В плену тирана

Глава 120

Камиль

Не хотелось портить выходные, но Николь не упустила возможности вынести конкретно мозги.

— Мы ещё не поженились, а ты уже всё запрещаешь. Я не записывалась добровольно в рабство! — намеревалась затеять ссору.

— Мне что запереть тебя в доме? Ники, врачи сказали избегать лишнего волнения. В конце концов у нас скоро родится первенец. Останешься дома и точка! Всё хватит жужжать над ухом, надо ещё проверить договор, отец попросил. И Вани не мешало бы няньку найти!

— То есть, по-твоему, уже не справлюсь с материнскими обязанностями. Такая немощная девушка?

— Боже мой, Дроздова. Я просто хочу, чтобы ты избегала всяких нагрузок. Неужели сложно понять? Как что, сразу разводить истерики, — от греха подальше скрылся в спортзале. Нет, мы реально будем ссориться всю жизнь? Тогда никакого терпения не хватит.

— Кам, чего завёлся? Да отпусти ты её на этот бабский пикник! Им же нужно лишний раз посплетничать!

— И ты туда же? Остап, лучше займись отбором новых учеников, и распечатай документы с правилами, от Фила не дождёшься! — имел в виду говнюка, с которым мы сдружились при загадочных обстоятельствах.

— Всё, я переезжаю к Ираклию! Он не такой отмороженный на всю голову! — объявилась засранка в спортзале, нет реально сейчас получит по заднице.

— Так пойду-ка я от греха подальше. Да, ребят, с вами не соскучишься, главное дом не спалите, — оставил нас наедине, мы уже на протяжении часа не придём к соглашению.

— Значит, одна кикимора напрашивается получить по упругой попке!

— Я не стану заниматься с тобой сексом! Не приближайся!

— Что испугалась, чувырла?

— Мы кажется, говорили, чтобы ты больше не при каких обстоятельствах, не оскорблял меня, Бойцов! — отходит назад, едва не спотыкаясь.

— А как ещё с тобой разговаривать? Не нарывайся Николь, глава в этой семье именно я, и для наших детей расшибусь в лепешку! — только успел возразить, эта нахалка воспользовалась баллончиком зелёной краски. Распылила её в лицо, превратив меня за считанные секунды в Шрека.

— Получай, скотина, у нас равноправие. И я поеду с девочками на пикник, ты мне не указ! — довольна своим поступком.

Нужно разобраться с выскочкой. Схватил её за капюшон и потащил за собой в ванную. Брыкалась по дороге, но куда ей справиться с моими сильными руками.

— Только попробуй это сделать. Извращенец, — возмущается, когда снимаю с неё всю одежду и словно пушинку заношу в душевую кабинку. Осталось вернуться на кухню за сливками, повеселимся с засранкой.

— Камиль, что задумал? — испугалась, когда я полностью разделся и взял с собой знакомый баллончик с её ванильным угощением.

— Собираюсь наказать одно пугало с серыми глазами. Она должна понять, что муж всегда прав! — распылил содержимое на левый сосок, и нежно облизал языком. Моя девочка перестала сопротивляться и лишь нежно застонала.

— Прекрати!

— Зачем? Ты ещё не кончила, — теперь выдавил содержимое на живот, и стал поедать десерт с большим аппетитом.

— Камиль, твой отец собирался заехать с Ваней, а мы тут занимаемся такими мерзкими вещами!

— Заглохни, и получай наслаждение! И так будет всякий раз, Ники, если решишься пойти против моей воли. Люблю тебя детка и нашего будущего сыночка, — плавно спускаюсь и добираюсь до киски, которая слаще всех сливок, и не перестаю дарит нежность своей девочке.

— Боже. Как приятно. Ещё! — вошла во вкус и стала просить добавки, кто бы сомневался. Расставил широко ноги, и вошёл в неё двумя пальцами. В сочетании с языком это было высшая степень удовольствия. — Да!

Чуть не охрипла от стонов, но я не собирался прерываться. С этой девушкой теряю над собой контроль, она моя вселенная. На время отдалился, чтобы взглянуть в пьяные от кайфа глаза. Они словно призывали снова наказать колдунью, и не выпускать отсюда никогда. Снова языком ласкаю клитор, и слышу её вздохи, самому не мешало бы кончить, но сейчас в приоритете моя Ники.

— Возьми меня! Прошу! — не соображала, что несёт. Спешу напомнить одну важную деталь.

— Нельзя. Врач запретил, во избежание выкидыша. Очень сложная беременность. Любовь моя, я обещаю ты будешь на седьмом небе от счастья, — жаркие губы целуют её лобок и впиваются в совершенный бугорок. Стоит едва дотронуться его языком и она сорвет голос от блаженства.

— О да! Кайф! Мамочки! — чуть не скатилась вниз, но устояла на ногах.

— Ах ты подлец! Взял меня силой? — начинает снова качать права и толкает к стене.

— Не драматизируй, Ники. Всего лишь куни. Хочешь ещё? Могу снова полизать!

— Разбежался! Думаешь выиграл? — встаёт на колени и обхватывает руками мой член. Нежно ласкает головку языком, заставляя сердце колотится быстрее.

— Эй полегче, кто разрешал?

— Заткнись Бойцов, дай пососать сладкий леденец! — заглотнула его в рот, будто слишком проголодалась.

— Да вот так! Малышка! — чувствую, как по всему телу разливается наслаждение. И в этот самый неподходящий момент, открылась входная дверь.

— Николь, Камиль вы куда подевались? Мы с Ваней были на новой детской площадке! — голос отца шокирует нас до невозможности.

— Нам нужно спуститься вниз. Дроздова, отлипни от него. Оглохла? — пытаюсь её прервать, но она лишь ускорилась, и я с трудом сдерживался от стонов. — Сучка, как его сосешь. Быстрее!

Услышал шаги на лестнице, чёрт возьми у нас распахнута дверь. Так заигрались, что напрочь позабыли её закрыть.

— Детка, глубже. Сейчас накормлю тебя спермой! Моя малышка! Ты лучше всех.

— Вы что в прятки играете? Совсем никакой дисциплины! — голос отца слишком близко, но эта настырная девчонка, вряд ли послушается.

— Дроздова! Ты хищница! — извергаю сперму в рот, едва справляясь с бешеным ритмом сердца. Нахалка лишь ухмыляется, не теряя азарта в глазах.

— Отпустишь на пикник? Или снова сделать минет?

— Нет, дрянная сучка. Пошевеливайся! Или сама будешь объясняться перед ним. Рот сполосни! — торопил эту заразу, и едва выползли из кабинки и каким-то чудом успели надеть халаты, увидели отца.

— Вы почему не отвечаете? Доведёте старика до инсульта. Чего здесь забыли причём вдвоём? — спросил оглядывая нас с ног до головы.

— Уборкой. Камиль чистил сортир.

— Что? — переглянулся с Николь, сейчас накажу лгунью.

— А я очищала кафельную плитку. Тут такой налёт! — врала и не краснела. Только моего отца вряд ли проведёшь.

— Да, а лица чего такие счастливые? Сношались что ли?

— Папа! — сделал ему замечание, любитель задавать свои каверзные вопросы.

— Называю всё своими именами. Я по молодости тоже шалил.

— Ираклий Иванович, мы правда занимались уборкой! — стояла на свой позиции.

— Верю. Ладно, голубки мне с вами некогда лясы точить. Нужно торопиться на свидание.

Ванечка смотрит внизу мультики, подгузники ему я уже поменял.

— Ничего себе, и как зовут эту даму сердца? А ну колись? — не упустил возможности задать свой вопрос.

— Ивонн. Она пытается вспомнить свою жизнь, но врачи разводят руками, говорят серьёзная амнезия. Тот Кристоф, оказался террористом взявший её в заложники. Намерено уничтожили воспоминания. Вот на такую подлость способны люди, — исчезла улыбка с его лица.

— Да уж с вами у неё есть желание видеться, а я как кость в горле. Ненавижу! — дала о себе знать моя любимая.

— Николь, она старается, но сейчас словно дыра в голове. Думаешь, не понимает, как была неправа? Дай время, не руби с плеча! — старался отец её успокоить, но кажется не смог достучаться.

— Пойду лучше Ванечку покормлю, — одарила холодным взглядом и спустилась вниз.

Пришлось отпустить злодейку, всегда добивается своего. Но видимо не зря остерегался, ведь случилась беда. Самая настоящая трагедия. Почему не запер её на сто замков, а послушал идиотку. И сейчас всё валится из рук, ведь полчаса назад мне позвонили и сообщили про страшную аварию на трассе.

То чувство, когда разрушаются мосты. И пропадает надежда на счастье. И кажется всё вокруг таким серым и блеклым. Заставляя тебя, ощущать бесполезной вещью в этой жизни.

На руках неспокойный Ванька, и я направляясь на то самое шоссе… Глотаю слезы и только ради него держусь. Мы приехали на место, напоминающее ад… Кругом столько пострадавших, они все в крови, и шанс выжить сводится к нулю… Громкие стоны от боли, разрывают ушные перепонки, больше всего осуждаю себя, за то что её отпустил… Боюсь в этой куче раненых найти свою девочку. Я отец, должен быть сильным, но как держаться черт возьми, если мы с Николь одно целое. Ведь ругались накануне поездки, отговаривал, но она не послушала и решила отправиться на пикник. Асфальт окрашенный в яркий алый цвет, в считанные минуты смешивается с холодными каплями дождя, пытаясь смыть все кровавые пятна. Главное дождаться полицейского, который как раз устремился ко мне.

— Где моя девушка? Она была вместе с Ирэн и Сарой! Не удалось их найти среди пострадавших!

— Секунду, проверю списки… Мы работаем уже с самого утра, здесь было сорок трупов. Казалось демоны специально восстали на дороге, чтобы забрать жизни этих невинных людей. Фамилия?

— Дроздова!

— Николь? Так ищем в списке живых, это не займёт много времени.

— Нашли?

— Спокойно юноша, наберитесь терпения, — взглянул он на первый лист, потом на второй, а дальше открыл другую папку, и когда отыскал нужную фамилию, погрустнел.

— Мне очень жаль…

— Хотите сказать, что она умерла? Я сейчас вам шею сверну.

— Разве это от меня зависит? Соблюдайте правила приличия. У нас между прочим тяжёлая работенка, — поспешил разузнать у остальных. Долго же эта гадкая морда прохлаждалась, а когда вернулась, доложила.

— Бандиты, которые напали на автобус, застрелили девушек с подругами и выбросили с обрыва! Так доложил, один из свидетелей. Ничем не могу вам помочь!

— Тварь! Я дерьмо вас заставлю жрать! Иуда! — хотел избить полицейского, но вспомнил о ребёнке, которого нужно отдать Филу, а дальше устрою здесь разборки. Но лишь собрался подойти к иномарке, меня окликнула женщина, которая была похожа на гадалку.

— Он лжёт… Их похитили и на данный момент она жива. Торопись! Если любишь, спасешь!