Странные дела, или Детектив по-деревенски

10.

Сонная Ленка слепо щурилась от солнечного света. Время было уже прилично, часы показывали одиннадцать утра.

– Бли-ин, совсем про тебя забыла. Вчера Егорушкин день рождения отмечали. Бывший приперся, сволочь.

Егорушка – наш общий знакомый, рубаха-парень и вообще хороший человек. На день рождения я тоже была приглашена аж за месяц до самого торжества, но добираться до города, а потом обратно, мне было неудобно, и потому я отказалась.

Ленкин бывший муж, а развелись они всего две недели назад, Димка, подругу мою страсть как любит. Но и других девушек он тоже любит. Димке очень сложно бороться со своим естеством, когда он готов любить половину мира, исключительно женскую, и при этом обожать свою жену.

Иногда мне даже становится его искренне жаль. Во всех отношения хороший парень, Ленку он носит на руках, сдувая с нее пылинки, но никак не может совладать со своими скоротечным чувствами к другим дамам. Димка – истинный Казанова. Всех своих девушек, и не только своих, он любит яростно и безоговорочно. Но Лену он любит постоянно, а их временно. Однажды Димка даже чуть было не ушел в монастырь, чтобы доказать себе и жене, что сможет побороть эту свою страсть. Но пока он туда шел, по пути познакомился с очередной дамой своего большого сердца, и остался у нее на неделю.

Именно после этого Ленка, до того еще лелеявшая надежду, что муж исправится, поняла, что это конец. Развод грянул для Димки как гром среди ясного неба. Парень свято был уверен, что жена от него никуда не денется, потому что он сокровище и любит ее. Каково же было его удивление, когда ему пришло оповещение, что он благополучно разведен и свободен от уз семейной жизни.

Неделю Дима пил. Еще неделю обивал пороги Лениного нового дома и всех общих друзей. Ленка же пошла вразнос. Полностью сменила гардероб, записалась на сальсу, и заблокировала мужа во всех соцсетях. Теперь Ленка красит губы исключительно красной помадой, носит угрожающее мини, и ковыляет по жизни на высоченных шпильках, которые она тут же мне и продемонстрировала.

Все это я узнала только сейчас и тихо офигевала, пока подруга варила кофе и рассказывала новые подробности своей жизни. Нет, что ребята развелись, я, конечно, уже знала, но что все происходит именно таким образом, стало прямо-таки откровением.

– А если он исправится? – я допила кофе, и собралась уходить.

– Кто? – Ленка вытаращила глаза и покрутила пальцем у виска. – Димка? Да я тебя умоляю…

– Не надо меня умолять. Поняла. Ключи где?

– А, – она махнула рукой в сторону комнаты. – Там, где-то, поищи сама. Я в ванную.

Я хмыкнула и пошла в спальню, где за двухнедельную холостяцкую жизнь Ленка успела устроить феерический бардак. Вещи валялись где ни попадя: на кресле, на кровати, на полу, на столе, даже на подоконнике одиноко лежал красный бюстгальтер четвертого размера. Повсюду остатки засохшей еды, пара бутылок из-под шампанского, две пепельницы на полу, в которые я чуть не наступила. Вонь страшная. Я открыла окно и принялась в этом хламе искать ключи. На комоде, где им было самое место, ключей, конечно же, не оказалось, зато нашлась тоненькая книжка с интригующим названием «Я женщина. Мужики идут лесом». Автор – Изольда Штейн. Мда… ради интереса открыла первую страничку.

«Если ты держишь в руках эту книгу, значит ты наконец-то поняла, кто ты и чего ты по-настоящему стоишь. Пришло время осознать, что ты не безмозглая курица и не бесплатная домработница. Ты Женщина! В этой книге я научу тебя, как стать самой лучшей представительницей женского рода. Я научу тебя пользоваться своими привилегиями, данными тебе по праву рождения. Бери ручку, тетрадку и записывай.»

Ручки и тетради у меня под рукой не оказалось, и поэтому я, подивившись данному потоку сознания, просто захлопнула книгу. Бедна Ленка, до чего докатилась. Я посмотрела на фотографию автора, где наверху крупными буквами было написано: «Самый лучший психолог современности, которая понимает как важно женщине найти свое место в жизни». С фотографии на меня смотрела грозная дама лет сорока со старомодной прической и свекольного цвета помадой на тонких, суровых губах. Дама ужасно смахивала на мою учительницу химии, и может поэтому, а может в силу других причин, впечатление она на меня произвела отталкивающее. Я была на сто процентов уверена, что данная психологиня пять раз разведена и, вконец разочарованная в мужчинах, избрала своей религией феминистические лозунги.

Занятая такими мыслями, я обыскала всю комнату, попутно сама того не замечая, разгребла завалы хлама. Выкинула бутылки, заодно и содержимое пепельниц. Вещи тупо сгребла в кучу и бросила в коридор – чтобы потом забросить их в машинку. В общем сделал все, чтобы облегчить себе поиски, но ключи я так и не нашла.

– Ого! – присвистнула Ленка, входя в комнату после душа.

– Ключи где?! – чуть не зарычала я, глядя на то, как она беспечно тащит обратно пепельницу, и закуривает прямо в комнате.

– Ключи…ключи… – пробормотала она и вдруг хлопнула себя ладонью по лбу. – Точно же. Я квартиру Сереге давала. Неделю назад. А ключи он так и не вернул. Сейчас позвоню ему.

Вот честно слово! Я даже не нашлась, что ответить ей на это. Мне просто хотелось придушить подруженьку на месте.

В итоге мне пришлось потратить еще час, чтобы добраться к неизвестному Сереге на работу, находившуюся, конечно же, в самом конце города, и столько же, чтобы добраться до квартиры. Хвала богам, Серега, в отличие от Ленки, оказался парнем чистоплотным и за собой все убрал после своего проживания. Мне осталось лишь проветрить, протереть пыль и вымыть пол. Полдня ушли впустую, и я была очень зла. Да еще и Денис никак не объявлялся, и я решила, что сегодня сама поеду на бывшую работу Инги. И только я так подумала, как он позвонил. Договорились встретиться у фонтана на главной площади города через час. За это время я как раз успею привести себя в порядок.

Особый марафет наводить мне не хотелось, чтобы он, не дай бог, не подумал, что я стараюсь ему понравиться. Сделаю легкий, соответствующий времени макияж, заплету косу и надену джинсы с топом. В конце концов, у нас не свидание, а деловые отношения. Правда не совсем понятно, какого резона Денису это все нужно? Но тут же моя корона подсказала, что он это делает ради меня. Я старались гнать эти мысли прочь, пока добиралась до места встречи, но они все равно неустанно стучались в мою пустую голову.

***

Денис выглядел просто потрясающе. Голубая рубашка, светлые брюки, элегантные темно-бежевые лоферы. Лицо чисто выбрито, это тоже в плюс. Я терпеть не могу небритых мужчин, а так как сейчас прямо-таки «бородатая революция» во всем мире, шансы встретить чистое, нетронутое щетиной лицо, сводятся практически к нулю.

– Куда пойдем? – спросил Денис, когда мы обменялись приветствиями.

– Я думала начать с этого твоего Парафена. Если ты, конечно, знаешь, как его найти.

– С моего… – Денис хохотнул и лукаво на меня посмотрел. – Ну положим я его нашел. И даже договорился о встрече. Но! Услуга на услугу.

Я в сомнении и даже в некоторой тревоге вгляделась в его хитрые глаза. Блин… что же он попросит взамен? А вдруг я не смогу, или не захочу ему этого дать?

– Какую? – сухо спросила я, уже жалея, что ввязала его в это расследование.

– Та-да-да-дам… – насмешливо пропел он, и тут же продолжил, – Тебе придется меня поцеловать.

Его слова были настолько неожиданными, что я громко выдохнула, да так, что он это явно услышал.

– Дай-ка подумать, – протянула я.

– Даже не думай думать!

– Ну не зна-аю…

– Вот и помогай красивым девушкам после этого, – патетично воскликнул Денис, и я, не выдержав, громко засмеялась. Несколько прохожих обернулись на нас, и от этого мне стало еще смешнее.

– Ладно. Уговорил.

– Вот и отлично. Тогда бери меня под локоток, я поведу тебя навстречу приключениям.

Парафен обитал в обычной серой блочной пятиэтажке. Небольшой благоустроенный двор, где сейчас как раз гуляли мамы с детьми. Совсем уж маленькая парковка, на которой не было ни одной машины. Понятное дело – время рабочее, и все автовладельцы наверняка укатили на своих транспортных средствах на службу.

Денис набрал номер квартиры на домофоне, раздался писк и дверь почти сразу открылась.

Мы поднялись на третий этаж, на площадке стояла молоденькая девушка, на вид лет двадцати. Она испуганно посмотрела на нас, подумала немного, но все же, кивнув, молча провела в квартиру. Там стоял такой резкий запах лекарств, что у меня тут же закружилась голова. Девушка, все так же молча, провела нас в темную комнату, куда почти не проникал солнечный свет, скрытый плотными темными шторами.

В углу комнаты стояла кровать, на которой кто-то лежал, накрытый одеялом с головы до ног.

– Миша… – тихо позвала девушка, – Миш… тут к тебе пришли.

Человек, лежащий на кровати, зашевелился, откинул одеяло и посмотрел на нас мутными глазами. Затем он рукой указал девушке на дверь и прошипел «сгинь». То, что голос его был похож на самое настоящее шипение не преувеличение. Голос был неприятным. Тот, кого назвали Мишей, посмотрел на меня, затем на Дениса, и кивнул ему:

– Спрашивай. Только быстро. Сил нет.

– Плотова знаешь?

– Ну. И че?

– Много он тебе должен?

– Много-немного, а отдать обязан.

– Ты его бабу шлепнул? – нисколько не церемонясь, в лоб, спросил Денис.

– На хрена? – вроде бы он даже удивился.

– Напугать хотел?

– Слушай… я его бы самого скорее шлепнул, чем девку какую-то. Не та сумма. Да я б ему кости поломал и все. На мокруху я не подписываюсь – запомни.

Потом он немного подумал, видно было, как напряглись и вздулись вены на лбу, покрытом испариной.

– Когда это случилось?

– Что именно? – спросил Денис.

– Бабу шлепнули когда?

– В субботу.

– Меня в четверг скрутило. Дрянь одну попробовал, Глюк, сука, дал. Говорит – попробуй, все остальное туфтой после этого покажется. Ну я и попробовал. Днем выпил, а вечером вот, – Парафен указал на ноги, – парализовало.

Из-за двери послышался всхлип, а Парафен отвернул голову к стене, давая понять, что аудиенция на этом закончена.

Денис поманил меня пальцем и мы, наконец, вышли из комнаты–лазарета.

Уже в дверях к нам подошла та девушка и прошептала:

– У нас справка есть. В четверг скорую вызвали. И в больнице он был до вчерашнего дня. Не приходите больше, плохо ему. Слышите?!

Денис кивнул, и мы буквально выбежали на лестничную площадку.

На улице я полной грудью вдохнула грязный городской воздух, который в тот момент казался свежайшим альпийским.

– Куда теперь? – только и спросил Денис, когда мы покинули тихий дворик.

– К бывшей девушке Юры? – вопросом на вопрос ответила я.

– К Рябининой? Ты адрес ее знаешь?

– Телефон вчера мне Витя дал. Пойдем куда-нибудь присядем. На ходу разговаривать неудобно, – предложила я, доставая телефон из сумки.

Денис послушно пошел за мной, и вскоре мы уже прятались от солнца под развесистым дубом, на одной из скамеек ближайшего парка. Пока я звонила, Денис успел купить нам по мороженому, и сейчас оно нетерпеливо плавилось в стаканчиках в его руках.

– Ну что? – спросил он, когда я закончила разговор.

– Мадам будет ждать нас сегодня после шести. В это время она заканчивает работу и по пути в детский сад у нее будет свободных десять минут. Так она сказала, по крайней мере.

– А что ты ей сказала-то? Ну чем объяснила интерес?

– Сказал, что отец ее первого ребенка хотел бы передать ей небольшую сумму денег.

– Даже так? А она не удивилась?

– Удивилась, конечно. Но деньги, по-видимому, ей очень нужны, а потому она, после недолгого раздумья, все же согласилась встретиться.

– И много ты ей посулила? – усмехнулся Денис.

– Ну, все чем я могу пожертвовать ради детей, это пара тысяч рублей, – скромно ответила я.

– Отлично. Тогда и я пожертвую тем же. В конце концов, при виде нежданных денег, дама наверняка будет значительно разговорчивее.

Я внимательно посмотрела на Дениса и, подумав, спросила:

– Зачем?

– Что зачем?

– Ну почему ты мне помогаешь? Тебе вовсе не ну…

– У меня есть несколько причин тебе помогать, – перебил он.

– Интересно, и какие же?

Денис не торопился отвечать. Лишь доев мороженное, он облизнулся, словно сытый кот, улыбнулся и ответил:

– Во-первых, ты мне нравишься.

Я не нашлась, что ответить на это, и сочла, что лучше всего промолчать. Но именно в этот момент где-то в груди затрепетали, расправив некогда обожженные крылышки, бабочки.

– Продолжать? Или этого достаточно? – сейчас он был серьезен, но в уголках глаз застыли смешинки.

Я пожала плечами, напуская на себя равнодушный вид, тем не менее уверенная, что при этом выгляжу совсем дурой.

– Во-вторых, я за справедливость.

– Но ведь мы наверняка не знаем, может это Юрка и убил Ингу.

– А мы чем занимаемся? – вроде бы удивился он, – заодно и поймем, причастен твой Юрка к этому, или нет. И еще…я бы на слово Парафену не верил. Он хоть и весьма убедительно говорил, а проверить информацию не мешало бы. Надо узнать, поступал ли он в больницу по скорой, и когда это было.

– Согласна. Этим сейчас и займемся.

Но Денис убедил меня, что это может и подождать, а сейчас нам не мешало бы перекусить. До шести еще целый час и можно провести его с пользой для здоровья. В принципе, возражать у меня причин не было, так как кроме утреннего кофе у Ленки и пресловутого мороженого, я сегодня ничего так и не съела.

Кафе с громким названием «Ресторанъ» выбрали поближе к месту встречи с Рябининой. В «Ресторанъ» были два зала. Один внутри здания, второй – пристройка, где располагалось летняя веранда. Так как на улице стояла немилосердная жара, решено было устроиться в крытом зале с кондиционером.

Денис заказал себе окрошку на квасе, что было вполне логично, учитывая нынешнюю погоду, грибной жульен и блинчики с творогом. Я решила ограничиться легким салатом и холодным чаем с лимоном. Ели молча, каждый думая о своем. О чем думал Денис, мне, естественно, не известно, а вот мои мысли плавно текли в направлении нашего несанкционированного расследования. Неожиданно подумалось, что зря мы ищем убийцу среди Юркиного окружения. Вполне возможно, что целью как раз была Инга. И Юрка здесь совершенно не при чем. Просто парень оказался в ненужном месте в ненужное время. Утолив голод, мы, расплатившись по счету, направились в сторону кондитерской фабрики, где трудилась Юлия Рябинина.

Возле ворот стояла только одна женщина. Она нетерпеливо озирались по сторонам, выискивая кого-то глазами. На вид ей было лет тридцать пять, хотя я прекрасно помнила, что Юрке двадцать четыре года и учились они на одном потоке.

Даже если предположить, что женщина поступала в колледж не сразу после школы, все-равно выходило, что выглядит она сильно старше своего возраста. Возможно, что лет ей прибавлял весьма откровенный наряд, состоящий из короткого леопардового платья и открытых красных босоножек на высоченных шпильках. Выжженные светлой краской волосы неопрятно свисали патлами на открытые плечи. Добавьте сюда ярко-красную помаду и густо подведенные черным карандашом глаза, и образ тетки из сельпо сложится окончательно. В руках Юля теребила фиолетовую сумочку, которая так же подходила к наряду, как и бретелька красного бюстгальтера, смело торчащая из-под платья.

– Атас! – сдавленно прохрипел Денис.

– Мне кажется, что разговор лучше тебе с ней вести, – съехидничала я.

Денис, вроде бы нисколько не обидевшись, лишь кивнул и решительно направился к дамочке.

Юля стояла нахмурившись, но увидев Дениса, ее взгляд резко потеплел и на лице даже появилось что-то наподобие улыбки. Лучше бы ей этого было не делать, так как во рту не хватало одного переднего зуба. Но женщину это нисколько не смущало, и она томным голосом поздоровалась. С Денисом. На меня Юля не обратила никакого внимания. В принципе я была этому даже рада, поскольку не очень понимала, как вести с девушкой подобного типа диалог.

Разговаривать пришлось на ходу, так как Юля, хоть и усиленно флиртовала с Денисом, все же о своих материнских заботах не забывала. В саду ее ждали двое детей, о чем она успела поведать нам, пока мы шли, еще двое уже были дома, самостоятельно добравшись из школы еще в обед. Наконец, мы перешли к сути нашей встречи, и Юля прямо спросила, где деньги, которые ей передал Юрка. Как ни странно, о нем дама говорила с большой теплотой, сетуя лишь на вмешательство покойного брата Мишки.

– Если бы не он, может я бы его и приструнила тогда дурака. У нас же любовь была! А это что? Эх…мужики. Все-то вы понимаете, да выводы не те делаете! – глубокомысленно воскликнула она, кокетливо поправляя челку.

– Неужто до сих пор любите? – вполне искренне удивилась я.

– Ну может и не люблю, конечно, – бросила она взгляд на Дениса, – только зла ему не желаю. Так Юрке и передайте. Коли с дочкой увидеться надумает – мешать не стану.

– А нынешний-то как муж, не заругает?

– А кто он нынешний-то? Нету его. Одна тяну лямку.

Мы еще поспрашивали Юлю о том о сем, но так ничего интересного и не узнав, попрощались, на прощание вручив ей деньги. Юля, нисколько не стесняясь нас, посчитала их и явно огорчилась. Тогда Денис обаятельно ей улыбнулся, да так, что у нас обеих произошло временное помутнение рассудка, и томным голосом сказал:

– Я позвоню.

Всю следующую ночь я ломала голову над тем, нравлюсь я Денису, или ему просто нечем заняться. Машину его угнали, а без нее, по его же словам, заняться раскопками никак не получится. Я не археолог – не знаю, но догадываюсь, что для Дениса машина является и местом ночлега и столовой, и кладовкой для хранения снаряжения. Вот и гадала я на кофейной гуще, валяет ли парень дурака, связавшись со мной, или ему и правда интересно.

Ну да… интересно – как раз емкое слово для такой дуры, как я. С чего это я решила, что интерес этот вызван моей персоной? Почему не убийством? И тут меня неприятно пронзила догадка. А что, если Денис как-то причастен к этому преступлению? Ведь в это самое время, буквально на следующий день после преступления, он, возможно, был в деревне, и вполне мог совершить нападение на девушку, которая ждала парня на берегу озера. И это вполне объясняет его интерес к расследованию. Он просто хочет быть в курсе, что я могу накопать на него.

При этих мыслях я вскочила с кровати и принялась бегать туда-сюда, в ужасе хватаясь то за сердце, то за голову. Где-то в недрах старого буфета нашла едва початую бутылку вина. Плеснула себе целый стакан, вино оказалось терпкое и кисловатое – я такое не люблю. Но сейчас мне впору был любой алкоголь, так горько стало на душе после собственного открытия. Ну вот что, что я знаю об этом парне, кроме того, что он какой-то там археолог, разыскивающий невесть что в нашей глуши? А еще я знаю, что он ужасно красивый… Да-а-а… впечатляющие сведения, однако. Дура ты, Женя! Как есть, дура.

Допив бутылку, зачем-то полезла в душ, и чуть не упала на скользком кафеле. Ох и хороша бы я была, если бы треснулась башкой о пол. Представляю лицо Ленки, обнаружившей меня здесь спустя неделю – раньше она сто процентов не забеспокоилась бы. Такой подарок в виде трупа подруги – ужасное свинство. Да я бы еще десяток лет в гробу переворачивалась от ее проклятий. Уж я-то Ленку знаю. И никакая смерть не избавила бы меня от вины перед ней. В ванной меня расквасило еще больше, и я, едва плетясь, доковыляла-таки до своей постели. Хвала богам, дурные мысли меня больше не посещали, подозреваю, что они вместе со всеми остальными мыслями и вовсе покинули мою буйную головушку, и я заснула тут же, решив, что непременно подумаю обо всем завтра.

***

Как ни странно, голова с утра почти не болела. Все ночные кошмары показались бредом сивой кобылы. Ну какой из такого славного парня, как Денис, может быть убийца? Да и зачем ему все это? Девушка, насколько мне известно, изнасилована не была. Деньги в сумочке остались лежать, как и украшения на теле. Вряд ли целью был грабеж. Значит тут что-то другое. Больше похоже на месть, или… или на месть. И с чего бы Денису мстить какой-то сельской учительнице? Есть еще правда вариант – девушка оказалась не в том месте и не в то время. Может она стала ненужной свидетельницей? А что, вполне складно выходит. Например, вот так могло быть: Инга пришла на встречу с Юркой и тихонько присела возле кустов, на пригорке, любуясь видом вечернего озера. В это время кто-то выбросил труп в воду, и Инга вскрикнула, возможно, она даже узнала бросавшего. Преступник увидел, что его обнаружили, в два прыжка нагнал девушку и задушил несчастную.

По-моему, все прям очень складно выходит. Осталось только найти этого самого убийцу и дело с концом. А если еще и взять за основу, что убитая знала преступника, то все еще больше упрощается. Этот кто-то – житель деревни.

Очень довольная собой, я записала свои домыслы в блокнот, и даже немного помечтала, как получу благодарность от полиции. На награждение я непременно надену самое лучшее платье. Хотя нет, лучше брючный костюм оливкового цвета. Он как раз давно пылится в шкафу, купленный по случаю грандиозной распродажи, но так ни разу и не надеванный, потому что некуда. Так вот, надену я оливковый костюм, шпильки естественно лимонные. Но, с другой стороны, все вместе это будет слишком гламурно. Не пойдет. Черные лодочки будут смотреться вполне строго и официально, и не будут перетягивать на себя внимания с костюма. Часы надену с золотым браслетом, или лучше, наверное, с черным. А волосы заплету в косу. Хотя нет. Слишком по-детски. Лучше сделать высокий хвост. Макияжа будет минимум, но можно поиграть с маникюром. Ах да… сумочку забыла. Сумка пусть будет черная. С металлической пряжкой и длинным ремешком. Пусть все видят, какая я строгая и одновременно сексуальная.

В зале, естественно, будут сидеть Христофоровна, и Ромка. И Денис, естественно. Ах, как он будет смотреть на меня, гордый, что это я, его девушка, такая умная и красивая, всех разоблачила. Полицейские будут хлопать в ладоши и кричать мое имя. Апогеем станет раскачивание меня на руках и присвоение какого-нибудь полицейского звания. Хотя нет… это вряд ли. Тут я немного переборщила. Хватит и благодарности, и приглашения вступить в ряды доблестной полиции.

В общем, к окончанию всей этой мечтательной церемонии, я даже чуть не расплакалась. Причем вполне натурально. И подумала, что в вино было что-то добавлено. Что-то, что разжижает мозг. Тут уж мне и вовсе стало весело, и я порадовалась, что в нашем мире нет людей, читающих чужие мысли. По крайней мере за это можно быть спокойной.

Часов в двенадцать позвонила Ленка, напомнила про новоселье. Я заверила подругу, что, конечно же, приду, а сама в панике принялась собираться за подарком. Не факт, что та ваза еще в магазине, и тогда придется придумывать что-то другое. А это время. Черт бы меня побрал, ну почему я вчера не купила эту вазу?! Тут я вспомнила, что вчера вообще-то прекрасно проводила время с Денисом и в груди снова что-то затрепетало. Видимо бабочки.