Сделка с Ведьмой

Глава 15

Бежали дни… Проходили недели…

Уверенность в себе больше не покидала Макса ни на один день. Однажды, ранним утром, до того момента, когда придет Лима, он отбросил в сторону простынь и, на мгновение, забывшись, хотел спустить ноги с кровати и сделать несколько упражнений. Так он поступал каждое утро своей жизни до несчастного случая.

Обычно, когда он вспоминал о своем состоянии, на него наваливалась титаническая депрессия. Но на этот раз Максимилиан улыбнулся и прогнал мрачные мысли прочь.

Он непобедим. Он может все. Очень скоро он сможет ходить. Потом бегать. И все благодаря одной чудесной женщине, ведьме, которую он полюбил. Да, стоит уже самому себе признаться, что он влюбился. И ни за что не отпустит Лиму. Как только он встанет на ноги окончательно, он сделает ей предложение.

Его женщина, его Лима, она не просто ведьма, она — настоящая львица. Сильная, дерзкая, яркая, смелая иона полностью его. Макс сам себе завидует. Когда делаешь все, как того хочет Лима, то она мурлычет. Когда ее злишь, рычит. Но не дай бог, чтобы ее кто-нибудь укротил.

Он натянул шорты и пересел в кресло. Теперь ему не нужно было думать над каждым движением. Они превратились из явно невыполнимых в привычные, и все благодаря неустанной работе и заботе Лимы. Сколько раз ему хотелось стереть ее в порошок, когда она неумолимо требовала еще раз выполнить то или иное мучительное упражнение. А теперь Макс был благодарен ей за ее тиранство. Достаточно посмотреть, что она для него сделала.

Выехав в коридор и спустившись вниз по специальным полозьям, Макс взглянул на дверь ее спальни и увидел, что она приоткрыта.

Он взглянул в щель и увидел, что его ведьма сладко спит, чуть посапывая.

Оно и понятно, еще даже шести утра нет.

Ее фамилияр смешно спал в импровизированной кроватке рядом, укрывшись кукольным одеялком.

Макс фыркнул в кулак и, развернувшись, направился в кухню.

Он самостоятельно приготовил кофе, так как Ивара тоже еще не проснулась. Поставил кофе на поднос вместе с двумя чашками и двумя кусочками вчерашнего пирога. Подумал и поставил на поднос креманку со сливками для Фомы и маленькую чашечку для него же.

Макс уже понял, что с этим котом выгодней дружить, чем ссориться. Фома очень много знал интересного, в том числе и про свою ведьму. И посплетничать любил, ой, как сильно.

Макс принесет Лиме завтрак в постель.

Его возбудило само предвкушение, что он сам принесет ей легкий завтрак, да еще и в постель. А ведь они даже еще не были близки. Но это скоро случится. Макс это чувствовал и даже, как будто знал. Его организм стал сильнее, ноги и спина вернули чувствительность и даже стали двигаться.

Как сказала Лима, осталось совсем чуть-чуть, последний шаг и торопиться не стоит…

Он верит ей.

После быстрой поездки на террасу за самым красивым белым цветком лилавади, который будет отлично смотреться в волосах Лимы, он вернулся в дом, любуясь белыми лепестками.

Лилавади. Великолепный цветок. Благодаря тому же Фоме, он узнал, что его название в переводе значит красивая девушка. А сам цветок символизирует совершенство, искренность, веру, преданность и стремление. Макс благодарен Фоме за то, что он поведал, какие есть предпочтения у его ведьмы и сам понял, что очень много рассказал о себе. Наверняка котик поведает своей ведьмочке об этих знаниях. Но это даже к лучшему.

Макс поставил поднос себе на колени и вернулся к спальне Лимы. Он не стал стучаться, а просто толкнул дверь.

Когда мужчина въехал в комнату, на его лице сияла глупая улыбка отчаянно влюбленного.

— Макс? — раздался удивленный возглас ведьмы. — Я услышала звук колес твоего кресла и собиралась идти к тебе.

Перед Максом предстала встрепанная Лима, с припухшими после сна губами и в одной коротенькой сорочке. Но она уже накидывала на себя халат, который скрыл от жадного взора мужчины очаровательные прелести ведьмы.

— С добрым утром, — произнес он хриплым от внезапно возникшего возбуждения голосом.

— Оу-у! Ты та-ук во-увремя, — протянул немного сонно Фома. — Мне-у как раз снились сливки. Мя-а-у-о-а…

Макс подъехал к журнальному столику и поставил на него поднос, и под изумленным ведьминым взглядом стал разливать кофе по чашкам.

Потом повернулся к ней, держа в руках белый цветок и сказал:

— Это тебе.

— Спасибо, — пролепетала она. — Я не ожидала такого странного утра, Макс. На тебя это не похоже. Ты ведешь себя неожиданным образом и…

— Я удивил тебя? — спросил он.

Лима взяла цветок из его рук и поднесла к лицу, вдыхая нежный аромат.

— Очень удивил, но приятно. Спасибо, Макс.

— Хва-утит тут расшаркивания устраивать, — произнес Фома. — Лучше-у мне сливочек да-уйте.

Лима рассмеялась, глядя на Макса, который тоже продолжал улыбаться.

— Кофе? — спросил он.

— Не откажусь, — кивнула она, присаживаясь в кресло, что стояло у столика.

Макс налил в отдельную маленькую чашечку сливок Фоме и они все вместе принялись за ранний завтрак.

Весь день они провели, как и предыдущие — тренировки, массаж, ведьмина мазь и отдых.

Фома занимался тем, что бегал в лес и собирал редкие травки, складывал их в свой рюкзачок, а потом в комнате раскладывал на подоконнике и сушил их. Если бы кто-то увидел пушистого кота за таким чудным занятием, то решил бы, что сошел с ума.

Все шло хорошо, до тех пор, пока не вернулся Геннадий в обществе незнакомого мужчины.

Макс отдыхал после утомительной тренировки и расслабляющего массажа, а Лима, сидя возле бассейна, перебирала лепестки цветов, что собрал Фома.

Сам Фомочка купался в бассейне, ныряя на глубину и задерживая дыхание. Фома не оставил идею погрузиться в море и рассмотреть подводный мир, а для этого ему нужно не дышать под водой довольно долго.

Их идиллию нарушили подошедшие мужчины.

Лима поднялась со стула и внимательно посмотрела на незнакомца.

— Олимпиада Назаровна! — представил Геннадий Лиму незнакомцу на чистом французском.

— Филипп Буланже, — произнес Геннадий ей уже на русском.

— Enchante (Приятно познакомиться, фр.), — ответила тоже на идеальном французском Лима и протянула руку для пожатия.

Француз изящно принял ее ручку и приложился к ней губами.

— Et je suis trs heureux, belle Mademoiselle (И мне очень приятно, прекрасная мадмуазель, фр.), — с жаром ответил мужчина, который и выглядел как истинный француз — высокий, худощавый, с длинным носом и тонной изящных манер.

Лима выдернула руку из его потной и холодной ладони, и еле подавила желание вытереть ее о ткань своей футболки.

— Вы знаете французский, Лима? — удивился Геннадий.

— Знаю, — уклончиво ответила она. Не говорить же ему, что любая ведьма владеет способностью говорить на всех языках этого мира. Тем более, он не знает, что Лима — ведьма.

— Филипп был когда-то партнером Макса и прилетел сюда, чтобы справиться о его здоровье и узнать о дальнейших планах в бизнесе, — объяснил Геннадий. — Я рассказал Филиппу, что Макс идет на поправку.

— Ясно, — сказала Лима. — Макс отдыхает после дневных тренировок, но думаю, что он уже проснулся. Пойду, проверю. Ждите в гостиной.

Геннадий кивнул и начал рассказывать французу о том, какая замечательная Лима.

Она поднялась к Максу.

Мужчина уже одевался и был в хорошем настроении.

Она посмотрела на его взъерошенные черные волосы. Максимилиан был просто великолепен. Безупречный профиль, прямой, длинный нос, квадратный и сильный подбородок. Не слишком густая щетина не только не умаляла его красоты, но даже подчеркивала ее. Лима улыбнулась — ей повезло. Не мужчина, а конфетка.

— Лима! Ты вовремя! — радостно воскликнул Макс и подъехал к ней в кресле, держа в одной руке две футболки. — Какую надеть — красную или белую?

Лима посмотрела на свою футболку, что была кислотно-желтого цвета и ответила:

— Белую.

Макс кивнул и натянул на себя футболку, а красную небрежно бросил на кровать.

Лима снова улыбнулась.

— Как самочувствие?

— Знаешь, у меня ощущение, что я могу хоть сейчас горы свернуть, — вдохновенно ответил мужчина.

Лима была довольна. Совсем скоро лечение завершится и Макс пойдет.

— Внизу тебя ждет Геннадий и гость, — сказала она.

— Какой гость? — насторожился Макс. — Я никого не звал.

— Гостя зовут Филипп Буланже, — доложила она.

Лицо Макса вдруг словно окаменело, а черты лица исказились в гневной гримасе.

— Поганый лягушатник снова явился требовать продать ему мои гостиницы! — натурально прорычал он. — Какого черта Гена его пустил?! Совсем забыл! Гена ведь не знает о той ситуации и какой этот Буланже подонок!

— Максимилиан! — наигранно радостно воскликнул француз, как только Макс и Лима спустились вниз. — Ты отлично выглядишь!

— Прекрати это цирк, Буланже, — на идеальном французском языке ответил Макс. В его голосе чувствовалось неприкрытое недовольство и раздражение. — Какого черта ты тут забыл?

Геннадий удивленно вздернул брови и взглянул сначала на Макса, а потом на француза. Определенно, он не понимал, что происходит.

— Может, господа хотят перекусить или выпить прохладительные напитки? — поинтересовался вошедший с кухни Руслан.

Геннадий быстро перевел Филиппу предложение Руслана.

— С удовольствием, — улыбнулся француз.

— Нет, — жестко ответил Макс на французском, а потом и на русском. — Гость уже уходит.

— Максимилиан, давай поговорим как деловые люди. У меня для тебя выгодное предложение… — начал француз.

— Знаю я твои предложения! — рявкнул Макс, оборвав его. — Ты подставил меня дважды, Буланже! С предателями и крысами я дел не имею! Рус, проводи гостя на выход, пусть катится отсюда пока я ему не дал пинка под лягушачий зад!

Лима сделала несколько незаметных пассов руками, успокаивая Макса своей магией. Кивнула Гене, чтобы он скорее уводил нежеланного гостя.

— Макс! Посмотри правде в глаза! — разозлился француз и стал действительно похож на крысу. — Ты — инвалид! И не сможешь полноценно управлять огромной компанией! Не я, так кто-то другой придет и отберет ее у тебя, потому что ты слаб, ты болен и уже никогда не сможешь…

Лима взмахнула рукой, направляя магию на француза. Тот неожиданно поперхнулся своей слюной и закашлялся.

Геннадий готов был его уже сам придушить за те слова, что произнес этот лягушатник.

Лима же хотела превратить Филиппа Буланже в таракана и раздавить! Мерзкий мужчинка, такой же мерзкий и гадкий, как таракан.

— Заткнись! — прорычал яростно на него Макс.

Фома почувствовал гнев своей ведьмы и тут же пушистой пулей влетел в гостиную. Он выскочил прямиком из бассейна, отчего оставил за собой мокрую дорожку.

«Что-у случилось? Почему фо-ун в комнате-у такой, будто кого-то убить хотя-ут?» — мысленно поинтересовался котик у Лимы, подбегая к ней.

«Случилось то, что Макса обижает вот этот длинноносый! Он назвал его инвалидом и больным!»

— Ррррр…Мррря-а-а-у-у-о-аррр… — утробно зарычал Фома на француза и вздыбил мокрую шерсть.

Смотрелся Фомочка весьма устрашающе. Кот был одет в красные плавательные трусики. Мокрая шерсть стояла дыбом, глаза зло метали молнии, зубы оскалены, когти выпущены…

И тут произошло несколько событий одновременно.

— Что за дикий мокрый спаниель тут рычит? — визгливо воскликнул француз и попытался пнуть Фомочку!

Котик успел увернуться от остроносого ботинка француза, но довольно больно ударился о бортик журнального стола, отчего громко и жалобно мяукнул.

Макс, разозленный тем, что подлый француз, который уже два раза пытался его подставить и забрать гостиничный бизнес себе, посмел приехать сюда! Оскорбил его и чуть ли не покалечил фаилияра его любимой ведьмы!

Макс вскочил с кресла и, подлетев к французу, врезал тому по холеному лицу.

— Пошел вон из моего дома! — громом разнесся голос Макса. — ВОН!

Француз, утирая кровь из носа и набежавшие слезы, ринулся прочь, что-то бормоча себе под нос.

Геннадий и Руслан застыли памятниками самим себе с разинутыми ртами и смотрели шокировано на Максимилиана.

Фома, занятый своим ушибленным боком не сразу заметил, что обстановка в комнате изменилась. Но как только увидел, что Макс стоит, радостно мяукнул. Хотя ему очень хотелось сказать на человеческом языке… в общем, много чего ему хотелось сказать, в том числе и нецензурные выражения.

Лима прижала ладошки к щекам и радостно произнесла:

— Макс! Ты пошел! Ты ходишь!

Макс, что самостоятельно стоял на своих ногах, провожая взглядом француза, резко обернулся и посмотрел на Лиму, а потом медленно опустил глаза вниз.

Его глаза расширились в удивлении, радости, неверии, шоке… Бесконечно много эмоций промелькнуло на его лице, но самое главное, это была искренняя радость.

— Невероятно… — прошептал он. — Я сам… я стою сам! Смотрите! Я могу ходить! Я иду!

И он действительно уверенно сделал несколько шагов, потом даже присел и встал, и снова прошелся по комнате под радостными и удивленными взглядами всех присутствующих.

— Я хожу! Я хожу! Лима! Душа моя! Я хожу! Ты вылечила меня!

Лима, наученная опытом, взяла за руку Макса и легонько потянула к креслу.

— Это замечательно Макс, просто великолепно! Но сядь, пожалуйста обратно. Я должна тебя осмотреть и потом вынесу окончательный вердикт.

Он сначала хотел возразить, но увидев ее серьезное выражение лица, согласно кивнул и опустился обратно в кресло. Радостный Фома запрыгнул к нему на колени, отчего намочил мокрой шерстью его одежду. Да кто бы обратил на эту мелочь внимание!

— Гена, Руслан! Пусть Ивара приготовит праздничный ужин! — распорядилась Лима и быстро покатила Макса в спальню.

Она уже поняла, что произошло. В порыве гнева, точнее сильного гнева, его мозг отдал команду, что нужно встать и пойти. И он пошел. Такое случается, редко, но бывает. Конечно же, не будь перед этим событием долгих изнуряющих тренировок, специального массажа, магической мази и ведьминой магии, то сегодня бы Макс не встал бы и не пошел.

Лима ожидала, что Макс встанет и пойдет дня через три, но случилась эта радость раньше! И это здорово!

Ей было так радостно видеть его облегчение и счастье в глазах.

Лима вкатила кресло в комнату. Как только дверь закрылась, Фома не выдержал первым и воскликнул:

— Све-уршилось! Хвала-у нашей ведьме-у и самому лучшему в ми-уре коту!

Макс поднялся и провел ладонями по своим ногам вверх и вниз. На его губах застыла счастливая улыбка.

— Не могу поверить… это случилось. Я чувствую ноги, чувствую пол под собой, чувствую все. Лима — ты чудо.

Она ему улыбнулась и указала на кровать.

— Ложись чудо, я проведу диагностику. Кстати, здорово ты вмазал французу. Ты такой злой был…

— А про-у меня-у почему не спрашиваешь? Я-у ведь больно-у ударился! — вклинился в разговор Фома. — Я-у хоте-ул Макса-у защитить!

— Ты у меня самый лучший кошачий защитник! — похвалила его Лима. — Я направила тебе свою силу и поэтому у тебя синяка не останется.

— Ты, Фома, действительно герой. Спасибо, что пошел на француза, чтобы меня защитить, — серьезно сказал Макс. — И когда он хотел тебя пнуть — я не выдержал. Вы даже не представляете, какой гнилой этот лягушатник! Нужно дать задание службе безопасности, чтобы контролировали каждый его шаг и каждое действие!

Лима прикрыла его рот ладошкой, призывая умолкнуть и прикрыв глаза, сосредоточилась и настроилась на тело Макса.

Она проверила его физическое состояние и энергетическое.

Абсолютно и полностью здоров!

Лима открыла глаза и встретилась с глазами Макса.

— Ну? — нетерпеливо спросил он.

Она широко ему улыбнулась.

— Ты здоров, Макс…