Развод. Чужая жена для миллиардера

Глава 8

Лика говорила совсем не то, что чувствовала. На самом деле звук ударов сердца и тяжёлых шагов успокаивал, внушая уверенность перед схваткой с двумя мегерами.

— Мне неудобно, что до сих пор у тебя на руках. Может вернуться и обуть туфли, сразу не нашла.

Глеб посмотрел на дверь и вверх на лестницу.

— Потому, что их нет. Брал показать размер. В машине новые вещи и обувь. За ними уезжал. Идём наверх. Пока не вскрыли макбук. Слишком много стоит на кону.

Он с лёгкостью поднялся на второй этаж.

— Нам в левое крыло. Но лучше перейти сразу в комнаты Ольги.

Он быстро двигался по коридору, но вдруг остановился перед дверью, за которой раздался женский смех.

— Не понял. Что Кира делает в гостевой спальне?

— Твоя невеста? — Лика не напряглась. Уже несколько раз слышала про таинственную Киру.

Глеб нахмурился что-то обдумывая.

— Бывшая! — сказано слишком резко для законченных отношений. Чувствовалось, что рана открытая.

— Почему? — вырвалось само собой.

И вдруг почувствовала себя бестактной. Но Глебу сейчас было не до неё.

— Сейчас не до того… — Он толкнул дверь ногой и сразу сделал шаг внутрь.

Высокая, худая блондинка модельной внешности взвизгнула, запахивая на груди шёлковый халатик.

Лика прошептала чуть слышно:

— Можешь опустить меня на пол? Это она советовала охраннику меня ударить.

Гнев наполнил душу. Ей было плевать Кира в комнате или не Кира, невеста или без места. Почему агрессивные бабы желают её убить или избить? Сивая дылда приказала сделать ей больно и сейчас за это ответит.

— Какого чёрта вы тут делаете?! — Кира захлопнула крышку макбука. — Кто позволил без стука входить в мою комнату?

Глеб опешил от наглости бывшей невесты.

— Вообще-то это мой дом! — Он опустил свою гостью на пол. — Что ты здесь забыла?

— А это мой макбук! — Лика быстро направилась к постели. — Ты воровка, которая приказала бить невесту хозяина дома.

Кира прижалась к спинке кровати. В глазах наглое превосходство привыкшей добиваться своего стервы.

— Хозяина определит завещание, а пока это общий дом детей Фрола Егоровича и его молодой жены. Ольга и Марина мои подруги! — Она села по-турецки, не стесняясь того, что без трусиков. — По их приглашению я останусь гостить здесь на неопределённое время.

Глеб отвёл взгляд от длинных ног, на время потеряв самообладание.

Лика забралась на огромную кровать.

— Но сначала отдашь мой макбук!

Кира вцепилась в гаджет будто от этого зависела её жизнь.

— Обойдёшься! В этом доме ничего твоего нет!

— Как и твоего! — ухватившись за серебристый прямоугольник с другого края, уверенно проговорила: — С той разницей, что ты прошлое Глеба, а я его будущее!

Кира рассмеялась в лицо лженевесты.

— Посмотри на себя, мышь серая! Я модель. Мужики с ума по мне сходят! — Она выдула ноздри, выплёвывая слова в лицо соперницы: — Уговаривайте себя оба, но Глеб мой! — Стерва перевела взгляд на отвернувшегося здоровяка и ещё шире раздвинула ноги. — Посмотри, как старательно отводит взгляд от любимого места.

Лика отпустила серебристый край, и умело сдавила болевую точку на тыльной стороне ладони стервы. Красивая кукла могла прочесть информацию на макбуке, а значит, она заберёт его любым способом.

— Мне плевать, что ты о себе возомнила! — Злило, придавая сил, молчание Глеба.

Пальцы сошлись на трясущейся кисти Киры. Болевой захват заставил модель взвизгнуть и завалиться на бок.

Выворачивая узкую ладонь наружу, грозно потребовала:

— Сейчас ты, самовлюблённая тварь, встанешь на колени и попросишь прощения!

Она зыркнула снизу вверх в растерянное лицо спасителя. Тот стоял как вкопанный. Стоило Кире раздвинуть ноги, и позабыл все договорённости, собственные предупреждения. Лика чувствовала себя самозванкой на чужом празднике жизни. Словно подглядывала за ссорой любовников. Стало обидно.

Она выговаривала сразу обоим:

— Плевать на ваши с Глебом игры. Больше никто никогда не посмеет меня унизить! — общение с мальчишками в детдоме не прошло зря. — Ты модель, а я антимодель. С неба мне ничего не сыплется, но постоять за себя могу! — Лженевеста плюнула рядом с вставшей на колени дылдой. — Запомни это на будущее!

Кира вынуждена была подчиниться. Она прошипела сквозь боль:

— Прости меня! — из направленных на бывшего жениха глаз брызнули слёзы. — Я запомню! — сказано с такой злостью, что сомнений о мести не было.

Глеб поморщился, понимая, что вынужденным нейтралитетом предаёт сразу обеих женщин. Кира права, ещё не успел избавиться от чувств к ней.

Он с удивлением в глазах смотрел на воинственную Лику. Сбежавшая со свадьбы «чучело» могла за себя постоять.

— Хватит! Забирай макбук и уходим в моё крыло. С Ольгой разберусь позже. Завтра узнаем, кому отец оставил особняк, но в любом случае съедем в мой дом… — А уже на пороге обернулся, с желчью заметив бывшей невесте: — Пару минут назад ты звонила тому, кто «сошёл с ума» и готов для тебя на «всё». Оставь меня в покое! Я никогда к тебе не вернусь!

Кира рассмеялась в спину:

— Посмотрим!

Лика увернулась от рук, не позволяя взять себя. Она шлёпала голыми ступнями по коридору, лестнице, желая как можно быстрее оказаться в своей комнате. Каждый хлопок кожи по твёрдой поверхности отдавался ударом крови в виски.

Сердце ныло. Душу распирала не только обида, но и злость. Очередной мужчина, не раздумывая, предал её ради красотки. Беглый взгляд в большое зеркало в холле. Что не так? Почему всегда лишь вторая?

Тяжёлые шаги за спиной больше не внушали покой и уверенность в защите.

Глеб пытался поймать её за руку, но она умело увёртывалась.

— Лика, что ты хотела мне показать?

— Потом! — она бегом поднималась наверх, к своей спальне.

Громкий кашель сотрясал худенькое тело. Если бы можно было уколом снять сразу всю боль. Хриплое:

— Ты говорил, что нанял для меня медсестру? — Лика только сейчас вспомнила, что в этом крыле кроме неё должна постоянно присутствовать ещё одна женщина.

— Сам хотел бы узнать, где она и врач? Почему не заметили, что ты ушла?

Пропажа нашлась за дверью. Высокий мужчина переминался с ноги на ногу, оправдываясь:

— Глеб, больная спала. Мы не хотели мешать. Таня помогла забрать лекарства из машины, а в это время… — Врач отвечал сразу за двоих.

Медсестра стыдливо отводила взгляд. Говорить, чем они занимались, не было смысла.

— Сёма, осмотри, наконец, Лику! Надеюсь, ты прочёл выписку из клиники? Ей назначено лечение, которое за весь день ни разу не получила… — Глеб качал головой. — Ты предложил нанять хорошего специалиста. Если бы знал, что это твоя любовница, никогда…

Он осёкся. Смысл выговаривать женатому другу нравоучения? Он обернулся к девушке, так и не приступившей к своим обязанностям. В третий раз за последние полчаса Глеб произнёс:

— Вы уволены!