Сын моего босса, или Усмешка судьбы

Глава 9

Во время утреннего обхода лечащий врач — убелённый сединами, опытный и флегматичный в отличие от дежурного парня — пообещал уже завтра отпустить меня на амбулаторное лечение, заставил только пообещать, что буду соблюдать постельный режим. Разумеется, я заверила доктора в самом искреннем стремлении избежать неприятных последствий сотрясения мозга.

Обрадовалась, конечно: уж денёк я как-нибудь продержусь, тем более, соседок мне так и не подселили. Медсестра просветила меня на этот счёт: палату собирались сделать мужской, я угодила сюда лишь потому, что других свободных мест не нашлось. Вот и выгоняют поскорее, чтобы не пришлось лишний раз переселяться: на завтра планируется мощная выписка и соответственно приток новых неврологических пациентов. Да я только рада! Не люблю валяться в больнице. Да и Краша одного не оставить.

Краш! Нашёл его Алёхин или ещё нет? Нужно звякнуть, спросить.

Только я взялась за телефон, как в палату постучали. Дверь почти сразу приоткрылась, показывая высокую, угловатую девушку в полицейской форме и наброшенном на плечи белом халате:

— Можно вас побеспокоить? — спросила она хриплым, будто простуженным голосом. — У меня есть несколько вопросов по поводу вчерашнего нападения.

— Да, конечно, проходите! — Я села, одёрнула и расправила на груди кофточку пижамы. — Здравствуйте.

— Добрый день! — Заходя в палату и включая на ходу планшет, девушка представилась: — Капитан юстиции Морозова Елизавета Леонидовна. Вы, так понимаю, Смирнова Альбина Викторовна?

Я механично кивнула, глядя при этом не на капитаншу, а на входящего следом за ней Макса. Ну, конечно, как тут без него могло обойтись! Поймав мой недоумённый взгляд, бывший поспешил оправдаться:

— Я вызвался помочь Елизавете, всё-таки владею кое-какой информацией о твоей жизни.

Оставалось только усмехнуться. Не откладывая волнующий меня вопрос, я сразу спросила:

— Краша нашёл?

— Ищем. Ребята ищут, не волнуйся.

Нет, ну как мне прикажете не волноваться?

Капитан Морозова кашлянула, привлекая внимание, взяла стул и переставила его ближе к моей постели:

— Позволите?

— Да, конечно, — насупившись, ответила я и бросила укоризненный взгляд на Макса. Вместо того чтобы лезть в чужое расследование, мог бы питомца моего искать.

Елизавета уселась, наставив на меня острые коленки, активировала на планшете программу и заговорила, обращаясь к экрану:

— Веду опрос пострадавшей. Альбина Викторовна, расскажите, пожалуйста, все, что помните о вчерашнем вечере.

Она повернула гаджет ко мне, я с удивлением увидела напечатанный вопрос. Круто. Мои сбивчивые объяснения тоже оформлялись текстом. Я как завороженная смотрела на появляющиеся слова. Иногда из-за моих запинок точки ставились посередине предложения, но стоило мне закончить мысль, как все огрехи чудесным образом исправлялись. Нужно будет спросить у Максима, что это за приложение. Очень удобная штука.

Капитан юстиции внимательно слушала, кивала. Алёхин нервно расхаживал по комнате, хлопая ладонью по спинкам кроватей и дёргая кадыком. Злился наверняка.

Стоило мне замолчать, Морозова бегло просмотрела текст, кивнула и задала новый вопрос:

— Если ли у вас враги? Быть может недоброжелатели. Кто мог, по вашему мнению, подстроить нападение?

— Какие ещё враги? Да вы что! Нет, конечно.

— Вы всё-таки подумайте. Если что-то вспомните, позвоните мне в любое время. Визитку я оставляю. — Девушка с очень серьёзным, даже строгим, выражением лица, вытащила из кармашка форменного пиджака картонку с буквами и цифрами, положила её на мою тумбочку и встала, выключая планшет. — Выздоравливайте, Альбина Викторовна.

— Спасибо, — кивнула я и, погрозив пальцем Алёхину, прошипела: — Краш-ш-ш-ш-ш!

Бывший приблизился ко мне с явным намерением что-то спросить или сказать, я выбросила руку в сторону, указывая на дверь. Там в проёме уже стояла капитан Морозова, заинтересованно наблюдая за нашим общением.

— Вы едете в отделение, Максим Максимович? — спросила она.

Алёхин протяжно вздохнул, махнул мне рукой:

— Пока, любимая! — Развернувшись на каблуках, поспешил за коллегой: — Еду.

После ухода следователя я уставилась в белый потолок и начала размышлять над её вопросом. Пришлось признать, что Морозова права в своих подозрениях. Странный поступок с точки зрения логики совершил нападавший. Он явно караулил кого-то. Быть может, обознался? Шарахнул по башке, увидел, что жертва не та и дал дёру. Маловероятно. Значит, всё-таки напали на меня, или бандиту было всё равно кого грабить. Но в этом случае, нужно было действовать раньше, когда я шла домой — там и сумка с кошельком, мобильный, карточки. Отправляясь выгуливать собаку, ничего с собой не берёшь обычно.

Собака! Я замерла с выпученными глазами. Хотели украсть моего Крашика!

И украли!!!

Я схватила телефон и быстро набрала сообщение Максу: «Целью бандита был наш пёс! Его похитили». Уже отправив сообщение, заметила слово «наш». Но какое это имело значение! Не успела отложить трубку, как она пискнула: пришёл ответ: «Никому не нужен породистый пёс без документов». Пока я соображала, что возразить, прилетело новое сообщение: «Хорошо, любимая, я проверю эту версию».

Нельзя сказать, что я успокоилась, но стало немного легче. Алёхин любит Краша не меньше меня, он обязательно его отыщет. Я же в сложившейся ситуации вообще ничего не могла сделать. Только ругала себя за то, что не стала чипировать питомца. На ошейнике есть адрес владельца, но, если собаку украли намеренно, это ничем не поможет.

День выписки был суетным. Я не сообщала Максу, что меня отпускают, заказала такси, радуясь, что отняла у бывшего ключи от квартиры. Всё равно Краша одного дома он бы не оставил, а забрал к себе. Если бы нашёл, конечно. То, что питомец до сих пор не нашёлся, очень меня огорчало. С большим трудом подавила желание идти искать его по ближайшим дворам. Понятно, что тут всё давно осмотрели. Хотя, по пути в поликлинику, где нужно было открывать новый больничный лист, я внимательно осматривала все кусты и заглядывала на детские площадки, где мой малыш мог прятаться под горкой или в домике. Разумеется, поиски результата не дали.

Участковый врач подтвердил сказанное ранее, велел полежать ещё хотя бы дня три. Вот и пришлось тащиться домой, даже в магазин не стала заходить. Дома заказала доставку продуктов и, увидев отложенный в корзину собачий корм, так расстроилась, что пошла хлебать успокоительные.

Ближе к вечеру в прихожей раздался звоннок домофона. Сначала я подумала, что явился бывший, но у него остался магнитный ключ от подъездной двери, значит, кто-то другой. Следователь? Так и спросила:

— Капитан, это вы?

— К сожалению, не капитан, всего лишь коллега Саврасов, — ответил мне голос босса. — Аля, вы позволите войти? Я тут кое-что ваше нашёл во время пробежки, хотел отдать.

— Да-да! — воскликнула я, давя на кнопку. — Заходите, Тимофей Андреевич.

Подумала о Краше, но тогда бы шеф сказал «кое-кого нашёл», а не «кое-что». Быстро взглянула в зеркало, успела пару раз провести массажкой по волосам и распахнула дверь.

— Здравствуйте, Аля, — взгляд у гостя был настороженным. — Как вы себя чувствуете?

— Нормально, проходите, пожалуйста.

Он послушно продвинулся на середину прихожей, дождался, когда я захлопну дверь и достал из портфеля бумажный свёрток.

— Я заглянул к вам в кабинет, хотел отдать, но Елена Ивановна сообщила, что вы в больнице. А там сказали, что отправили вас домой на долечивание, так что извините, пришлось явиться без приглашения.

— Что это? — спросила я, разворачивая бумагу. — Ой!

Силы меня оставили, я прислонилась к стене и едва не сползла по ней, увидев грубо разрезанный ошейник своей собаки.

— Я сразу понял, что это ваше. Звонил по указанному номеру, он недоступен, на работе вас не было, вот и пришёл по адресу. Уж простите за вторжение. Краша похитили?

— Да-а-а, — простонала я, — третий день ищем.

— Не волнуйтесь, раз ошейник сбросили, значит живой и невредимый. Скорее всего, выкуп потребуют за возвращение. Сделают вид, что нашли, позвонят по объявлению. Быть может, уже и звонили. Что у вас с телефоном?

Я положила ошейник с упаковкой на подзеркальник и бросилась к сумке:

— Это второй, тот, что я использую в работе. Сел, наверное.

Мобильный умер в ноль. Посмотреть входящие или сообщения не получалось. Я запоздало пригласила шефа пройти в комнату и торопливо поставила телефон заряжаться.

— Известно, кто на вас напал? — спросил Тимофей Андреевич, обводя внимательным взглядом комнату.

— Ищут. Надо, кстати, следователю позвонить, рассказать о вашей находке. — Порывшись в больничном пакете, который до сих пор не удосужилась разобрать, я достала визитку Морозовой.

— Капитан, которого вы ждали? — улыбнулся шеф.

— Никого я не ждала. Просто подумала, что у неё появилась хоть какая-то информация, или новые вопросы. — Услышав гудки, нарочно поставила громкую связь. — Здравствуйте, Елизавета Леонидова. Это пострадавшая Смирнова вас беспокоит. Вы просили звонить, если что-то новое откроется.

— Слушаю вас, Альбина Викторовна.

Мне показалось, или босс обрадовался, услышав женский хрипловатый голос?

— Один знакомый сегодня утром подобрал ошейник моего Краша. Быть может, на нём остались отпечатки?

— Да-да. Это хорошо. Где подобрал?

— В сквере. — Я вопросительно посмотрела на шефа, он кивнул, подтверждая. — Тимофей Андреевич бегает по утрам, вот и увидел.

— Он может подъехать прямо сейчас ко мне?

— Зачем? Давайте, я сама привезу.

— Нужно исключить его отпечатки. Ваши, кстати, тоже.

Саврасов наклонился ближе и сказал в трубку:

— Мы оба сейчас подъедем. Я на колёсах.

— Отлично! Жду. Только постарайтесь лишний раз не хватать вещь-док. Заверните во что-нибудь.

— Он в бумаге, — ответила я. Сбросив звонок, посмотрела на босса. — Мне нужно переодеться. Подождёте на улице, или угостить вас кофе?

— Пожалуй, выберу второй вариант.

Я проводила его на кухню, запустила кофе-машину, достала из холодильника мясную нарезку, а из буфета хлеб и печенюшки.

— Тут у меня не ресторан, увы. Надеюсь, не будете скучать.

— Не огорчайтесь, — улыбнулся он, усаживаясь за стол. — Я бы тоже хотел прийти не так.

— А как? — оглянулась я, почти на пороге.

— С букетом, с хорошим вином и всё такое. Ну, и при параде.

Я улыбнулась на его слова. Выглядел Саврасов как всегда безупречно. Трудно представить, что значит в его понимании «при параде».

— Вы принесли нечто большее, чем букет и бутылочка. У меня появилась надежда, что преступника поймают, и мой Краш вернётся домой.

Не стала дожидаться реакции, поспешила в комнату. Впервые за последнее время я чувствовала подъём и почти радость от происходящего.