Сливки мести. А если завтра не наступит?

Глава 6

Сколько же здесь денег? Пытаюсь считать, но от волнения сбиваюсь… Начинаю снова и так без конца. Это бессмысленно… На вид здесь не меньше двадцати миллионов. Это как же Соколов умудрился столько заработать? И главное — почему он хранит деньги наличкой? Банкротом его признали два года назад, и я сомневаюсь, что ему нельзя держать заработок в банке. Вероятно, деньги достались ему незаконно. Но как?

От напряжения у меня разболелась голова. Надо посмотреть, что делает Димка. Будет плохо, если он зайдет сюда и увидит, что я в этой комнате. Это ребенок, и он может ляпнуть что-нибудь случайно. А вот муж примет это к сведению…

Мне это сейчас совсем не нужно…

— Сынок, тебе ничего не надо? — тихонько захожу я в детскую. Мультик в самом разгаре.

Еще бы, столько серий…

А Дима спокойно посапывает в кресле.

Отлично. Можно продолжить свое расследование…

Накрываю сына пледом, делаю звук тише и на цыпочках выхожу из комнаты.

Черт, что же делать дальше? Первый порыв — хватать деньги, драгоценности и бежать с сыном куда подальше. Если бы мы с Соколовым не были официально женаты, я бы так и поступила. Но сейчас нужно думать, исключая эмоции.

Во рту сушит, и даже образовался какой-то ком. Надо попить воды… Иду на кухню, наполняю кружку водой. Вот, же блин… вспомнила про коньяк. Пару месяцев назад Ромка, друг мужа, притащил нам целый ящик французского коньяка. Я спросила, за какие заслуги, а Ромка в ответ отшутился. Мол, я купил новую машину и хочу проставиться. Тогда все смеялись, и ситуация сгладилась. А сейчас это кажется мне немного странным. Рома — простой риелтор. Он работает в фирме Солоколова, но не делает таких успехов, как его друг.

Тогда откуда у него деньги на машину за восемь миллионов, да еще и ящик дорогого пойла в придачу? В компании он работает меньше года… Раньше я не придавала этому значениея, но сейчас каждая мелочь вставала занозой в моем мозгу.

Открываю новую бутылку и щедро наполняю коньячный бокал. Надеюсь, я не сопьюсь, а просто успокоюсь. Напиток согревает мой организм и, как ни странно, дает ему трезвость мыслей. Спокойно смотрю на соколовское добро и отчетливо понимаю, что сейчас его трогать нельзя. Надо все сложить обратно и прибраться в комнате.

Было бы безумием набить деньги в спортивную сумку, разбудить сына и уйти, куда глаза глядят. Ублюдок сразу поймет, кто его ограбил, и будет меня искать…

Нет, нет… Надо все провернуть так, чтобы я ни в чем не была виновата и мне не пришлось скрываться. А для этого нужно нечеловеческое терпение. Делаю еще один глоток и чувствую, что засыпаю.

Утром…

Я с трудом проснулась, приготовила завтрак и отвезла сына в садик. Соколов сегодня вернется, но в какое время я точно не знаю.

Надо готовить его любимое блюдо. Медленно нарезаю мясо, картошку, морковку, чеснок, лук… Может, добавить помидоры? Да… Лишним не будет. Кладу горшочки в разогретую духовку и ставлю чайник. Я забыла позавтракать, и сейчас у меня нестерпимо ноет желудок. В него бы закинуть что-нибудь, иначе он не даст мне рационально мыслить.

Сдавленно вздыхаю и стираю с рук остатки томатов. Как же приятно пахнет… Соколов придет домой, а здесь настоящий рай. Полы сверкают, в духовке горшочки с мясом, на холодильнике водочка.

Ощущение, что я что-то забыла. Точно! Надо принарядиться… Ну, так для полной картины идеального быта.

— Мамочка, можно мне мороженое? — спрашивает сын.

— Да, да… возьми в морозилке, — рассеянно бормочу я.

На часах почти шесть. Включу какой-нибудь фильм… Какой смысл сидеть здесь как привязанная?

— Мама, там папа приехал! — Димка влетел в гостиную как ракета. — У него рыба… Много рыбы!!! Я тоже хочу стать рыбаком! — восторженно вопил он, размазывая по губам шоколадное мороженое.

— Станешь, станешь… Обязательно, — шепчу я, вставая с дивана.

Внутри все дрожит. Надо прийти в себя, иначе этот козел обо всем догадается… Хотя, вряд ли. Он же считает меня тупой клушей, которая безвылазно сидит дома, готовит еду и копает грядки.

Делаю глубокий вздох, вздерагиваю подбородок и иду к двери. Как же я соскучилась, милый, просто сил нет, как хочется тебя … хм… обнять.