Развод с миллиардером

Глава 29

- По-хорошему? – усмехаюсь я и складываю руки на груди, глядя на Наталью Васильевну с вызовом, - А как будет по-плохому, если я откажусь?

- Тебе лучше не знать.

- Ясно, - цыкаю разочарованно, - попугать пришли просто. Ну так знайте, что вы мне тоже не особо-то нравитесь.

У матери Дема лицо вытягивается. Так и хочется сказать – осторожнее, а то заклинит и подтяжка лица больше не спасет. Но я просто молча наслаждаюсь ее выражением лица.

- Знаешь, я была с тобой достаточно мила и вежлива, - цедит сквозь зубы Наталья.

- Что-то незаметно…

- Рот закрой, хабалка! – рявкает “свекровь”.

Я, конечно, особо иллюзий на ее счет не питала, но все равно перемена довольно разительная. Я-то думала, что при первом знакомстве Наталья Васильевна весь свой яд показала, но она оказалась гораздо хуже.

- Если у тебя получилось сына моего очаровать, то это ненадолго. Скоро он увидит твое настоящее лицо и поймет, что на дворняжках не женятся.

- На дворняжках? – вскидываю бровь.

Какие эти богачи все-таки изобретательные. Нет бы уже матом сказать, а они все вежливых из себя строят. Лицемеры.

- Именно. Ты просто мусор, который даже под ногами моего сына валяться не должен! Ты же так… - Наталья осматривает меня с презрительной брезгливой миной с ног до головы, - на пару раз покувыркаться. Ума не приложу, что Демьян вообще в тебе нашел! Он должен на Меседе жениться, ясно? На девушке своего круга и ума!

- Осторожнее, - охаю я и испуганно смотрю на подбородок своей свекрови.

Та тут же хватается за него.

- Что? Что такое? – тараторит истерично.

- Вас так перекосило, что сейчас слюна по подбородку побежит, - чеканю холодно, - как у псины бешеной.

Отвернувшись, беру свою небольшую сумочку и, окатив потрясенную мамашу точно таким же презрительным взглядом, каким она на меня смотрела, направляюсь к выходу.

- Животное мерзкое, - шипит Наталья в бессильной злобе.

Наверное, будь это обычный ужин, она бы точно кинулась на меня с кулаками. Но за дверями куча богатых друзей и знакомых, папарацци. На публичный скандал такая, как Наталья Васильевна, точно не пойдет. Эта все напоказ делает. И перед всеми остальными она старательно играет роль любящей свекровки.

- От животного слышу, - откликаюсь я, не оборачиваясь.

Я безумно устала. Безумно. Не хочу уже никаких склок, пусть сама в этой грязи варится.

- Ты еще пожалеешь, дрянь подзаборная! – обещает злобно в спину Наталья.

Я не отвечаю. Возвращаюсь в центр зала и осушаю стакан с водой. Здесь закатили грандиозный фуршет, но меня так тошнит, что даже крошечное канапе в рот не влезет.

- Все в порядке? На тебе лица нет, - Демьян останавливается рядом, с беспокойством заглядывает в глаза.

Рядом с его внушительной фигурой мне даже немного легче становится. Будто рядом с ним я точно в безопасности.

- Да, нормально, - улыбаюсь через силу.

Хотя на самом деле, конечно, нет. Но какое это имеет значение? Мы с Мансуровым даже не друзья. Просто деловые партнеры. Кончится контракт, я доиграю его жену, мы разведемся и разбежимся в разные стороны. И будто ничего и не было. Потому что Наталья Васильевна отчасти права – этот мир не для меня. Я тут как белая ворона. Все пялятся, как на экзотичное животное, шепчутся, обсуждают.

Снова замечаю на себе взгляды и невольно передергиваю плечами. Честное слово, я после сегодняшнего приема самую горячую ванную приму из возможных, так сильно отмыться хочется. От всех этих пересудов, взглядов, сплетен.

И ведь каждый в этом зале уверен, что Мансурова я охомутала как-то нечестно. По дороге сюда слышала, как кто-то говорил, что я вообще его приворожила…

Я сканирую взглядом зал, делая вид, что все в порядке, и не замечаю даже, что Демьян в это время прожигает глазами меня.

- Пойдем-ка отсюда, - внезапно выдает он и, подхватив меня под локоть, ведет за собой.

Я даже не сопротивляюсь толком, застигнутая врасплох, семеню быстро.

- Постой! Куда мы? А как же гости?

- Мы перед их глазами уже помелькали, с кем нужно, я поговорил. Отец вон с дедом сами с Долянским разговаривают, уладят то, что я не успел.

Улица встречает нас прохладой. Свежий воздух после помещения, наполненного самыми разными дорогими ароматами, такой вкусный, будто сладкий даже! Невольно вдыхаю полной грудью и зябко поеживаюсь.

Почти сразу мне на плечи ложится пиджак Демьяна. Я не спорю, укутываюсь в него и утыкаюсь носом в ткань. Парфюм Мансурова кажется вдруг таким родным, что сердце невольно екает.

Тут же хмурюсь и натягиваю самую злобную маску из возможных. Пусть не думает тут, что каким-то пиджаком дурацким меня очаровал.

- А сам не замерзнешь?

- Нет. У меня кровь горячая, - улыбается Дем во все тридцать два.

Я зависаю на секунду, любуясь им, но потом тут же одергиваю себя и отворачиваюсь. Это еще что за гляделки, Аня! В руках себя держи! Он же гад невыносимый и самодур! И… наглый, а еще…

Мысли сбивает бархатистый тон Мансурова. Он подставляет локоть и предлагает:

- Прогуляемся?

Вот уж выбор, конечно! В пасть к крокодилу или назад, в клетку со змеями. Но тело уже на автомате хватает Дема за руку и вот мы идем гулять по широким аллеям вокруг особняка.

- Извини, что тебе пришлось выслушивать гадости сегодня. Большая часть народа – ужасные снобы, которые кичатся своими деньгами. При этом части людей они достались по наследству, другим – из-за незаконных махинаций. Те, кто знает, как большие деньги зарабатываются, никогда не будет относится к тебе как к пустому месту.

- А ты, конечно, не такой?

- А я когда-то относился к тебе плохо?

Я задумываюсь. Как назло, в голову ничего криминального не приходит. Ну, разве что нашей первой встречи…

- Ну вот ты полотенце скинул! – осеняет меня, - и разозлился еще, когда я тебе отказала. Нормальный мужик так себя вести не будет.

Дем пронзает меня взглядом.

- А ты знаешь, как нормальные мужики в таких ситуациях должны поступать?

- Конечно.

- Откуда? Ты же девственница, - ухмыляется он.

- Я про здравомыслие!

- Знаешь, как ведут себя мужики, когда видят красивую девушку?

- И как же?

Не успеваю даже пискнуть, как земля вдруг уходит из-под ног. Ощущаю сильные руки вокруг талии – Дем резко поднимает и сажает меня на какое-то ограждение.

Секунда – и Мансуров накрывает мои губы своими. Не дает ни осознать, ни оттолкнуть, сминает зачатки сопротивления своим напором. Я вся трепещу, когда чувствую во рту чужой язык. Горячий и влажный, он хозяйничает там, сплетается с моим.

- Улыбочку! – кричит вдруг кто-то со стороны.

Я вздрагиваю всем телом и отстраняюсь. Один из журналистов застигает нас врасплох и нас озаряет вспышка фотокамеры.

Почти мгновенно покрываюсь румянцем. Это для посторонних я здесь жена Мансурова и мы тысячу раз так целовались! Но на самом-то деле все иначе…

- Давай вернемся. Осталось чуть-чуть потерпеть и поедем домой, - хрипло бормочет Демьян.

- Угу…

Он ссаживает меня на землю и в полном молчании мы возвращаемся в зал.

Весь остаток вечера я хожу как в прострации. Дем рядом постоянно и выглядит задумчивым и хмурым. Хотя очень внимательно ухаживает и заботится – постоянно сок подливает, предлагает еду, отгоняет слишком назойливых гостей.

Нервирует.

Прием заканчивается глубоко за полночь. На часах – начало четвертого утра. Неудивительно, что по дороге к дому Мансурова меня укачивает в теплом салоне и я засыпаю.

Меня будет резкий громкий звонок. Кажется, что прошло всего пара минут после того, как я задремала, но, когда прихожу в себя, вокруг уже знакомая спальня и я лежу в кровати. За окном – светло.

В панике хватаюсь за телефон и пытаюсь отключить будильник. Не сразу соображаю, что это совсем не он, а мне звонит мама. Я тут же поднимаю трубку. Вдруг у бабушки приступ снова?!

Но приступ чуть не случается у меня, когда слышу в динамике оглушительный мамин крик:

- Аня!!! Что это такое!!! Ты же сказала, что ты учишься, а сама выскочила замуж??! Ты что, беременна??

Со стоном падаю назад на подушку.

Теперь мне точно конец.