Розовый мед – 2

Глава 11

Будильник аккуратно вытянул меня с арены эротических иллюзий и вернул в грубый реал. Посетовав на очередной стояк, я полез из кровати. В целом чувствую себя намного лучше.

Девочек слышно из-за двери — болтают. Я постучался.

— Самми, заходи!

— Вы тоже будильник ставили?

— Неа, — блестит карамельными глазками сестра. Лёжа на кровати, болтает ножками. Неколина рядом на полу — смотрят вместе какой-то журнал. — Нам расхотелось спать.

— Если бы ты не начала щекотиться, я бы заснула, — пожаловалась Неколина.

— Ой, Самми, не слушай эту извращенку! Я легла уже, жду её. Ну, мы же спать собирались, вот я и закрыла глаза. Залезает на кровать Некалинка. Легла под мой плед и прижимается. Я решила обнять её и ка-а-ак наткнусь кое на что, — сделала она большие глаза. — Эта дурочка же не носит трусов.

Меня взял смех, смотрю на Неколину, а та почти и не смущается: задрала нос, мол, сами дураки.

— Что взять с извращенки?

— Сам такой, — спокойно отозвалась кошка.

— Ну я её защекотила в отместку, она даже…

— Сонетка! — зашипела подруга.

— Покусала меня, — поправилась сестра, но мы поняли друг друга.

Я рассмеялся, а потом сказал, что пойду посмотрю верёвку.

Нашлась всякая разная и даже длинные куски, но мне всё не нравится — дело-то намечается особое. Снова пришлось потратить выигранные рубли, зато через тридцать минут нам привезли три мотка мягкой верёвки — чёрного цвета и ярких красного и жёлтого.

Искать схемы полез сам — это снова заняло минут тридцать. Насмотрелся, конечно, на прелести моделей, но если быть до конца честным — у меня лучше. Выбрал несколько простых схем, вроде связывания рук, ног и соединения их вместе. В одной статье призывают быть осторожным, рядом поставить аптечку, водичку и ножницы, в другой, с активным упором на последующий секс и истязания, вообще не церемонятся. Высшей же формой шибари является подвес и его вариации.

Реагируют девушки по-разному: Сонетта ждёт интересной игры, а Неколина готовится к извращению. У одной в глазах любопытство и веселье, у другой багровые отсветы — не зря выпрашивает планы по злодеяниям.

Начать можно было с меня, по сути-то, но каждый понимает кому быть первой «жертвой». Сонетта охотно подставила руки под красную верёвку. На пару с Неколиной, мы давай наматывать.

Ей неймется, едва не дрожит и потому перетягивает, а я против такого. Вообще говоря, это её игровое «мастер» и «господин» можно считать пустяком, мол, продолжается водилка, но меня не проведёшь — чувствую, как ей хочется оказаться в реальном фэнтези мире и служить мне, если буду истинно Тёмным, конечно. Иначе бросит и найдёт настоящего Господина.

Поэтому дал крепко по попе и выдал подходящую реплику. Дрожать не перестала, но слушается беспрекословно.

Сонетта хихикает и следит в меру возможностей. Опыта у нас пока мало, приходится постоянно сверяться и дело идет медленно. Однако с каждым витком я увлекаюсь и внизу живота растёт томление.

Нет, трезвые мысли есть, без них никак, но их гораздо меньше. Похоже на опьянение. То я был сам по себе, а теперь словно нас с Неколиной кабелем соединили. Меня дурманит вид связанной сестрички, но ещё больше — как ведёт себя Чёрная кошечка: ёрзает в своей юбке, Сонетта в движениях скована, свободно озираться не может и потому не видит как перевозбудившаяся подружка норовит потереться об неё. Вроде игра, мы переговариваемся и смеёмся, но в голосах можно разобрать напряжение.

И всё же схема слишком проста для больших событий. Сонетта попросила развязать, раз закончили и теперь моя очередь. Выбрали схему рук за спиной с захватом груди.

Достаточно крепкая фиксация и чувство необычное. Я точно не знаю, как лучше: когда полностью доверяешь или наоборот, когда есть риск. Кому как, видимо, но в связывании есть изюминка и весьма вкусная. Еле дождался пока развяжут.

И ведь пришлось идти за соками. Мы все возбуждены, даже жарко стало. Выпив по стакану и чуточку поболтав, вернулись к шибари. Взгляды сосредоточились на Неколине.

— Готова? — улыбнулся я.

— Мгу! — закивала она. — Хочу красную верёвку.

— Но мы жёлтую ещё не пробовали, — заметила Сонетта.

Сидим на полу, на ковре, сдвинув всё лишнее к стенам. Сестра переложила моток ближе.

— Можно комбинировать, если схему возьмём посложнее, — предложил я.

— Ладно, — согласилась Неколина.

— Щас, тогда выберем какую-нибудь и я нарежу куски. Там зависит от частей тела: для рук и ног по два метра, а если тело целиком, то все десять.

Завязался спор: Неколина выбрала весьма откровенную схему, когда я только собирал картинки, то вообще не хотел её качать, но чего уж теперь… это будет полная обвязка туловища с проходом между ног, перетяжка бёдер, связывание ног и рук с дальнейшим их соединением, чтобы Неколина выгнулась как рыбка, но даже это ещё не всё — она пожелала добавить шейную утяжку и петлю проходящую через рот.

— И палку давайте найдём, чтобы ноги раздвинуть, — ткнула она в экран Сонеттовского ноутбука.

— Некалинка! — зашипела на неё сестричка.

— А потом тебя так же, — полыхнули багровым её глаза.

— Ну нет.

Сонетта испуганно посмотрела на меня. Неколина же продолжает:

— Не бойся. Уверена, Самуил был бы рад так нас связать. Ещё лучше если сразу обеих.

— Хе-хе, — нервно рассмеялся я.

— Ну пожалуйста, Сонетка, — взмолилась подружка.

— Не знаю…

— Сначала же меня, — увещевает коварная кошка, — посмотришь — ничего страшного.

— Только, если Самми будет связывать, — решилась сестричка. — Тебе я не доверяю.

— Конечно! — полыхнула торжеством Неколина. — Я и не претендую. Только, если помочь будет нужно.

Хитрый план раскрылся. Получается, я словно бы подыгрываю ей, да ещё и против сестры?

Дурная голова не даёт нормально повеселиться, я тряхнул ей в попытке вытрясти ненужные мысли. Неколина стихийна и подвержена похоти. Робкий огонёк разума часто скрыт всполохами тьмы. Поэтому моя роль — контролировать игры, чтобы они не зашли слишком далеко. Не хватало только чтобы девочки поссорились. Итак, маэстро…

— Заведи руки назад, — произнёс я, подхватывая красный кусок верёвки.

— Пожалуйста, Мастер, — развернулась спиной она и сложила их как положено.

— Нетта, поможешь мне? — мягко и с улыбкой попросил я.

В сестре снова вспыхнул костерок веселья. Мы дружно принялись связывать тоненькие ручки Неколины: кожа белая и мягкая, а от самой кошки приятно пахнет кремом. Я разделил её волосы на две части и перекинул вперёд. Неколина сильно вздрогнула, но смолчала.

Стоило закончить с руками, как меня посетила давно просившаяся мысль: а как быть с юбкой и учением подруги-кошки? Конечно, если постараться, я смогу проложить верёвку, чтобы ткань юбки послужила прокладкой и скрыла наготу, но-о-о… попрошу Сонетту — так проще.

Неколина не долго безмолвствовала, пока мы с Сонеттой со смехом комментировали процесс, — от каждого касания она впечатлялась и когда я перешёл на обвязывание туловища, начала постанывать: едва-едва, но всё же!

Мы с сестрой обеспокоено поинтересовались, не больно ли ей, но та лишь головой помотала и тихо выговорила:

— Продолжайте, Мастер…

Отступать нельзя, да и не хочется. Я предусмотрительно надел джинсы, а сверху майку оверсайз — своеобразная спецодежда уже начала работать, ибо дружочек снизу, в отличии от меня, очень отзывчив на столь нежные выдохи кошко-девочки. Предатель!

Момент истины настал быстро, ведь проводка через пах почти в самом начале. Сонетта с пониманием восприняла просьбу, а я отвернулся.

— Всё, — услышал вскоре.

Но вдруг заговорила Неколина:

— Нет, ты не правильно сделала, посмотри на экране — там узелки должны быть. Парочка.

— Ой, точно. А тебе давить не будет? — наивно поинтересовалась Сонетта.

Я чуть не подавился, издав странный звук похожий на кашель.

Девочки ещё немного повозились и снова позвали меня. Стараясь не пялиться, я всё же внимательно оглядел как получилось: чтобы верёвка не упала, Сонетта подвязала её на спине, тем не менее, хоть та и слабо натянута, всё же ткань юбки вмята промеж аккуратненьких ягодиц и обтягивает их. Между ног виден хвостик ткани спереди — к сожалению, это не отвечает эстетике шибари, когда верёвка впивается в трусики или колготки, но тоже возбуждает.

Связывание продолжилось. Я подтянул верёвку до лёгкого стона от Неколины и принялся дальше вязать узоры. В силу неопытности получается не идеально, но очень стараюсь всё же сделать как на рисунке.

За туловищем настала очередь ног. Неколине пришлось лечь на живот, она поёрзала с довольно милым сопением и успокоилась, а я отметил что хвостик ткани сполз ниже. Видимо, благодаря руководству Чёрной кошки, узелки оказались точно там, где им и положено быть. Словно от назойливых насекомых, мне пришлось отбиваться от мыслей: Неколина не просто захотела «усилить» ощущения, но ещё и довольно спорный второй узел попросила связать… смотрю на него, как он впивается в её попку в самой любопытной части, а в голове начинает шуметь. Во что же я ввязался?..

Несколько протрезвел, пока искали подходящую палку. Неколина связанная лежит на полу. Сейчас уже почти полностью обездвиженная: руки накрепко перехвачены за спиной, на ноги мы намотали все три метра красной верёвки, а туловище — пятиметровой с захватом шеи. Надеюсь, всё закончится хорошо…

Палочка нашлась весьма символическая — анимешнный жезл девочки-волшебницы. Мы скрутили навершие и по длине вышло около метра. Теперь нужно крепко привязать его к коленям обездвиженной кошечки. Я встретил её взгляд: кипит ожиданием и мрачной одержимостью. Вот даже интересно, что связывает этого демона с моим лосёночком-сестрой?

Какая же бывает тонкая грань между игрой и леденящей реальностью. Не думаю, что наивность Сонетты безгранична, наверняка лёгкая дымка понимания ей доступна, но лучше воспринимать всё, как весёлую забаву. Поэтому мы перешучиваемся и комментируем весьма двусмысленное занятие. Я тоже с охотой, так как если не с юмором, то с возбуждённым сопением. Вид Неколины сейчас может пробудить и камень, не то что безмозглую часть меня, что так больно убирается в джинсы.

Неколина, нет-нет, да пошевелится, верёвка впивается сильнее, а она тихонько стонет. Ползёт и юбка: если в самом начале попа была полностью прикрыта, то сейчас поджатые кусочки ткани почти расползлись, а ведь мы развели Чёрной кошке колени и стараемся хорошо привязать их к гладкому жезлу — верёвка сползает.

Сонетте этого не видно, так как сидит спиной, а я немного на распутье: хочется, чтобы сползло, а верёвка уже наголо впилась бы узлами в нежнейшую плоть, а с другой стороны — почему я не сказал об этом сразу?

Мы закончили с фиксацией жезла и настала финальная стадия — соединить шею и ступни, а потом натянуть. Я надеялся, что Сонетта заметит нюанс с юбкой, но она вызвалась обвязать верёвку вокруг головы — там же волосы и надо поаккуратнее. Неколина закусила верёвку посередине, моя сестричка осторожно обвела вокруг головы и принялась завязывать узел, я же поспешил со своей стороны. Потребовалось немного настроить баланс, чтобы петля на шее не душила Неколину. Наконец мы закончили.

К этому моменту ткань юбки расползлась настолько, что появилась узкая полоска кожи — аккуратненько между дырочками. Я бросил ещё один быстрый взгляд туда и поднялся вместе с Сонеттой, дабы полюбоваться общим видом.

Мог бы я месяц назад подумать, что переезжая в дом Маргариты буду творить ТАКОЕ⁈ Неколина сопит на боку выгнувшись рыбкой. Изо рта уже потянулась ниточка слюны. Ей некомфортно, возможно больно, но лицо не выражает только страдания, скорее мятежный полёт сквозь всполохи чувств.

— Развязываем? — посмотрел я на Сонетту.

— Ага, — кивнула она, — только мне нужно кое-куда сходить. Ты начинай, братик.

Блин! Ну почему всё так⁈ Меня прокляла какая-нибудь богиня из аниме?

Сестричка выпорхнула из комнаты, а взгляд алых глаз нашёл меня:

— У-фше ас-вяш-ыаыш? — спросила что-то она. Я присел рядом, попробовав оттянуть верёвку, но не получилось. Пальцы теперь холодит от слюны Неколины.

— У тебя там юбка сползла, — посмотрел я на Неколину, — я поправлю пока Сонетта не пришла?

Кошка моргнула, не имея возможности кивнуть. Вставая, пришлось побороться с собой, чтобы не погладить её по плечу и ниже.

Чтобы нормально попытаться, голову нужно просунуть между разведённых коленей и с двух сторон уже подтягивать. Я замялся ненадолго, но потом попросил «рыбку» перевернуться на живот и помог это сделать. Ясное дело, пуще прежнего задрал юбку. То есть, был шанс обойтись без пускания собственных слюней на аппетитные уголки, но теперь чёрная синтетика юбки проскользнула под узелком «Б» и умилительная картина попки Неколины явлена целиком. Да и розовый бутончик ниже приоткрылся.

Не-не, я готов благодарить Богов за это. Ну кто в здравом уме, и если прям честно-честно скажет, что ситуация не подарок. Контраст на самом деле на максимуме, просто… мне скорее надо с этим разобраться пока нет сестры!