Пари на дракона

Глава 16.Наперекор правилам

Снова утро, и снова крики.

Приоткрываю глаза и тут же жмурюсь от бьющего в лицо солнечного света. В первую секунду я слегка дезориентирована, а потому не понимаю, откуда доносится гвалт.

Хорошо, что, в отличие от вчерашнего дня, будят нас не истеричные вопли местного завхоза.

– Шестеро, я ненавижу эту академию! – доносится натуральный рык со стороны кровати Лери.

– А что происходит? – сонно потягиваясь, интересуюсь я.

Сажусь на кровати и с любопытством смотрю на Мирру, которая наблюдает за происходящим на улице.

– Я не совсем понимаю, – доносится от неё растерянное. – Там Армониан, Рейвард, ещё с десяток драконов, и все они ползают по розе, которую ты вырастила.

– Чего?!

Вскакиваю с кровати так, будто и не проснулась минутой ранее. Я бодра, свежа и готова наводить разборки. В конце концов, это моё творение, и я обязана встать на защиту редкой красоты.

Деликатно отодвинув принцессу, прилипаю к стеклу. И от удивления раскрываю рот.

Драконы и впрямь изображают ящериц, ползают по лозам и что-то собирают. Снизу, периодически покрикивая на студентов, за всем процессом следит высокая, очень в теле женщина, чьи пшеничные волосы косой обёрнуты вокруг головы. Судя по наряду, состоящему из форменного платья и короткой мантии, возглавляет этот отряд гекконов одна из преподавателей Илларии. Окружает драконицу целая толпа студенток, которых, видимо, до верхолазания не допустили.

– Там ещё и Клео. – Мирра кивает на бегающую вокруг магистра блондинку.

– Давно они тут? – спрашиваю я, неотлучно следя за Рейвом.

Как ни стараюсь, а взгляд сам собой находит его среди этого настенного воинства. Без студенческого кителя все вокруг видят, как под тонкой тканью рубашки перекатываются скульптурно вылепленные мышцы дракона. И судя по восторженным воплям дракониц, которые реагируют на каждое действие Рейва, у него тут своя армия фанаток.

И это внезапно бесит! Настолько, что магия в очередной раз поднимается во мне неконтролируемым всплеском.

Но помимо подъёма силы, меня обдаёт странной леденящей волной. Всего на секунду впадаю в замешательство, как над нашими головами появляется Лери, распахивает окно и недовольно кричит:

– Вы в своём уме? Тут люди спят! Нам на учёбу скоро, а вы мешаете здоровому сну! Вам рассказать о пользе режима? Если недоспать нужное количество часов, можно и магии лишиться!

Лери и дальше распаляется, выливая всё своё раздражение на головы опешивших драконов и не менее удивлённой преподавательницы.

А мы с Миррой только и можем, что обмениваться ехидными смешками. О да, сейчас чешуйчатые познают всю прелесть сварливого характера невыспавшейся альвы Ночи.

– Простите! – не выдержав, кричит в ответ преподавательница. – Моё имя Патриша Делавир, я магистр зоологии и, в частности, занимаюсь изучением редких магических животных. Спасением последних мы тут и занимаемся!

– Кого спасаем?!

Тут уже мы с Миррой вдвоём высовываемся в окно, за что получаем тихое шипение со стороны Валейт:

– Халаты накиньте, дуры.

И правда, мы опять рискуем продемонстрировать наши пижамы. Шорты, конечно, лучше бы никому не видеть. Но пока мы высовываемся лишь по пояс, а сверху и на мне, и на Мирре – форменные футболки с эмблемами академии «Пацифаль». Всё прилично.

Однако взгляд, которым в этот момент меня награждает Рейв, далёк от невинного. Будто на мне не футболка, а одно бельё.

– Так кого спасаем, госпожа Делавир? – чуть охрипшим голосом интересуюсь я.

А сама приглядываюсь к студентам, замершим на лозе, как огромные жуки-собиратели. На поясах у них закреплены большие продолговатые контейнеры из прозрачного стекла. И внутри копошится нечто, похожее на клубок сплетённых серебристо-янтарных гусениц.

– Иллария благословила нас возрождением шушариковой популяции! – громогласно, с торжественно-триумфальными нотками возвещает Патриша.

И я даже с высоты нашего этажа вижу, каким восторгом горят её глаза.

– Мало того что с вашим приездом в академии возродилась грибница сетевиков, так ещё и гусеницы шушариков облюбовали проросшую розу Илларии. Это ли не знак нашей богини?

Пока стоящие вокруг преподавательницы студентки поддерживают её дружными охами и ахами, мы с девочками в шоке переглядываемся.

– Вот и мы в шоке. – У подоконника появляется Армониан.

Принц в своей привычно-расхлябанной манере подмигивает Мирре, отчего та внезапно заливается румянцем.

– Разреши небольшой утренний подарок? Мне кажется, тебе должно понравиться. – Арм протягивает принцессе небольшую картонную коробочку. – А теперь прости, мне надо продолжить сборы. Нам пообещали проставить экзамен по мифической зоологии.

Мирра, будто онемев, лишь кивает, прижимая к груди подарок. И если у неё никаких вопросов не возникает, то я намерена ещё попытать принца.

– Стой, а зачем вам гусеницы? И откуда они вообще взялись?

– Магистр что-то там бубнила про чудесное оплодотворение янтарных монархов и что надо было раньше выпустить их из инсектария, – сползая по лозам вниз, отвечает Арм.

А до меня доходит, кто стал проводником божественной воли. Как раз в тот момент, когда наш мотыль-оплодотворитель срывается с потолочной балки и пролетает над моей головой. Причём эмоция, что приходит со стороны Шуша, далеко не дружественная.

– А ну, стой! – успеваю вскрикнуть я, бросившись вперёд и пытаясь поймать воинственного шушарика, только что узнавшего, что он стал отцом.

Но мотылёк, хоть и крупный, проскальзывает между моих ладоней, а я внезапно понимаю, что подо мной нет опоры в виде подоконника.

– Кара, да чтоб тебя!

Успеваю услышать вопль Лери, а затем сердце подпрыгивает к горлу от чувства полёта. И тут же совершает кульбит от резкого рывка. Меня окружают радужные блики, а чьи-то сильные руки аккуратно разворачивают за плечи.

– Это превращается в очень странную традицию, не находишь?

Рейв, чьё лицо оказывается прямо напротив моего, смотрит на меня со смесью усталости и безысходности. Будто он уже смирился с тем, что ему всё время приходится меня спасать.

И если бы не положение, в котором я сейчас оказалась, непременно бы ответила ему чем-то колким и ехидным. Но свисая вниз головой (а девочки всё-таки умудрились поймать меня за ноги) и светя попой в коротких шортах, не до придумывания острот.

Да и не лезет мне ничего в голову, потому что все мысли утянуты в фиолетовый омут, что пульсирует сейчас в глазах Рейва.

– Мне надо поймать Шуша, – выдыхаю я ему в губы, совсем позабыв и о собственном виде, и о том, что вокруг толпа зрителей.

– Согласен, – кивает Греаз. – А то он ещё кого-нибудь наградит потомством, и в следующий раз нам придётся ползать по дну лунного озера, собирая русалочьих стрекоз.

– А такие бывают?

– С тобой ничему не удивлюсь. – Губы Рейва дёргаются в еле заметной ухмылке.

Он ещё больше приближается ко мне и проговаривает:

– Но сейчас меня больше беспокоит то, что все мои сокурсники видят тебя в таком виде. Будь ты моей невестой, мне пришлось бы их если не убить, то ослепить.

– Хорошо, что я не твоя невеста, – как заворожённая шепчу я, чувствуя совсем противоположные эмоции.

– Да, хорошо, – соглашается Рейв, но в его голосе звучат совсем другие чувства – мои.

Между нами снова искрит. Меня неотвратимо тянет к Рейву, и это ощущается просто безумно волнующе. Магия снова выходит из-под контроля, скользит к дракону, срываясь с рук тонкими золотистыми нитями. Я подаюсь вперёд, так, что наши с Греазом губы практически соприкасаются. Глаза сами собой прикрываются, а по телу пробегает сладкая дрожь, которая откликается в теле дракона. Но в следующий же момент меня ощутимо дёргают за ноги.

– Эй, голубь аметистовый, – доносится сверху шипение Лери, и нити, к моему облегчённому выдоху, тут же осыпаются сияющими песчинками. – Мирра не настолько сильно владеет световым преломлением, чтобы скрывать наряд Кары! А ну, подтолкни её назад!

И я, и Рейв, будто очнувшись от гипноза, обескураженно смотрим друг на друга. Дракон поднимает голову, с трудом фокусируясь на подругах, а я с осторожностью оглядываюсь по сторонам. Да, на нас все смотрят. Даже из соседних окон высунулись мои сокурсники, среди которых я, к моему изумлению, не вижу Ильке. Но большим шоком для меня приходит осознание того, что зрители меня не видят. Смотрят, но не видят!

Мирра, выплеснув все силы, создала вокруг меня кокон, сияющий радужными гранями. И именно благодаря ему присутствующий народ не понимает, в каком наряде я тут свисаю вниз головой.

– Давай помогу. – Арм, поняв, что наш с Греазом разговор закончен, оказывается рядом и протягивает руки, собираясь помочь другу.

– Я сам! – ревниво рычит аметистовый чешуекрыл, отчего на лице принца сначала возникает шок недоумения, а потом его губы растягиваются в многозначительной улыбке.

– Сам так сам. – Арм отдёргивает руки и с той же ироничной ухмылкой на лице разворачивается к остальным драконьим ползунам. – Ребят, сворачиваемся. Больше ничего интересного мы тут не увидим. И не найдём.

– Но как же гусеницы? – кричит снизу магистр Делавир.

Рейв, воспользовавшись всеобщей суматохой, подталкивает меня за плечи, помогая девочкам втянуть моё бренное тело обратно в комнату.

– Мы почти всех собрали, а остатки унёс вон тот мотыль! – кричит Арм, указывая на Шуша, тушку которого я замечаю у самой кромки сада, где располагаются оранжереи и инсектарий.

Вот же ж ловелас крылатый! Я из-за него опять влипла, а ему хоть бы хны.

– Спасибо, – сконфуженно шепчу я, пряча глаза от Рейва.

После того как я чуть сама его не поцеловала, мне вообще хочется побыстрее ретироваться. Сначала в спальню, а потом и вовсе из Илларии.

Хотя последнее невозможно по понятным причинам.

– Всегда к твоим услугам, – хмыкает Рейв, зля меня своим спокойствием.

Как он так быстро берёт под контроль эмоции?

Я уже почти залезаю обратно, а Мирра, тяжело дыша и вытирая пот со лба, оседает у кровати, как дверь в комнату слетает с петель. На пороге, еле удерживаемый охраной, замирает взбешённый Ильке.

– Простите, Ваше Высочество, он вообще ничего не слышит! – удерживая Эрто поперёк груди, кричит один из стражей. – Как берсянки объелся!

– Отпустите его, – устало тянет Мирра, закрывая лицо руками. – Хотя стойте. Кара, ты хочешь видеть Ильке?

Я не успеваю и рта раскрыть, как мой парень и самоназванный жених взрывается возмущением:

– Да о чём вы? Я бежал на помощь! – Он с гневом вырывается из рук охраны и окатывает их взглядом, полным ненависти. – Пока вы тут на посту спите, одна из студенток чуть из окна не вывалилась!

– Принцесса, это правда? – В проёме оказывается Кайрис, холодные глаза которого обжигают нас ледяным спокойствием.

Он обводит комнату взглядом, чуть задерживаясь на Лери, и в итоге выжидающе смотрит на Мирру.

– Не совсем так, но всё уже в порядке, – кивает принцесса. – Если вы не против, мы хотели бы одеться и спуститься к завтраку.

– Хорошо, Ваше Высочество. – Кайрис легко кланяется. – Господина Эрто проводить до его комнаты?

– Погодите! – взвивается Ильке, одним прыжком подскакивая ко мне.

Дёргаюсь в попытке отпрянуть, но Эрто хватает меня за ладони, подтягивая ближе. В его глазах светятся искреннее беспокойство и забота, от которых моя решительность порвать с ним сегодня же отчего-то тает.

– Любимая, как ты? – с нежностью в голосе спрашивает он, чуть отстраняет и суетливо оглядывает меня. – Не ушиблась? Прости, я не сразу понял, что происходит, а потом охрана меня не пускала. Я пытался тебе помочь!

– Да всё в порядке, Ильке, – растерянно бормочу я, бросая по сторонам осторожные взгляды. – Девочки меня спасли.

– Да и Рейв помог, – с самодовольной улыбкой вставляет Лери. – Без дракона лететь Каре навстречу Неведомому.

При упоминании Греаза ноздри Ильке на мгновение раздуваются, а глаза недобро вспыхивают. Он с усилием сжимает челюсть, но уже через секунду полностью сосредотачивается на мне.

– Прости, что пришлось принимать помощь от этих чешуйчатых, – ласково тянет он, оглаживая мои плечи и спускаясь ниже.

Шершавые подушечки его пальцев чувствительно царапают кожу, проходятся по талии и замирают на пояснице. Очень низко на пояснице, почти на попе.

Раньше это вызывало во мне томление, предвкушение чего-то большего, но сейчас я ощущаю лишь неловкость. И не только потому, что на нас смотрят Мирра и Лери. Мне неловко, потому что все мои мысли с Рейвом.

Бросаю взгляд в окно и натыкаюсь на Греаза. В его глазах ни грамма приветливости – лишь холодная отстранённость. Но по сжатой челюсти и играющим желвакам я понимаю, что это лишь видимость. Рейву неприятно видеть меня с Ильке.

– А завтрак – это хорошая идея! – В окно, завалившись почти по пояс, залезает Арм. – Принцесса, позволите составить вам компанию?

– Армониан Маврилик, Рейвард Греаз! – доносится снизу возмущённый вопль госпожи Бальвус. – Немедленно спускайтесь! Негоже парням залезать в окна к девушкам. Я буду вынуждена подать рапорт о вашем непристойном поведении.

– И тогда мы будем обязаны жениться на милых обитательницах сей спальни? – с хохотом интересуется Армониан.

Пока принц веселится, между мной, Ильке и Рейвом творится неладное. Я пытаюсь избавиться от хватки Эрто, спрятать взгляд от Рейва и чувствую себя при этом настолько несчастной, что хочется прямо сейчас провалиться под пол.

Ильке же, прекрасно видя реакцию Рейва, ещё сильнее прижимает меня к себе, давя на талию так, что у меня точно останутся синяки.

– Оставь девушку в покое, видишь же, ей неприятно, – цедит Рейв.

– Кара сама решит, что ей приятно, а что нет, – огрызается Ильке.

– Мне больно! – взрываюсь я. – Ильке! Да что с тобой?! Видят Шестеро, я не хочу ссориться, но ты не оставляешь мне выбора. Оставь нас, мы должны переодеться.

– Но… – В глазах Ильке появляется искреннее недоумение.

Конечно, когда это я на него рычала?

– А эти как? – Гневно прищурившись, Эрто кивает на маячащих до сих пор в окне драконов.

– А эти сейчас пойдут исполнять приказ завхоза, верно? – Я с угрозой смотрю на принца, понимая, что только он сейчас сможет утащить Рейва и не допустить драки.

– Да-да, это же святой долг любого студента!

Арм – явно смышлёный парень, раз моментально считывает мой посыл. Он дёргает Рейва за рукав рубашки, но это не производит никакого эффекта. Греаз, как приклеенный, следит за мной и Ильке.

– Вот проклятье, – наигранно вскрикивает принц и просто валится на друга.

Они моментально пропадают из вида, отчего Мирра подскакивает и бросается к окну.

– Армониан! – испуганно кричит принцесса, свешиваясь вниз.

– Да что этим крылатым будет? – фыркает Лери, заглядывая через плечо Мирры. – Вон уже с Буэльвус спорят.

Девочки принимаются вполголоса обсуждать между собой выходку Шуша и фокус Мирры с иллюзорным коконом, а я смотрю на Ильке. Строго и с внушением.

– Что? – наконец-то недовольно кривится он.

– А тебе всё кажется нормальным?

Эрто с секунду вглядывается в мои глаза, а потом его брови виновато приподнимаются, и весь его вид становится таким побитым, что мне даже совестно. Ну в самом деле, чего я взорвалась? Да ещё и при драконах?

– Прости меня, – шепчет Ильке, снова притягивая к себе и утыкаясь носом в мою растрёпанную макушку.

Меня окутывает терпким, очень мужским запахом, но в душе ничего не ёкает. Рейв пахнет грозой и обескураживающей свежестью.

– Прости меня, Кара, у меня все стопоры срывает, едва я вижу, как этот Греаз смотрит на тебя. Так, будто ты его. А ты ведь моя, правда?

– Ильке, как раз об этом…

Слова неохотно срываются с губ, я пытаюсь сформулировать мысли так, чтобы не обидеть Эрто.

Да и не уверена я в своём решении. Может быть, стоит обсудить с ним планы на жизнь, и тогда Ильке поймёт, что ко мне надо прислушаться? В конце концов, мы отучимся в Илларии, Мирра выйдет за принца, а я уеду обратно в королевство.

А если всё пойдёт наперекосяк, то как посмотрят на мою семью, если я отдам предпочтение нашему заклятому врагу, а не добропорядочному альве?

Нет-нет, о Греазе нужно забыть, как о странном, обескураживающем и притягательном, но всё же сне.

– Стой, – прерывает меня Ильке, прислушиваясь к чему-то в коридоре. – Парни идут, а у вас дверь сорвана. Я их уведу, чтобы вы могли спокойно переодеться.

Эрто подмигивает мне со светлой улыбкой на губах. А потом и вовсе склоняется и легонько целует меня. Не искряще, не волнующе, но очень тепло, отчего сердечко по привычке отзывается тихой радостью.

– Договорим потом, – шепчет Ильке, пока я обескураженно смотрю на него. – Принцесса, Лери, увидимся на завтраке. Ещё раз спасибо за спасение моей невесты.

– Да не за что, – хмыкает Валейт ему в спину и переводит взгляд на меня. – Ему бы вести уроки дипломатических изворачиваний, был бы лучшим тьютором!

– О чём ты? – хмуро переспрашиваю я, подходя к прикроватной тумбе, где у меня ровной стопкой лежит сложенная форма.

Хотя и без вопроса понимаю, к чему клонит Лери. Ильке прекрасно понял, о чём я хотела поговорить. И вовремя ретировался. Знает, что я остыну, и мысли у меня будут другие.

– Да всё ты прекрасно поняла, – бросает Валейт и принимается переодеваться.

– Лери правильно заметила. Кара, тебе надо поговорить с ним в ближайшее время. – Мирра обеспокоенно посматривает на меня, одновременно надевая брюки. – Даже если Ильке внезапно исправится и начнёт прислушиваться к твоим желаниям, то вот его отношение к драконам рано или поздно может спровоцировать скандал. Ты ведь понимаешь, Кара?

– Я всё прекрасно понимаю, Мирр, – сквозь зубы цежу я. – Именно поэтому и не устроила разбор отношений прямо сейчас. И тому две причины. Не уверена, что смогу без ссоры уйти от Ильке. И не уверена, что вообще этого хочу.

– Да ладно? – Лери вздымает бровь. – После всех его собственнических замашек?

– Лери, я с ним три года в отношениях и знаю, каким он бывает. Его эти замашки начались только в присутствии драконов. Ильке просто нервничает. Защищает и защищается.

– Ладно-ладно, не злись. – Подруга миротворчески приподнимает руки и резко переводит тему. – В какую столовую пойдём?

– В главную, куда же ещё? – поддерживая такой поворот, произношу я. – Тем более сегодня там обещается знатное зрелище.

– Думаешь, Миллат всё же рискнёт прийти в платье альв? – хихикает Мирра, застёгивая форменную рубашку под горло.

– Ну не прятаться же ему до конца нашего тут пребывания? – пожимаю плечами я.

– Да кто этих драконов знает, – хмыкает Лери. – Вдруг у него случится какой-нибудь обязательный ритуал чистки чешуек, который займёт у него весь год? Или сколько мы тут будем пребывать, Мирра?

– Папа сказал, что на Илларию нам отведён семестр, потом отправимся в «Ворви-уш», а затем примем гостей в «Пацифаль», – задумчиво отвечает принцесса, критически разглядывая китель и собирая с него несуществующие соринки.

– Понятно, круговорот студентов в академической среде, – подытоживает Валейт. – Все гот…

– Вы готовы?!

В комнату, прошмыгнув под руками охранников, влетает Клеона. Драконица скользит на дверном коврике и, нелепо взмахнув руками, останавливается уже посреди спальни. Выглядит Бетье несколько необычно. Точнее, её образ прекрасно бы смотрелся в нашей академии, но никак не в консервативной Илларии.

А всё потому, что на Клеоне, помимо форменной рубашки и пиджака, надеты брюки. Такие же, как на мне и девочках, они подчёркивают её длинные и стройные ноги, а высокая посадка делает талию Бетье просто нереально узкой.

Тут к гадалке не ходи, реакция местных дракончиков на такое зрелище будет однозначной.

– Мы готовы, только к чему? – удивлённо оглядывая драконицу, интересуюсь я. – У вас новые стандарты формы?

– А? – еле отдышавшись, переспрашивает Клео, осматривает себя и резко выпаливает: – Вы не представляете, как давно я хотела носить брюки. Это же с ума сойти как удобно!

– Тебе за это не влетит? – с тревогой уточняет Мирра.

– Да даже если и влетит, то плевать, – легко отмахивается Бетье и хлопает в ладоши. – Так, бегом на завтрак, потом у нас несколько вводных лекций. Оказывается, специально под обменный курс собрали новую программу обучения, прикиньте?

– Ой, как занимательно! – с наигранной заинтересованностью бормочет Лери, поспешно выходя из спальни.

Похоже, излишняя энергичность Клео немного напрягает альву Ночи, и поэтому Валейт всё время старается держаться от Бетье на расстоянии.

Впрочем, я тоже. Пока мы идём в сторону главной столовой, Клео в пылу рассказа об утреннем сборе гусениц успевает пару раз съездить мне локтем и ладонью то по рёбрам, то по шее.

Поэтому я решаю отстать всего на шаг и добросовестно изображать свиту принцессы. Как и хихикающая Валейт. От охраны Мирра умудрилась отбиться, заставив их остаться на посту возле спальни. Но вот от молчаливого Кайриса принцесса отбрыкаться не смогла. Тень её отца непоколебима. В точности как и его воля: сказал защищать наследницу, значит, защищать.

Под щебет Клео мы продвигаемся по коридорам Илларии, и я замечаю странность. На каменных стенах вовсю переливаются те самые грибы-сетевики, одно из скоплений которых я так неловко оживила в первый день! Неужели скрытая в недрах замка грибница и впрямь очнулась ото сна?

– Ты чего хмуришься? – украдкой спрашивает меня Лери, отвечая вежливой улыбкой на вопросительный взгляд Клео.

– Посмотри, тут растут наши сетевики.

Я киваю на очередную гроздь, которая облюбовала высокий арочный проём, ведущий в центральный холл академии.

– Они ж засохнуть должны были сотню лет назад. – Валейт округляет глаза, а потом строго смотрит на меня. – Твоя работа?

– Угу, – бурчу я в ответ.

– Ты понимаешь, что драконы могут заинтересоваться, с чего это вдруг дремавшая столько лет грибница проснулась и что оживить её под силу только определённой альве?

Я искоса смотрю на Кайриса, молчаливой тенью следующего за нами. Валларс, кажется, больше заинтересован проходящими мимо студентами, чем нашим разговором. Но я буду идиоткой, если поведусь на эту обманчивую отстранённость. Тень всегда начеку.

– Потом поговорим, – обрываю разговор. – Тем более там какой-то беспредел творится.

Мы как раз выворачиваем на галерею, опоясывающую мозаичный холл. Внизу, там, где ещё недавно складировался багаж прибывших делегатов, обнаруживается большое количество студенток.

Приглядевшись, я понимаю, что тут, судя по возрасту, собраны представительницы разных курсов. Но большее недоумение у меня вызывает прохаживающаяся мимо их стройных рядов госпожа Бальвус.

– Поскольку в стенах нашей драгоценной Илларии появились разносчицы дурного вкуса и фривольности… – долетает до нас мерзкий визг.

– Это она про оборотней, что ли? – склонившись над периллами, предполагает Лери.

– Боюсь, что нет.

Клео отчего-то резко бледнеет, но с места не двигается. Беспомощно смотрит на нас, будто ждёт какой-то подсказки.

– …Поэтому с этого дня я усиливаю требование к форменной одежде студенток, – продолжает повизгивать завхоз. – Любая, кто наденет брюки, бриджи или, прости Всеединый, шорты, будет наказываться отработкой в лабораториях или инсектарии. Второе нарушение приведёт вас к отчислению! Всем ясно?!

На последних словах её голос переходит на ультразвук, от которого мы вчетвером морщимся, а мне на секунду чудится звон витражей, украшающих стены холла.

– Так точно, госпожа Бальвус, – доносится нестройное.

И я чётко слышу в этом протест. Похоже, местные студентки порядком замучились следовать идиотским правилам.

– Клео, мне очень жаль. – Мирра разворачивается к драконице и ласково гладит её по плечу.

Меня же, наоборот, выходка Бальвус выводит из себя. Кто она такая, чтобы ставить новые условия? Насколько я помню слова ректора, у них есть попечительский совет. Да и в конце концов, что за ущемление прав?

– Клео, я хоть и чужестранка и не могу лезть в ваши традиции, но тебе не кажется, что эта Жадми немного перебарщивает? Что плохого в брюках?

– Да, – поддерживает меня Лери. – Может быть, в прошлом некая соперница в брюках увела мужика у Буэльвус…

– Бальвус, – машинально поправляет Клео, а Валейт лишь отмахивается.

– Неважно. Я о другом. Почему вы должны страдать из-за навязанных другими правил и принципов, смысла в которых никакого нет?

Мы втроём смотрим на Бетье. Драконица переводит взгляд, полный робости, с Мирры на Лери и останавливается на мне.

– Клео, это не тот запрет, выполнение которого спасёт тебе жизнь. Ношение брюк – это твоё право. Ваше с девочками право.

С каждым сказанным мною словом глаза драконицы всё больше разгораются святой уверенностью в своих силах.

– Точно! – с энтузиазмом выдыхает она. – Я могу сама решать, что мне носить и как себя вести. Спасибо, девочки!

И не дожидаясь нас, Бетье припускает по ступенькам вниз. И я, и подруги прилипаем к балюстраде, во все глаза следя за тем, что происходит внизу.

И судя по гробовой тишине, которая сопровождает марш Клео, у завхоза случился если не инфаркт, то инсульт. Но главное, что даже с нашей высоты я вижу, с каким восхищением смотрят на Бетье остальные студентки. Финальным аккордом становятся сначала робкие, а затем и дружные аплодисменты.

– М-да, – раздаётся над нашими головами задумчивый голос Кайриса. – Сдаётся мне, эта брючная революция – только начало. Принцесса, вы уверены, что стоило начинать знакомство с культурой драконов, ломая их традиции?

– Более чем, дорогая Тень, более чем, – отвечает Мирра, гордо расправив плечи. – Если я собираюсь стать частью этого мира, значит, и он должен принять часть меня.