Дорогие читатели, у меня к вам вопрос, к сожалению, книга получила отклик на момента запуска намного меньше, чем я ожидала, история крайне интересная, эмоции между героями только тушить и тушить, а сюжет обдумывала несколько месяцев.
Но, я не знаю, что делать и мне нужна ваша помощь.
Вариант 1 - история выходит каждый день, либо через день и позже открывается подписка.
Вариант 2 — удаляю книгу.
Выбор за вами, прошу проявить активность, если вас заинтересовало, дайте знать.
Обнимаю, Ваша Кара.
Глава 6
Давид
Мы стояли с Алика возле входа в торговый центр.
Погода мерзкая, воздух тяжёлый, люди сновали мимо с пакетами, с детьми, с лицами, словно им кто-то задолжал миллион.
А я стоял, курил и внутри у меня все кипело.
— Ну ты прикинь, — выдохнул я, глядя куда-то в никуда, — сижу с ней, разговариваю, вроде нормально всё идёт, думал сейчас натяну ее блять. Гляжу — встала и ушла. Просто взяла и сьебалась.
Алик скосил на меня взгляд, прикуривая.
— Ну ушла и ушла. Чего ты теперь? Первая и последняя баба на земле?
Я затянулся, крепко, как всегда, когда надо переварить что-то раздражающее.
— Да хуй его знает. Телка приглянулась, понимаешь? Симпотная, глаза такие… не наши. Холодные, колючие. И вообще вся какая-то не по шаблону. Не стелется, не подыгрывает. Умная, видно сразу. И жёсткая. Только вот чё ей надо — хрен пойми. Бабки то не взяла, или цену набивала, только куда еще выше. Камеры мне твои нужны, сча спишем по личику, покажешь?
Этот дебил ухмыльнулся.
— Да, скинут тебе запись, сейчас черкану. У тебя, как обычно, любая, кто не кинулась в койку — сразу "особенная".
— Не гони, — буркнул я, отмахиваясь, — я ж не долбоеб. Как ты, жениться не собираюсь.
Я досадливо глянул в сторону входа в ТЦ.
— Давай голову не трепи. Мы сюда по самому идиотскому поводу приперлись. Торт, блять, с вишней найти надо, а не твои эти особенные телки, — Алик закатил глаза.
— Это твоя жена тебе выставила хотелку, так что не выебывайся, Баженов.
Мы как два дебила сюда приперлись. Как будто нам больше заняться нечем.
Не хватало мне ещё по магазинам шляться. У меня, между прочим, дел гора.
Я докурил сигарету, сбросил пепел, раздавил окурок.
— Мне не нравится, как себя ведёт капитан. Тот, который в Уфе. Копает, сука, глубоко. Может, решим сегодня? — братан захлопнул дверь тачки.
Я долго молчал, потом выдохнул через нос.
— Да бля, Баженов. Он чокнутый, отбитый. Я тебе говорю, нечего там копать. Всё, что можно было нарыть — уже закопано. Плотно. С цементом. И крест поставлен.
— Он упрямый. Не дурак. Упорные дольше всех живут. Или быстрее умирают.
Я перевёл взгляд на него.
— Остынь, братан. Не сегодня. Сегодня у нас с тобой великий квест — торт. А капитан… капитан подождёт. Отправь к нему Карину, пусть его сожрет.
Он ухмыльнулся, постучав мне по плечу.
Я не мог его не подьебать.
Вопрос никуда не ушёл. Просто отложен. Как и всё остальное.
Я только затянулся, как дверь машины закрылась за Алика — пошёл в магазин, как послушный подкаблучник.
А я остался снаружи, разминал пальцы, пытаясь отогнать внутреннее напряжение. Где блин она? Звать нормально как? Из головы не выходит рыжая неженка.
И тут я её увидел.
Рыжая бестия.
Вот это поворот, три шага и в рот.
Шла уверенно, каблуками цокая по плитке.
Не спеша, но и не играя в "посмотрите на меня".
Она внатуре бросала вызов всему миру.
Я присвистнул, почти не веря своим глазам.
Она, не обознался, точно Неженка.
— О, да ты посмотри… Какая встреча, блять.
Внутри что-то щелкнуло.
А вот теперь я не жалею, что приехал в этот чёртов торговый центр.
Судьба епта, судьба.
Я прищурился, разглядывая её сзади.
Бёдра у неё — грех смотреть, грех не смотреть.
Сбоку волосы падают на плечо, огненные, как будто свет ловят.
Она не обернулась.
И даже не притормозила.
Просто пошла дальше, будто, блять, не видела меня.
Я ускорил шаг.
Ай, рысь, ай, сучка.
— Эй, рыженькая, — бросил ей вслед, уже почти поравнявшись, — Сюда иди.
Ноль реакции.
Меня передернуло.
Что это было? Игра, как вчера?
Или она на полном серьезе решила, что может просто пройти мимо?
Я шагнул вперёд, резко схватил её за плечо.
Она обернулась мгновенно, глаза расширились от неожиданности.
— Эй, грубиян, отпусти!
Я ухмыльнулся. Прямо в её лицо.
— Какая встреча, неженка. Ты что, от меня бегать решила?
— Отпусти, — прошипела она сквозь зубы.
Ой, снова в недотрогу играет.
Я не ответил.
Вместо этого обошёл её, схватил за талию и резко притянул к себе. Она чуть не потеряла равновесие, уткнулась в мою грудь, но руки инстинктивно уперлись в меня.
— А что ты мне сделаешь, а? — тихо, почти в ухо. Грубовато ей сказал, как отрезал.
Чего выпендривается? Я помню ее вчера в платьишке, а сегодня сама скромность, невинность словно продает.
Хотя, в таком прикиде ее точно за девственицу примешь.
— Скажи, неженка, — я чуть наклонился к ее лицу, — ты вечно так исчезаешь после встреч? Или только когда я тебе начинаю нравиться?
В ее глазах вспыхнула ярость.
И это было красиво.
Чертовски мать его, как и ее тело в моих руках.