Прошлым летом

Глава 6. КРИК Крис

Воскресенье. Полдень.

Мы только что видели, как умерла девушка.

Не в фильме ужасов.

Не в каком-то постановочном вирусном ролике.

Кровь повсюду. Кишки повсюду. Я вроде как должен был бы почувствовать больше, глядя в её безжизненные глаза, уставившиеся в пустоту. Но это кажется таким… нереальным.

В приглашении говорилось, что мы должны «поиграть со страхом», инсценировать пару «жутких» моментов… ну, знаешь, пиар-штучка, чтобы привлечь больше зрителей. Всё должно было быть фэйком¹³.

А теперь кто-то мёртв. По-настоящему мёртв. Даника рыдает, зажав рот рукой. И это не такие «инфлюенсерские» слёзы, где тушь стекает по щекам для эстетики, а сама красотка украдкой проверяет, как выглядит. Это по-настоящему уродливое комбо: сопли, слюни. А Эбби… Эбби делает вид, будто мы только что не стали свидетелями сцены уровня «Пункт назначения». И я начинаю задумываться, что, нахуй, не так с этой девчонкой? Она психопатка или что?

Что, блядь, вообще происходит в этих лесах?

— Нам нужна помощь, — сквозь рыдания выдавливает Даника, вытирая с губ, я уверен, сопли и слёзы. — Нам нужно кому-нибудь позвонить, — она шмыгает носом.

Эбби смотрит на Данику так, будто та совсем сошла с ума, уперев руку в бедро.

— Ах да? И куда звонить? У нас нет связи, — сделав глубокий вдох, блондинка подходит к подруге. — Мы не можем уехать, помнишь?

Она права. Это было частью соглашения, которое мы все подписали. Если мы уедем раньше, мы потеряем все деньги, включая солидные авансы, которые мы получили — и не знаю, как они, но я здесь ради денег. Я даже не смогу вернуть уже потраченный аванс, если съебусь. Даника резко разворачивается и смотрит прямо на меня.

— Только что девушку продырявили! — резко говорит она, размахивая руками, явно расстроенная.

— Я, блядь, не буду разбираться с этим дерьмом, — говорит Люси, прежде чем выбежать из юрты.

— Мы все это видели, Даника, — огрызается на подругу Эбби.

Бля, эта блондинка — та ещё сука. Мне это нравится.

— Это был ебучий несчастный случай, — продолжает Эбби, заходя в пространство другой девушки и набрасываясь на неё. — Мы просто досидим здесь, а когда вернёмся, всё объясним. Несчастные случаи случаются постоянно. Правда ведь, Даника? — последние слова она произносит с таким намёком, будто говорит о чём-то гораздо более глубоком, чем происходящее сейчас. Даника бледнеет, словно привидение, и они продолжают смотреть друг другу в глаза.

Разве неправильно, что хочу, чтобы они подрались? Ничто не заводит меня так, как старая добрая кошачья драка. Немного таскания за волосы, битва, извивающиеся тела в борьбе за контроль. Да, это блядски горячо. Меня пронзает веселье, когда я наблюдаю за схваткой девушек.

Вдруг за всем этим кровавым зрелищем загорается экран компьютера. Пройдя мимо хаоса и крови, я опускаю взгляд на экран.

Открылся приватный чат. Это переписка Сары с кем-то под псевдонимом «Аноним».

Ухмылка появляется на моих губах, когда я решаю сделать этот приватный чат публичным. Включается камера, и я поворачиваюсь так, чтобы они могли видеть ужас позади меня. Люди начинают заполнять стрим, как и комментарии. Они видят кровь, и грязные вещи, которые они хотят, чтобы я делал в этом ужасе, вызывают прилив крови и адреналина прямо к моему члену.

Мой желудок сжимается. Какого хуя?

Я пытаюсь закрыть экран и закрыть чат, но останавливаюсь. Глубокий гортанный смешок срывается с моих губ.

— Хорошая попытка, тролль, — говорю я экрану, показывая средний палец.

Ёбаные тролли. Ненавижу их.

Даника подходит ко мне сзади, всё ещё шмыгая носом — на ней только белое бельё, забрызганное кровью. Её маленькие косички начали расплетаться.

Она выглядит горячо.

— Что происходит? — бормочет она, читая экран, сообщения продолжают приходить.

Просто дико, что люди говорят, прячась за монитором. Не то чтобы я не хотел сделать всё это и больше, но, всё-таки, девчонка только что умерла. А Даника, похоже, в шоке или что-то вроде того. Но было бы неплохо посмотреть, как она давится моим членом. Особенно если использовать эти её маленькие косички, чтобы вести её язычок вверх и вниз по всей длине. При одной только мысли у меня дёргается хуй.

— Крис, ты это читаешь? — спрашивает Даника и зачитывает последнее сообщение вслух: — «Я знаю, что ты сделал…», «Трахни или умри», — шепчет она, и в конце её голос срывается.

— Это просто какой-то тролль, давай съебёмся отсюда, — говорю я, поднося руку к экрану, но, прежде чем успеваю его выключить, появляется другое сообщение.

Эта фраза привлекает моё внимание. Я, конечно, не собираюсь позволять какому-то больному ублюдку диктовать мне, что делать, но и не собираюсь дурачить себя и выяснять. Очевидно, что то, что случилось с Сарой, было какой-то жуткой случайностью, но я насмотрелся ужастиков, чтобы знать, что не стоит рисковать.

В смысле, я пришёл сюда ради двух вещей: трахаться и зарабатывать деньги. Так что если мне это нужно, то…

Сзади раздаются приближающиеся шаги.

— Что это за херня? — спрашивает Эбби, заставляя нас всех обернуться.

Она стоит рядом с нами. В руке у неё забрызганная кровью хоккейная маска. Такая, какую можно увидеть в фильмах ужасов. Белая пластиковая с кучей дырок¹⁴. Глядя в камеру, Эбигейл улыбается, прежде чем надеть маску. Маленькие капельки крови, которые, я уверен, принадлежит Саре, стекают по ней.

Чат взрывается.

Но наши взгляды прикованы к единственному новому сообщению. Аноним даёт ясно понять: он хочет, чтобы я надел маску и выебал девчонок, изрезал их, уничтожил. Или мы все умрём.

Даника качает головой.

— Пошёл ты на хуй, больной ублюдок, — огрызается она в экран, но Аноним отвечает.

Этого достаточно, чтобы Даника наконец заткнулась и подчинилась. Она выглядит бледной, словно мертвец, и так, будто её сейчас вырвет. Её плечи опускаются, и в этот момент я быстро вырываю маску из пальцев Эбигейл и наклоняюсь к экрану, специально демонстрируя тату и мышцы. На мне всё ещё только штаны, после того как я закончил трахать Эбби — может, стоит заставить Данику облизать соки своей лучшей подруги с моего члена?

Эбигейл выпячивает грудь и с жуткой улыбкой обращается к чату:

— Что вы хотите, чтобы мы сделали? Данике отсосать толстый хуй мужчины в маске? Хотите увидеть, как она давится им, как грязная шлюха, которой она и является?

Ответы льются так быстро, что я даже не успеваю их прочитать, но люди, несомненно, хотят этого. Моя рука скользит по пояснице Даники, вверх по её позвоночнику, и я чувствую, как по её телу пробегают мурашки.

Пиздец, будь я другим мужчиной — лучшим мужчиной — я бы обращался с такой девушкой, как она, как с принцессой. Но, к сожалению, теперь мне всё равно. Я буду трахать её за деньги.

Внезапно Эбигейл вскакивает, хлопая в ладоши.

— Хорошая идея, Dirtyguy124, — воркует она, поворачиваясь к Данике, которая выглядит так, будто её вот-вот стошнит. — Он хочет, чтобы ты отсосала ему, пока катаешься на его ботинке. Думаю, это идеально для такой отчаянной шлюхи, как ты.

Эбигейл засовывает руку в трусики подруги сверху, удивляя нас обоих. Даника издаёт шокированный вздох, который доносится прямо до моего члена. Рука Эбби движется по киске подруги. Мне отчаянно хочется увидеть, что они делают, но её стринги закрывают обзор.

— Ты уже мокрая от одной мысли об этом, да? — насмехается Эбби, когда бёдра Даники начинают двигаться. — Расскажи всем. Скажи, что ты грязная шлюха.

Какая злобная маленькая сучка.

Моя рука сжимает затылок Даники, большой палец ласкает её нежную кожу. Это почти жалко, как сильно я её хочу. Мой член болезненно давит на ширинку. Сосёт ли она лучше чем та Барби?

В одну секунду она скачет на руке подруги, а в следующую — Эбби ставит её на колени. Она с грохотом приземляется, оседлав мой ботинок, пока её пальцы шарят по моим штанам.

— Вот это хорошая девочка. Правда, чат? — говорю я, поглаживая мягкие волосы Даники.

Я знаю, что то, что только что произошло, просто ужасно. Мне не следовало бы получать от этого удовольствие, но, честно говоря, мне нравится. Я действительно наслаждаюсь. Особенно когда гибкие пальцы Даники освобождают мою теперь пульсирующую длину из штанов. Тёплый рот обхватывает мой член, и я запрокидываю голову, волосы падают ей на шею, когда она берёт меня глубоко.

Ебать, её рот — это просто райское наслаждение.

Никаких зубов, только влажность и тепло, когда её язык кружится вокруг моего ствола.

Эбби прижимает голову своей подруги ко мне, и я чувствую, как сжимается её горло, когда она пытается взять мой хуй глубже. Такая хорошая, блядь, девочка. Слюна и сопли летят из её рта, когда подруга тянет её назад, и видеть, как я полностью разрушаю этого милого ангелочка, пиздецки сексуально.

Я улыбаюсь под маской и спрашиваю:

— Тебе нравится вкус моего члена, ангел? — возвращаясь к чату, я спрашиваю незнакомцев за экраном: — Как ещё я могу испортить нашу сладкую штучку?

Чат стремительно растёт, наполняясь самыми грязными и извращёнными предложениями, но запрос Анонима выделяется на их фоне и цепляет моё внимание.

— Какого хуя? — шепчет Эбби.

Но её беспокойство теряется для меня в порыве удовольствия. Губы Даники снова на моём пульсирующем члене, и я тянусь, срывая с Эбби майку, обнажая её грудь.

— Потрогай свои сиськи, — требую я, трахая лицо Даники.

Эбби подчиняется. Она крутит сосками, громко стонет. Это ужасно фальшиво и явно для зрителей. Раздражение нарастает, когда я наблюдаю, как эта маленькая шлюха притворяется. Она устраивает ужасно фальшивое шоу. Мне это не нравится.

Подпитываемый гневом, я опускаю голову Даники на свой член. Я вижу, как она пытается дышать. Её ногти впиваются в мою кожу, а слюна течёт из уголка её рта. Хорошо. Мне нравится, когда они сопротивляются. Это то, чем я известен на OnlyFans — по обоюдному согласию и без него. Прежде чем я наконец ослабляю хватку и позволяю ей дышать, я ещё раз засовываю член глубоко в её глотку. Вот это настоящие слёзы.

Я шлёпаю её по лицу своим мокрым членом, только что вынутым из её рта, оставляя полосы из её же слюны и моей смазки на её порозовевшей щеке. Она судорожно вдыхает.

Даю ей минуту, чтобы перевести дух, прежде чем засунуть пальцы ей в волосы, ещё больше распутывая косы. Я использую свою хватку, чтобы повернуть её голову к Эбби и потребовать:

— Отлижи её пизду, грёбаная шлюха.

Сообщения снова начинают бушевать, люди подбадривают Данику. Они печатают и отправляют всё больше и больше монет, а я всё это время заворожённо наблюдаю, поглаживая свою длину. Блондинка оттягивает свои крошечные розовые стринги в сторону, и Даника ныряет, её лицо накрывается пиздой Эбигейл. Кажется, та начинает получать удовольствие, пока скачет на лице подруги, как отчаянная шлюха, пощипывая и скручивая соски, до тех пор, пока её стоны не переходят в нытьё.

Интересно, чувствует ли Даника вкус моей спермы, вытекающей из пизды Эбби? Я очень надеюсь на это.

Мой ботинок поднимается на её киску, дразня её сочные складки. К моему удивлению, она жадно вращает бёдрами. Она вся мокрая, легко скользит по коже. Она трётся о мой ботинок, захлёбывая соки подруги. Кровь, брызнувшая на мой тёмный кожаный ботинок, смешивается с её желанием, покрывая киску Даники смесью крови и смазок. Она в ёбанном беспорядке. Это так горячо. Я поворачиваю камеру ближе, чтобы все зрители стрима видели, какая она грязная девчонка. Чат снова кипит, но мы слишком поглощены друг другом, чтобы обращать на это внимание. Однако звуки платежей, летящих на наши счета, только делают всё ещё более отвратительным.

Мой член отчаянно нуждается во внимании. Смотреть на них — горячо, но мне нужна дырка, чтобы заполнить её. Я отрываю Данику от пизды Эбигейл, и та скулит от потери.

— Отсоси у меня ещё раз. Ты не можешь кончить, пока не проглотишь всё моё семя до последней капли. Поняла? — спрашиваю я Данику.

Она кивает, её зрачки расширены от похоти. Её рот снова охватывает мою длину. Она сосёт и облизывает с жадностью, которая меня удивляет. Её бёдра продолжают двигаться, извиваясь на моём ботинке, пока она заглатывает мой хуй.

Рядом с нами Блонди засунула пальцы себе в вагину, трахая и наблюдая за нами. Я глубоко вхожу, и Даника скулит.

— Вот так, кричи на моём члене, — подначиваю я, ещё глубже вгоняясь в её тугую глотку. — Покажи всем, какая ты отчаянная и ебанутая маленькая шлюха — кончай на мой окровавленный ботинок.

Она стонет от моего унижения. В этом-то и дело: все девушки ведут себя так, будто хотят, чтобы с ними обращались как с принцессами, но в спальне они хотят, чтобы с ними обращались как со шлюхами. Я рад услужить.

— Используй свою руку, чтобы довести свою лучшую подругу до оргазма, но не смей прекращать отсасывать мне, сучка, — рычу я, перемещая её пальцы к сочащимся складкам Эбби.

Даника умело скользит пальцами в киску подруги рядом с Эбби. Они почти мгновенно находят общий ритм. Как будто делали это миллион раз.

— О да, детка, вот так, — стонет Эбигейл, двигаясь навстречу их пальцам.

Наблюдать за ними так возбуждающе. Такие отчаянные и извращённые шлюхи. Я чувствую, как яйца покалывают, приближаясь к оргазму. Долго не продержусь. Поднимаю носок ещё выше, наклоняя ступню так, что Даника стонет от наслаждения.

— Доведи нас обоих до оргазма, а потом ты сможешь кончить на моём ботинке, маленькая шлюшка, — требую я, впиваясь ей в лицо.

— Я так близко, детка, не останавливайся, — хнычет Эбби, её бёдра дрожат, а рука движется быстрее.

Мои яйца подпрыгивают. Я больше не могу сдерживаться. Хватаю Данику за затылок, прижимая её к себе как можно глубже. Она бьёт меня по ноге так, будто задыхается, но мне, сука, похуй. Моё освобождение обрушивается на меня, как ёбаный товарный поезд, и я с рёвом врываюсь ей в глотку, маска чуть не сползает с моего лица. Волна за волной удовольствия пронзает меня, словно огонь по грёбаным венам.

— Блядь! — кричит Эбби рядом со мной, тоже кончая. Её жаждущие крики экстаза заставляют меня окончательно упасть через край и с последним толчком я изливаюсь в глотку Даники.

Я наконец вытаскиваю, давая бедняжке вздохнуть. Смотрю на неё сверху вниз, пока она трётся о мой окровавленный ботинок, отчаянно пытаясь достичь собственного освобождения.

— Хочешь кончить? Показать всем этим людям, как тебе понравилась моя сперма? — спрашиваю я, обхватывая её лицо и большим пальцем смахивая дорожку слюны, крови и спермы, стекающую по лицу.

— Пожалуйста, — умоляет она. Она высвобождает руку из обмякшей пизды подруги, хватаясь за мою ногу и используя её как рычаг, а затем отчаянно трахает мой ботинок. Её прекрасные карие глаза полны слёз. Она такая охуенно красивая.

— Кончай, — требую я.

И она подчиняется.

Её экстаз эхом разносится по окровавленному полотну юрты. Звук денег, поступающих на наш счёт от зрителей, умоляющих о большем, почти заглушает её крики.

Я бросаю взгляд на зрителей — нас смотрят почти сто тысяч человек. Это больше, чем я когда-либо получал.

Бля, эти выходные обещают быть классными.

Scream (фильм, 1996)

Анонимный «голос» и угроза через коммуникацию

В «Крике» убийца звонит жертвам и издевается над ними. Здесь — аноним в чате, который пишет: «Я знаю, что ты сделал… трахни или умри».

Это современный апдейт той же идеи: вместо телефонного звонка — интернет-чат, но эффект тот же — манипуляция страхом и вынужденное подчинение.