Розовый мед – 2

Глава 6

— Братик, что с тобой? — присела рядом Нетта.

— Спортом занимался, — выдохнул я, вымученно улыбаясь ей. — Отдыхаю.

— Я тебе говорила, — попеняла Неколина, но с места не сходит, даже наоборот расставила немного ноги, словно догадываясь о моей возможности.

Только откровенно пялится не могу — сестричка же рядом! Поглядел на неё:

— Видишь, соблюдаю рекомендации, хочу скорее здоровым стать.

Сонетта одарила нежным взглядом:

— Братик молодец, мне будет намного спокойнее.

И как теперь смотреть на просвечивающуюся писечку Неколины, когда душа полна сопричастия Сонетте? А ведь черноволосая кошка даёт шанс, она в курсе великой магии панцушота и хочет заявить о себе. Я — главное лицо спектакля. Мой жадный взгляд должен отыскать все полутона на тонкой ткани колготок, мозг обязан тут же воссоздать скрытые контуры аккуратненького персика, наделить его объёмом и смыслом.

Я даже рассмеялся удачной аналогии, ведь, как в любой порядочной драме, гэ-гэ оказывается перед непростым выбором и должен чем-то пожертвовать. С одной стороны — заботливая сестра, что примчалась на шум, с другой — сумасшедшая контркультурщица, пытающаяся наощупь найти новый путь и раздвинуть рамки для человечества. Сестра невольно поставила гэ-гэ перед выбором, приведя подругу, а та полна революционного огня и бестактно слепа.

Я со всем уважением к Древней Греции и гречанам, то есть грекам или какими эллинами они тогда назывались? Точнее, не смыслю я в этом особо и потому попробую обойти канон:

— Можешь мне сока принести, пожалуйста, — посмотрел я на сестру, — так напрыгался, что сил нет встать.

— Конечно, братик! — радостно отозвалась она и помчалась вниз. Уже с лестницы кричит: — Тебе какой⁈

— Сливу! — ору я, а сам кошу взглядом влево.

Неколина отошла, пропуская сестричку. Была по направлению моей головы, а теперь почти над ней слева. Вот, как бы она могла ещё поступить в рамках этой мелодраматической ситуации? Выйти с сестрой или пройти дальше в комнату, но ведь нет!

— Тут должна была быть фраза про твои трусики, — заговорил я, подкладывая руки под голову, — но у тебя их нет.

— Классно же? — сверху вниз посмотрела Неколина.

— Очень! — бодро отозвался я, а потом уже менее радостно: — И не очень тоже.

— Почему? — удивилась она, вдруг присаживаясь.

Моё многострадальное сердце сново зашлось — кровь надо гнать во все места сразу, ибо рядом безусловный возбудитель. Почему вообще она так смело показывает чудный вареничек, хоть и скрытый за дурацкой тканью? Из-за этого только аппетитнее смотрится.

— Потому что — хентай, — с лёгким рыком отозвался я.

Поднялся, подобрав ноги под себя. К моменту возвращения сестры всё приняло самый чинный вид — Каролина тоже села на мой манер.

— Гигантское спасибо! — принял я сок.

— Почему ты не называешь меня сестричкой, Самми? — с обидой спросила она. — Ну или хотя бы по имени.

Я успел свинтить крышку и, перед тем как приложиться, говорю:

— Прости, Нетточка!

Присосался и выдул почти половину литра.

— Ты самая лучшая сестричка. Не знаю, как без тебя жить. Моя братская любовь просит выхода — дай скорее поцелую в щечку!

Я поднялся на ноги, а разомлевшая Сонетта радостно подставила щеку. Я два раза чмокнул и дальше:

— Теперь лобик… носик… другую щечку… а в умную головку?..

Покосился на Неколину — глазищи горят, смотрит не отрываясь, а я продолжаю: взял за плечи, отвёл от себя, чтобы полюбоваться.

— Сахарная сестричка, настоящая карамелька. И ручки нежные-умелые, и головка умная, светлая, а уж симпатичная ты какая — глазам приятно.

Лицо Неколины пошло пятнами, ноги вдруг пуще прежнего расползлись и даже рот немного приоткрылся. Сонетта заметила и давай смеяться, потом сбросила мои руки и скорее с подругой обниматься — так и завалились на пол.

— Ты чего? — весело спрашивает Нетта, лицо в лицо.

— Вы так сблизились. Прям, как парочка, — слабым голосом произнесла подружка.

— Ревнуешь? — хитро поглядела Сонетточка и тут же чмокнула Неколину в нос.

— Я просто, как представлю… ну-у ты понимаешь.

— Так ты же и так свою пошлятину пишешь, чего представлять? — искренне удивилась сестра.

— Я большая фанатка историй про братско-сестринскую любовь, — призналась Неколина. — Пересмотрела все тематические аниме и перечитала мангу. Вы с Самуилом сейчас так сильно попали в образ, что у меня в голове помутилось. Словно я оказалась в аниме.

Сонетта расхохоталась и говорит:

— Просто ты чокнутая.

— Настоящая отаку, — добавил я.

Неколина посмотрела на меня. И вообще — две взбалмошные милашки до сих пор валяются на полу, словно так и надо, обнимаются при этом и словно бы флиртуют, но это уже, вероятно, мой испорченный мозг дорисовывает.

— Только не говори, что это плохо.

— Плохо, — покачал я головой, — как подхватить вирус и стать зомби, но сей факт уже ничего не меняет.

Неколина неожиданно рассмеялась и мы следом, но больше заразившись от неё.

— Ха-хах! Да, мы теперь зомби и можем творить, что захочется. Тем более мой папа тоже.

— Фу! — отодвинулась от неё Сонетта и принялась вставать. — Это не мило.

— А вдруг за нами придут охотники? — произнёс я.

— Если сильно хочешь, — посмотрела на подругу Неколина, — давай выберем что-нибудь другое. Это вообще твой братик придумал. А что касается охотников, то нам придётся скрываться и убивать их по одному. Охотиться на сладкий мозг, — скорчила она мордашку, — ну или кровь, если будем вампирами.

— Давайте так, — посмотрел я на обеих, — я буду некромантом, ты, — указал на Неколину, — баньши или чернокнижницей, а тебя, Нетточка, я похитил из эльфийского леса и держу в плену. Ты такая же миленькая и хорошая, но из-за злого некроманта можешь совершать плохие поступки.

— Ух ты! — вспыхнуло радостью её лицо.

— А можно сразу и баньши и чернокнижницей? — спросила Неколина, тоже встав с пола.

— Понимаешь, баньши — это женский дух, призванный волей некроманта и служащий ему. У неё есть магия и душа снедаема жаждой творить зло. Чернокнижница — это как коллега некроманта, она тоже часто творит зло, но всё же это свободный персонаж и не стопроцентно плохой — она изучает тёмные знания, владеет многими секретами.

— Ой, — заговорила Сонетта, — тогда конечно чернокнижница.

Я встретил взгляд Неколины и могу точно сказать, что вовсе не «конечно».

— Да, буду чернокнижницей. Хья-а-а! — угрожающе выдохнула она. — Берегитесь враги.

— Думаю, — почесал я щетину на подбородке, — нам нужен Паша — светлый маг, командующий боевым звеном Академии. И Кристина — королева Светлого государства, на которое мы нападём.

— О, да! — торжествующе вздела руки Неколина. — Нападём! Будем очернять землю, жечь поля, уничтожать скотину. В деревнях подожжём дома и отравим колодцы. А жителей будем долго пытать, чтобы собрать много-много энергии для Высшей магии. Обязательно чёрной. А королеву мы, перед тем как убьём, обязательно обесчестим. Ритуально!

— Некалинка! — испуганно и удивлённо посмотрела на подружку Сонетта. — Ты чего?

— Молчи, эльфийка! — едва ли не фальцетом вскричала вошедшая в раж подруга. — Мы используем тебя и твою магию, чтобы уничтожить Светлых. Ты увидишь это от самого начала и до последнего вздоха Кристины, то есть Королевы.

Я нервно рассмеялся — Неколина действительно чокнутая. Сонетту реакция хоть и отпугнула, но играть хочет — выудила слиток смартфона и принялась писать Паше и Кристине.

Спешу поделиться задумкой:

— Водить буду я, ну или все вместе, если понадобится. Нам нужна какая-то игра, через которую будем выяснять, кто победил. Как кубик в обычной водилке-ролёвке, только дольше. Получается, каждый из нас совершает ход, — рассказывает что делат, как будет реагировать на предыдущие ходы соперников и как собирается упреждать нынешние. Нельзя хитрить, когда, например, я сказал что мы делаем, а Кристина услышала и контрмеру сразу — только если это очевидно, — потом, если схватка, то играем в какую-нибудь мини-гейм и по результату ясно, кто выигрывает. Если ребята согласятся, я попробую составить стратегический план местности, карту и продумать ЛОР — это, кстати, давайте вместе, чтобы поразнообразней.

Паша лёгок на подъём — через несколько секунд прислал первый «ок», потом уже «Привет!» и далее по теме со смайликами и стикерами. Идеей заразился с полуслова.

Кристина не отвечала. Сонетта предположила, что она на фотосессии, мы решили позвонить. Просто без неё игры не будет.

Сестричка набрала. Спустя несколько гудков Кристина приняла вызов, но на робкое приглашение Сонетты ответила отказом, так как работа. Я не выдержал и попросил телефон:

— Привет!

— О, Самуил! Ну, привет, — услышал я заинтересованный голос.

— Слушай, ты нам очень нужна! Хотим сыграть в очень крутую игру, но без тебя реально не получится. Нам нужна Светлая королева.

— М-м, это я что-ли? — промурлыкала она.

— Именно! Сонетта, просто, не рассказала всю задумку: ты будешь Королевой Светлого государства, а Паша — архимагом твоей магической Академии. Вам противостоять будем мы: я — некромант, Неколина — чернокнижница, а Сонетта — пленённая эльфийка-чаровница. Если согласишься, то мы сейчас же приступим к продумыванию мира и механики. Закажем на вечер много всего вкусного и круто его проведём.

Некоторое время с той стороны царило молчание и потом:

— Да-а-а, Самуил, умеешь ты уговаривать, но смотри, я отменяю рабочие часы и поэтому вечер должен быть по-настоящему хорошим. Ты же постараешься ради меня? — многозначительно спросила она.

У меня почему-то сердце застучало быстрее.

— Это станет одним из ярчайших воспоминаний твоей жизни, — рискнул озвучить я, хотя внутренний сыч едва со страху не помер.

— О, мой Бог, ты всё больше удивляешь. Тогда буду через часа полтора, максимум час сорок пять.

— Очень ждём, — улыбнулся я.

Меня встретили два любопытных взгляда.

— Уговорил, — кивнул я. — Но теперь придётся действительно придумать что-то крутое.

— Это уже восхищает! — повела рукой Неколина и для верности расставила ноги, как опытный оратор. И почему мне вспомнилось учение Неколины Ламеллярной?..