Помощница для Генерального (СИ)

23. Сонечка

Обнимаю подушку и блаженно улыбаюсь. Сладкая нега струится по телу, но реальность врывается в обрывки моих снов, и я резко подскакиваю, прикрывая обнаженную грудь одеялом.

В спальне я одна. Окна занавешены плотными портьерами, отчего в комнате стоит легкий полумрак. Оглядываюсь по сторонам в тщетной попытке найти часы и постепенно осознавая, что на улице уже далеко не раннее утро.

Потому что ранним утром я как раз и заснула в убаюкивающих объятиях Сергея.

Вскакиваю на пушистый ковер и уже подхватываю платье, как на глаза попадается рубашка Сергея. Отбросив платье обратно на кресло, накидываю ее на себя и придерживаю руками, потому что этой ночью ни одной пуговице не удалось пережить темперамент своего хозяина.

Под ворохом одежды откапываю сумочку и достаю телефон, который вчера поставила на беззвучный. Как ответственный помощник своего босса была настроена на серьезную работу и не хотела, чтобы мне кто-то мешал. Не могу сдержать смешка — поработала, ты Сонечка, вчера на славу. С особым рвением и старанием. Почетную грамоту точно заслужила.

Снимаю блокировку с экрана и стону почти в голос.

Чёёёрт, уже почти полдень. Миллион пропущенных от мамы, и еще столько же от Кари.

Кари, как верная подруга, прикрыла меня вчера, но расплатиться мне за это придется. Теперь же она не успокоится пока все до мельчайших деталей не выяснит.

Пару секунд сомневаюсь между двух номеров, но все же для начала решаю пронюхать обстановку и набираю Кари. Долго ждать не приходится, потому что буквально после второго гудка из трубки раздается не привычный мелодичный голосок моей подруги, а злобный громкий шепот:

— Сонька, тебя где носит? Твоя мама уже несколько раз звонила! Я тут как уж на сковородке выкручивалась!

— Проспала я. Чёрт, что ты ей сказала?

— Ну, первые несколько раз, что ты еще дрыхнешь. И судя по твоему голосу я не врала. Потом ты была в душе. Потом я отправила тебя в магазин за кофе, а ты ушла без телефона. Моя фантазия уже иссякла!

— Каари, спасибо! Ты самая лучшая подруга на свете! Я сейчас позвоню маме.

— Да уж будь добра! И кстати, а где тебя носило?

— Ой, кажется мама сама звонит, — грубо сбрасываю Кари, услышав входящие гудки в телефоне. Я уже, конечно, взрослая девочка, но мама все никак не может это принять. Ее излишняя опека порой начинает душить, но серьезных поводов поднять бунт у меня никогда и не было. Пока по крайней мере.

— Мам, привет

— Соня! Я так переживала. Ты где?

— Кхм… мам, ну я же говорила, что останусь у Кари.

— Хорошо, — мама облегченно вздыхает, но нотки недоверия и сомнения все же проскальзывают в ее нежном голоске.

— Сонь, меня вызвали на работу. Вечером увидимся. Карине привет передавай. Я ее сегодня замучила.

— Ага, хорошо мам.

Кладу трубку и с облегчением выдыхаю, но в следующую секунду буквально подскакиваю на месте.

— Ай-ай-ай. Нехорошо маму обманывать.

Интересно, и долго он вот так стоит в проеме комнаты и слушает как я тут выкручиваюсь? Но в следующую секунду мне становится совершенно на это наплевать.

До сегодняшнего утра я видела его только в двух образах — или в классическом костюме и галстуке, или собственно говоря абсолютно голым. Второй образ пока выигрывает с серьезным отрывом.

Но таким домашним и уютным я вижу его в первый раз. Спортивные серые штаны слегка приспущены на бедрах и белая, местами мокрая, футболка красиво подчеркивает точеную грудную мускулатуру. Влажные растрепанные волосы придают ему сексуально шкодливый вид.

Во рту скапливается слюна, как будто передо мной самое вкусное блюдо, которое я готова сожрать все без остатка настолько я сейчас голодна.

— Знаю, что плохо. Но не скажу же я ей, что… ну… где я была и что делала… мне стыдно…

— В том, что мы делали нет ничего постыдного, Соня. И ты же понимаешь, что скрывать наши отношения я не собираюсь. Поэтому едем к тебе, с твоей мамой я сам поговорю. А ты пока вещи соберешь.

— Вещи? Зачем?

— В смысле зачем? Переедешь ко мне. Как благородный мужчина, я теперь обязан на тебе жениться.

Сергей смеется и отталкивается от проема, делая ко мне неторопливые шаги. Как загипнотизированная наблюдаю за тем как перекатываются мышцы при каждом его движении. Но его смех и довольная улыбка не могут меня обмануть. Отчетливо понимаю, что в его шутке сейчас не было и грамма шутки.

— Сереж, я не могу так быстро. И для мамы это будет шоком.

— А в чем шок? Ты уже не девочка, — на этих словах Сергей многозначительно улыбается и играет бровями, — И у меня серьезные намерения. Скрываться как пацан сопливый я не собираюсь.

— Дай мне немного времени, пожалуйста.

Сергей откидывает голову и громко выдыхает. Обдумав что-то про себя, снова смотрит на меня и недовольно цокает.

— Хорошо. Но недолго.

Когда он подходит ко мне вплотную, я закидываю руки ему на шею и дарю благодарную улыбку.

— Ты самый лучший и...

— И терпеливый. С тобой Соня иногда нужно железное терпение. Тебе повезло, что оно у меня стальное.

На этих словах он обхватывает меня за талию и крепко прижимает к себе. Зарывается носом мне за ушко и довольно урчит. А меня словно током пронзает. От наслаждения закатываю глаза и тихонько стону. Глажу его ладошками по груди, спускаясь все ниже, но не успеваю добраться до резинки спортивных штанов, как он перехватывает руки и, как раненый зверь, хрипит в самое ухо.

— Соня, нет!

Надуваю губы, как маленький обиженный ребенок. Как я вчера не пыталась доказать этому упертому мужчине, что мне уже не больно, в сексе мне было категорически отказано.

Почти отказано. Я и не догадывалась, что струи душа могут сделать так приятно. В книжках, которые я читала, про это не было ни слова. Но разве после того, как я узнала, что такое настоящий секс, меня это сможет по настоящему удовлетворить?

Я и сейчас помню как спазмы удовольствия пробила резкая боль. Но Сергей был таким ласковым и нежным, что боль быстро угасла и на ее месте стало зарождаться неизвестное мне до этого удовольствие. Я уже сама хотела, чтобы он не жалел меня, сама двигала к нему навстречу бедра, чтобы он был во мне как можно глубже. Только все мои порывы моментально пресекались.

— Я не фарфоровая кукла. Мне не было больно.

— А ты, как я погляжу горячая штучка, — Сергей хрипло смеется и прижимает меня к себе, а я только бью ему кулачками в грудь и торжествующе улыбаюсь, ощущая, как мне в живот упирается неоспоримое доказательство его желания. Ведь сам хочет, ну что за невозможный мужчина.

— Так, Соня, и у моего терпения есть предел. Ты кстати есть хочешь? Я голодный, как волк.

— Дааа, — от одной мысли о еде в животе начинает громко бурчать. Сергей же, так ловко поменявший тему, смеется и щелкает меня по носу.

— То, что ты голодная я уже и так понял. Только и тут засада, у меня в холодильнике кажется ничего нет. Не привык я дома завтракать. Все на бегу.

— Ничего страшного. Мне как раз к Кари нужно, отдать платье. Там и позавтракаем, хорошо? А потом я домой поеду.

— Ладно, — Сергей недовольно выдыхает и подхватывает пальцем мой подбородок. И сейчас в его глазах нет тепла, только холодная решимость и уверенность, — Только запомни, Соня. Я долго ждать не буду. Подготовь маму, поговори с ней. И готовь чемоданы. Хотя… захвати только белье, остальное все купим. Если что, на запасы белья у тебя безлимит.

Сергей подмигивает, а я, не в силах выдержать пристальный изучающий взгляд, зарываюсь носом в его футболку и с наслаждением втягиваю воздух. Вчера, после душа, когда я лежала в его объятиях и наматывала на палец волоски на его груди, поняла, что его парфюм, который так всегда мне нравился, не идет ни в какое сравнение с его собственным запахом.

И хоть он нагло и категорично отказал мне в сексе, спать мы не могли, да и не хотели. Мы разговаривали всю ночь обо всем, и ни о чем. Сергея интересовала каждая деталь моей жизни — любимый цвет, блюдо, книги. Мелкие детали, из которых в итоге сплетается моя жизнь. Отключилась я на рассказе о том, как девчонкой училась ездить на велосипеде.

— Одевайся, я подожду тебя в гостиной. Иначе…, - он окидывает меня жадным взглядом и резко выдохнув, выходит из комнаты. Ну ничего, ты мне еще ответишь за свой отказ.

Строя в голове планы мести, натягиваю платье и громко стону, когда захожу в ванную и смотрю на себя в зеркало. Губы неприлично припухшие, а на шее постыдные засосы. Хорошо хоть мамы нет дома, успею как нибудь замаскировать это безобразие. Зато теперь понятно, почему Сергей меня с такой довольной улыбочкой разглядывал.

Недолго думая снова беру его рубашку и накидываю ее поверх платья, прикрывая шею. Все равно рубашке конец, а у меня теперь тоже есть трофей.

Сергей встречает меня в гостиной, уже одетый в джинсы и батник. Он только усмехается, наблюдая как я запахиваю ворот рубашки, когда сбегаю вниз по лестнице.

— Извини, чуток переборщил.

— Чуток? Да по мне сразу видно, чем я тут всю ночь занималась!

И вместо сочувствия и понимания, этот мужчина вдруг разражается смехом и с самодовольной улыбочкой нагло мне выдает:

— Милая, поверь, когда мы будем заниматься этим ВСЮ НОЧЬ, ты поймешь разницу. По крайней мере с лестницы ты навряд ли так легко сбежишь.

— Посмотрим, посмотрим. Пока только обещания, — показываю ему язык и громко взвизгиваю, когда он шлепает меня по попе. Чувствительно так шлепает, с громким хлопком, от которого у меня между ног простреливает.

— Ох, Сонька, дождешься ты у меня.

Выходя из квартиры я неожиданно спотыкаюсь и только быстрая реакция Сергея не дает мне разбить нос о мраморный пол коридора. Сердце начинает колотиться быстрее и по непонятной причине, а вернее совсем без причины, на душе вдруг становится неспокойно.

— Соня, с тобой все хорошо? Ты побледнела. Может все таки к врачу?

Сергей озабоченно оглядывает мое лицо, а я заставляю себя улыбнуться и гоню все ненужные мысли. Что плохого может случиться? Это все мои глупые страхи и привычка накручивать себя.

— Все в порядке, Серёж. Я просто очень хочу есть.