Просто Жить

Глава 1

Нина

Она чувствовала себя пушинкой. Лёгким пёрышком, подхваченным ветром и летящим в пространстве.

Было легко и радостно.

Если бы её сейчас спросили- кто ты? Она бы так и ответила.

— Я перышко.

Постепенно невесомость сменилась тяжестью и её стало засасывать в чёрную воронку боли.

Было тяжело дышать. Очень тяжело. Ей казалось что на груди у неё лежит тяжёлая плита, которая грозит раздавить под собой.

Пытаясь сделать вдох, она поняла, что не может.

— Ничего не возможно изменить. Медицина бессильна… Слишком поздно…

Обрывки разговоров, горькие вздохи и тишина.

Тягучая тишина покоя. И снова она лёгкое перышко в невесомости…

Тихий шёпот выдернул её из вязкого марева сна, но открыть глаза, а уж тем более пошевелиться она не могла.

— Я ухожу Нана, — грубый мужской голос ворвался в сознание. — Племя ждёт. Я не могу взять тебя с собой. Это не возможно. Прости. — шершавая ладонь мужчины неловко провела по её щеке, словно гладя. — Белые мухи совсем близко. Нам надо идти. — тяжёлый вздох и судя по звукам, которые раздались следом, мужчина встал. Чуть потоптавшись рядом, тяжело вздыхая ушёл.

Нина прислушивалась к звукам, но ничего больше не услышала.

Тишина. Ее снова окружила густая, вязкая тишина, в которой терялись звуки.

Постепенно её снова стало утягивать в умиротворяющее марево сна.

С облегчением выдохнув, Нина расслабилась и уснула.

В следующий раз она проснулась от голода. И от холода. Причём не понятно даже, что было сильнее. Холод, который заставлял её сжаться или голод, сковавший болью живот.

Нина заворочалась и со стоном потянулась. Болело все тело. Болело так, словно она упала. Вернее долго и неудачно падала.

Открыв глаза удивлённо уставилась на тёмный, практически чёрный от копоти потолок… Пещеры?

— Откуда пещера? Не поняла…,- проговорила она хриплым со сна голосом.

С осторожностью пошевелив руками и ногами, Нина повернулась на бок.

Перед её взглядом открылся вид на кострище и мрачные стены пещеры. Настоящей пещеры. Скудный свет попадавший внутрь откуда то сверху освещал стены и потолок, демонстрируя ей каменные своды небольшой и довольно мрачной пещеры.

С трудом приподнявшись на локте, Нина с ужасом и удивлением осматривала место в котором она, не понятно по какой причине оказалась.

— Бред. — покачала она головой и тут же скривилась от боли прострелившей её от макушки до пят.

Со стоном упав обратно на жёсткую лежанку, Нина подтянула к себе ноги и замерла, пытаясь не много придти в себя.

— Я не могу быть в пещере. Не могу. — тихо проговорила она. — Это сон.

Но даже если это был и сон, то слишком реальный.

Было очень холодно, голодно и страшно.

А ещё очень сильно чесалось тело.

Осторожно подняв руку, намереваясь почесаться, Нина застыла в ужасе.

— Это не моя рука…, - прошептала она разглядывая тонкую, грязную кисть с обломанными ногтями.

Её руки, не смотря на возраст далеко за пятьдесят, были ухоженными, гладкими с неизменным маникюром и конечно же чистыми. Ну и к тому же не настолько худыми.

Поводив перед собой рукой, Нина перевела взгляд на тело и едва не задохнулась.

Маленькое, тщедушное тело, замотанное в какие-то не то тряпки, не то шкуры было точно не ее.

— Я в коме? Сплю? Умерла? — бормотала она ощупывая себя. Или все же не себя?

Память тут же подкинула ей картинку того как она заболела.

Резко, неожиданно заболела и слегла. Никогда ни на что не жаловалась, а тут… Какой-то вирус и лёгкие отказали.

Потом была скорая, больница и…

А вот дальше «и» было не понятно.

Можно конечно представить что ее вывезли куда-то за город, в пещеру…

Хотя зачем?

Но даже если и так! Тело то не ее? Это тщедушное тело, сплошь покрытое синяками и ссадинами, тонкое и грязное принадлежать может скорее подростку, нежели взрослой женщине. К тому же Нина, а вернее Нина Ивановна с возрастом стала телосложения крупного и роста высокого.

— Тело не моё…,- задумчиво посмотрела она на потолок. — Вопрос тогда назревает следующий. А чье?

Вот это бы вопрос как говорится на миллион.

Прикрыв глаза, Нина постаралась успокоится и подумать о том, что же все-таки с ней произошло.

Калейдоскоп воспоминаний её и чужих закружил унося в чертоги памяти.

Кто она? Нина? Нана?

Сейчас она маленькая Нана, дочь вождя небольшого племени которое борется за свое выживание как может.

Охотники и собиратели. Не кочевники, но вынужденные переселенцы..

Несколько лет они жили в красивой долине где была рядом большая река.

Во время весеннего половодья, совершенно неожиданно, река разлилась настолько сильно, что их стоянку смыло. Многие погибли. В том числе и её мама с маленьким братишкой.

Отец собрал уцелевших и они были вынуждены идти в поисках нового места жительства.

Они искали такое место, где могли бы жить и легко находить себе пропитание.

Они шли туда где не бывает белых мух и холод не ломает пальцы на ногах.

Они устали. Очень устали.

Малышка Нана подбадривала оставшихся соплеменников как могла. Вместе с отцом терпеливо переносила тяжести пути и ни разу не пожаловалась отцу на сбитые в кровь ноги.

Остановившись на ночевку в красивой долине, она вместе с остальными женщинами пошла собирать ветки для костра.

— Нана! Иди сюда! Смотри какие ягоды я нашла! — позвала её Чина. — Иди скорее.

Нана доверчиво пошла на голос, хотя Чина ей никогда не нравилась. Она была… хитрой и злой.

Нана видела как Чина смотрит на её отца, когда думала что никто не видит. Только отец Наны не смотрел на неё.

— Ну где же ты? Нана!

Нана замерла в сомнении…

Но ягоды… Это же вкусно.

Осторожно приблизившись к Чине, она недоверчиво посмотрела на неё.

— Где?

— Не видишь? — Чина цокнула языком и покачала головой. — Иди поближе.

Нана, влекомая любопытством сделала ещё несколько шагов и внезапно почувствовала сильный толчок в спину.

Коротко вскрикнув, она взмахнула руками в тщетной попытке за что нибудь удержаться и полетела вниз.

Оказывается Чина заманила её к ущелью и сейчас специально столкнула вниз…

Нина распахнула глаза и прижала ладонь к груди. Сердце отчаянно билось в груди от пережитого ужаса.

Все было настолько ярко, словно она сама это пережила.

Чуть успокоившись, она снова осторожно села.

— Значит эта Чина столкнула Нану в ущелье…,- она задумчиво смотрела перед собой, пытаясь восстановить события. — Потом девушку нашёл её отец и принёс сюда.

Несмотря на то, что дальше воспоминания Наны обрываются, мелькая лишь коротким вспышками, Нина уже примерно поняла что было дальше.

Судя по всему девушка все же практически убилась, упав в ущелье.

Её отец был вынужден оставить любимую дочь умирать в одиночестве.

— Ну да, выбирая между дочерью, которая умирает и целым племенем, он как вождь выбрал племя. — проговорила Нина, собирая картинку того, что случилось. — Теперь вопрос в том, как я тут оказалась? И ещё один вопрос… Где это тут?

Вот с этим было сложнее. И очень фантастично.

Ну, предположим, что она умерла…

— Умерла…,- пробормотала Нина и передернула плечами. — Слово какое страшное. Ну даже если и так… Здесь то я зачем?

Но, к сожалению, ответа на этот вопрос у неё не было. Как и здравой мысли о том, где она.

В прошлом? В будущем? В параллельной реальности?

Живот болезненно сжался и Нина съежилась.

— Там, здесь… Сначала надо бы поесть…,- отбросив все вопросы решила она.

Осторожно поднявшись на ноги она почувствовала такую слабость, что перед глазами тут же почернело и она покачнувшись едва не упала.

— Тихо, Нина, тихо… Не быстро…

Судя по всему, несчастный ребёнок провалялся в этой пещере не один день. И даже не два… А если учесть что она падая ударилась головой…

Со стоном опустившись на пол, Нина чуть отлежалась и приподнявшись, на четвереньках, принялась осматривать пещеру.

Она нашла воду, какие-то примитивные лепёшки и ягоды. Видимо все это оставил для неё отец. Так же как и несколько шкур, нож, короткое копье и большой запас хвороста.

Попив воду и съев несколько ягод, Нина устало откинулась на стену и зябко поежилась.

— Как бы не сдохнуть тут. В первый же день. — хмыкнула она. — Надо хоть костёр развести.

Подняв с пола два камня, она подползла к кострищу и сложив несколько веточек «домиком» принялась выбивать искры.

Это было не просто. Совсем не просто.

То ли руки у Наны были слишком слабыми, то ли она этим практически и не занималась никогда, но костер она смогла развести даже не с десятой попытки.

— Спасибо папочке за сухие ветки. — устало оттирая пот со лба пробормотала она, глядя как огонь постепенно разгорается.

Осторожно сев на пол, Нина подтянула к себе одну из шкур и поплотнее закуталась в неё.

— Холодно. Как бы не околеть… — задумчиво глядя на костёр пробормотала она. — И от голода не сдохнуть… И от диких зверей…

Осознание того, что она реально попала не в самое безопасное место медленно накрывало её паникой.

Стало страшно. Очень страшно. Настолько, что Нина Ивановна разревелась. Шумно, в голос, размазывая слезы и сопли по лицу. Она плакала за них двоих. И за себя, свою жизнь, которая осталась там… Где-то далеко. И плакала за маленькую Нану, что так трагично закончила свою жизнь.

Выплескивая свою боль слезами, крича от страха и безысходности Нина Ивановна задавала себе лишь один вопрос.

Что она может? Что?

Наконец истерика её стихла, оставив после себя здоровую злость.

Она знала что будет делать.

— Жить. Просто жить. — решительно выдохнула она и подкинув ещё не много хвороста в огонь, уснула. Здоровым, полным надежды сном.