Полковник. Я тебя раскрою

Глава 11

Девочки, книга на следующей неделе выйдет полностью в один день.

Эльвира

Машина мчалась по пустой трассе. Свет фар разрезал темноту, освещая серую полосу дороги, уходящую вдаль, как будто мы ехали в никуда.

А так частично и было.

В салоне — тишина.

Только глухое урчание мотора и лёгкое поскрипывание кресел от моих нервных движений.

Я сидела, словно меня связали.

Спина выпрямлена, руки в замке на коленях, пальцы скользят друг по другу, потому что не знают, куда себя деть.

Сердце билось так, будто его заперли в клетке, и оно пыталось вырваться.

Что я творю? Какого чёрта я еду с ним?

Молча. Без сопротивления. С добровольной покорностью, которую сама от себя не ожидала.

Я смотрела в окно, на отражение фар на асфальте, на ночь, разложенную в геометрии дорожных линий, и пыталась разобраться — куда? зачем? Что я делаю?

Где мой инстинкт самосохранения? Куда делся? Потерялся там же, где и мое достоинство. Видимо.

— Я не готова ехать к тебе, — вдруг вырвалось у меня. — И вообще… я думала, ты понял.

Моя фраза прозвучала неуверенно, даже растерянно, и это злило еще больше.

Черт блин.

Я привыкла быть точной, резкой, а сейчас будто сама с собой не в ладах. Это бесит. Жутко.

Он не отреагировал сразу. Только через пару секунд выдал лёгкий, самодовольный смешок.

— Мы на свидание, крошка. Трахать я тебя прямо сейчас не планирую.

Я резко повернулась к нему. Улыбка у него на губах, но в глазах… что-то другое. Он что-то понял. Что-то увидел.

Сказать, что я не ожидала, сказать нельзя, ведь я понимала с каким монстром имею дело, и только дьявол знает, что в следующую секунду вылетит из его рта. И это явно, не то, что мне будет приятно.

Трахать он меня не планирует?! Мудак. Да я бы отдалась тебе, только если ад замерзнет!

— Я просто осознал, — продолжил он, ведя машину так, будто везет старую знакомую, — что поторопился. С друзьями. С домом. Надо было проще. Без наезда.

— Проще? — переспросила я, сглатывая нервно. — Серьёзно?

— Ага. — Он ухмыльнулся. — Вот в кино сходим. Прокатимся. Посмотрим. Может, даже попкорн купим.

— Ну, выдумал, — фыркнула я. — Я вообще не планировала никакое свидание.

— Никто и не спрашивал, — спокойно бросил он. — Я пригласил. Это была форма вежливости. Ответа не требовалось.

Я сжала губы. Внутри всё клокотало. Он действовал на нервы, как кислота на металл. Тихо, но жгуче.

— Проще, — повторила я зло. — Ага. Сначала похищение, потом кино. Логично.

— Всё по порядку, — усмехнулся он.

Я сжала губы. Он выводит меня. Хочет выбить из колеи. И почти получается. Но почти — не считается. Да?

— У тебя есть ребёнок? — вдруг спросил он.

— Нет.

— Кот? Собака? Крокодил?

— Нет. К чему ты клонишь?

Он пожал плечами.

— Значит, никто не умрёт, если ты сходишь со мной в кино.

Словно гвоздь в мозг. Спокойно. Насмешливо. Безжалостно.

Я отвернулась к окну. Снаружи — ночь. Сжимающая, плотная.

Ты не выиграешь, Давид. Я не позволю.

Почему сижу рядом с ним, с этим… хищником в человеческой оболочке?

Ответ я знала.

Я здесь не потому, что хочу быть рядом. Не потому, что мне интересно, весело или безопасно. Мне ни черта не безопасно.

Я здесь потому, что нужно.

Это — работа. Это — миссия. Это — долг.

Я делаю это ради сестры. Ради Аллы, ради её сына, ради мальчика, в котором течет его кровь, но который никогда не знал его тепла.

Ради правды.

Ради того, чтобы вывести этого ублюдка на чистую воду. Чтобы доказать, что даже такие, как он, могут проигрывать. Что закон не гнётся, если его держат сильные.

Я — прокурор. Я клянусь законом. И я добьюсь правды.

А если для этого нужно поехать с ним в кино, посидеть рядом в темноте, выслушать его мерзкие шуточки — я это сделаю.

Да, ехать с ним в кино — последнее, чего бы я когда-либо хотела в этой жизни.

Но сейчас — это то, что я должна сделать.

Я здесь по работе. Ради семьи. Ради справедливости.

Я добьюсь правды. Даже если мне придётся целовать врага, чтобы вырвать у него признание.

Я выдержу. Я выдержу всё.