В плену тирана

Глава 56

Камиль

Заперли в тусклом сером помещении. Отец часто рассказывал про подвал, в котором отбывали наказание худшие ученики. Преимущество этого места было лишь в наличии холодильника, скромной кухни, ванной комнаты и увы одного старого дивана, с выпирающими пружинами. Даже не представляю, как мы будем делить одно ложе вместе. Чувствую, не сдержусь и накажу подлую дрянь за все страдания, которые вынес.

— Откройте! Я не виновата. Просто тихо мирно обедала, а этот конченый пьяница стал приставать! — стучала кулаками по двери Николь, нарываясь получить по заднице.

— Пищалку под названием рот закрыла, а не то говно жрать заставлю. Идиотка! — немного протрезвел, знала бы, что бухаю, из-за неразделенной любви, так и недолго печень уничтожить в хлам. Но сердце уже всё истекает кровью, без одной сероглазой заразы.

— Раздавай приказания своим шлюхам. А я не собираюсь и минуты оставаться с уродом! Выпустите меня! Требую справедливости, — вопила, как наивная дура, надрывая при этом голос. До чего же убогое создание эта шавка. Чем она может цеплять? Как-то раз взял фотографию и долго всматривался в черты лица, пытаясь понять, за что так сильно в неё втрескался. В голове родились такие эротические фантазии, от которых мой член затвердел.

— Не нарывайся, облезлая крыса! — уже не знал, как задеть её, лишь бы вывести из себя. Наши оскорбления в адрес друг друга классно заводят. Её бы драть в постели, отпуская только иногда пожрать.

— Вы меня слышите? Требую переговоров! — мельком посмотрела на моё лицо, и я обомлел. В гневе она такая красивая девушка, чёрт возьми. Я желаю её каждой клеточкой своей души и если понадобится, отдам свою жизнь, лишь бы была счастлива. Именно сейчас понял, что прирос к ней слишком сильно. Даже дышать не могу. О какой мести может идти речь, уже давно простил. И несмотря на то, что Ивонн убила Селесту, понимаю, как помешался на Николь. Эти серые глаза, похожие на тучи, нежная фарфоровая кожа, и губы с ароматом персикового варенья. Неделю назад взял карандаш в руки и стал писать стихи. Она не представляет, что творит с моим сердцем, которое пылает от любви.

— Перестань так смотреть. Глаза сломаешь! — сделала мне замечание, ведь я буквально пожирал взглядом предмет своего обожания.

— Это запрещено?

— Слушай, просто отвяжись, Камиль. Хотя нет. Подожди. Давай поговорим! Лучше момента просто не найти, — перестала мучить дверь, и приблизилась ко мне. И теперь соблазнительные глаза дымчатого оттенка, побуждали изнасиловать за одержимость, которую ощущаю в её присутствии.

— Смелее если не нагадишь в штаны, кикимора!

— За что ты меня ненавидишь? Не надо касаться внешности, к черту лицо и фигура. Чем перешла тебе дорогу? — злится, а потом со всей силы толкает в грудь, она совсем ошалела. Я, итак, с трудом себя контролирую, сейчас доведёт.

— Чего раскудахталась, уродливое быдло? Так и стал прям откровенничать. Просто тошнит от голоса, манер. Ой, посмотрите у меня в руках проволока, я тупая фехтовальщица. И все дела, — устроился на стул, лишь бы отвести взгляд от лица, которое было настолько прекрасно, что захватывало дух. Как можно было так втрескаться, чёрт влюблённый придурок.

— Пьяница конченный! Лучше бы ты умер и не мучил остальных! — уже второй раз произнесла фразу, которая больнее острого ножа. Прочитала мысли, довольно часто задумываюсь о смерти, а что замечательное решение избавиться от проблем. Оставила в гордом одиночестве, правильно пусть катится, а не то схлопочет по башке, коза деловая. Стал медленно расхаживать по холодному полу, здесь всего лишь одна подушка и одеяло, а эта зараза мёрзнет от холода. Как что, сразу нос и пальцы превращаются в ледяные.

Да сколько можно принимать душ. Паршивая крыса, так и хочется обмотать вокруг шеи ремень и задушить, чтобы избавиться от постоянных мыслей. Вчера мне снилось, как мы занимались сексом на столе в кабинете отца, а потом ещё в спортзале. Точно колдунья, и никакая девица, не способна утолить этот животный голод. Ещё лох задерживается, просил же еду ещё час назад притащить. Ну надо же постучались в дверь. Клянусь, я сейчас рыло начищу Остапу за такое опоздание.

— Вот, как просил, — оглянулся назад, и убедился, что за ним нет хвоста. Роюсь в пакете, и обнаружил лишь две бутылки пива, вместо пяти.

— Тебе живот вспороть, упырь? Я чай буду пить 48 часов? Мало того блевотная уродина маячит перед глазами. Так ещё никакого бухла! — припер его к стенке, взяв за грудки.

— Там главный вход перекрыт, Кам. Устроили осмотр во всём лагере. Завтра с пацанами, выберемся в город и докупим, а эту старую выдру угостим молоком со снотворным. Кам, да отвечаю, зуб даю, зато еду принёс, всё по списку, — указал пальцем на пакет, и я достал оттуда любимое печенье макарон. Заставлю её стриптиз танцевать за него. Попляшешь стерва от души, а то выделывается в последнее время.

— Ладно, катись отсюда!

С предвкушением дожидаюсь шалашовки, как же мы любим плескаться под тёплой водичкой. А может составить компанию? Раздеваюсь до гола и медленным шагом направляюсь к двери, где доносится нудное пение. Сейчас доиграешься… Отворил дверь и уставился на идеал женской красоты. Стройные бедра, в сочетании с тонкой талией, очаровывали с каждым мгновением. Она легонько задрала ногу и нанесла гель для душа, принимаясь массировать кожу. Такая заманчивая поза, ещё пару минут такого разглядывания, я кончу. Может стоит обратиться к психиатру, чтобы избавиться от назойливого влечения. Но своим криком отрезвила мои пошлые мысли и закричала на всю ванную, при этом скрывая ладонями грудь.

— Как тебе не стыдно! Убирайся прочь! Я буду звать на помощь! — визжала, как резаная, словно ей угрожает страшная опасность. Пора приструнить гадину. Залез к ней и перехватил руки, а сам уставился на грудь, идеального размера. Эти два нежных бугорка, которые я бы с радостью ласкал не выпуская из своих объятий. — Пожалуйста, не надо! Камиль!