Отраженные (СИ)

Глава 14

– Приходите на собеседование в… – бодрый голос девушки из отдела кадров разбудил Асю в полдевятого утра.

С трудом оторвав голову от подушки, девушка с удивлением обнаружила, что они с Лизой так и уснули на диване в гостинной. Соседка уже благополучно отправилась на свою работу, оставив Асю досыпать. Но звонок разрушил все планы.

Хотя какие вообще планы? У Аси не было даже малейшей идеи, куда двигаться дальше. Все компании, в которые она обращалась до произошедших событий, уже ей отказали, так что перспектив на работу не было никаких. Разве что и правда начать писать статьи для журнала в Лизином издательстве, или рассказы выпустить попытаться…

Но, как оказалось, одно резюме пролежало на столе достаточно долго, чтобы на девушку обратили внимание именно сейчас.

“Ага, как же, поверила одна такая…” – мысленно проворчала Ася, но все равно направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Работа нужна. И если кто-то (не будем показывать пальцем), чувствует себя настолько виноватым, чтобы предоставить рабочее место, то отказываться Ася не собиралась.

Главное, чтобы на глаза не попадался.

С такими мыслями Ася старательно отворачивалась от зеркала, по привычке умываясь наощуп. Но взгляд все равно то и дело цеплялся за отраженные движения. Как объяснял доктор, какое-то время мозгу потребуется на то, чтобы привыкнуть видеть свое отражение в зеркале и воспринимать его частью себя, а не чего-то постороннего. И это нормально.

Вот только с одеждой произошла какая-то чертовщина. Только собравшись надеть свой привычный офисный костюм, в котором Ася ходила на все свои собеседования, она заментила, что тот как-то странно сидит. В груди сделалось неудобно и узко, да и юбка слишком сильно впивалась в живот.

Что происходит?

Ася попыталась оглядеть себя со всех сторон. Поправила складки на одежде, прошлась по комнате и подвигала руками, но странное ощущение не прошло.

“Не понимаю, что это может быть,” – хмуро подумала девушка, глядя на свои ноги. “Вроде все как обычно…”

Времени до назначенного собеседования еще оставалось много. Ася притопнула несколько раз ногой, и все же решила снять неудобную одежду, чтобы разобраться с ней попозже.

Но и второй наряд, и третий ее не удовлетворили. Где-то оказалось пятно, незамеченное раньше. Где-то оторвалась пуговица. Да и цвет у той рубашки внезапно показался каким-то странным. Кто вообще носит фиолетовые рубашки?

Переворошив весь шкаф и не найдя там ничего приличного, Ася раздраженно сдула со лба упавшую прядку и посмотрела на часы. У нее в запасе оставался час, чтобы одеться и добраться до места. Делать было нечего.

Выбрав то, что более-менее сочеталось между собой и не передавливало в стратегических местах сверх нормы, девушка вышла из дома.

Погода, будто чувствуя настроение девушки, старалась изо всех сил не портиться. На сером небе даже пробивались иногда лучики солнца, кашу из снега на дорогах умудрились за ночь благополучно убрать, а ветер, еще недавно срывавший с веток последние почерневшие листья, наконец-то взял себе выходной.

Красота.

Вскоре все раздражение, накопленное за утро, как рукой сняло. Глаз сам останавливался на ярких предметах: красивой красной сумочке женщины в метро, желтой, похожей на цыпленка, шапке студентки, разноцветных значках на рюкзаке школьника. И улыбка тут же растягивала губы.

Даже воздух казался более чистым. Возможно, это было всего лишь из-за снега, прибившего всю грязь к земле. Но Асе не хотелось гадать о причинах – она просто любовалась городом как в первый раз.

В таком приподнятом настроении она и вошла в здание компании, ощущая как внутри поднимается волна предвкушения.

***

Месяц на новой работе пролетел незаметно, и в Асину жизнь наконец-то вернулась стабильность. Она больше не вздрагивала от каждого телефонного звонка. Хотя по-прежнему невольно напрягала слух, если звонили Лизе.

Вернувшись домой в тот день, когда она успешно прошла собеседование, девушка долго танцевала победный танец. А после взгляд упал на разбросанные по всей комнате вещи. Тогда Ася посмотрела на них так, будто увидела впервые, и впервые же ужаснулась.

Многое из одежды оказалось не по размеру или давно устаревшим. Взяв в руки первый попавшийся пиджак, она долго пыталась вспомнить, когда именно он был куплен. И так и не смогла. То же самое случилось и с еще несколькими вещами.

“Радует ли меня эта вещь?” – пронеслась в голове мысль, когда в руки попала старая футболка с какого-то рок-концерта, на который ее водил Лев, а половина вещей из шкафа уже оказалась в мешке. И только подумав ее, Ася остановилась, нахмурившись.

Что это вообще должно было означать?

Память услужливо подкинула имя какой-то Марии, чья книга невероятно вдохновила Асю. Вот только, сколько ни пыталась, она так и не смогла вспомнить, когда именно читала эту книгу, и про что она вообще была… Все книги, которые когда-либо оказывались в руках Аси, в большинстве случаев имели весьма узкую жанровую направленность, а что-то такое…

Ася окончательно запуталась. И, как и прежде, постаралась забыть про все, что ее тревожило.

После этого время будто застряло в одной точке, постоянно повторяя один и тот же сценарий. Дом-работа, работа-дом. Ася старалась изо всех сил на новом месте работы, изматывая себя все больше и больше. Казалось, только так можно было не думать о том, что жизнь после слияния… почти никак не изменилась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ее история не прошла дальше полуфинала, чего, собственно, и следовало ожидать. Однако Лиза была с этим категорически не согласна, и каждый раз, приходя с работы, ругалась благим матом на свое начальство. Ася молча выслушивала ее, но не вмешивалась.

Больше она не видела трущихся друг о друга парочек там и тут. Эти навязчивые видения, а с ними и вдохновение, будто покинули ее, освободив место для Таисии. К ноутбуку Ася тем более не подходила, потому что боялась вновь разреветься на пустом месте.

А еще зеркала. Девушка и подумать не могла, что их так много! В лужах, витринах магазинов, да даже в экране телефона она видела чужое собственное лицо. И каждый раз вздрагивала, пытаясь понять, что не так в этот раз.

Доктор, который до сих пор отслеживал ее состояние, предупреждал об этом. А еще сказал, чтобы Ася приходила, если вдруг у нее начнутся сложности с восприятием чего-либо. Но пока, слава богу, все было тихо и гладко.

Кроме сна. Спать Ася стала крайне мало. Потому что, стоило голове коснуться подушки, как она неизменно встречалась с ответным взглядом таких похожих глаз.

Каждая из них выросла личностью. Ася никак не могла об этом не думать, но очень старалась. Таисия оставалась для нее загадкой, которую было не раскусить. Та девушка не делала ничего, никак не реагировала на внешний мир, и только во сне прямо смотрела в ее глаза. И Ася ненавидела ее в эти моменты. Было бы проще, если бы она билась в истерике, если бы отстаивала свою позицию или пыталась перенять бразды правления телом. Ася ждала этого, готовилась. Если бы это произошло, она бы могла понять!

Но Тася бездействовала, и лишь старательно воспроизводила чужие движения за поверхностью стекла.

Это выматывало. Ася просыпалась в темноте и долго-долго вглядывалась в потолок, пытаясь унять дико колотящееся сердце. А потом вставала и шла на работу. Механически передвигая себя в пространстве, на автомате выполняла свои функции, как чертова микроволновка, и возвращалась в свое убежище. До тех самых пор, пока ночью голова вновь не касалась подушки.

Осознание того, что больше так продолжаться не может, настигло ее после слов Лизы:

– Ты похожа на несвежий труп.

Девушки сидели в кафе на набережной и доедали десерт. Садящееся солнце и чистое небо обещали красивый закат. Близился Новый год, и улицы постепенно заполнялись огнями. Они загадочно мерцали в сгущающихся сумерках, заставляя вновь вспоминать события далекого детства и то ощущение сказки, которое всегда дарит этот праздник.

Ася похудела. У нее не было ни сил, ни желания принимать пищу, но она практически заставляла себя делать это в положенное время. Поправив рукава свитера, который когда-то был просто чуть свободным, а теперь вполне мог сойти за оверсайз, она тихо вздохнула.

– А то я сама не знаю.

– Знаешь, и ничего не делаешь! – возмутилась подруга, сильно сжав зубами соломинку. – Ты так в гроб себя загонишь! Ты этого хочешь?

– Нет, не хочу…

– Тогда взбодрись уже! – с громким стуком подруга опустила пустой стакан на столик. – Уже прошло достаточно времени. Забудь его.

– Я забыла.

– Ой ли, – не поверила девушка, откидываясь на спинку стула. – Ты по ночам зовешь его.

– Это неправда.

– Хочешь поспорить со мной?

Ася снова вздохнула. Спорить не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Откинув со лба упавшую прядь, она отвернулась к окну, мысленно надеясь, что Лиза помолчит хотя бы пять минут и даст ей спокойно отдохнуть.

Но мечтам не суждено было сбыться. Подруга песочила ее еще полчаса, и лишь после телефонного звонка засобиралась на очередное свидание. Да, время шло своим чередом. В этом мире не изменилось почти ничего. Кроме Аси.

А это, как оказалось, не мало.

Ася пыталась убедить себя, что ей не было жаль. Что она не испытывает к Киру ни ненависти, ни влюбленности. Что то, что их ненадолго связывало ничего не значит – ведь что вообще произошло? Богатый мужчина обратил внимание на обычную девушку с кучей комплексов, надарил ей подарков и сводил на несколько свиданий. И пара поцелуев. Всего пара поцелуев!

Она даже не испытывала к нему глубокого чувства, которое, возможно, испытывала Таисия. Это она была знакома с ним с детства. И кто она ему вообще? Подруга? Соседка? Дочь партнера по бизнесу? Ася не знала. Не хотела знать, чтобы не разочаровываться еще больше.

От этого знания тот факт, что он готов был пойти на уничтожение другого человека, никак бы не изменился.

И все же…

Ася снова посмотрела в окно. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, оставив после себя только чернильно темное небо. На набережной зажгли гирлянду, превратив ее в сказочный осторовок предновогоднего волшебства.

А в стекле кафе отражалось несколько пустых столиков, витрина с десертами, уставший кассир, мечтающий о конце смены. И глаза, каждый день напоминающие о том, что случилось. Серо-голубой и зеленый.

Из погружения в собственные мысли Асю вырвал смутно знакомый голос:

– Тася?