тебе, Света. Я никогда не прощу себе этого.

– Этот ласковый котенок? – выпучила глаза я, все еще лелея надежду достучаться до этого тупоголового некроманта. Хотя уже видела: он спустил пар и закрылся в ракушке собственных дурацких убеждений. – Тебе не кажется, что мы, наоборот, подружились с твоей силой?

– У меня много врагов, – зацепился он за другую причину. – Я не имею права подвергать тебя опасности, я не могу предложить тебе полноценную семью. Поэтому я найду какое-то средство, чтобы унять эту тягу. Так будет лучше для тебя.

– Так чего же не ищешь, а до сих пор некромантишь меня от души? – зло прищурилась я.

– Слабый потому что. Не могу устоять, – опустил голову он.

– Бедный Ниароша и злая тетя Света, – понесло меня. – Опять снасильничала, да?

– Ты выберешь достойного кандидата в супруги, – скрипнул зубами некромант. – И обязательно будешь в безопасности. Счастлива. Далеко от меня.

– Приплыли. А сейчас мы этим выбором и занимались, да? Готовишь меня, чтобы могла развлечь будущего супруга?

– Р-р-р!

– Придумай что-то другое. Не трогает меня твое рычание больше.

Тьма опять выскочила из спины Ниарона и распространилась вокруг зловещей дымкой.

– Ты не понимаешь?

– Понимаю, – кивнула я, вырвав у него стон облегчения. – У тебя кишка тонка бороться за свое. Или же дело в том, что я не та, за которую стоит рискнуть всем, даже если расшибешься?

– Никогда не смей сомневаться в себе! – рявкнул он, потянувшись ко мне с намерением коснуться. Но я отпрянула, словно от чумного, и выставила ладони.

– Держи дистанцию, Ниарон. Для тебя это сейчас лучше всего, или тетя Света не отвечает за последствия.

Вот как этому мужчине удавалось за одно мгновение заставить меня воспарить к небесам, а потом низвергнуть в пропасть?! Не понимаю! Отказываюсь понимать.

Ох, Луноликая стервь! Ну и удружила ты мне с этим чудовищем. Видимо, грехи мои слишком тяжки, неискупимы, вот и мучаюсь.

– Ты необыкновенная, – выдохнул он, прикрыв глаза. – Дело во мне.

– Очередная банальность. Забей. Не надо искать никаких средств, я – лучшее средство. Не дам, называется. Считай то, что между нами произошло, моим прощальным подарком. Будешь вспоминать долгими одинокими вечерами и гордиться, каким же муда… мужицким мужиком ты остался.

– У меня никогда не будет детей, Света, – болезненно скривился Ниарон. – Я не хочу…

– А ты спросил, чего хочу я? – вызверилась в ответ. – Я хочу, чтобы мой мужчина боролся за меня! Если нужно будет, то хоть со всем миром. Чтобы ему по плечу были любые преграды и трудности, потому что легче сдохнуть, чем быть со мной в разлуке.

«Да ты сказочница, Светка, – брякнула ехидна и прослезилась. – Но как же проникновенно!»

– …чтобы моя магия убила женщину, которая решится выносить моего наследника. Не такое уж я и чудовище, как привыкли считать другие. Услышь же меня!

Я сжала кулаки.

– Ты не чудовище, Ниарон, ты идиот, – раздалось серьезное сбоку от нас.

Орх привалился к стволу дерева, сложив руки на груди.

– Не в бровь, а в глаз, – показала большие пальцы я.

– Давно ты здесь? – нахмурился некромант.

– Забеспокоился о родной кровиночке и отправился на поиски. Думал, вдруг на тебя вепрь напал? – блеснул глазами костлявый. – А тут такой всплеск, что слепой бы даже заметил.

– Я же ставил заглушку…

– Напортачил, – пожала плечами я. – Бракодел.

– Жаль, что вепрь остался не у дел… – проговорил Орх.

– Что? – потребовал Ниарон.

– Светлая? Решила присоединиться к нашему скромному отряду, деточка? – спросил меня скелет, игнорируя непутевого племянничка.

– Мир повидать, ага. Выбираю вот, в каком королевстве осесть.

– Ну, защитная стена не весь наш мир, но благодаря ей этот мир и сохраняется, – кивнул Орх. – Пойдем, покормлю тебя. Парни уже куропаток зажарили, кашу сварили.

– Света возвращается в резиденцию, – заявил Ниарон.

– Черта с два! – фыркнула я. – Ты мне не указ.

– Я – нет, но вот император…

– А ты не только трус, но и доносчик, – поджала губы я. – Так и запишем. В карме. Бумеранга недолго ждать осталось, Ниароша, попомни мои слова. Отольются кошке мышкины слезки.

– Это ты-то мышка? – обомлел некромант.

– Бойкая, – восхищенно выдал Орх. – А я с первого взгляда понял, что ты за штучка. Словно бы моей крови. Горжусь, чужачка. Эх, скинуть бы несколько столетий, и ты была бы со мной.

– Р-р-р! – не согласился с дядюшкой Ниарон.

– Помнится, с первого взгляда ты решил пустить меня на опыты.

– Это я от неожиданности, счастье-то привалило, – смутился костлявый. – Непривычно оказалось… Но вот со второго взгляда…

– Посоветовал убить. Нет девы – нет проблемы. Так, кажется, ты сказал?

– Да что ты к словам цепляешься-то? Давно это было и неправда, – фыркнул Орх.

– Ха! – не удержалась я.

– Я не вовремя? – робко поинтересовалась Ниэла.

– Очень вовремя, – потерла ладони я и приблизилась к ведьме, – подруга. Давай-ка разберемся с твоим навигатором. Барахлит он маленько.

– Сначала свой проверь, – тихонько хмыкнула в ответ блондинка. – Части света научись различать, а потом и претензии предъявляй.

– Э?

– Я тебя к торговой повозке отправила, а ты в одну из наших запрыгнула. Не ищи виноватых, раз сама такая бедовая, – зашептала Ниэла, выбивая из меня всю накопившуюся злость. Для остальных же она громко заявила: – Как прекрасно, что мы все здесь собрались, не правда ли?

ГЛАВА 19

– Неправда, – буркнул Ниарон. – Свете здесь не место.

– А по какому, скажите пожалуйста, праву тебе вдруг решать, где мое место? – подбоченилась я.

– Такое воспитание я в него точно не вкладывал, – фыркнул Орх.

– Дубина стоеросовая, – припечатала я.

– Не могу не согласиться, – кивнула ведьмочка.

– Благодарю, – сказали мы одновременно с некромантом.

– Э-э-э… Так с кем из нас ты согласна? – решила уточнить я. Так, на всякий случай, хотя и была уверена в волшебной силе женской солидарности.

– С обоими, – включила настоящего дипломата Ниэла. – Тебе у границы с миром хаоса нечего делать.

– Вот! – торжествующе поднял указательный палец Ниарон, заставив меня набычиться.

Женская солидарность? Не, не слышали. Ведьмы ей оказались неподвластны.

«Ну ничего-ничего, – успокоила меня ехидна. – Земля круглая, попросит еще блондинистая стервь зимой снега».

– А ты, Рон, действительно Светлой не указ, – добавила Ниэла.

– Аха! – заулыбалась от уха и до уха я.