Рубиновое сердце для светлого принца драконов (СИ)

103

Они напали одновременно — высший мертвец и два умертвия, бывшие когда-то драконами. Снова звук битвы. Снова звон клинков.

На свой страх и риск я запустила в одного из драконов, что сражался с эссой, сгусток магического пламени. Мертвяк вспыхнул, как факел, но продолжил теснить мою сущность. Его функция заключалась в ином…

Мне нужно было, чтобы некромантка отвлеклась. Всего на пару ударов сердца.

Элементали осознали это первыми и кинулись на Северину, но охранявший ее высший усиленно заработал мечом, отмахиваясь от ящеров. Я же в это время все-таки умудрилась подползти к алтарю, и теперь аккуратно пилила путы, удерживающие мужа. Выданный русалиной кинжал был острым, но против магически усиленной веревки оказался бессилен. В итоге, плюнув на всю конспирацию, я выскочила из своего укрытая и ударила по некромантке и высшему мертвецу изначальным пламенем.

От силы удара высшего отбросило, а вот Северину огонь не задел. Улыбнувшись, она сделала последний рывок, вынимая из тела Эйдана остатки проклятия. Завершая обряд, ради которого за мужем так долго охотились.

— Северина, сдавайся! — крикнула Арллин и по наступившей тишине я поняла, что битва окончена.

— С чего бы?

— Ты в меньшинстве. Больше некому тебя прикрывать.

— И ты думаешь, что это повод сдаться? Нет, сестрица, это повод бежать. Вам. Ведь когда некроманта загоняют в угол, он готов на отчаянные поступки. — С этими словами бывшая русалина продемонстрировала нам сосуд с проклятием. — Знаешь, что это? Тьма в концентрированном виде, напитанная силой. Ее мощи хватит, чтобы уничтожить вас и все Янтарное княжество. Готовы взять на себя такую ответственность?

— Пожертвуешь собой ради приказа некромантов? — вопросом на вопрос ответила русалина.

— Ради приказа Костяной королевы, Арллин. Тебе не понять значение слова «верность».

— Действительно, куда уж мне. Ведь это я предала свой народ и связалась с магами смерти.

— Мой народ предал меня гораздо раньше. Ты предала!

— У каждой из нас своя правда, но эти разногласия не должны угрожать чужим жизням.

— Благородная княгиня Севера, — рассмеялась Северина, проводя пальцами по кристаллу. — Всегда думает о благе окружающих. Готова пожертвовать собой ради мира во всем мире. А что, если я подпорчу твою репутацию? Разобью артефакт… Тогда все решат, что именно из-за тебя фениксы были полностью уничтожены. Из-за тебя и драконов. А может деморы, что люто ненавидела давних врагов? Так просто разбить кристалл, подставив вас. А затем стравить народы и смотреть, как они уничтожают друг друга. Как пополняют армии наших мертвецов…

— И тогда Костяной королеве придется начинать все заново, — произнесла я тихо, глядя на девушку. — Ждать рождения близнецов с подходящей силой. Охотиться за ними. Выжидать. Думаешь, твоя госпожа обрадуется такому исходу?

— Она поймет!

— Сильно сомневаюсь. Ты для нее всего лишь инструмент в достижении одной единственной цели — проклятия. Она понимала, что Арллин не даст тебя убить. Родная кровь, пусть и порченная.

— Она мне не родня! — выплюнула некромантка, глядя на меня с ненавистью.

— Я тоже так считаю, но у прославленной русалины большое сердце. Она готова простить даже такое отродье.

— Мне не нужно ее прощение! — выкрикнула девушка.

— Неужели? Для чего тогда были все эти пространные речи и угрозы? Ты ведь пыталась подмазаться.

— Да что ты несешь? — рыкнула некромантка, сузив черные глаза.

— Всего лишь пытаюсь тебя отвлечь, — улыбнулась невинно. — Эсса, давай!

В этот момент произошло сразу несколько непредсказуемых событий. Сущность бросилась к Северине, собираясь отобрать артефакт. Но ее оттолкнул высший, которого я по ошибке считала побежденным. Одновременно с этим налетел порыв ветра, поднимая с пола остатки пепла и закручивая в вихри. В этой круговерти я увидела золотое свечение огромной птицы, влетевшей в зал. Она стремительной молнией метнулась к некромантке, собираясь ее схватить. И девушка это поняла. Растянув губы в ядовитой улыбке, она разжала ладонь, отпуская кристалл с проклятием.

Время будто замедлилось.

Я видела, как наша погибель летит к земле. Понимала, что не успеваю ее перехватить. Никто не успевал.

Раздался звон разбитого стекла.

Мелькнула тень, отбрасывая меня к противоположной стене.

А затем я увидела гигантские кожистые крылья, закрывшие от первой ударной волны. Правда, и остатков хватило, чтобы разметать нас по помещению, ослепляя и оглушая.

Если загробная жизнь ощущается именно так, то я очень хочу обратно, в привычную. Спина болела. Голова — тоже. Кое-как разлепив глаза, я сморгнула налипший пепел и огляделась.

Знакомая и ненавистная пещера.

Спасший нас дракон лежал шагах в пятнадцати и над ним уже склонилась потрепанная русалина, уговаривая очнуться. Неподалеку лежал князь фениксов. Кажется, выпущенная сила Янтарного источника поспособствовала его перевоплощению в легендарную огненную птицу. Еще бы она не лезла в гущу сражения!

С трудом поднявшись и стараясь избавиться от противного звона в ушах, я подошла к русалине и дракону. Взгляд выхватывал множественные порезы на теле перевоплотившегося Риордана. Но он, по крайней мере, дышал.

А вот на своего дракона я боялась смотреть.

Он был слишком близко к эпицентру взрыва.

И его некому было прикрыть…

Одним богам известно, как я боялась в этот момент. Сколько потребовалось воли и сил, чтобы поднять голову и посмотреть. Посмотреть на то, что осталось от алтаря и моего любимого.

Удивительно, но черная махина выстояла. Энергетическая волна словно миновала ее, не потревожив и лежащего на ней мужчину. Я тут же бросила к нему, касаясь родного лица. Чувствуя, как под дрожащей ладошкой бьется родное сердце.