Рубиновое сердце для светлого принца драконов (СИ)

39

В академию «Шестого Рубежа» мы возвращались со смешанными чувствами. С одной стороны все были счастливы снова оказаться дома. А для многих эта академия действительно стала домом.

Изначально это место было военной крепостью. Тем самым последним рубежом, что отделял империю и княжества от королевства некромантов. Но в какой-то момент драконы решили пойти на хитрость и вместо обычных крепостей сделать академии с многочисленными накопителями. Эти самые накопители поглощали энергию молодых магов и копили ее многие столетия. А затем… Затем отдали барьерам, что нынче защищали всех живых от мертвяков. Не знаю, это был изначальный план чещуйчатых или экспромт, но он помог сохранить множество жизней.

Что же касается оформления самой академии, то здесь потрудилось не одно поколение студентов. Феиды привозили с собой диковинные растения, украшая ими внутренний двор и со временем превратив его в сказочный сад. Жители Изумрудного княжества охотно делились магическими деревьями. В итоге территория за замком из маленькой рощи превратилась в огромный магический лес. С крепкими стволами и широкими кронами, что защищали многочисленные постройки от непогоды. Актуально с учетом близости моря и налетавших с него ветров в сезон гроз. Живое пламя, плясавшее в фонарях, подарили фениксы. Они же поддерживали огонь в каминах, согревая академию с приходом холодов. Воздушный купол контролировали сильфы, а за фонтанами, реками и озерами следили русалины. Все были при делах. Все нежно любили академию. И каждый знал, зачем идет сюда учиться и что его ждет после…

Служба на благо родины. Война с теми, кто хотел ее уничтожить.

И только я пришла сюда не за знаниями, а в поисках убежища. Убежища от тех, во имя кого другие приносили клятвы…

Вздохнув, я снова оглядела девочек, понуро плетущихся к общежитию. Сама причина возвращения не радовала никого. Активизация нежити по ту сторону барьера носила почти привычный характер. Особенно по весне, когда сходил снег. Из-за нестабильного магического фона и эманаций смерти, все существа, погибшие от морозов, возвращались в виде потрепанных умертвий. Нашествие подобных тварей — восставших, но не обременённых нитями кукловода, — подавлялись за пару часов.

С вышей нечистью приходилось разбираться дольше. Обычно они нападали в разных местах и с разной периодичностью, пробуя барьер на прочность. Иногда пробивались, и тогда к месту прорыва стягивались объединенные войска. Но чаще бессмысленно тыкались в защиту, пока маги методично уничтожали их одного за другим.

Подчеркну: все это происходило за пределами барьера.

Но сейчас… Две деревни с невинными людьми стали жертвами чужого предательства. Разменной монетой в противостоянии одаренных и некромантов. Противостоянии, что длилось с момента Великого Перехода. Все это время Морэон выставлял себя в качестве борцов за людей и мир без магии. Собственно, именно из-за такой позиции многие лишенцы и уходили из империи, переходя на сторону врага. И именно поэтому Морэон до сих пор не утонул в драконьем пламени. Слишком много жертв среди мирного населения…

В этом мне виделась фальшь. Значит, людские жизни драконы ценили, а целым народом деморов пожертвовали без раздумий! Лицемеры! И это еще одна причина, почему я ненавижу драконов!