В отчаянном разрушении (ЛП)

Глава 17

Клементина

Как только Арло заглушает двигатель грузовика, я сразу же оказываюсь рядом с ним. Буквально.

— Dios, bebita. Ты действительно хочешь повторения прошлой ночи, да?

Его голос напряжен, и я рада, что не только я в таком положении. Моя сущность горит, и я хочу не просто повторения прошлой ночи... Возможно, даже больше.

Я киваю, отстегиваю ремень безопасности и практически прыгаю на него, как раз в тот момент, когда он начинает отодвигать свое сиденье, чтобы уместить меня. Его руки мгновенно оказываются на моей талии, как только я оказываюсь за центральной консолью. Мои ноги легко обвивают его по обе стороны, и наше дыхание становится торопливым и громким.

Мои руки перемещаются к его груди и плечам, а затем ложатся на шею. Завитки на его затылке мягкие, и мои пальцы играют с ними. Его ноги широко расставлены, даже в этой маленькой каюте, и это еще больше разжигает мою душу, заставляя меня вытягиваться для него.

Его темно-карие глаза погружают меня в свою атмосферу. Я провожаю взглядом изгиб его носа, легкую гиперпигментацию на щеках, изгиб губ, а затем останавливаюсь на золотой цепочке, которая, как я поняла, мне очень нравится на нем.

Хватка на моей талии переходит к изгибам моей задницы и мягко сжимает ее, вызывая тихий стон из моего горла.

— Tan bonita, Girasol57, — шепчет он, когда я наклоняюсь еще немного, завороженная тем, как двигаются его губы.

— Quiero besarte, por favor58, — умоляю я, наблюдая за тем, как его губы изгибаются в дьявольской улыбке. Он просто кивает, притягивая меня ближе, и мое платье поднимается еще выше.

Его эрекция очевидна, так как моя сердцевина проходит прямо по нему, и мы оба шипим от внезапного контакта. Я на мгновение закрываю глаза, чтобы насладиться этим моментом. Я пытаюсь отогнать все те мысли, которые мне так долго удавалось загнать на задворки сознания.

Но они никогда не исчезнут, и я ненавижу это.

— Qué paso59? Куда ты ушла?

Его слова мягкие, но в то же время требовательные.

Я пожимаю плечами и делаю глубокий вдох. Я не хочу портить этот момент с ним. Он идеален, а я нет.

Пока я погружаюсь в размышления, его рука убирает прядь волос мне за ухо. Его прикосновения очень мягкие, и я чувствую себя в безопасности рядом с ним. Я чувствую себя в безопасности в его объятиях, несмотря на то, что нахожусь на его подъездной дорожке, где любой может увидеть.

— Ничего, дай я тебя поцелую, — говорю я с улыбкой. Он без колебаний кивает и другой рукой притягивает меня еще ближе, а мои пальцы еще сильнее вцепляются в его волосы.

Я наклоняюсь, и наши губы соприкасаются, мгновенно разжигая огонь внутри меня. От этого ощущения я никогда не устану. Он крепче прижимает меня к себе, и мои бедра двигаются сами по себе: они начинают кружить и тереться о его эрекцию. Несмотря на то что на нем джинсы, трения достаточно, чтобы я получала удовольствие.

— Qué preciosa, tan bonita nena60, — бормочет он сквозь поцелуй. Мои бедра двигаются быстрее, а дыхание учащается. Мне приходится на мгновение отстраниться, чтобы перевести дыхание, и тут же его темные глаза оказываются на моих.

— Арло, — жалко шепчу я. — Ты мне нужен.

— Что?

Он оглядывает все мое лицо, прежде чем его выражение наполняется улыбкой.

Я прижимаюсь бедрами к его эрекции, и он негромко рычит.

— Я хочу тебя, — задыхаюсь я.

— Здесь? Я надеялся на свою спальню, bebita.

Его руки сжимают мои бедра, чтобы остановить мои движения. Я хнычу от потери возможности добраться до своего пика.

— Я хочу встать перед тобой на колени и поклоняться тебе. Как я могу это сделать, если я в таком положении? Здесь я ограничен. Я не хочу никаких ограничений, когда ты наконец-то будешь у меня.

От его слов у меня мгновенно затрепетало в животе, и я прикусила губу. Я киваю, потеряв дар речи. То, что он только что сказал, — это именно то, чего я хочу. То, что мне нужно для этого.

После нападения я пообещала себе, что в следующий раз, когда я окажусь с кем-то в постели, это будет человек, которому я смогу полностью доверять и чувствовать себя в полной безопасности.

Арло Сантос — именно такой человек.

— Vamos61, — говорит он, и я полностью соглашаюсь с ним одним кивком. Я спрыгиваю с его коленей, как могу, и он отпирает свою дверь, толкая ее. Я выхожу из грузовика, и он следует моему примеру, закрывая за собой дверь.

Мы практически как подростки бежим к дому, его рука не покидает моей талии, пока мы открываем входную дверь. Мы даже не останавливаемся, чтобы снять обувь или что-то еще, а сразу направляемся в его спальню.

Мое сердце продолжает неустойчиво биться, пока мы, словно тикающая бомба, приближаемся к его спальне. Его тело почти поглощает дверную коробку, когда он распахивает ее. Он оглядывается, и наши глаза встречаются. Он на мгновение замирает, ожидая, что я скажу.

Он дает мне пространство и время, чтобы принять решение. Сделать выбор.

И это больше, чем я когда-либо хотела от него. Возможность сделать выбор в этот момент.

— Я уверена, Арло, — говорю я так громко, как только могу. Так мощно, как только могу.

Я хочу этого. Я хочу его.

— Ven, bebita.

Он хватает меня за руку. Она практически исчезает в его ладони, когда мы входим в его спальню и закрываем дверь.

В комнате темно, поэтому мы спотыкаемся вместе, и я хихикаю, когда нащупываю кровать. Я протягиваю ладони, разглаживая одеяло, прежде чем забраться на него. Он стоит прямо за мной, издавая звуки, прежде чем раздается щелчок и включается лампа.

У него широкие плечи, и я не могу оторвать от него глаз. Он прекрасен, и я не могу поверить, что нахожусь здесь, в его спальне. Слон в комнате, что он отец моей лучшей подруги, кажется, вылетает из окна.

Сейчас меня это волнует меньше всего.

— Как ты хочешь это сделать?

Не знаю, почему я вообще спрашиваю, но я не уверена в его предпочтениях. Хочет ли он, чтобы я лежала на покрывале, как морская звезда? Хочет ли он, чтобы я стояла на четвереньках? В этот момент я чувствую себя такой неопытной.

Я не совсем уверена, в какой позе мне удобно. Я слишком давно не спала с кем-то, и последний раз это было с Нейтаном, и...

— Ты мне скажи. Я здесь, чтобы доставить тебе удовольствие, а не наоборот. Я сделаю все, что ты захочешь. Я здесь ради тебя. Как я уже сказал, я буду поклоняться тебе в любой форме.

Это вызывает широкую улыбку на моем лице и, кажется, усмиряет мое неспокойное сердце. Я сдвигаю свое тело, чтобы начать снимать сандалии. Он улыбается, и я поднимаю бровь, прежде чем он придвигается ближе и наклоняется, проводя рукой по моей правой икре, а затем кладя ее на лодыжку.

Даже одно это прикосновение заставляет мое ядро вскрикнуть, а трусики намокают. Я задыхаюсь и наблюдаю за тем, как его пальцы нежно касаются моей кожи, расстегивая маленькие ремешки на боковой стороне сандалий. Закончив с моей правой ногой, он переходит к другой. Сандалии падают на пол.

— Ты можешь снять рубашку?

Он смотрит на меня с чистым удивлением, затем кивает и поднимает рубашку, плавно снимая ее. Его грудь напрягается от этого движения, как и другие мышцы. Золотое ожерелье блестит в мягком свете лампы.

Он такой мускулистый, что у меня слабеют колени. Учитывая его размеры, я не уверена, готова ли я увидеть его член. Может, он разделит меня пополам? Почему мысль об этом возбуждает меня?

— Тебе нравится то, что ты видишь, bebita ?

Его слова звучат уверенно, но без напускной заносчивости. Кажется, он искренне спрашивает. Как будто мое одобрение его тела изменит его мир.

Я киваю и облизываю губы. — Очень хочу, сэр.

Это слово приводит его в действие, и он делает шаг вперед и наклоняется, кладя ладони на каждое из моих бедер. Он продолжает наклонять свое лицо, пока его губы не оказываются у моего уха. Я делаю вдох, ожидая, что он скажет.

— Скажи это еще раз, и я возьму тебя прямо сейчас, детка.

Без колебаний я отвечаю: — Возьми меня, пожалуйста. Пожалуйста, сэр.

Его пальцы сжимают мои бедра, и я издаю тихий писк, а он улыбается моей реакции. Время словно останавливается, когда его пальцы нежно скользят вверх, вверх и вверх, пока не начинают играть с юбкой платья. Я не останавливаю его.

Мое тело так сильно хочет этого, и как я могу отказать ему? Все во мне кричит о том, чтобы притянуть его к себе, прижать его тело к своему. Таких мыслей у меня еще не было ни к кому, или, по крайней мере, я не могу вспомнить, чтобы они были к кому-то.

— Мне нравится, как ты реагируешь на мои самые простые прикосновения, bebita, — шепчет он, когда его руки хватают ткань платья и поднимают его выше, к моим бедрам.

В комнате становится прохладнее, и я вздрагиваю от прикосновения к моим раздвинутым бедрам. Я прикусываю губу и пытаюсь сдержать стон.

Его темные глаза не отрываются от меня, пока он стоит на коленях на земле, а голова медленно оказывается на уровне моих бедер и обнаженной киски. Мое дыхание учащается, и кажется, что оно вырвется прямо из грудной клетки, если я не попытаюсь его успокоить.

— Puedo 62?

Его вопрос звучит мягко, как шепот, и я киваю, когда его пальцы пробираются к поясу моих трусиков и зацепляют его, потянув вниз, пока ткань не затрещит от моего веса, сидящего на ней.

— Прости, — бормочу я, пытаясь приподнять бедра, чтобы он продолжил стягивать их к моим лодыжкам.

— Никогда не извиняйся, — говорит он без паузы. Его мозолистые руки проникают под заднюю часть моих коленей и одним быстрым движением подтягивают меня ближе к краю кровати. От резкого движения с моих губ срывается визг, а затем он взваливает мои икры себе на плечи.

Мне приходится поддерживать себя за локти, наблюдая за ним широко раскрытыми глазами и с любопытством. Я не могу вспомнить, когда в последний раз мне делали оральный секс. Прошло слишком много времени. Но моя киска сжимается от нетерпения и очень хочет, чтобы он взял ее в рот.

Он просто смотрит на мою голую киску, на мгновение поднимая глаза, чтобы взглянуть на меня, прежде чем наклониться. Мои глаза не только прикованы к этому движению, но я не могу не изучать, как напрягаются его плечи, поддерживая мои икры, как двигаются его бицепсы, обхватывая мои бедра, и даже вены на его предплечьях. Если бы можно было кончить от одного только взгляда на кого-то, то это был бы именно этот момент.

— Ты уже капаешь для меня, bebita. Ты скрывала это от меня?

Его дыхание обдувает мою киску, и с моих губ срывается хныканье, прежде чем я пытаюсь сдвинуть бедра. Он крепко сжимает мои бедра и поднимает голову, прежде чем покачать головой. — Не смей двигаться, я хочу тебя.

Мои глаза расширяются. — Правда?

Он поднимает бровь.

— Не удивляйся, детка. Я слишком долго думал об этом моменте. Пожалуйста, не заставляй изголодавшегося мужчину умирать между твоих ног, так и не попробовав.

— Хорошо, — запинаясь, говорю я и киваю, чтобы он продолжал. Он облизывает губы, затем смещает свой вес и наклоняется еще больше, и все, что я вижу перед собой, — это его темные брюнетистые волосы и ощущение золотого ожерелья на внутренней стороне бедра. Холод металла шокирует меня, но в то же время, как ни странно, возбуждает еще больше.

Прежде чем я успеваю сделать следующий вдох, я чувствую внезапную влажность его языка, который скользит по моей киске, а затем проникает сквозь губы и ударяет по клитору. Ощущения переполняют меня, и я клянусь, что вижу звезды только от одного этого действия. Мои руки сжимаются в кулаки на одеяле, и я на мгновение закрываю глаза, чтобы насладиться этим моментом.

— Так чертовски вкусно, — говорит он, и я наконец делаю вдох. Моя грудь выпячивается вперед от движения, и это только подталкивает мое ядро к нему, тем самым еще сильнее прижимая его язык к моему клитору. Я ерзаю бедрами, и его пальцы захватывают еще больше моей плоти. Углубления, которые я вижу отсюда, заставляют меня умолять его нажимать сильнее и оставлять следы.

Я хочу просыпаться, зная, что он прикасался ко мне. Это что, блядство?

Он бьет меня по рукам, когда я начинаю медленно погружаться в сомнения и воспоминания, куда, кажется, всегда устремляется мой разум, — его язык сильнее прижимается к моему клитору, а затем он кружится вокруг него, создавая искры.

— О! — кричу я, крепче вцепившись в простыни, когда он издает стон. Он гортанный и животный. То, о чем я даже не подозревала, что может вырваться изо рта мужчины.

И я вызвала это в нем.

— Тебе нравится?

Я киваю, но понимаю, что он все еще держит свое лицо в моей киске.

— Да, да, очень. Сэр, — добавляю я, и из его уст вырывается рык, который проносится по моему телу. Это заставляет мои ноги сжиматься вокруг него, что еще больше разжигает трепет в моем сердце и заставляет его пальцы крепче вцепиться в меня.

Он скользит языком еще ниже, дразня мой вход, и я клянусь, что попала в другой мир. Мои бедра подаются вперед и толкаются к его рту, заставляя его хихикать и продолжать ласкать мою киску.

— Скажи мне, чего ты еще хочешь. Я здесь для тебя сегодня ночью.

Я смотрю на его пучок волос, пока думаю, что ответить. Он так чутко реагирует на мои просьбы. Он ждет, пока я найду ответ, и ни на что не давит. Внезапно нахлынувшие эмоции захлестывают меня, в глазах мутнеет, но я изо всех сил смахиваю слезы.

— Я... я..., — начинаю я, мой голос совсем маленький. Я прочищаю горло, затем качаю головой и набираюсь сил, чтобы попросить то, что я хочу. — Ты можешь добавить палец? Только медленно, прошло уже много времени. Пожалуйста?

В этот момент он наконец поднимает глаза и смотрит на меня. Он подмигивает, затем кивает, снова зарывается лицом между моих ног и снова проводит языком по моему клитору. Одна из его рук перемещается с моего бедра, и я уже скучаю по этому ощущению, когда он поднимает другую руку выше, к левой икре, чтобы подтянуть меня к себе на плечо. Я уже практически вишу на волоске.

Он слегка приподнимает голову, втягивая щеки, а затем сплевывает прямо на мою киску. Я задыхаюсь от этого зрелища, не зная, что это заставит меня почувствовать себя такой горячей. Мне хочется обмахиваться веером только от этого. Боже, все, что он делает, так возбуждает. Как такое вообще возможно?

Чувствуется что-то твердое, и все мое тело напрягается от этого, и я смотрю на него, пока он не поймал мой взгляд.

— Я буду делать это так медленно, как тебе нужно, — говорит он, прежде чем снова сосредоточиться на своей руке. Кажется, будто его большой палец медленно надавливает на мой клитор, а другой палец проводит по моим складочкам, распределяя по ним свои соки в качестве смазки. — Такая. Чертовски. Мокрая. Для. Меня.

Эти слова вырываются из отчаянных стонов, и я не могу поверить, что это исходит от него.

— Мне нужно это, Арло, — скулю я, надеясь, что он не прекратит свои действия.

Словно в ответ на молитву, его палец нащупывает мой вход и медленно проникает внутрь, моя киска растягивается, чтобы принять его толщину. Я задыхаюсь и снова вцепляюсь в простыни.

— Шшш, я держу тебя, bebita, — говорит он, прежде чем наклониться и провести языком по моей киске, создавая еще больше ощущений, когда его палец начинает проникать в меня еще глубже. Я извиваюсь под ним от удовольствия, которое разливается по всему телу.

По инстинкту мои бедра снова сжимаются вокруг него, когда его палец доходит до костяшки и он начинает медленно вытаскивать его. Я шиплю от этого ощущения и не могу удержаться, чтобы не переместить руки с простыней на его волосы. Мои пальцы крепко сжимают его пряди, и это вызывает у него звук, который вибрирует на моем клиторе.

— Ах! Пожалуйста, Арло, — почти умоляю я. Он не останавливается, продолжая водить языком по моему клитору, пока его палец входит и выходит из меня. Волна освобождения достигает своего пика, и я понимаю, что не смогу продержаться больше минуты.

— Ты уже близко, я чувствую это, — говорит он, прежде чем увеличить темп движения пальцем и языком.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — бормочу я невнятную чушь. Мой мозг словно замыкает, пока он продолжает водить по мне пальцами, а мои бедра приподнимаются от слишком сильного ощущения, что я нахожусь на грани оргазма.

— Кончи для меня. Я хочу попробовать тебя на вкус, пожалуйста, — подбадривает он, а я еще крепче вцепляюсь в его голову, пока оргазм захватывает меня и кажется самым лучшим. Я лежу на спине и наслаждаюсь всем этим, пока его язык и палец продолжают доводить меня до оргазма.

Тяга к возбуждению и чувство отпускания выходят на передний план моего сознания, и мое тело действует в соответствии с этим, прорывая меня через невидимый барьер ощущения, что я никогда не сделаю этого снова. Это освобождает, и на мгновение на глаза наворачиваются слезы, пока я дышу и пытаюсь успокоить свое бешено бьющееся сердце.

Его руки возвращаются к моим бедрам и поглаживают их, делая уверенные круги.

— Тебе было так хорошо со мной. Так хорошо, Girasol.

Я шумно выдыхаю, прежде чем снова приподняться и расширить глаза, когда он подносит палец, который только что был во мне, к своим губам и облизывает его. На мгновение он ловит мой взгляд, а затем улыбается.

— Это было… — Я не знаю, как выразить миллионы чувств, которые я только что испытала за несколько секунд.

— Ты насытила меня самым лучшим образом, — говорит он, вытирая рот и наклоняясь, чтобы поцеловать каждое из моих бедер, прежде чем встать с пола. Я вытягиваю шею, чтобы посмотреть на него, но потом отвожу взгляд и понимаю, что нахожусь в нескольких сантиметрах от его члена.

Я сглатываю и приподнимаюсь на локтях, пока не оказываюсь в сидячем положении. Платье падает на бедра, и я поднимаюсь на колени. Несмотря на то, что я стою на кровати, в таком положении он все равно выше. Я прижимаю ладони к его груди, а затем провожу пальцами вверх. Он делает глубокий вдох, а затем кладет руки мне на бедра. Его губы все еще блестят от того, что он меня съел, и у меня в голове мелькает идея.

Я наклоняюсь, чтобы обвить руками его шею и притянуть к себе; он подчиняется, и я целую его, пробуя себя на вкус. Я никогда этого не делала и чувствую, что это будет не в последний раз.

— Ммм, — шепчет он, просовывая свой язык в мой рот, и наши зубы почти сталкиваются, когда мы глубоко целуемся. Мы все крепче прижимаемся друг к другу, и кажется, что я никогда не смогу насытиться этим мужчиной.

— Я хочу большего, — говорю я, когда мы на мгновение отстраняемся друг от друга, чтобы отдышаться. Мы возвращаемся к поцелуям, а он напевает и проводит руками вверх-вниз по моей талии. Я притягиваю его еще ближе, и, несмотря на то что он такой большой, что может устоять на ногах, он позволяет мне тянуть его, как перышко, так легко.

Мы падаем обратно на кровать в приступе хихиканья, причем я сама хихикаю, а он стонет и хихикает. Он старается не придавить меня, пока мы находим свой темп поцелуев, и его колено оказывается между моих ног, чтобы удержаться сверху. Мои руки блуждают от его шеи к мышцам спины, плечам, рукам, а затем к груди. Под ним все пульсирует, и мне хочется впиться зубами в каждый его сантиметр, а не только в губы. Одна только мысль об этом вызывает у меня стон, и он застонал, прежде чем прервать поцелуй.

— Ты уверена в этом? Как я уже сказал, мы будем двигаться в твоем темпе. Если ты не хочешь продолжать...

— Я уверена, — отрезала я. Я знаю, что рано или поздно мне придется преодолеть это препятствие. И нет никого другого, с кем бы я предпочла сделать это.

Он кивает, а затем протягивает руку между нами и поднимает юбку платья над моими бедрами, а я помогаю ему стянуть его с себя. Он бросает его на пол, а затем шумно вдыхает, любуясь моей почти обнаженной формой. Черный бюстгальтер — последний предмет одежды на мне, но мне все равно. Я хочу, чтобы он увидел меня полностью обнаженной.

Я расстегиваю бюстгальтер и снимаю его, отбрасывая в сторону, не глядя, куда он делся. Он улыбается, прежде чем я беру инициативу в свои руки и провожу пальцами по его груди до счастливой дорожки волос, которая располагается прямо над поясом его джинсов. Он шипит, прежде чем я начинаю расстегивать его джинсы.

— Черт, bebita, — проклинает он под нос, прежде чем я успеваю оттянуть пояс настолько, насколько могу сама. Я хихикаю, когда ткань задевает его задницу, не желая опускаться ниже.

— Помоги, — говорю я, прежде чем он хихикает и встает, чтобы стянуть с себя джинсы.

— Надо было сделать это раньше, извини, — бормочет он, прежде чем я качаю головой и маню его руками, чтобы он вернулся на кровать. Но тут я вспоминаю, что на нем все еще боксеры.

Господи, такое ощущение, что мы девственники, занимающиеся сексом в первый раз. Это комично, но я наслаждаюсь каждой секундой. Похоже, он тоже, поскольку понимает это и поднимает палец, чтобы удержать меня на месте, прежде чем зацепить пальцем пояс своих боксеров и стянуть их.

Его член вырывается на свободу, и моя челюсть практически раскалывается, не в силах прийти в норму, пока я смотрю на него.

Его длина просто астрономическая, и я даже не могу подумать о том, как он будет входить в меня. Нет сомнений, что я с трудом впихну его в себя, если он вообще сможет добраться до рукояти.

— Что? — спрашивает он, и на его губах появляется ухмылка, когда он делает шаг ближе к кровати. Я сжимаю ноги вместе и прикусываю губу.

— У меня никогда не было кого-то настолько большого, — шепчу я, не зная, как это звучит. Может, я выгляжу еще более наивной и неопытной?

Но его это, кажется, ничуть не смущает. Он мило улыбается и запрыгивает на кровать. Его ладони ложатся на мои колени и раздвигают их, я не сопротивляюсь ни на йоту. Он устраивается между моими ногами, но мой взгляд не может оторваться от его нижней части живота.

— Нравится то, что ты видишь?

Я киваю, слова никак не могут сложиться в голове. Мой разум превратился в лепешку, и я не могу создать связные мысли.

Его руки начинают растирать мои колени, а затем поднимаются вверх и хватают меня за бедра, чтобы притянуть ближе. Его член покачивается и ударяется о мое внутреннее бедро. На кончике блестит сперма, и я облизываю губы.

В этот момент я окончательно выхожу из транса и вспоминаю о самом важном: о защите. Да, Клем!

— Я... я..., — начинаю я, чувствуя, как жар поднимается по щекам и к вискам. Такое ощущение, что все мое лицо горит. — У тебя есть презерватив?

Его глаза расширяются, и он слегка отодвигается назад, прежде чем кивнуть. — Черт, Girasol, я забыл спросить.

— Все в порядке, — заверяю я его, приподнимаясь на локтях.

Я смотрю, как он наклоняется к прикроватной тумбочке и открывает ящик. Там лежит коробка с презервативами, и он достает один. Он разрывает его и начинает медленно распутывать на своем члене.

— Кстати, я постоянно их надеваю, — начинает бормотать он. — И я тоже чист, раз уж мы заговорили о защите и прочем.

— Я доверяю тебе, — это все, что я могу сказать в данный момент. Он делает паузу и смотрит на меня сверху вниз, и я улыбаюсь ему. Мое сердце снова неровно бьется, и я надеюсь, что он не видит моих нервов.

— Да?

Я киваю.

— Я доверяю тебе, Арло. Я тоже чиста, и для меня это было давно. Я знаю, что, возможно, будет больно, но я готова.

Кажется, он собирается продолжить, но потом снова делает паузу, и я поднимаю бровь. — Ты что-нибудь принимаешь? Противозачаточные?

Я киваю головой и прикусываю губу. — Да, но это таблетки.

Несмотря на то что я хочу рассказать этому человеку все, есть вещи, которыми я не могу поделиться прямо сейчас. Например, я знаю, что должна пользоваться более эффективными противозачаточными средствами, такими как имплантат или внутриматочная спираль, но это вызывает у меня чувство трепета. Обычно жертвы изнасилования принимают самые эффективные противозачаточные средства в страхе, что нападение может повториться, и нужно предусмотреть все возможные меры предосторожности. Таблетки пока вполне достаточно.

Я знала, что какое-то время не хотела бы, чтобы ко мне прикасался другой мужчина, но мысль о том, чтобы позволить кому-то, даже профессионалу, приложить ко мне руки так, чтобы вставить противозачаточное средство, вызывала у меня тошноту. Хотя это было иррационально, я чувствовала, что это еще один способ заставить Нейтана "победить". Это очень хреновый способ думать, и я даже обсудила это с мамой, когда пришло время.

Она не давила на меня, считая, что я должна участвовать в этом или нет. И в тот момент я полюбила ее еще больше. Я и так потеряла столько самостоятельности, а это еще больше усугубило бы ситуацию. Как только я преодолела психологическое препятствие, мне стало легче придерживаться распорядка дня.

— И ты не против? Я сделаю все, что нужно, но мы должны знать о рисках даже с этим презервативом, — сурово говорит он. Я знаю, что он не пытается испортить настроение. Он ведет себя ответственно.

Ведь у него есть дочь, черт возьми. Я не забыла об этом. Я не могла об этом забыть.

— Да, я готова, Арло. Я готова, правда готова, — говорю я так уверенно, как только могу.

Я даже протягиваю руку, чтобы взять его за руку, прежде чем потащить его вниз, и он осторожно ложится сверху, издавая губами удушающий звук. Его бедра доходят до моих коленей, поэтому ему приходится немного приподняться, чтобы упереться членом в мой живот. У меня перехватывает дыхание, когда я чувствую его длину.

— Я буду двигаться медленно, — напоминает он, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в щеку, затем в шею, а потом в губы.

Я сжимаю его лицо в своих руках, чтобы продлить поцелуй, когда чувствую, как он сдвигается, и ощущаю, как что-то огромное тычется в мой клитор, а затем скользит вверх и вниз по моим губам. Я не могу удержаться от вздоха, и он хихикает своим хрипловатым голосом.

— Пожалуйста, Арло, — хнычу я, перебирая руки на его плечи, чтобы прижаться к нему. Он поднимает руку, чтобы плюнуть в нее, а затем перемещает ее туда, где наши тела почти соединились, и я слышу звук, как он обхватывает рукой свой член. Я вздрагиваю, когда чувствую, как его пальцы прижимаются к моей киске, и дрожу.

— Ты была такой мокрой и тугой для меня раньше, я не могу дождаться, когда ты обхватишь мой член, bebita.

Его слова звучат в моем мозгу, когда я чувствую, как его кончик прижимается к моему входу.

Я делаю глубокий вдох и пытаюсь расслабиться, когда он входит в меня. Мои ногти впиваются в его плечи, и он шипит, но не останавливает меня.

— Такая хорошая для меня, — хвалит он. — Ты так хорошо меня принимаешь. Посмотри на себя, ты так хорошо принимаешь мой член.

От того, как его слова эхом разносятся по комнате, мне становится легче, и я расслабляю мышцы, когда он проталкивается в меня еще сильнее. Кажется, что он разрывает меня на две части, но я начинаю ощущать прилив удовольствия, которое вскоре сменяется болью. Я знала, что это произойдет независимо от размера следующего партнера, с которым я буду.

Я рада, что это будет с Арло, который входит в меня медленно, дюйм за дюймом. Мы оба продолжаем двигаться в таком темпе, пока он не наклоняется, чтобы поцеловать меня, и я случайно прикусываю его губу, когда он продвигается еще дальше.

— Прости, — шепчу я. Он качает головой.

— Никогда не извиняйся. Если это слишком, дай мне знать.

Моя киска работает сама по себе, сжимаясь вокруг него, и он рычит. С моих губ срывается стон, и он подносит большой палец к моему клитору и медленно растирает его круговыми движениями.

— Мне нужно, чтобы ты расслабилась, bebita. Это поможет мне войти до конца, хорошо?

Я киваю, закрывая глаза и пытаясь успокоиться. Когда он полностью вошел в меня, он тоже делает паузу, чтобы отдышаться. Мои ноги уже начинают болеть от того, что они длительное время находятся на его талии.

И это не единственное, что болит. Его член проникает в меня так глубоко, что, клянусь, до самого живота. Его грудь вздымается, когда он продолжает выравнивать дыхание, и я наклоняюсь, чтобы поцеловать его в висок, прежде чем он вздрогнет.

— Дай мне отдышаться, хорошо? Такая чертовски хорошая для меня. Так хорошо, так хорошо. Mi preciosa, Girasol63. — Испанская похвала срывается с его губ, пока я не останавливаю его поцелуем, а затем хихиканьем.

— Не торопись, Арло.

Он слегка приподнимает голову, чтобы посмотреть на меня. В этот момент он наконец начинает двигать бедрами назад, чтобы вытащить как можно больше, прежде чем хлопнуть бедрами вперед, и с моих губ срывается крик.

— Ах! Арло, так чертовски...

— Да, детка? Тебе нравится как мой член заполняет тебя?

Он снова продолжает вытягиваться, а затем врезается в меня, и мое тело поднимается по кровати. Изголовье кровати тоже ударяется о стену, и звук наполняет комнату.

Сердце стучит в груди, как барабан, и я удивляюсь, что до сих пор не потеряла сознание. Я обхватываю ногами его талию и сцепляю лодыжки вместе. Это заставляет его быть ближе ко мне и толкает его член глубже в меня, задевая мою точку G. Это так приятно, но и так больно.

И тут что-то происходит. То, что я никогда не могла предусмотреть.

Ничто не могло подготовить меня к тому, что мой мир рухнет в считанные секунды. Как будто мой мир остановился, а комната погрузилась во тьму. Но это не просто мой разум играет со мной, комната мгновенно наполняется темнотой.

— Черт!

Бедра Арло впиваются в меня еще раз, прежде чем он прекращает все движения. Но мой разум уже устремляется в темные дали, и я едва успеваю заметить, как он бормочет, что лампочка в светильнике перегорела.

Нет, я не понимаю этих слов, пока не становится слишком поздно. В голове шумит, и вдруг я снова оказываюсь в том проклятом студенческом доме, где не могу пошевелиться. Мои конечности парализованы, вокруг темно, но я знаю, кто лежит на мне.

Нейтан.

Нет, нет, нет, нет, нет.

— Все хорошо, — мягко говорит Арло, но слова проходят через одно ухо и вылетают через другое. Он кажется мне далеким воспоминанием.

Я не могу сосредоточиться на нем. На нем.

Я закрываю глаза и подношу руки к лицу, делая глубокий вдох, когда понимаю, что мои конечности работают. Я даже ущипнула себя за щеку.

Но почему я все еще чувствую на себе его руки? Руки Нейтана путешествуют по моим ногам, и я вздрагиваю, желая, чтобы все прекратилось.

Желчь подступает к горлу, и я сглатываю, чтобы сдержать ее.

— Отстань от меня, — кричу я. — Отстань от меня, отстань от меня. ОТСТАНЬ ОТ МЕНЯ! — кричу я, отмахиваясь от Нейтана и желая Богу, чтобы на этот раз он наконец-то усвоил урок.

Потому что именно это и происходит, верно? Я нашла дорогу к нему домой, а он снова напоил меня. И он наконец-то закончил то, что начал.

— Что? — раздается голос, но он не похож на голос Нейтана, он приглушен, но мой разум слишком запутан, чтобы понять разницу.

Мои ладони находят грудную клетку, и я сильно надавливаю. Наконец человек выскальзывает из моей хватки, и я делаю большой глоток воздуха.

Темнота окружает меня, и я не могу найти опору. Мои ладони раскинуты, я мечусь в воздухе, пытаясь найти хоть что-нибудь, за что можно ухватиться.

— Милая, что случилось? — продолжает звать меня голос.

— Отпусти меня, отпусти меня, — хнычу я,

слезы уже текут по моему лицу.

В этот момент я слышу шаги по матрасу.

Наконец свет над головой включается, и потолочная лампа заливает комнату ярким светом, а я задыхаюсь, оглядывая комнату и чувствуя себя так, словно меня вывели из транса. Ужасного, чертового кошмарного транса.

Я хватаюсь за простыни, отрываю их от матраса и дергаю вверх, чтобы прикрыть свое тело.

Мои конечности работают.

Мои слова не звучат невнятно.

— Клементина?

Голос Арло доносится до меня, и я поворачиваю шею к входу в комнату, где он стоит голый, держа руку на выключателе. Его лицо напряжено, и я разражаюсь рыданиями.

— Мне очень жаль.

Грудь болит от рыданий, но я не могу остановиться.

— Что? Не извиняйся, — говорит он, направляясь ко мне. Я сажусь на кровати повыше, пока моя спина не упирается в изголовье. Он садится на кровать и тянется ко мне, но я на мгновение вздрагиваю, и его рука повисает в воздухе. Его лицо наполняется болью.

Нет, нет, нет. Черт, этого не должно было случиться.

— Этого не должно было случиться, — повторяю я вслух. Я вытираю глаза, но слезы продолжают идти. От переживаний у меня в горле завязывается комок, и я фыркаю. Я чувствую себя глупо.

— Прости, что все испортила, — дрожащим голосом произношу я.

— Клементина, qué pasó? Dime64, — говорит он со своего места. Я вижу, что он хочет утешить меня, но язык моего тела не позволяет ему этого сделать.

Я воздвигаю стену и ненавижу это. Я ненавижу Нейтана и ненавижу то, что я впала в такое состояние.

— Я не знаю, что случилось, — шепчу я. Я опускаю взгляд на матрас, и Арло делает несколько громких вдохов.

— Я тоже не знаю... Я сделал тебе больно? Тебя напугала лампа? Поговори со мной, пожалуйста.

Я поднимаю на него затуманенные глаза и тут вижу его. Я больше не вижу Нейтана. Я не чувствую длинных, холодных пальцев Нейтана на своих. Я больше не чувствую удушья, продолжая смотреть на Арло.

— Я должна тебе кое-что сказать, — наконец выдыхаю я, понимая, что время пришло.

Я должна сказать ему. В конце концов, я должна была. Я думала, что у меня есть еще время, но, конечно, Нейтан нашел способ разрушить все даже на расстоянии. Он забрал у меня все, и вот он здесь, все еще забирает. Я измучена. Может быть, наконец-то рассказ кому-то, кроме моего психотерапевта, мамы и Деклана, поможет.

Он продолжает смотреть на меня страдальческим взглядом, от которого на глаза наворачиваются слезы. Он снова тянется ко мне, и я позволяю ему, подушечка его большого пальца ловит слезу.

— Dime, por favor. Estoy aquí, Girasol 65. Я не собираюсь никуда уходить.

Я делаю глубокий вдох, готовая все рассказать.