В плену тирана

Глава 18

Николь

Душа разрывалась на куски, а перед глазами образовалась пелена. Пусть это окажется сном, кошмаром, от которого должна проснуться. Я со всех ног рванула в дом, где творилась самая настоящая суета. Мы ведь даже не смогли нормально поговорить, и обсудить все проблемы, как раньше в детстве.

— Девушка, кажется несколько минут назад сообщил, что сюда нельзя! — отвлёкся от беседы с Камилем, и поспешил догнать, но я уже склонилась над мертвым телом отца, только дяди Райна не видела. Его труп, скорее всего, уже вынесли из дома.

— Папочка! Умоляю, открой глаза! Ты ведь не пошёл на этот шаг сам! Я люблю тебя! Не оставляй меня! — подношу холодную руку к губам, в надежде отогреть, но чудес не случается и мертвецы так просто не оживают.

— Уведите её! Кому говорю?

— Да хватит на неё нападать. Где мой отец? Почему вы его прячете? — взял Камиль за грудки инспектора, мы оба были в глубоком шоке, ведь лишились родственников, которые пренебрегая собой, вырастили нас и подарили всю свою любовь.

— Увезли в морг, а этого осматривали врачи. Нам показалось, что он жив. Пройдёмте, нужно обсудить важные вопросы, но девушке лучше дать успокоительного! — был озадачен моей истерикой, не знаю, как сердце не остановилось в тот момент. Знаю, что поток горьких слез не прекращался, ведь такой удар сломит любого.

— Николь, за мной прошла! Николь, мать твою перестала, а то ударю! — пытался Камиль привести в чувства, и как котёнка оттащил от мёртвого тела. Нас завели в кабинет дяди Райна, а потом приступили к обсуждению важных дел.

— Как бы прискорбно это не звучало, но ваши отцы отдали богу душу.

— Обязательно напоминать? На плаксу взгляните, она сейчас коньки отбросит! — дерзит ему Камиль, передавая мне пачку с салфетками. Можно лишь позавидовать его стойкости, точно айсберг, даже не пустил слезу.

— Юноша, я просто констатирую факт, и не стоит дерзить, если намереваетесь построить нормальный диалог. Вам ясно? Пожалуй начну. Райн и Эдгар банкроты, задолжали пятьдесят миллионов. Увы, это имущество вам больше не принадлежит. К тому же клуб фехтования, выставлен на продажу! — зачитал содержимое бумаги, шокируя ещё больше.

— Ты сбрендил? Нанюхался бензина с ацетоном? Что за чушь несёт твой язык? Страхолюдина, не реви, сейчас вырублю с локтя! — пригрозил сосед пребывая в ужасном настроении. Возможно, именно так он выражал свою боль, плакать мужчине не позволительно, а срываться в самый раз.

— Арнелла, поговори с умалишенным! Нервов не хватает, современная молодёжь поражает своей беспардонностью, — позвал женщину в бордовом костюме, которая делала записи в блокноте.

— Войди в их положении, они лишились родителей, к тому же вряд ли в возрасте восемнадцать лет, отдают отчёт своим действиям, — присела за столом, и открыла папку.

— Камиль, наслышана про ваш талант фехтовальщика, не довелось проиграть ни одного турнира за последние два года. А ведь вам известно, что победы покупают по очень хорошему прейскуранту! Ведь так? — задала довольно каверзный вопрос, который не совсем пришёлся ему по вкусу.

— Как это относится к делу? Думаете мы тупые бараны и отдадим всё имущество с потрохами?

— Зря нападаешь, я всего лишь адвокат. Просто пыталась донести информацию. Но поскольку денег у вас нет дело закрыто.

— Постойте! — теперь не выдержала и начала беседу я. — Мой отец не мог так поступить, почему не хотите расследовать это убийство?

— Прыщавая дура, валяй за мной! Нам же несколько минут назад сказали, что мы нищеброды, а у них одни деньги на уме! Твари, я на кол посажу всю вашу кантору, а тем убийцам выколю глаза шпагой! Будет и на нашей улице праздник, — схватил меня за локоть и вывел на улицу, где нам один тип вручил листок — предписание. Наша жизнь разрушена и теперь нет надежды на счастье. Не став терять лишнего времени поспешила собирать вещи, а Камиль всё не собирался отставать.

— Куда лыжню навострила? Стерва, к кому обращаюсь? Пожрать нужно, а то в обморок упадёшь, а то тощая до безобразия, — кричал вслед, но в этот момент совершенно его не слушала. Заперлась на ключ в доме, и снова дала волю слезам. Надо же заняться похоронами, но как это сделать если мы на мели? Рыдаю в темноте и вспоминаю папины добрые слова: «Николь, где твоя пунктуальность? Мама не одобрила бы такое поведение!»

А сейчас я одна и больше никогда его не увижу. Так пусто без того доброго взгляда. За что судьба нас так наказала? Сначала мама, стала жертвой террористов, теперь отец, который лишился жизни из-за бандитов. Боюсь сломаться и не встать. Приняла особо важное решение, самое лучшее лекарство от проблем. Переодеваюсь в спортивный костюм, какая разница в чём умирать? Погладила грустного котёнка и вымолвила напоследок:

— Прости Минушу, найди себе другую хозяйку, а про меня забудь навсегда! — вышла на крыльцо, посмотрев на вечернее небо, уже порядком стемнело, значит можно отправляться в путь. Для полной уверенности надела капюшон на голову и рванула к многоэтажке, в которой довольно часто бывали с одноклассниками. Нажимаю кнопку последнего этажа, осталось совсем немного, только окажусь на балконе. Ноги дрожат, в крови просыпается страшный адреналин, боюсь высоту с самого детства. Но сейчас к чёрту все страхи. Подхожу к перилам и зажмуриваю глаза, главное не сдрейфить. Уже приготовилась перекинуть ногу, раздался смех.

— Кикимора, собралась полетать? Что крылья выросли? Руку дала, пока шею не свернула.

— Камиль, не приближайся, стой где стоишь! — намерено решила сорваться вниз.

— Пакли заправила и пошли домой баиньки! Хватит показывать гонор! — сделал шаг навстречу, намереваясь схватить.

— Я спрыгну!

— Ну тогда, я следом! Давай, соседка! — сел на перила и свесил ноги вниз. Довольно странная реакция.

— То есть как? Ваше величество ненавидит меня! А тут такое самопожертвование, — ворчу и морщу нос от холода, здесь на ужасной высоте стоял невыносимый ветер.

— Ради Эдгара стараюсь, он был хорошим порядочным мужиком. Думаешь одобрил бы поступок дочурки? Не дури, дай руку, мы что-нибудь придумаем. Вместе! Теперь словно два бойца, которые на одной стороне!

— Предлагаешь перемирие? — уже расхотелось совершать настолько низкий поступок, умеет вешать лапшу на уши.

— Временно, овца! Пока хату нам не найду, и на работу не устроюсь. Сыграю роль брата, а то ведь подохнешь от голода!

— Не нужна мне твоя забота! И да куда пропал дядя Филипп? Давай ему позвоним!

— Николь, он подставил наших отцов и свалил с Люсьеном в Австралию. Как видишь в тихом омуте черти водятся. Жри, а то вся синяя. Чего приперлась сюда? — открыл бардачок и достал оттуда пакет с вкуснятиной.

— Хотела спрыгнуть, идиот.

— Дебилка, так проблемы не решаются! Согрелась? Чего опять стучишь зубами? — опустил взгляд на губы, совсем не понимаю его поведения.

— Холодно, немного. Прости, я не хотела убивать Клавдию. Другой фехтовальщик намерено натер рапиру ядом, жаль нет доказательств.

— Уже известно, кто это совершил.

— Чего молчишь? Отвечай!

— Отец, он всегда был против наших отношений, я нашёл запись в блокноте. Странно, да? Должен его ненавидеть, а не получается. Ведь как ни крути, гордился им! — вымолвил он с такой болью, сердце сжималось.