Нина
Было ли ей сейчас страшно?
Наверно да…
Просто ей было некогда бояться.
Доверчивый взгляд Данилки, чуть испуганный Серки, отчаянная храбрость Бонда и бесстрашие Коли заряжали её смелостью.
Она не может расслабиться, поддаться страху.
— Так… Времени нет расслабляться. — пробормотала Нина и усадив Даньку на шкуру, сказала, обращаясь к Серке, — Присмотри пожалуйста?
Подхватив топор и верёвку пошла в сторону леса.
Бонд тут же пошёл за ней.
Вообще, в последнее время, он все чаще и чаще оказывался рядом с ней, словно предлагая свою помощь.
И Нина её принимала.
Одной тяжело. Не только морально.
Тяжело было в первую очередь физически. А она девочка…
— Ох, не женское это дело, — она взмахнула топором и срубила первое деревце. — А деваться некуда.
Был бы рядом с ней отец! Было бы намного легче.
— У него свои заботы, Нинок. — выдохнула она с сожалением и снова взмахнула топором.
Удивительное дело, но отца Наны она ощущала как своего. Может это было потому что память Наны бережно хранила любовь к нему?
Искренне восхищение отцом, дочернюю любовь и тоску по родному человеку…
И никакой обиды за то, что он по сути оставил её умирать в той пещере.
— Не мог иначе. — фыркнула Нина, снова замахиваясь топором. — Потому что вот так.
И да, обиды не было. Просто была тоска. Где-то внутри, глубоко спрятана и практически не проявляющаяся.
Видимо страх перед неизвестностью, ответственность и неопределённость заставляют её именно сейчас особенно остро чувствовать тоску по отцу.
— Ага… Я маленькая, я хочу на ручки…,- усмехнулась Нина, перевязывая нарубленные ветки.
И да… Скорее всего дело в этом. Страшно? Отец защитит. Тяжело? Поможет…
— Только отца нет, Нинок. Надеяться, кроме как на себя, тебе не на кого. — закрепив одну связку на мощной шее волка, а вторую у себя на поясе, Нина сжала губы и потянула свою ношу.
Она справится. Она сильная. Другого выхода просто нет… У неё теперь свое племя.
Сил
Он чувствовал что нужно уходить как можно дальше от их горы.
Скорее всего даже за большую воду придётся идти.
— Вода огонь остановит. — задумчиво пробормотал он и собрав все вещи протянул матери руку. — Идём.
— Подожди Сил. — откликнулась она, оглядываясь. — Ты слышишь?
— Гул?
— Не только. Зов. Я слышу зов. — посмотрела на него мать. — Тебя зовут.
— Кто? — удивлённо вскинул он брови.
— Не знаю. Ребёнок.
— Ребенок? — он снова нахмурился, но стал прислушиваться и действительно, услышал в отделении зов. Звали его. Отчаянно звали.
— Иди. — мать дотронулась до него рукой. — Иди. Раз зовут, значит надо. Я здесь буду.
Сил бросил полный сомнения взгляд на мать. Оставлять её одну отчаянно не хотелось, кругом опасность, а она одна, слабая женщина.
— Иди. — требовательно повторила она. — Я здесь.
Кивнув ей, он взял в руки копье и поспешил туда откуда раздавался зов.
Кричала маленькая Кама. Внучка шамана.
Большая кошка шипела скалясь и била хвостом по бокам, готовая прыгнуть.
Вихрастый, худой мальчишка стоял перед ней и сцепив зубы отчаянно махал перед кошкой огненной палкой, пугая её.
За его спиной лежал шаман, неловко подвернув под себя ногу, а маленькая Кама оглушительно кричала, вцепившись в другую руку мальчишки. Звала его, Сила.
Выйдя на небольшую опушку, Сил перехватил поудобнее копье и осторожно двинулся к ним, оценивая ситуацию.
— Не кричи, Кама. — тихо проговорил он. — Не кричи.
Кама резко замолчала, распахнула глаза и с отчаянием посмотрела на него.
— Сил! Спаси…,- всхлипнула она.
— Замрите! — крикнул им Сил и выставив вперёд копье бросился на кошку, которая не ожидая подкрепления, отвлеклась на него…
Спустя время, когда все собрались возле большого костра, Зум, запинаясь и вздрагивая рассказал о том, как они ушли из племени и едва не попали на обед к дикой кошке.
— Я не знал что там кошка. — Зум сжался весь. — Под деревом мы легли отдохнуть, а она сверху прыгнула.
— Они хитрые. — успокаивающе похлопал его по руку Сил.
— И подлые. — добавила его мать. — Ты ешь, ешь.
Зум снова вздрогнул как от холода и сел поближе к огню.
— Теперь не бойся. — протянул ему шкуру Сил. — Все уже. Прошло. Ты правильно все сделал. Кошки боятся огня.
— Я помню. — тихо вздохнул Зум и укрыл шкурой маленькую Каму, которая спала возле деда.
Пережитый ею стресс вылился сначала в обильные слезы, а уж потом в беспокойный сон.
Шаман тоже уснул.
Его подвели подслеповатые глаза и он, оступившись повредил ногу. Именно из-за этого они решили остановиться под деревом, передохнуть.
Сейчас же, замотав плотно ногу и приняв от боли отвар какой то травы он спал, восстанавливаясь перед следующим днем.
Сил вздохнул и поднялся.
— Спите. Утром рано идём. Времени нет почти.
Конечно он их не бросит. Он же мужчина. Он сильный. А они слабые и нуждаются в его защите. Так и должно быть.