Разведенка

Глава 16

Ночью совсем не спалось. Чёртовы мысли круговоротом вертелись в голове, воронкой спускались вниз, где в груди набирали обороты и гулко бились о рёбра. Или это сердце лупило по ним, с трудом справляясь с эмоциями. Заснула лишь под утро, но и этот сон больше напоминал кошмарные провалы в пекло.

Чего только не намешалось там, кого только не принесло ко мне в сновидение. Громадная Алиса с отросшими клыками обжаривала меня на сковороде, помешивая и переворачивая большими вилами, рядом прыскала ядом свекровушка, проходя раздвоенным языком по губам, шипя и тарахтя погремушкой на хвосте в экстазе, где-то внизу стучал козьими копытами Дима, подбрасывая дрова в жаровню, Марта плескалась в чане с кровью и хохотала, крича, что я сама виновата, что не стоило отшивать рыжего. И всем этим ужасом дирижировал Эдик, подпирая огненное небо антрацитовыми рогами и инспектируя степень моей прожарки.

Проснулась я в какой-то нереальной тишине с ощущением заложенных ушей и саднящего горла. В окно светило бледное солнце, намекая на позднее утро, с кухни несло подгоревшими гренками и жжёным сахаром, крича о том, что там кто-то хозяйничал без меня, а самое главное — дети, которые без присмотра должны были стоять на головах и разбирать на запчасти мебель, отсутствовали в радиусе нескольких десятком метров.

Взмокшее от кошмаров тело моментально обдало льдом и липкой изморосью. Ромке пять, Ларчику два. Куда они могли деться? Мозг сразу спроецировал шокирующие картинки. Завязли и замёрзли в снегу, выпавшему слоем больше метра. Попали под колёса нетрезвого лихача, прыгающего по лежачим полицейским. Заблудились в лесу, до которого идти километров десять.

Не помня себя, всунула ноги в тапки, накинула халат, ломанулась к входной двери, с силой толкая её, и осела на пень, что стоял на крыльце. Площадка и тропинки расчищены, дровница заполнена, Ромка носит от сарая поленья, Лара перетаскивает в жёлтом ведёрке щепу и высыпает в большую корзину, а работой моих детей снабжает Руслан, орудуя топором.

Я так и сидела бы, наверное, пялясь на широкую спину, крепкие руки, подтянутую задницу и чётко выверенные движения, если бы Ларка не увидела меня и не запрыгала с криком «мама».

— С ума сошла? Околеть решила? — воткнул топор в колоду Рус и в несколько шагов оказался на крыльце.

Подхватил подмышки, содрал с пня и с лёгкостью внёс в прогретый дом, обдав разгорячённым по́том. И знаете, что самое страшное? Меня повело от этого чисто мужского запаха как голодную кошку в гоне. Пальцы на ногах поджались, вдоль позвоночника пронеслась крупная дрожь, под ложечкой засосало, а внизу живота саккумулировался жар, ноющей болью плавя внутренности.

— Ты чего здесь делаешь? — нашла в себе силы и вывинтилась из его захвата. Отошла подальше, чтобы до носа не доносился животный запах. — Как проник в дом?

— Перемахнул через забор. А дверь Ромка открыл, когда увидел, что я снег раскидываю. Вдвоём мы уже решили сюрприз тебе сделать. Мелкую покормили, сами поели, оделись и гулять пошли.

— Господи! Да я чуть богу душу не отдала, проснувшись в гробовой тишине! — взвизгнула, сцепляя пальцы, вереща на повышенных тонах, а заодно подвывая. — Я чего только не надумала, пока бежала на улицу! Ты даже представить не можешь, что я пережила за эти несколько минут, придууурооок! Я же уже нарисовала их переломанными под колёсами автомобиииляаа! Я уже увидела растерзанные дикой сворой тельцаааа!

— Матрос Королькова, истерику прекратить! — рявкнул, выбрасывая вперёд руку, хватая и впечатывая меня в каменную грудь, прикрытую лишь тоненькой тельняшкой. — Всё обошлось. Дети целы, сыты и выгуляны с полезными физическими нагрузками, — похлопал по спине и повёл ладонью ниже, остановившись в опасной близости от кормы. — Хорошие они у тебя. Ромка настоящим мужиком растёт.

Всхлипнула, вдыхая одуряющий коктейль и понижая градус волнения. Завозилась в его руках, вынуждая выпустить.

— И с какого перепуга ты незнакомые дворы чистишь, да чужих детей выгуливаешь? — попятилась назад, руля на кухню. Что-то неправильное происходило с моим телом, и его стоило держать подальше от мужчины. А судя по отсутствию такой реакции на Димона, сторониться нужно именно Руса. — Чудаковатое хобби между морскими ходками?

— Ходки у зеков, а у меня боевые походы, — засмеялся Рус, и вокруг глаз разбежались лучики морщин, преображая суровость во что-то мягкое и тёплое. — И между ними я решил помочь одинокой женщине с детьми.

— А с чего ты решил, что я одинокая? — подбоченилась, шмыгая носом.

Не сразу поняла причину потемневшего взгляда и судорожного дёрганья кадыка вверх-вниз. Только когда зазудело в области груди спохватилась, что халат распахнулся, демонстрируя торчащие соски в застиранной до полупрозрачности футболке. Свела полы, чувствуя, как по коже расползается густой румянец, поглощая лицо и шею.

— Выпытал информацию у Фисы, а потом и сам всё увидел собственными глазами. Худая изба, запущенный участок, перекошенный сарай, завалившийся с задней стороны забор, — стал перечислять Руслан недочёты в моём хозяйстве. — Да и следов проживания мужика я здесь не заметил.

— Может у меня приходящий? — завелась я, затягивая пояс потуже. — Гвоздь забить, постель погреть?

— Насчёт гвоздей не сомневаюсь. Димка всегда рукастым был, — свёл брови Рус, и сразу тепло сменилось на арктический холод. — А на любовника он не тянет.

— Почему это? — подалась вперёд, грозно выпячивая подбородок. Что-что, а за друзей бабка с дедом научили заступаться. — Дима привлекательный, добрый, отзывчивый.

— Мелковат он для такой женщины как ты, Мила. Трахать тебя должен настоящий мужик, а не рыжий сопляк, променявший ответственность на стопку водки.

Хотела ответить ему на хамство, но лишь успела приоткрыть рот. Рвущийся звук был затолкнут языком назад в глотку, а губы жёстко смяты грубым поцелуем.

Вернее, на поцелуй действо было мало похоже. Руслан жрал меня, задевая зубами, прикусывая нежную плоть, вылизывая нёбо и зубы, чуть ли не втрахивая язык в горло. При этом его руки с каким-то садистским голодом мяли ягодицы, впиваясь до синяков пальцами.