Предатель. Я тебе не нужна

3

— Эй, — визжит тварь, пока топлю ее в комке постельного, — отойди, дура.

Перехватываю лохматые пряди, заламываю руку. Мне брезгливо, но поделать ничего с собой не могу. Не знаю, что дальше, понимаю одно — во мне что-то просыпается от прежней жизни.

Стаскиваю сопротивляющуюся девку на пол, последний раз отчаянно пинаю и с невесть откуда взявшейся силой, отшвыриваю к порогу.

— Вон!

Вытираю пот со лба, тяжело переводя дыхание, откидываю волосы с лица. Она валяется у ног ошарашенного мужа, рыдая и содрогаясь. Жалуется и просит убрать меня отсюда.

Смотрю ему прямо в глаза. Впервые за время нашего брака смотрю дерзко и вызывающе. Ломается внутри, рассыпается прошлое. Даже боль отходит на сто десятый план, там за ребрами лишь застывшая сталь.

— Ты что творишь?

— Я что творю? — не своим голосом говорю. — Ты оскотинел, Сергей? Кого в дом привел? Зачем?!

— Я сказал тебе! Мне нужен наследник!

С омерзением наблюдаю, как его блядь поднимается и всхлипывая, собирает вещи. Оставляю зрелище в стороне, перемещаю внимание на муженька. Что теперь? А?

— Убери ее. Сейчас же.

Во мне бродит недюжинная сила. Я даже не понимаю, что будет потом. Знаю лишь одно, во мне что-то сломалось. И слава Богу, что сломалось. Не сильна в психологии, но мне кажется, что реально сейчас работает защита, которая не позволяет принять картину в чистом виде.

Ведь немыслимо, когда мужик приводит постороннюю в дом. Я должна визжать, орать и биться в конвульсиях. Почему этого не происходит, а? Я отупела и окаменела, не могу целиком осознать все. Что со мной не так?

— Не твоя воля, я сам хочу, чтобы она ушла, — выдает и выдергивает ее из спальни. — Тебе нужно уйти, потому что …

Хлопает дверью.

Мне плевать, что он скажет. Самое главное, что ее не будет в нашем доме.

Остервенело сдираю постельное с подушек, дергаю простынь и рву пододеяльники. Распахиваю окно, выбрасываю во двор. Сражаюсь с бельем, как с врагом. Больше в этой спальне моей ноги не будет. Больше эта скотина до меня не дотронется.

До ушей доносится визг. Блядь обнаружила, что домой босиком пойдет. Так тебе и надо.

Выбрасываю паласы из спальни и когда понимаю, что разрушить больше нечего, медленно оседаю на пол.

Запал кончается. Революция заканчивается с затухающим разгромным счетом.

Растерянно таращусь на бардак, что учинила и поджимаю ноги. Роняю голову на колени, волосы сваливаются, обнажая шею. Как леди Винтер перед палачом, нанятым благородным Атосом. Только мой муж не Атос. Судя по тому, что учинил, гад он последний больше никто.

Замуж же за него пошла, думала все изменится в жизни. Сергей мягкий был, убеждал, упрашивал стать его женой. Обещал, что все будет хорошо. И было хорошо! Пока не вскрылось условие завещания, будь оно проклято.

С тех пор в доме звучит одно — ребенок, ребенок, ребенок!

В итоге я виновата, что не могу зачать от Сергея. Одна я. На дворе двадцать первый век, а он твердит, что только женщины виноваты в том, что не могут родить и никуда он не пойдет сдавать анализы.

Я старалась быть хорошей женой. Угождала, прибиралась, научилась ухаживать за скотиной. Я всему научилась, а он? Отплатил таким поступком? Скот!

Поднимается привычная горечь, спаливает все, скукоживает. Не хочу так больше, не хочу. Все. Сломалась.

— Поднимайся.

Вздрагиваю.

Сквозь поплывшее зрение вижу носки. Муж стоит прямо передо мной.

Он взъерошен и возбужден. Упирает руки в бока и вызывающе смотрит. Ублюдский характер, его не переделать. Так всегда у нас, он нагадит, но никогда вину не признает, даже если сто раз виновен. Будет стоять на своем до последнего. Наглый, как танк.

Вот и сейчас так себя ведет. Другого ждать не приходится.

— Отойди, — отшатываюсь от него. — Видеть тебя не могу.

— Я предупреждал, Алён, — напирает он, — надо было беременеть.

Обида застилает все. Хватаю попавшуюся под руку небольшую подушку и швыряю в лицо. Как можно быть таким бессовестным. Вскакиваю на ноги и не выдержав фарсовой ситуации ору.

— Ты бесцеремонный хам! Думаешь после всего я останусь с тобой, а? Ты мне что обещал после гибели родителей? Дом. Семью. Покой. Упрашивал выйти за тебя. И что в итоге?

Бросаю в него все, что под руку попадется. Выплескиваю накопившееся по полной. За эти годы ни разу из себя не выходила, но предел настал. Все! Меня задолбало.

Он отбивается и наступает.

— Куда ты пойдешь? В хибару свою? Там развалилось уже все. Дом зарос, в кустах весь стоит, туда пройти невозможно.

— Лучше там, чем с тобой.

— Что ты есть будешь? Ты делать ничего не умеешь. А здесь у тебя все.

— Здесь у меня ничего! Ты даже доучиться не дал. Посадил дома. Шлюху свою привел. Оплевал меня. Ненавижу!

Сергей приминает меня к косяку. Спина больно упирается в угол. Морщусь и кривлюсь от боли. Муж наклоняется и тихо говорит.

— А может я ее привел, чтобы тебя спровоцировать.

В оцепенении чувствую, как его рука ползет мне под юбку.