Сын моего босса, или Усмешка судьбы

Глава 20

Идея устроить встречу Аглаи с Егором прочно засела в голове. Оправдывало мою упёртость в этом вопросе то, что вся история началась, когда мальчишка задумал найти биологическую мать. По ошибке или по воле затейницы-судьбы Егор вышел на меня, а я не смогла забыть его сверкавшие гневом глаза. Не меня парнишка обвинял, я стала лишь громоотводом, но игнорировать ситуацию не получилось. Так что ж теперь, когда столько всего сделано, столько шишек и упрёков получено, отступить? Не доводить дело до логического конца? Это, уж извините, не в моём характере.

Пока мяч на стороне Шуховых. За ними решение: исполнить желание сына или дальше скрывать от него провинившуюся мамашу. А вот что делать мне, если они вдруг дадут положительный ответ? Захочет ли Аглая ехать к сыну? После отповеди, которую я от неё получила, уверенности, что всё решится миром, у меня не было.

Дилемма. С одной стороны, некрасиво получится, если Шуховы дадут отмашку, а я не смогу уговорить Аглаю. У Егора точно будет стресс, когда ему пообещают встречу, а мамка не приедет. С другой стороны, звонить Аглае и задавать вопрос о возможном свидании чревато. Вдруг женщина настроится, а ей откажут. Рухнувшая надежда может отбросить назад — в то время, когда она чуть не спилась.

С кем бы посоветоваться?

Краш выслушивал мои разглагольствования с очень сочувственным видом, но мнение своё держал при себе.

— Хороший, — ласкала я его, — хороший мой пёсик! Никогда не возражаешь, со всем соглашаешься! Не то, что некоторые.

Почему вспомнился бывший? Давно меня не доставал?

Глупо, конечно, но я решила посоветоваться с Максом. В конце концов, это он помог мне найти мою однофамилицу с такими же, как у меня, инициалами! А ещё полиция напугала несчастную женщину возобновлением старого дела, после чего Аглая выплеснула на меня ведро агрессии.

Разбудив экран мобильного, я усмехнулась: давненько Алёхин не попадал в чёрный список. Неужели наступил этап принятия, и больше приставать ко мне с предложением снова сойтись никто не будет?

— Алло… Алло… — ответил женский голос.

Что называется: упс… Я молчала, лихорадочно соображая, что лучше: сбросить вызов или всё таки ответить на алёканье?

— Ало, Макс, это ты?

Ещё интереснее. Я даже засомневалась, что выбрала нужный контакт.

— Здравствуйте, куда я попала?

— Альбина Викторовна! — узнал меня абонент. — А я думала, это Максим решил предупредить, что задерживается. Он забыл трубу на работе, обещал заехать ко мне и забрать.

Я затупила от сюрреалистичности ситуации:

— Какую трубу?

— Телефон, — я услышала, что женщина улыбается, — мобильный телефон.

— А-а-а… — Наконец сообразила, с кем говорю. — На работе? Да, поняла. Это капитан Морозова?

— Так точно. Что вы хотели, Альбина? Сказать ему, чтобы перезвонил?

— Собственно, мне всё равно с кем советоваться. У вас есть пять минут?

— Да, конечно. Я как раз поставила утку в духовку и теперь свободна почти на час. Что стряслось? Кучерявенков достал?

Напряжение, сковавшее меня поначалу, совершенно отпустило, я засмеялась:

— Реально? Опер, которого ко мне приставили, носит такую фамилию?

— А что не так?

— Ну… Я его мысленно Кучерявым прозвала.

— Впрочем, как и все. Так дело в нём или нет?

Заверив Елизавету Леонидовну, что её подчинённый ведёт себя прилично, я стала излагать суть вопроса, делясь переживаниями и сомнениями. Морозова слушала очень внимательно и, если что-то уточняла, исключительно по делу.

— Ну, что я могу сказать по этому поводу, — задумчиво начала капитанша. — Аглая непроста. Нам пришлось психолога привлекать, чтобы качественно допросить по прошлому делу. Мы уверены, что на неё напала Юрская. А целью было вывести соперницу из строя, да так, чтобы она не только память на время потеряла, но и всё, что помогло бы установить её личность. Дальше вы всё и сами выяснили.

— Угу… Так что же теперь? То дело снова откроют?

— Вряд ли за давностью получится собрать материал для передачи в суд. Уверенность следаков — это не факты и не улики. Мы даже ваш эпизод не раскрыли.

— Как не раскрыли? — удивилась я. — Юрская же! Тимофей Андреевич видел её лицо.

— Он видел, как стреляла. Это да. Я говорю про удар по голове в подъезде. Тут полный ноль.

— Но ведь это звенья одной цепи.

— Не факт. Знаете что, Альбина…

— Что?

— Лучше вам расслабиться по этому поводу. Юрскую уже не достать. Пока я не могу раскрыть подробности, но знайте: она больше не причинит вам вреда.

— Бог ты мой, что с ней? — Я не верила, что живая Алика вот так просто откажется от своей мести.

— У нас пока только предположения. Давайте лучше обсудим, как быть с Аглаей Смирновой.

В общем-то, я для этого и звонила. Советы и предложение капитана Морозовой мне очень понравились. Она пообещала устроить ещё одну встречу горе-мамаши с психологом, а тот в свою очередь, подготовит её к тому, чтобы она нормально восприняла как возможность знакомства с брошенным когда-то сыном, так и запрет Шуховых.

Меня этот вариант более чем устраивал. Главное, самой не придётся никого ни в чём убеждать. Устала, если честно. По работе — одно дело. Там тоже всё серьёзно: карьера, зарплата, атмосфера в коллективе и прочее, и прочее. Но когда у тебя в руках сердца людские с их застарелыми болячками — это вообще кошмар.

Нормально мы с Лизаветой поболтали, она чуть утку не сожгла. Расставались почти подругами. Это я преувеличила, конечно. Спокойно попрощались. Я поблагодарила, она заверила, что психолог у них опытный, справится с любыми комплексами и страхами пострадавшей Аглаи Смирновой. В принципе, он может и с Шуховыми пообщаться, если понадобится.

Это было уже выше всяких ожиданий и фантазий. Я даже боялась поверить.

Новая неделя принесла очередные неожиданности. Понедельник и почти всё утро вторника я провела в переговорной — общалась с потенциальными кандидатами на должность начальника отдела переводной документации. Провела интервью и тестирование, забрала копии рекомендаций на проверку. Сама я остановилась на двух кандидатах и готова была приступить к оформлению договоров и контрактов, но прежде нужно было согласовать окончательное решение с генеральным директором.

В прежние времена я бы принесла подготовленные документы в приёмную и оставила у секретаря. Теперь же, когда Тимофей Андреевич освободился от всевидящего ока бывшей любовницы, вполне могла обсудить найм нового работника с ним напрямую.

У дверей кабинета меня ожидал двойной сюрприз. Наташи на месте не было, вместо неё, уткнувшись носом в экран компьютера, сидела наш юрист Ирина Борисовна Багрова.

Я поздоровалась и спросила:

— А где Наталья?

— Нет её, — Ирина Борисовна не взглянула на меня, продолжая прокручивать открытый файл. — Уволилась.

— Вот как? Странно.

— Чего ж тут странного? Юрская выхлопотала для неё местечко в секретариате «Звёздного дракона». Там почти в два раза больше оклад. А ещё и премию платят особо отличившимся.

Я как стояла, так и села на ближайший стул. Понятно, что нет смысла требовать объяснений от Ирины Борисовны. Вряд ли она обрадовалась дополнительной нагрузке. И уж точно не будет судачить о поступках Наташи. Меня даже не то расстроило, что Алика сманила секретаршу в другую контору… Как это событие прошло мимо меня? При увольнении сотрудника первым делом нужно ставить в известность менеджера по персоналу.

— Получается, у нас ещё одна вакансия свободна. Нужно искать секретаря для генерального…

— Не нужно. — Багрова, наконец, отвлеклась от монитора и привычным движением пригладила ладонями короткие тёмные волосы. — Елена Ивановна пообещала шефу уже завтра привести свою племянницу. Утверждает, что девочка просто клад. Три языка, абсолютная грамотность, слепой метод набора текста. Шустрая, аккуратная, симпатичная.

Она нарочно это сказала? Вон как хитро прищурилась!

Мне совсем не хотелось, чтобы по офису распространялись лживые слухи обо мне и боссе, поэтому я усмехнулась и поднялась со стула:

— Отлично, мне же меньше работы.

Хотя, досадно было, что Елена Ивановна провернула это дело за моей спиной. Могла бы поставить в известность. Я бы не стала мешать её племяннице, раз генерального эта кандидатура устраивает.

Предупреждая моё желание пройти в кабинет, Ирина Борисовна сказала:

— Шеф занят. К нему пришёл полицейский.

— Опять? — удивилась я. — Показания уже снимали, зачем же ещё…

— Мне уж точно докладывать не стали. Уединились и минут сорок беседуют. Даже от кофе и чая отказались.

Тут раздался телефонный звонок, юрист сняла трубку и начала беседовать, просматривая ежедневник с графиком назначенных боссом встреч. Мне пришлось положить папку с документами на стол секретаря и уйти. Пожалуй, лучше будет, если Тимофей Андреевич меня сам вызовет.

Плелась еле-еле, точно фура на лысой резине в гору, покрытую свежим льдом. Прямо ноги не несли. Первое, неприятно было затевать разговор с Еленой Ивановной, а не затевать тоже нельзя, она так и будет в обход меня родственников своих пристраивать. Второе, ужасно любопытно было, что за полицейский решил допросить шефа. Впрочем, это я сразу же и узнала.

— Аля! Аля, стой! — голос Алёхина я бы не спутала ни с чьим другим, даже на трибуне с болельщиками, не то что в тишине офиса.

— Максим? — я остановилась и с недоумением уставилась на бывшего. — Вроде моё дело ведёт капитан Морозова, а ты не в её подразделении.

— Я тут по личному делу.

— Странно. По какому же?

— Где можно поговорить спокойно?

Я предложила спуститься в буфет, обеденный перерыв уже прошёл, народ разбрёлся по кабинетам. В просторном помещении вполне можно будет найти столик без лишних соседей. Алёхин возражать не стал.

Мы взяли по бутерброду с бужениной и кофе. Я — Капучино, Макс — Американо.

— Рассказывай! — потребовала я. — Зачем тебе понадобился Тимофей Андреевич?

— Да, вот, — криво улыбнулся бывший, — хотел выяснить, какие у него планы на тебя.

Я чуть не подавилась. Вернее сказать, неудачно вдохнула, глотая кофе, и закашлялась. Алёхин ласково постучал меня по спине. А глаза хитрые-хитрые! Обманул паразит! Просто решил подразнить меня, напомнив, как ревновал ещё недавно. А ведь точно, я уже недели две не замечала признаков его бурной страсти! Разлюбил, наконец-то? Или нашёл другую?

Развивать эту тему не хотелось, я сделала покерное лицо и попросила бесцветным голосом:

— Алёхин, будь человеком. У меня дел выше небоскрёба! Ищу нового начальника отдела вместо Юрской, да и секретарша уволилась, тоже нужно проследить, кого берут. Практиканты опять же…

— Да помню я, — брезгливо поморщился бывший. — Твоё стремление делать всё на высшем уровне всегда меня раздражало. Можно подумать, если ты выпьешь кофе с хорошим человеком, «Деловые переводы» просто развалятся.

— При чём тут это? Слушай, хороший человек, скажи, зачем приходил, и разбежимся. Мы оба на работе.

— У меня отгул.

— Опа! Странный способ отдыхать ты выбрал.

— Договорился с начальником, что расследую кое-что в свободное время.

— Так что же ты расследуешь?

— Лизавете помогаю, ну и тебе.

— Мне-то как?

— Вот, смотри! — Макс достал из рюкзака и разложил на столе распечатанные снимки. — Это с камер наблюдения. Там в углу даты стоят, обрати внимание.

Как только он сказал про даты, я тут же и посмотрела на них. Прошлогодние. А некоторые даже двухлетней давности. Какое отношение они имеют к Саврасову? Зачем было притаскивать в офис эти материалы?

Изображения были нечёткие, крупнозернистые, но лица я рассмотрела, и по силуэтам тоже узнала — даму, как минимум.

— Ну? — поторопил меня Макс. — Кто это?

— Юрская с китайцами, — пожала я плечами. — Чем тебя привлекли давнишние события? Алику часто приглашали на различные мероприятия переводчиком. Тимофей Андреевич не возражал. Фирма заинтересована в хорошей профессиональной репутации сотрудников.

— Ты смотри, кто с ней рядом вертится! — пододвигая мне одну картинку за другой, терял терпение Алёхин. — Тут и тут… И здесь! Разница, где неделя, где месяц, а где и полгода, но всегда около вашей Юрской трётся этот перец!

Я всмотрелась в лицо мужчины, довольно крупного для китайца, он был почти вровень с Аликой, хотя она всегда носила обувь на каблуках. Кто же это? Почему полиция заинтересовалась профессиональной деятельностью бывшей начальницы отдела нашей фирмы?

— Лицо знакомое.

— Да какое лицо! — возмутился Макс. — При таком качестве снимков, у них вся делегация близнецы-братья. Попробуй по числам сориентироваться, Аля! Твой шеф так и сказал, если кто сможет восстановить картину контактов Юрской, так это ты.

Нормально? Любовница была его, а её контакты должна восстанавливать я. Фыркнула, вернула на тарелку недоеденный бутер и полезла в карман за рабочим смартфоном. Я имела привычку помечать и складывать в отдельную папку все более-менее важные сообщения и звонки. Сверяясь с датами на снимках, нашла почти половину совпадений.

— Не уверена, но судя по всему, Юрскую в интересующие нас даты нанимал Гао Вэй, это наш постоянный клиент. На каждом значимом мероприятии в «Звёздном драконе» он хотел иметь переводчиком только её. Хотя такая работа не очень соответствовала статусу начальника отдела, но Алика всегда соглашалась, говорила, что разговорная практика ей полезна. Народ подозревал Юрскую в получении неучтённых доходов, но генеральный закрывал на это глаза. Он ведь не налоговая.

— Значит, говоришь, имя этого супчика Гао, — отрешённо заметил Макс, фиксируя новую информацию в записной книжке телефона.

— Гао — фамилия, — поправила я. — У китайцев имя идёт после. Вэй значит «престижный».

— Кто б сомневался! — хмыкнул Алёхин. — А что ты говорила про «Золотого дракона»?

— Ничего не говорила. Мы с ними постоянно работаем. Связи давно налажены к общему удовольствию. Туда, кстати, бывшая секретарша шефа переметнулась. Вроде Юрская её по старой дружбе пристроила.

— Слушай! Знаешь, что вспомнил? — оживился Макс. — Мы внимательно изучали биллинг её телефона до того момента, когда она его разоружила. Геолокация не раз фиксировалась в районе действия вышки, расположенной неподалёку от этого твоего «Дракона».

Я усмехнулась, с чего это вдруг «моего»? Подкалывать бывшего не стала, просто уточнила:

— То есть, Алика посещала это место уже после того, как взяла отпуск?

— В этот самый день! Кто-то слил инфу, что мы собираемся пригласить её на беседу в отделение, а она смылась с работы и помчалась к этому самому «Перспективному». Руку даю на отсечение: они встретились там неподалёку. Китайский ресторан в том же квартале. Нужно бежать и посмотреть там записи с камер! — Алёхин вскочил, резко наклонился и совершенно неожиданно чмокнул меня в щёку: — Аля! Ты лучшая! Тебе говорили?

— И не один раз, — немного смутилась я, поглядывая на буфетчицу, которая то и дело стреляла глазами в нашу сторону.

Всё-таки Алёхин очень симпатичный. И брутальный. Как в таких случаях говорят при разводах: и чего ей только не хватало? В данном конкретном случае — мне.

Бывший сгрёб свои бумаги, закинул их в рюкзак и умчался, я хотела уже взяться за свой бутерброд, как отвлеклась на приближающиеся шаги. Подняла голову, да так и застыла с приоткрытым ртом.

— Здравствуйте, Альбина Викторовна, — обычно тёплый и приятный баритон шефа звучал сухо и официально. — Вижу, ваша личная жизнь налаживается?

Это что такое было? Упрёк за то, что я в рабочее время флиртую с бывшим? Как бы флиртую — это могло показаться со стороны. Или попытка наладить разговор после размолвки при последнем не очень приятном общении?

От растерянности, я смогла лишь кивнуть. Меня выручила буфетчица, забравшая внимание босса на себя:

— Тимофей Андреевич! Приготовить вам кофе?

— Да. Двойной эспрессо, пожалуйста, — не оборачиваясь к ней, ответил Саврасов и, спросив у меня позволения, уселся напротив. — Не хочу напрягать Ирину Борисовну. Ей и так сложно на двух стульях.

Чтобы не сидеть с постным лицом, я спросила:

— Она передала вам мои предложения о замещении на должность…

— Да, я видел. Оперативно работаете.

— И как будем решать? Ещё поискать, или выберете из предложенных?

— Товарищ, которого вы поставили первым номером, вполне подходит. Готовьте договор и контракт. Когда он сможет приступить?

— Просил три дня, чтобы завершить дела на прежнем месте.

— Отлично. Я рад, что это мужчина. — Саврасов, ещё не договорив, спохватился и посмотрел на меня виновато: — Не думайте, я не сексист. Но то, что устроили тётушки после увольнения Юрской… Ни в какие ворота!

— Да, — хмыкнув, согласилась я, — свара получилась знатная. Мне тоже кажется, если руководителем придёт женщина, её съедят вместе с каблуками.

Шеф принял из рук подбежавшей буфетчицы свой кофе и улыбнулся, дразня меня своими ямочками на щеках:

— Удивительно хорошо мы с вами понимаем друг друга, Альбина. Жаль, что не по всем вопросам.

Я предпочла пропустить это замечание мимо ушей. Пользуясь тем, что Саврасов пригубил свой эспрессо, торопливо доела бутерброд, хлебнула совершенно остывшего капучино, извинилась и убежала. Мне по горло хватило болтовни с Максом. Упрёки босса по поводу моего отказа поддержать его при знакомстве с Шуховыми выслушивать совершенно не хотелось. Потом, у меня работа стоит!