Отрицание чувств. Игра началась

Глава 8. Немного о личном

Марго

Неделя оказалась богатой на большое количество противоречивых эмоций. Когда директор наконец-то сказал мне, что планы меняются, я жутко обрадовалась, вот только потом сразу пришло осознание, что я просто продалась ему за завод. Безусловно, кроме своей гордости я ничего бы не потеряла, потому что даже этот один поцелуй с ним стоил того, чтобы пойти против своих принципов и предложить себя взамен на нужное мне решение. В итоге оказалось, что директор принял то самое правильное решение сам, а я лишь открыла перед ним свои тайные желания. Когда он сказал про бизнес-план, я не сразу осознала, что он не собирается так просто тащить меня в постель. Мое восприятие происходящего напоминало перемещение из горячей воды в ледяную и обратно, потому что в какой-то момент я просто запуталась, насколько удачно сложилась вся ситуация, а главное, как мне дальше вести себя с Завьяловым.

Наверное, в первую очередь я ощущала маленькую женскую победу над суровым руководителем, потому что не ошиблась в его желании на мой счет. Не просто так он развлекался, отражая мои выпады в его сторону, а то, как легко поддался на поцелуй и перехватил инициативу, значило лишь одно, он действительно сам очень сильно этого хотел. Мужчины порой слишком предсказуемы, но это не отменяло того факта, что произошедшее было умопомрачительным, поэтому теперь я на полном серьезе катастрофически хотела его сама. Правда отказ Завьялова от моего не самого благопристойного предложения лишь поселил в моей голове новые вопросы касаемо его планов на меня. Его дальнейшее поведение не выражало даже намека на попытку склонить меня в постель, хотя учитывая, что мои неизменные колкости в его адрес явно находили отклик, не оставалось сомнений в его желании все-таки меня заполучить. Я понимала, что это часть своеобразной игры с вполне логичным для нас исходом, однако при таком раскладе просто так проигрывать и сдаваться ему не собиралась. Мне нужно было ощутить, что он меня действительно хочет, и как в тот момент сорвать с него маску непоколебимой и строгой сдержанности.

В итоге вместо игр с директором я углубилась в проработку бизнес-плана. Основная проблема была в том, что я никогда не делала подобные вещи в масштабах всего завода, но сейчас мне было необходимо безупречно прописать концепцию и предоставить максимальное количество информации, чтобы совершенному руководителю не к чему было придраться. Из-за этого на рабочей неделе дома я только ночевала, потому что днем собирала массу необходимых мне данных. Сначала терроризировала начальника производства на предмет того, в каком состоянии находится оборудование, потом мучила финансовый отдел для определения размера требуемого финансирования, даже не оставила в стороне самого директора, несколько раз отвлекая его своими вопросами. Три дня я задерживалась до позднего вечера, структурируя собранные материалы, просчитывая вероятные ходы развития, параллельно выполняя свои прямые обязанности, но в четверг поняла, что мне все равно не хватит времени получить более-менее приемлемый конечный результат. Пришлось мириться с поражением и признавать, что слишком легко согласилась так много на себя взять. В кабинет директора пошла как на плаху, потому что меня по-прежнему раздражало его нежелание видеть во мне специалиста, а сейчас я как раз собиралась подтвердить его мысли обо мне на этот счет.

Постучав, я помедлила, все еще пытаясь придумать, как с минимальными потерями выйти из ситуации, только он слишком быстро обозначил, что я могу входить. Когда я вошла и села перед ним, заметила его немного озадаченный и вопросительный взгляд направленный на меня, поэтому сразу призналась, что не справилась и попросила о помощи. Однако его ироничный ответ вывел меня из переживаний, потому что я вдруг поняла, что он в принципе не ждал конечного документа, давая мне слишком короткий срок. Завьялов будто ждал моего провала, видимо в отместку за то, что я пыталась заставить его принять решение, используя себя как рычаг давления. Осознав, что ситуация на деле не самая удручающая, сумела вернуть себе уверенность, но в любом случае теперь точно понимала, что одна с этим не справлюсь. Директор поверхностно просмотрел бумаги, а потом сделал то, чего я совершенно не ждала. Не теряя своего невозмутимого выражения лица, он меня похвалил, пусть немногословно, но я наконец-то получила его признание своих способностей. Мои эмоции снова зашкаливали от ощущения полного провала до победного восторга, ведь теперь я знала, что в его глазах являюсь не просто привлекательной картинкой, а действительно квалифицированным сотрудником. Не скрывая своего воодушевления, я поблагодарила директора и направилась к выходу из кабинета.

— Не расслабляйтесь, Маргарита Андреевна! — от его твердого обращения мое сердце на мгновение замерло, а потом забилось с удвоенной силой. Я не ожидала от самой себя такой реакции, поэтому резко повернулась к нему, стараясь скрыть свое смятение. — У меня к вам теперь будут завышенные требования.

— Зовите меня лучше как обычно «Марго». — мне было все равно на требования, но важно было сделать так, чтобы он больше не волновал мое сознание, обращаясь в подобном ключе.

— Меня удостоили особой чести? — его лукавый вопрос снова вернул меня к нашей негласной игре, указывая на то, что он с самого начала знал, как меня не стоит называть. Выходит, директор это делал специально, но мне от этой мысли стало скорее весело.

— Да! Вы же все-таки директор. — я не сдержала своего слишком оптимистичного настроя, поэтому даже изобразила реверанс.

Стремительно покинув кабинет, я готова была прыгать от распирающего меня восторга. Мне казалось, что он сегодня окончательно раздавит меня своим авторитетом, а все сложилось совершенно иначе. Директорская оценка моих знаний приятно тешила самолюбие, а предупреждение о его требованиях лишь придавало решимости и уверенности в себе. Я не понимала до конца, почему так остро среагировала на его непривычное ко мне обращение, но мое полное имя из его уст словно током прошло сквозь меня. Мне даже нравилось уже ставшее привычным строгое «Марго», поэтому я надеялась, что будоражить иным обращением Завьялов меня больше не будет, особенно учитывая мою так называемую просьбу.

В пятницу мне и еще несколькими сотрудникам пришло письмо от директора, где говорилось о назначенном на понедельник совещании по вопросу разработки стратегии развития завода. Помимо этого, у меня появился внушительный перечень задач о подготовке материалов, которые будут необходимы для работы. Те слова Завьялова про завышенные требования я смогла оценить именно сейчас, потому что от меня он запросил в разы больше, но самое главное, все задачи ставились, исходя из моих уже сделанных наработок по бизнес-плану. В итоге работа меня захватила настолько сильно, что на выходных я проигнорировала Юлину просьбу о встрече, продолжая прорабатывать стратегии и искать новые варианты для наиболее эффективного решения возникающих вопросов. В какой-то момент я напомнила себе студентку, которая пытается все больше убедить преподавателя в своих знаниях, даже достала кое-какие старые нереализованные проекты деда, пытаясь адаптировать их к современным реалиям. В своем энтузиазме я не сразу осознала, что снова хочу удивить директора и еще раз показать, что я действительно многого стою как специалист.

В новую рабочую неделю я вошла с гордо поднятой головой и кучей новых идей, как сделать из завода современное развивающееся предприятие. Не сдержав своих порывов поделиться дополнительными мыслями и наработками, появилась у Завьялова раньше времени назначенного совещания. Конечно, я честно призналась, откуда взяла некоторые идеи, которые довольно удачно на мой взгляд можно было приспособить к текущему планированию, но в любом случае своего я сумела добиться, потому что директор действительно снова оценил проделанную мной работу.

— Подходы в самом деле любопытные, только попрошу вас в ближайшее время больше не генерировать новые идеи. Сейчас у нас и так большой объем для проработки в краткосрочном периоде, пока все силы нужно бросить именно на это. — директор говорил как обычно строго, но при этом с нескрываемым интересом поглядывал на меня. Видимо ему начинало нравиться, что я на самом деле оказалась не глупой.

— Но ведь долгосрочные планы не менее важны. Я понимаю, что сейчас нужно в первую очередь вырваться из состояния нерентабельности за короткое время, вот только это не мешает начинать работать на перспективу уже сейчас. — я сидела напротив него в кабинете для переговоров за широким столом, готовая отстаивать свое мнение.

На мою речь он довольно странно среагировал, потому что аккуратно отложил бумаги и облокотился на спинку стула, продолжая внимательно меня изучать. Я даже успела почувствовать себя немного неловко от его непроницаемого взгляда.

— Марго, можно личный вопрос? — он спросил как обычно равнодушно, а у меня снова перехватило дыхание. К личным вопросам от него я пока оказалась не готова, но, чтобы не выдать своего замешательства, просто кивнула. — Вы же учились в столице, почему не остались там работать? Ведь ваши знания и потенциал можно применить широко за рамками одного регионального завода. Особенно теперь, учитывая достаточный опыт. — после этих слов я снова почувствовала, как загорелись мои щеки.

— Просто я хотела работать именно здесь. — мой ответ вышел не слишком уверенным, поэтому я решила перевести разговор в шутку. — Всегда мечтала стать директором завода, как мой дед.

Мой комментарий вызвал у Завьялова улыбку, как всегда сдержанную, но действительно искреннюю. Я даже неосознанно ощутила внутренний восторг, что смогла увидеть на его лице такие эмоции. Не известно, насколько его удовлетворил ответ, но разговор на эту тему он продолжать не стал, избавляя меня от необходимости придумывать очередную причину моего возвращения в родной город. Я сказала первую влетевшую в голову мысль, но все это было неправдой. Мне совсем не хотелось признаваться, что я на самом деле ехала в столицу с целью остаться там, найти хорошую работу и выйти замуж. В основном все провинциалки едут в главный город страны именно за этим, стремясь зацепиться там любыми способами. Я была не исключением с той лишь разницей, что на самом деле хотела пойти работать по специальности и найти настоящую любовь, а не хвататься за первую попавшуюся возможность. Реальность тогда слишком больно ударила по самолюбию, указав мое место в жизни.

Я не была готова мириться с положением простой приезжей, которой столичные парни делают одолжение своим вниманием, а работодатели указывают на твой статус, намекая на отсутствие выбора. Я сдалась не сразу, честно пытаясь найти работу после окончания учебы. Отношения и поиски любви я тогда отложила на неопределенный срок, сосредоточившись на попытке самореализации. Вот только сменив место работы после прямого заявления, что моя карьера пойдет вверх только через постель, я почти сразу столкнулась с похожей ситуацией, где ко мне начали откровенно приставать. Насилия не было, я просто отказала и сразу написала заявление на увольнение, решив, что с меня хватит. Поэтому я вернулась обратно, где меня искренне любили мои родные, а на заводе никто даже не думал посмотреть в сторону внучки директора.

Личных вопросов Завьялов больше не задавал, обсудив со мной еще пару моментов относительно грядущих изменений. Дальше пришел Геннадий Юрьевич, начальник производства и еще пару сотрудников, которые точно устали за прошлую неделю от моего чрезмерного внимания. На совещании наметили план по разработке полной концепции, которую было необходимо подготовить в короткие сроки. Директор даже предупредил, что условия на данном этапе у нас непростые, поэтому с его деспотическими методами работы придется смириться. Началась реальная работа над сложной стратегией, согласно которой холдинг должен инвестировать в завод средства на полное восстановление производства от ремонта и обновления оборудования до закупки расходных материалов на изготовление конечной продукции. Важно было учесть множество нюансов, потому что результаты после финансирования необходимо было получить в течение полугода.

Работа шла на скорость, при этом нельзя было снижать качество ее выполнения. Меня больше не хвалили за успехи, а наоборот требовали в разы больше, потому что мой потенциал теперь был известен. Я стала частью механизма, который вел к единственной цели, получить одобрение плана главным столичным офисом компании и начать масштабную работу по выводу завода на новый уровень. Основная часть подготовки стратегии так или иначе легла именно на меня, однако я была готова к этому и уверенно бралась за каждую поставленную мне задачу. Неделя пролетела в жутком состоянии бесконечного интеллектуального труда, попытке совместить множество обязанностей и разобраться в новых неизвестных мне до этого сферах деятельности.

После изматывающей недели в выходные я наконец позволила себе полноценный отдых. Встретившись с подругами, не удержалась и пожаловалась на свою временную нелегкую долю и слишком строгого директора, потому что в действительности сильно устала. Юля лишь в очередной раз намекнула привлечь Завьялова не мозгами, а чем наградила природа, чтобы он перестал издеваться надо мной и нагружать работой. Посмеявшись над ее комментарием, про поцелуй с ним подругам рассказывать не стала, хотя сама слишком хорошо его запомнила.