Просто Жить

Глава 9

Нина

— Кыш, кыш! Вот ведь пристали!

Совершенно неожиданно Нина столкнулась с проблемой. Птицы. Стоило ей развесить рыбу для прогулки как не понятно откуда налетели птицы и стали клевать её.

Это было настолько неожиданно, что она растерялась и лишь спустя несколько мгновений принялась размахивать руками и громко кричать, прогоняя наглых птиц.

Особо это не помогло и птицы продолжали свое наглое дело. В итоге ей пришлось в спешном порядке собирать все что она развесила и прятаться в пещере.

— Нет! Так не пойдёт…,- сокрушённо рассматривала она поврежденную рыбу которую пришлось отложить в сторону.

Три! Три рыбины ей придется выкинуть. Ну не совсем выкинуть конечно, скормит она её своему найденышу. Но все равно, было обидно.

— Дурацкие птицы! — сердито топнула она ногой. — Сварю вас. Вот поймаю и сварю!

Тут же радостно ойкнув от своей идеи, снова вышла на улицу.

— Пфф… думали что я лохушка? А вот и нет! — радостно пританцовывая Нина натаскала хворост и устроила вокруг своей примитивной сушки три костра. — Я вам покажу как на мой улов зариться!

Разведя костёр, она заложила его сырыми ветками так, чтобы он начал дымить и спокойно развесила рыбу.

Дым от костров прекрасно отпугивал и птиц, и насекомых.

— А кто у нас молодец? Я у нас молодец! — довольно пропела она глядя на недовольных птиц.

Это решение позволило ей, сесть с сторонке и заняться другими делами.

А дел было…

— Вагон и маленькая тележка. — тяжело вздохнула она и принялась разводить глину.

Там где сошёл сель, обнажилась целая полоса с красивой, темно красной глиной. Нина уже пробовала слепить из неё примитивную чашку и у неё получилось.

Поэтому она набрала глину, принесла воды и сейчас пыталась слепить из глины будущую посуду.

И дело было конечно не в том, что она привыкла есть из тарелки. Хотя это конечно же немаловажно.

Она решила солить. Да, сухие ягоды это отлично. И грибы тоже хорошо, но если есть соль, можно же солить. Те же яблоки например.

В своём детстве, Нина помнила как они с родителями ездили в гости к маминой тётке. Она желает за Уралом, в небольшой деревне.

Свой двор, свой огород, свои заготовки…

У неё был большой погреб в котором стояли в кадках моченные яблоки, солились грузди, рыжики, волнушки…

Ей в детстве это все казалось таким богатством!

— И я так сделаю. Сейчас налеплю себе посуды. И все сделаю. Будет мне и вкусно, и разнообразно. — приговаривала она, замешивая глину с водой.

— Чашки, тарелки, кувшинчики разные, а ещё сковороду сделаю и горшочек для ухи. Все будет, Нинок. Пусть не сразу, но будет.

Сложность была в том, что Нина никогда в жизни ничего не лепила. Ну кроме вареников и пельменей.

— Где вареники и где горшочек. — грустно вздыхала Нина, рассматривая творение своих рук. Кривой, кособокий горшочек был очень далек от идеала. — Лиха беда начало, Нинок. Значит слишком много воды добавила. — безжалостно раздавила она горшочек и снова принялась мять глину.

К концу дня она все же сумела слепить несколько чашек, горшочек и небольшую тарелочку.

— Осталось только высушить и обжечь. Вроде как крепче должно стать. — она довольно потянулась и пошла проведать рыбу.

Каково же было её удивление, когда она обнаружила, что самая крайняя рыба, висевшая ближе всего к огню, закоптилась.

Золотистые, дымные бока её лоснились от жира, а мякоть была такой вкусной, что она не удержалась и сняв её с ветки, принялась есть прямо там же, на улице.

— А ведь копчение это тоже вариант консервации! — довольно облизывая пальцы (а что делать?) произнесла она. — А какой вкусный способ к тому же! Жаль, что не на долго…

Вздохнув, Нина собрала всю рыбу, что случайно закоптилась и завернув ее в свежую крапиву убрала в свой холодильник. Ту рыбу, что она планировала досушить, тоже занесла внутрь.

Сердитый клекот раздался у неё за спиной, заставив подпрыгнуть от страха.

— Ну! Коля… Напугал! — отругала она птицу. — Соскучился ты что ли?

Птица сидела насупившись и чуть отвернувшись.

— Ну извини, дел много. Не могу с тобой здесь сидеть. — пожала она плечами. — Давай, не обижайся, я тебе сейчас вкусной рыбки дам.

Птиц поправлялся. И проявлял вполне себе настоящий характер. Сердился, если что не по нему, обижался, если её долго не было и хоть не показывал, но радовался, когда она приходила домой.

Вот и сейчас, сердито поцокав, подошёл ближе и положил к ее ногам…

— Мышь? — Нина подпрыгнула и в ужасе уставилась на небольшую мышку.

— Это плохо! Очень плохо! — она судорожно принялась перебирать свой небольшой запас сухих ягод. — Вроде следов не видно. — с облегчением выдохнула она. — Ты такой молодец! — похвалила она птицу.

Тот сидел нахохлившись, обиженный тем, что она не приняла его подарок.

— Я не ем мышек. Но тебе спасибо! Ты мой помощник! — хвалила она его, протягивая кусочки копченной рыбы. Гладить его она пока не решалась. Все же Коля был хищной птицей и как он себя поведёт, было не понятно. Не наподал и то хорошо.

Почему Коля?

Потому что Со-Кол. Да и вообще, Коля ей показалось хорошим именем для сокола. Мужское имя. Серьёзное. Очень подходило ему между прочим.

Вот и мышка эта от Коли. Вполне себе мужской поступок.

Видимо он решил ей отплатить за то, что она его спасла. Мышь принёс.

У кошек есть такое. Принести хозяину мышку. Хозяин же неловкий, мышей ловить не умеет, вот кошка и старается, подкармливает. Своего рода забота.

— Я на самом деле тебе благодарна. Мыши это плохо. Не хотелось бы, чтобы они были здесь. — снова вздохнула Нина. — Самой еды не хватает.

Устало потянувшись, Нина умылась и легла спать. День был длинный и как всегда насыщенный.