Рай, которого не ждала

Глава 18 Матвей

"Это был просто секс по пьяни"...

Эта фраза беспрерывно звучала в моих ушах, пока я быстрым шагом покидал дом Карины.

Мои попытки быть вместе с ней потерпели полное фиаско. Я влюбился, впервые за долгие годы одиночества, разочаровавшись во всех женщинах мира, но, похоже, снова выбрал не ту.

Неужели я так ошибался в ней?

Разве могли эти прозрачные, голубые глаза врать мне в минуты нашей страсти? Ее дрожь, шепот, стон — все это было притворством, ложью?

Я не мог в это поверить.

Но она выгнала меня, сказала, что я для нее ничего не значу. Унижаться не буду, нет так нет, переживу как-нибудь.

Я зашел в бар, сразу удалился в свою комнату, в которой жил, и надрался до отключки.

Не знаю сколько я провалялся в беспамятстве, но когда открыл глаза, увидел возле себя Оксану.

Она сочувственно смотрела на меня, и от этого мне стало еще паршивее. А еще моя услужливая сотрудница принесла водки, и мы вместе с ней погрузились в двухдневный кутеж. Сказать, что мы не просыхали, ничего не сказать.

Девушка услужливо подливала горячительную жидкость, если мой стакан пустовал, периодически она вешалась мне на шею, но даже будучи в полубессознательном состоянии мне было противно, и я её отталкивал.

Оксана рассказала мне много всего интересного про Карину, хоть её об этом никто не просил:

— Она сказала мне по секрету, что все еще любит своего мужа и хочет к нему вернуться, а ты, так, развлечение на ночь, курортный роман, ничего серьезного. Для нее ты мальчик, а ей нужен взрослый состоявшийся мужчина с кучей денег, — шептала она мне на ухо.

И эти слова отдавались тупой ноющей болью в левой половине груди.

На третий день моего запоя, я все-таки вспомнил, что являюсь хозяином данного заведения и нужно было, по крайней мере, выползти из своей конуры и проконтролировать работу бара.

Я вышел в зал, Оксана увязалась за мной, мне было все равно, рядом она или нет. Все мои мысли занимала Карина.

В баре играла музыка, веселились люди, все было как обычно, только я за эти три дня стал другим. Как будто постарел сразу лет на десять. Я стоял возле барной стойки безучастно смотрел на отдыхающих.

Вдруг Оксана обвила мою шею руками и прижалась губами к моим губам.

Это было неожиданно, в первый момент я даже ничего не понял.

Отстранил ее от себя и наткнулся взглядом на Карину. Она стояла посреди бара, прижав руки к груди, а ее взгляд — чего в нем только не было: разочарование, злость, боль...

Мне что-то говорила Оксана, я не слышал ее, оттолкнул и хотел подойти к Карине, все объяснить, обнять, заставить ее глаза сверкать от счастья.

Но она резко развернулась и бросилась прочь.

Я не мог оставить ее одну в таком состоянии несмотря ни на что, вышел следом за ней и задохнулся.

На улице бушевала непогода.

Море бесновалось, огромные волны накатывали на берег, лил дождь.

Я моментально промок и протрезвел.

Неподалеку в темноте я разглядел еле заметную фигурку, она удалялась от меня. Это была Карина, я бросился за ней, догнал, схватил за плечи, хотел обнять, но она вырвалась, начала кидать мне в лицо гневные, злые слова. Мне нечего было ответить ей в свое оправдание, и я не смел приближаться к ней.

Она слишком близко подошла к воде, и я увидел за ее спиной высокую волну, которая накатывала прямо на нее.

Я не смог ее спасти, не успел.

Прошел лишь миг, а Карины на берегу уже не было.

Внутри меня все оборвалось, я бросился к воде. Это была попытка ничтожно слабого человека, победить грозную, ревущую стихию, но я не сдавался. Звал ее, пытался нащупать в воде, нырял в клокочущие волны. Пару раз сам был на волосок от гибели.

Но все было тщетно.

Я молился всем богам, чтобы Карина осталась цела.

В тот момент, когда я уже был близок к отчаянию, недалеко от того места, где я стоял, увидел промелькнувшее белое пятно, бросился туда — это была Карина. Я схватил ее на руки и вынес из ревущего моря, положил на песок туда, куда вода не могла до нее добраться. Глаза Карины были закрыты, даже в темноте было заметно, какая она бледная.

Но самое страшное, она не подавала признаков жизни.

Я начал делать ей искусственное дыхание, ее губы были так холодны и безжизненны. Вдруг она зашевелилась, широко открыла глаза и закашлялась.

— Жива! Всё остальное не важно, — промелькнуло в моем воспаленном мозгу.

Я приподнял Карину, крепко обнял и заплакал, мысленно благодаря всех святых, за то, что позволили остаться ей целой и невредимой.

Она была вся мокрая и холодная, ее бил озноб. Непогода не сбавляла обороты, и я огляделся.

Недалеко от нас находился домик спасателя. Какая-никакая, а крыша над головой.

Я поднял Карину на руки и понес туда. Она доверчиво прижалась ко мне и обняла за шею.

В этот момент меня просто накрыл с головой прилив нежности к ней, желание защищать от невзгод и осознание того, что я ее чуть не потерял.

На двери висел замок.

Недолго думая, я выломал его и занес свою драгоценную ношу внутрь, включил свет. Домик был совсем крошечный. Я положил Карину на кушетку, в шкафу нашел полотенце и куртку спасателя. Сняв с Карины насквозь мокрое платье, я досуха растер ее, закутал в куртку и посадил на кушетку. Сам тоже скинул с себя мокрую одежду и обнял, чтобы она согрелась.

Постепенно ее дыхание выровнялось, озноб прошел.

— Спасибо тебе, за то, что ты меня спас, — еле слышно прошелестела она, а потом обняла и тесно прижалась ко мне.

Куртка распахнулась, ее обнаженная грудь прижалась к моей, и она робко поцеловала меня.

Я забыл, как дышать, боялся спугнуть это мгновение. Меня окатило жаром, я безумно хотел ее, опасность только обострила ощущения. Карина, еле касаясь, целовала мои щеки, губы, шею, грудь, а я просто ласково гладил ее по волосам, плывя по волнам наслаждения.

Постепенно невинные поцелуи стали перерастать в нечто большее.

Я завладел инициативой: поймал в плен ее дрожащие губы, провел по ним языком. Они были немного соленые от морской воды. Я углубил поцелуй, стягивая с Карины куртку, нам больше не было холодно, нас сжигал огонь страсти, который мы долго сдерживали внутри себя. Не переставая целовать, провел по острым вершинкам груди, легонько помассажировал горошины сосков.

Карина не сопротивлялась. Она лишь все крепче обнимала меня, ее руки гладили мою грудь, живот, спускались ниже.

Я подхватил ее под ягодицы и посадил верхом на себя. Твердый член уткнулся в горячее лоно, она застонала, неотрывно глядя мне в глаза, будто молила не медлить, а прямо сейчас соединить нас воедино.

У меня будто бы искры посыпались из глаз.

Я впечатал её бедра в свои и снова впился голодным поцелуем в пухлые губы. Пальцами провел по нежным складочкам, там было влажно.

Она хотела этого, ничуть не меньше меня.

Освободив член, я осторожно начал входить в нее, но она сама рывком села до конца и, застонав от удовольствия, начала двигаться на мне. С каждым новым толчком мы все больше ускорялись, приближая друг друга к экстазу.

Наконец Карина вскрикнула, выгнулась и замерла. Следом за ней пика достиг я, и мы вместе, крепко обнявшись, полетели навстречу звездам. Разрядка получилась такой яркой, как солнечная вспышка, на несколько мгновений она выбила нас из реальности.

Мы лежали обнявшись на узенькой кушетке, постепенно приходя в себя. За окном продолжала бушевать непогода, но мы не обращали на это внимание, наслаждаясь отголосками нашей личной, внутренней бури.

Всю эту ночь мы провели вместе, почти не разговаривали, слова были не нужны. За нас говорили наши тела, губы, глаза. Мы никак не могли насытиться друг другом и лишь под утро, утомленные жаркой страстью, провалились в сон.

Было еще совсем рано, когда я, опасаясь, что нас могут обнаружить, разбудил Карину.

Мы натянули влажную одежду и покинули наш укромный домик.

Буря стихла, на небе забрезжил рассвет, горизонт начинал светлеть.

Перебежками, чтобы нас никто не увидел, мы добрались до дома Карины. Добрели до кровати и, не расстилая ее, забылись глубоким сном.