Помощница для босса с двойным прицепом

Глава 9

– Вероника Дмитриевна, вы где витаете?

– А? – выныриваю из невесёлых раздумий. Ни папа, ни Игнат не отвечают на звонки, и я совершенно не представляю, что думать. – Извините.

Пытаюсь вспомнить, что последнее говорил босс, но, кажется, я слишком давно ушла в свои мысли.

Максим Владимирович недовольно хмурится.

– Вероника Дмитриевна, складывается впечатление, что вы не заинтересованы в этой работе.

– Нет! – пугаюсь словам мужчины и решаю признаться: – Просто не могу дозвониться до папы. Я знаю, что он ездил к моему бывшему мужу, а после этого не выходит на связь. Извините, – беру планшет и выдавливаю вежливую улыбку: – Можем начать сначала?

– Поехали.

– К-куда?

– К твоему бывшему. Узнаем, чем закончился у него разговор с твоим отцом.

– Не надо! – посвящать босса в семейные дела совершенно не хочется.

Максим Владимирович выразительно смотрит, но я не собираюсь уступать. Наш немой спор прерывает звонок на мой мобильный.

– Извините, можно?

Мужчина взмахом руки даёт добро, но выйти из кабинета не позволяет. Припечатывает к месту короткой железобетонной фразой:

– Вероника Дмитриевна, здесь.

Времени на споры нет, нужно ответить на звонок.

– Да?

– Здравствуй, дорогая, – Игнат говорит с лёгкой ленцой, играет, как кот со своей добычей, – ты, наверное, уже вся испереживалась. Потеряла Дмитрия Владленовича.

Сжимаю кулаки от злости. Заранее знаю: не услышу ничего хорошего.

– Не буду долго мучить, твой отец задержан за нападение на человека.

Не может быть!

Папа – самый добрый человек, которого я знаю. И не могу представить, чтобы он на кого-нибудь напал.

– Не веришь? – кажется, муж (как же хочется, чтобы он поскорее стал бывшим) веселится над ситуацией и моей растерянностью. – Зря-я, – тянет с издёвкой, но тут же серьёзно добавляет: – Ника, только от тебя зависит, привлекут его по административке или по уголовке. Денежный штраф или срок на пять лет? Что ты выберешь для своего отца.

– Не-на-ви-жу! – чеканю каждый слог.

– Какая ты непостоянная, милая, ещё совсем недавно ты клялась мне в любви. И снова будешь. Ты вернёшься ко мне, Ника.

Игнат сам сбрасывает вызов.

Я ещё какое-то время так и стою, держу руку у головы. В ушах эхом звенит его голос. Голос, который верит в то, что говорит. Верит, что я вернусь к нему. От излишней уверенности Игната в своей правоте меня начинает колотить от злости. Как я могла столько лет не замечать его истинную натуру? Жить и не замечать, какой он на самом деле мелочный мерзавец.

– Рассказывайте, Вероника Дмитриевна.

Коротко качаю головой. Ну не могу я посвящать босса в семейные разборки! Из дома сор не выносят – правило, которому мама учила меня с детства. Может, зря? Вдруг, если бы она видела, каким бывает Игнат, не защищала бы его? Хотя я сомневаюсь, что хоть что-то способно заставить маму встать на мою сторону.

Босса мой ответ явно не устраивает. Он снова прибегает к беспроигрышному варианту: к шантажу.

– Вам же нужна эта работа? Так что рассказывайте.

Не оставляет мне выбора, кроме как подчиниться, и я пересказываю наш диалог с Игнатом. Мужчина выслушивает, а потом даёт мне чистый лист.

– Пишите данные вашего отца. Полное ФИО, дату рождения, и если знаете, то номер паспорта.

Не задаю лишних вопросов, делаю, как он говорит. Дрожащей рукой возвращаю лист со своими пометками. Максим Владимирович скользит по записям взглядом, удовлетворённо кивает и тут же кому-то звонит.

– Привет! Я тебе сейчас скину данные, проверь человека. Возможно, его задержали. Если так, то узнай, какие обвинения выдвигают.

Он говорит ровно, словно мы и дальше обсуждаем завтрашнюю встречу с акционерами, а не судьбу моего родителя, который всего лишь решил заступиться за меня.

– Продолжим, – Максим Владимирович берёт какие-то документы, быстро пролистывает, перед тем как отдать мне. – Вам нужно изучить их до завтра.

Киваю на автомате.

– Вероника Дмитриевна, сосредоточьтесь! Как появятся какие-нибудь новости, нам позвонят.

Снова киваю, чувствую себя китайским болванчиком. За что становится немного стыдно. Если так и дальше пойдёт, то не видать мне работы. Кое-как у меня всё-таки получается взять себя в руки.

Силой заставляю себя сосредотачиваться на каждом слове. Включаюсь в обсуждение предстоящей встречи. Задаю уточняющие вопросы, все ответы и рекомендации записываю. И каждый раз, когда у Максима Владимировича начинает звонить телефон, застываю и невольно начинаю прислушиваться к тому, что говорят.

Не то чтобы я собиралась подслушивать, просто я должна знать: вдруг появились какие-нибудь новости об отце.

И вот, наконец, спустя долгих два часа, раздается такой долгожданный для меня звонок. Как бы я ни пыталась прислушаться, мне ни слова не удаётся разобрать, но интуиция буквально вопит: "Это касается меня".

– Поехали, Вероника Дмитриевна.

Я подскакиваю следом за боссом и на ходу закидываю его вопросами: "Что удалось выяснить?", "Где сейчас папа?", "Что будет дальше?". И ещё десятком других. Максим Владимирович выслушивает не перебивая. Словно понимает, как мне необходимо выплеснуть всё, что меня тревожит, наружу.

– Твоего отца и правда задержали. Мой адвокат уже едет в участок. Думаю, к нашему приезду все обвинения будут сняты.

– Спасибо!

Переполненная радостью, кидаюсь мужчине на шею. Тёплая рука ложится мне на спину. Обжигает своим прикосновением. И, кажется, прижимает чуть ближе к крепкому мужскому телу. Или это из-за волнения появилась слабость в ногах и я, покачнувшись, оказалась на мужской груди?

Боже! Что я творю?! Я на самом деле только что бросилась к боссу с обнимашками?! А он? Он же не мог в самом деле ответить на мои объятия? Не мог вот так, по-хозяйски положить ладонь мне на поясницу. Даже чуть ниже. Приобнять. Как мужчина обнимает понравившуюся девушку.

Всё это просто не может быть правдой!

Нужно срочно сделать шаг назад. Попросить прощения за глупый порыв. Попробовать объяснить, что все эти глупости от переживаний.

Поднимаю голову и встречаюсь с потемневшим взглядом. Слова извинений, как и просьба отпустить меня, пока никто не заметил, так и не срываются с языка.

Опоздала. По холлу раздаётся лёгкий стук каблучков, а следом:

– Здравствуйте, Максим Владимирович.

Кажется, я только что сама породила слухи о нас с боссом.