Просто Жить

Глава 17

Сил

Когда он был маленький, то был самый слабый в племени. И должен был умереть.

Таких как он, не кормили. Могли оставить в лесу.

— Не выживет. — говорил шаман глядя на него с презрением. — Слабый. Убить надо.

Он почти не понимал того что говорили взрослые, но чувствовал угрозу исходящую от них.

— Нет. — произнесла его мать, решительно подхватив своего сына на руки. — Не дам.

— Глупая женщина. Ты родишь другого сына. — сердито проговорил шаман и посмотрел на вождя в поисках поддержки.

— Мне этот нужен. — упрямо качнула головой женщина.

— Тогда уходи из племени. — равнодушно пожал плечами вождь. — Оба умрёте.

Ума сжала губы и крепче перехватила сына.

— Хорошо. Уйдём мы.

— Утром. — кивнул вождь и потеряв к ней интерес ушёл.

Вождь же покачав головой повторил: — Слабый он, Ума. Оставь.

— Нет. — решительно качнув головой, Ума взяла сына на руки и пошла к своему месту.

Сил не всегда был слабый. Он родился от сильного воина и был первым у матери.

Отец Сила погиб на охоте наткнувшись на лежанку большого медведя. Тогда племя потеряло двух сильных воинов.

Ума с трудом пережила смерть своего мужчины. Ей казалось что жизнь ее закончилась с его гибелью.

Единственное что держало её дух на земле это любовь к сыну.

Когда Силу было два года он заболел, да так сильно, что перестал вставать и ножки его стали совсем слабыми.

Ума в отчаянии заламывала руки, но Сил угасал. И вот прозвучал вердикт шамана.

Она знала что никто не встанет на её защиту.

Был бы жив отец Сила!

Покачав головой, Ума стала собираться. Зная вождя она была уверена в том, что он не даст ей уйти.

Придушат ночью Сила, а её замуж выдадут.

Ума сильная, молодая, способная родить ещё не одного ребенка, такую никто из племени просто так не выпустит.

Ей нужно было хорошо подумать как поступить…

У них в племени все слушали вождя и шамана. Их слово было закон и не обсуждалось. Наверно поэтому никому не пришло в голову, что Ума ослушается.

Ну как такое может быть?

Во-первых, Ума всего лишь женщина.

Слабая духом и немощная телом. Она не способна охотиться и следовательно умрет вне племени от голода.

Во-вторых, Ума должна хотеть выйти замуж. Любая женщина хочет найти себе мужчину который будет кормить ее и их детей. Это правильно.

Но видимо Ума была не правильная женщина.

Привязав к себе сына, она сложила несколько шкур что остались ей от мужа и спрятав нож, ушла.

Она знала что её будут искать. Иначе быть не могло. Значит, она должна была спрятаться так, чтобы не нашли.

Взяв в руки большую и крепкую палку, Ума шла быстрым шагом в сторону большой реки. Вода смоет её следы и даст возможность им уйти.

Они решат что она утонула. Мало кто решит залезть в воду, но Ума смелая. Она нашла место, где можно перейти реку. Там было не глубоко, всего чуть выше ног, пройдут.

Никому и никогда она не позволит убить своего сына.

Сил почти не помнил их этого пути, только то, что рассказывала ему мать.

Они шли два дня, пока не уперлись в высокие скалы. Там, в небольшой пещере Ума решила сделать им дом. Временный дом, до тех пор пока Сил не встанет на ноги. А он встанет. Ума даже не сомневалась в этом.

Им наверно повезло, иначе как объяснить что ни один из хищников не потревожил их покой?

Ума собирала корешки и пережевывала их для сына, заставляя его глотать. Сначала он почти не мог есть, но с каждым днем ему становилось все лучше и лучше.

Недалеко от их пещеры Ума нашла воду. Она шла из земли и была приятно горячей.

Мать рассказывала ему, что к этой воде ходили животные и могли подолгу лежать там. В какой-то момент и она решилась залезть в воду.

Вода расслабляла.

Это наверно было одно из самых приятных воспоминаний его детства. Он очень любил лежать в воде, в это время уходила боль из ножек и ему становилось легче.

Мать говорила ему, что это вода подняла его на ноги. Скорее всего мать была права. К концу лета он уже уверенно бегал и ничто не напоминало о том, что он еще недавно болел.

Они вернулись в племя поздней осенью, когда деревья сбросили свою листву.

Все же женщина с ребёнком не смогла бы пережить зиму.

В племени их встретили хорошо. Приняли обратно.