Помощница для Генерального (СИ)

27. Сонечка

Просыпаюсь как от толчка и вскакиваю в постели. Одеяло рядом откинуто в сторону, а на кресле грудой брошена одежда Сергея.

Прислушиваюсь, и хотя в квартире тихо, я точно знаю, что он здесь. Только почему-то снова не рядом со мной.

Спрыгиваю с постели и бесшумно выскальзываю из спальни. Искать долго не приходится, сразу вижу приглушенный свет, который выбивается из-под двери рабочего кабинета Сергея.

Как и все последние ночи, он сидит там один и о чём-то думает. Но сегодня я не буду лежать в постели и ждать, когда он вернётся и заснёт, крепко прижав меня к себе. Всё, надоело!

Я истосковалась по своему любимому мужчине. Да, каждое утро я просыпаюсь от жара его тела и крепких объятий. Наверное, недолгий утренний секс единственное, что придает нам сил последние дни и не дает мне окончательно сойти с ума.

Но мне так не хватает тех уютных теплых минут, которые мы всегда успевали вырвать в бесконечной круговерти дня. Не хватает разговоров перед сном, когда мы утомленные и насытившиеся друг другом, лениво болтали о всем подряд.

Последние дни мы и словом толком не успеваем переброситься. В его кабинете постоянные совещания, которые могут длиться до поздней ночи. А порой он и в офисе весь день не появляется. Решает вопросы, о которых мне никто ничего не говорит.

В такие дни, под благовидным предлогом попить чайку и посплетничать, ко мне все чаще стали забегать тетя Аля и Вика и я всеми силами делаю вид, что не замечаю их встревоженные взгляды.

Домой меня отвозит дядя Вова и всю дорогу развлекает забавными историями со времен его служивой жизни. Он переехал к маме на следующий же день после нашего эпичного сватовства и это лучшее, что могло случиться со всеми нами.

Мама расцвела и словно сбросила с десяток лет, окруженная его заботой. Да и с Никиткой все сложилось лучше, чем я ожидала. Они сдружились и теперь вместе ходят погонять в футбол с Сашей и его ребятами.

Жизнь идет своим чередом. Все тихо и спокойно, и кажется я должна этому только радоваться, если бы не тревожное ощущение, что эта тишина постепенно сгущается и начинает давить на плечи все сильнее. Как перед грозой, когда все вокруг замирает, но ты понимаешь, что это ненадолго и скоро грянет гром с молнией.

Все новостные порталы уже который день захлебываются в хвалебных одах центру Империя. На фотографиях с открытия наши улыбающиеся лица, Белецкие с кусочками красной ленты, ледовое шоу.

И ни одной фотографии из цветочного магазина.

Но я была бы наивной дурой, если бы поверила, что ни одной фотографии не удалось просочиться за пределы Империи. И что все сплетни и шушуканья за моей спиной — это просто плод моего воображения.

Проходя по коридору офиса я то и дело сталкиваюсь с коллегами, которые что-то рассматривают в телефоне и при этом громко перешептываются.

Но стоит им меня заметить, как они тут же блокируют экран телефона и неестественно дружелюбно улыбаются, отводя при этом глаза.

Я удалила из календаря Сергея одну за другой встречи, потому что партнеры вдруг решили перенести их на другое время. О котором, конечно, сообщат отдельно. Пока никто из них не перезвонил.

Людмила, наш финансовый директор, по нескольку раз на день приходит к Сергею с толстенными папками и ворохом бумаг. Всегда ухоженная и словно сошедшая с обложки модного журнала, Людмила испугала меня, когда вчера вошла в приемную без макияжа и с темными кругами под глазами, да ещё с гулькой вместо шикарной укладки.

За ней с хмурым лицом шел Кирилл и тащил несколько папок с бумагами.

Саша уже передал ему все дела и теперь разрывается между своим охранным агенством и Сергеем. Они тоже часами закрываются с Сергеем в кабинете и что-то обсуждают. Саша всегда дружелюбно мне улыбается, а мне хочется разрыдаться от обиды. Чувство вины постепенно сгрызает меня изнутри, хотя я даже не понимаю что происходит.

И сейчас, моему терпению наступил конец.

Приоткрываю дверь кабинета и заглядываю внутрь. Сергей сидит в кожаном кресле и задумчиво смотрит куда-то за пределы кабинета. В его руках стакан с жидкостью янтарного цвета. На столе початая бутылка виски.

Однажды он рассказывал, что эту бутылку ему подарили больше года назад и она все не дождется своего часа. Видимо этот час настал.

— Сереж, ты почему не спишь?

Сергей вздрагивает и у меня сердце начинает ныть, когда вижу вымученную улыбку и усталые морщинки в уголках глаз.

— Почему не спишь?

— Проснулась, а тебя нет рядом.

— Иди спать, малыш. Я сейчас приду.

Сергей выпрямляется в кресле, потирая затекшую шею и ставит стакан на стол.

Я же чувствую, как моя чаша терпения идёт трещинами и вот вот разлетится во все стороны на мелкие осколки. Подхожу к столу и упираюсь руками о стол прямо напротив Сергея.

На мне только атласная комбинашка с разрезами по бокам, и я чувствую, как кожа покрывается мурашками то ли от его взгляда, то ли от работающего на полную мощность кондиционера.

— Сереж, что происходит?

— Ты о чем, малыш?

— Я по твоему совсем дура. Это все из-за того случая, да? У нас проблемы? Почему ты ничего мне не рассказываешь?

— Тебя не о чем волноваться. Я сам со всем разберусь.

Последняя капля и чаша моего терпения разлетается на мелкие осколки.

— Сереж, не нужно так опекать меня. Если мы вместе, то вместе во всём, понимаешь?

Мои ногти впиваются в ладони, когда я пытаюсь всеми силами сдержаться и не наговорить лишнего.

Сергей встает с кресла и отходит к окну. Даже в приглушенном свете вижу как напрягаются мышцы рук, когда он упирается ладонями в подоконник. Несколько минут он молчит. Просто стоит, опустив голову к груди, и словно обдумывает каждое слово, которое хочет мне сказать. Замираю и даю нам эти минуты.

— Сонь, я всегда был один. Один строил бизнес, один рисковал и дрался за свое. Я никогда и ничего не боялся, потому что мне нечего было терять. Деньги… я бы их заработал снова. Репутация? Последнее, что меня волновало. Но сейчас все изменилось. Когда я увидел тебя там, испуганную и в слезах… Я не помню, чтобы когда-то испытывал такой страх. В ту секунду я понял, как сильно я боюсь потерять тебя. Я действовал на инстинктах — защитить своё. Но не жалею ни о чём. Эта мразь давно напрашивалась.

Сергей поворачивается ко мне, и я вижу, что его лицо искажено в болезненной гримасе. Но вместо жалости и чувства вины во мне вспыхивает злость. Подхожу к нему вплотную и тычу пальцем прямо в грудь.

— А ты не подумал, что я тоже боюсь? Боюсь за тебя. Ты не подумал, как мне обидно, что ты не доверяешь мне? Зачем тогда я здесь? Зачем ты забрал меня? Потрахаться и нарядить как куклу? Если так, то я лучше уйду прямо сейчас.

Разворачиваюсь и уже делаю первый шаг к двери, как сильные руки хватают меня за предплечье и рывком впечатывает в стальную грудь.

— Дурочка моя. Никуда я тебя не отпущу.

Сергей обхватывает мое лицо ладонями и начинает покрывать его невесомыми поцелуями. Собирает губами слезы, которые как оказалось давно льются из моих глаз. Прижимаюсь к нему еще крепче и впиваюсь ногтями в спину.

— Не гони меня. Можешь не рассказывать мне всего, но ты не должен сидеть здесь один. Я не уйду, слышишь меня?!

— Помнится ты теряя тапки отсюда улепётывала, — Сергей издает смешок, а я только ударяю ему кулачками по груди и громко всхлипываю.

— Все равно к тебе прибежала.

— Даже если бы не прибежала, я бы нашел тебя Сонь. Все равно нашел бы. Я бы весь мир перевернул. Потому что люблю тебя, малыш. И любого за тебя в клочья разорву.

Икаю и замираю, не смея поверив в то, что сейчас услышала. Может это моя расшатанная нервная система решила надо мной подшутить?

— Правда?

— Конечно. Своими собственными клыками…

— Да я не об этом. Ты правда любишь меня?

Вместо ответа Сергей несколько секунд внимательно смотрит на меня и я вижу в его глазах ответ на свой вопрос. Наши губы вновь находят друг друга в темноте, но в этом поцелуе нет той жажды, с которой мы обычно набрасываемся друг на друга. Сейчас это нежные и трепетные прикосновения, словно к источнику, из которого мы оба черпаем жизненные силы.

Веду ладошками вверх по спине и чувствую, как напрягаются на ней мышцы. Сергей рвано выдыхает и с трудом отрывается от меня.

— Сонь, иди спать или…

— Или никуда я не пойду. Кладу ладони на грудь своего мужчины и уверенным жестом толкаю его к креслу. Сергей падает и еле успевает подхватить меня, когда я седлаю его и впиваюсь в губы требовательным поцелуем.

Наши языки сплетаются в танце, пока Сергей ведет руками по моим бедрам и задирает сорочку почти до талии.

Меня начинает трясти мелкой дрожью и в этот раз виной этому точно не кондиционер. Мне кажется еще секунда и я умру, если не почувствую своего мужчину внутри себя. Сейчас мне жизненно необходимо стать с ним одним целым во всем — и душой, и телом.

Нетерпеливо беру футболку за края и тяну вверх. Сергей перехватывает инициативу и резко скидывает ее с себя. Провожу ладонями по груди, поросшей темными волосами и спускаюсь ниже, к резинке спортивных штанов. Нетерпеливо дергаю за нее в отчаянной попытке избавиться от последней преграды между нами.

— Сейчас, малыш, подожди, вот…

Сергей приподнимает бедра и едва стягивает вниз эти чертовы штаны, как я приподнимаюсь и под наши обоюдные стоны насаживаюсь на член. Тяжело дышу и прижимаюсь к Сергею, не торопясь двигаться. Мы сливаемся в одно целое и кажется, что даже дыхание у нас сейчас одно на двоих.

Сергей поглаживает мои ягодицы и слегка надавливает на них. Поняв всё без слов, плавно начинаю двигаться на его бедрах. Это не похоже на тот сумасшедший животный секс, который у нас был раньше. Каждое движение словно глоток воздуха наполняет нас жизненными силами и дает силы бороться за нас, несмотря ни на что.

Не знаю сколько проходит времени, пока я раскачиваюсь на его бедрах. Мы растворяемся во времени и ощущениях, выпиваем эти минуты до дна, ласкаем и покрываем друг друга бесконечными поцелуями.

В какой-то момент Сергей срывается и фиксирует меня на себе, крепко держа за талию. На меня снизу обрушивается шквал сумасшедших толчков и все, что я могу — это откинуть назад голову и тихонько выть в предвкушении неминуемого взрыва.

— Красавица моя, какая же ты красивая…

Я опускаю голову и стоит мне увидеть одичавшие глаза Сергея, как меня выгибает в сумасшедшем спазме и начинает трясти в конвульсиях.

Отчаянно ловлю губами воздух и падаю на грудь Сергея. Он крепко хватает меня за талию и делает серию мощных толчков, от которых меня еще раз скручивает в спазме. Мой скулящий стон и его рычание сливаются в одно целое и кажется достигают самих звёзд. Когда ко мне возвращается способность соображать, я облизываю губы и шепчу ему в грудь то единственное, что сейчас в состоянии произнести:

— Я тоже… люблю тебя

Наверное мне показалось, но готова поклясться, что бешено колотящееся сердце под моим ухом на секунду замерло, а потом вновь понеслось галопом.

Я так и лежу на Сергее, не в силах даже пошевелиться. Уже засыпаю, укачиваемая равномерным дыханием мощной грудной клетки, как чувствую, что тело Сергея напрягается.

— Черт, малыш, мы не...

Слова растворяются в сладкой дреме, которая окутывает все мое тело и избавляет меня от страхов и напряжения всех последних дней. Я блаженно улыбаюсь в крепких руках своего любимого мужчины и совершенно эгоистично засыпаю прямо на его коленях.

Просыпаюсь я уже в своей постели, когда за окном светит яркий солнечный цвет.

Хватаю телефон и вижу, что уже почти полдень. Но меня смущает не это. Огромное количество пропущенных звонков от Саши, Вики и последние несколько от дяди Вовы.

Открываю мессенджер и пробегаю глазами по сообщениям от Вики. Грудную клетку стискивает словно тисками, а к горлу подступает тошнота.

Гром все таки прогремел.