Предательство. Я подарю вам боль

Глава 10

У подъезда замечаю высокую худощавую даму с надменным выражением лица. Аида Степановна решила почтить меня своим присутствием! И снова без звонка…

— Даша? — смотрит на меня ошарашенными глазами. — Ты такая…

— Красивая? — насмешливо добавила я. — Вы это хотели сказать?

— Да… красивая, — нехотя выдавила она. Обычно свекровь корит меня за мою несуразную внешность, а сейчас я впервые в жизни дождалась от нее комплимент. Мелочь, а приятно…

— Аида Степановна, вы что-то хотели? — не дожидаясь, пока свекровь отойдет от шока, захожу в подъезд. Пожилая дама плетется за мной.

— Я хочу видеть внука. Он дома… один? Даша, надеюсь, ты не оставила маленького мальчика одного в квартире?! — взвизгивает мать Родницкого.

— Сережа сейчас с моей мамой. У меня новая работа… Она занимает много времени, и я не могу заниматься сыном. Пока не могу… Надо деньги на операцию зарабатывать, — устало объясняю я ей, ища в сумке ключи от квартиры.

Если вдуматься, то я вообще не обязана ей ничего доказывать: она мне никто. На развод с её сыном я подала, и скоро нас разведут. Правда, из-за Сережи все может затянуться, но не думаю, что Родницкий будет настаивать на опеке. За все это время он даже ни разу не позвонил, не поинтересовался, как живет его родной сын…

— Вижу я, как ты на операцию сына зарабатываешь, — возмущенно осмотрела она меня с ног до головы. — На себя всё тратишь! В салоне красоты деньги оставляешь… И думаешь, я не знаю, сколько такие вещи стоят?! Это же явно не шмотье из эконома. А сколько еще здесь вещей? Все для Сережи купила? — показывает пальцем на разноцветные пакеты с одеждой, которые я держу в руках.

— О, да вас, Аида Степановна, не поймешь. Вы как-то определитесь… То вы меня тыкали, что я плохо одеваюсь, не слежу за собой, а тут вы меня упрекаете в том, что я привела себя в порядок. Похоже на раздвоение личности? Может, вам к психиатру надо обратиться? — откровенно издеваюсь я над ней. Надменная тетка чуть не подпрыгивает на месте, но молчит. Еще бы: крыть-то нечем.

— И вообще, вы бы лучше за своим сыном последили: он не прислал нам ни копейки! — поднимаю голос на октаву и открываю входную дверь. — Даша, подожди, в общем, я не просто так пришла, — мнется Аида Степановна, подбирая нужные слова. — Я звонила Мише, пыталась убедить его высылать деньги для Сережи…

— Он отказался, верно? — резко перебиваю я ее.

— Да… Ты прости его. Он сам не понимает, что делает. А всё из-за этой девки! Она окрутила, вьет из него веревки, — распыляется свекровь. С этой женщиной всё ясно: у нее всегда виноват кто угодно, но только не её обожаемый сынок.

— В общем, на, возьми, положи на счет, — протягивает мне сверток. Судя по весу, денег там много.

— Это ваши деньги?

— Да, бери… Я пошла, не буду тебя больше беспокоить… С противоречивыми чувствами смотрю на удаляющуюся фигуру свекрови. Она все-таки поняла, что мне сейчас нелегко и даже протянула руку помощи. Но вот только сделала это через одно место, предварительно сказав мне гадости…

С облегчением захлопываю входную дверь и замираю на месте, вслушиваясь в звуки. Звуков нет. В квартире полнейшая тишина, и от этого щемит сердце. Я безумно соскучилась по сыну… Мы же с ним были не разлей вода. Сначала я сидела с ним в декретном отпуске, потом устроилась на работу в садик и почти все время была рядом.

Надо позвонить маме. Я не успокоюсь, пока не услышу голос своего ребенка.

— Мама, привет. Ну как у вас дела? Как Сережа?

— Привет. Все нормально. Я его только что уложила, — шепотом отвечает она. — Как у тебя с работой? Нормально все?

— Да… Соскучилась. Надо заехать в гости, только не знаю, когда у меня сейчас выходные будут, — помнится, Августа Александровна предупреждала, что у руководителя фирмы не бывает нормальных выходных. Нельзя надолго уехать, остаться без связи, нужно всегда быть начеку. Надеюсь, у меня не будет таких крайностей. Я не готова становится приходящей матерью…

— Заезжай, дочка… Мы тоже по тебе скучаем. Сережка каждый день спрашивает: “Когда мама приедете, когда мама приедет”? Про папашу сначала тоже спрашивал, потом перестал, — рассказывает она. — Он не объявлялся? Денег не передавал?

— Нет… Да и не нужен он нам, — с обидой говорю я. — Сами справимся. Вторая бабушка, кстати, сегодня заходила, деньги на операцию передала. Много. Завтра с утра заеду в банк, положу на счет.

— Ладно, дочка, звони, заезжай, — зевает в трубку мама. — Я с таким оболтусом так за день умаялась. Спать хочу.