В сантиметре от сердца (СИ)

Глава 22. С поличным

Вадим на несколько минут вышел из кабинета, оставив на столе злосчастную папку с красной меткой.

Мия сидела в кресле у окна, делала вид, что беззаботно листает журнал, но через минуту уже украдкой покосилась на стол.

— Ну вот как тут устоять? Красная метка. Лично. Прямо как «не открывать» на банке с печеньем в детстве…

Она осторожно встала, подошла и быстро раскрыла папку. Глаза пробежались по первым страницам. Там были отчёты, фамилии, фотографии людей. Среди них она сразу узнала одного из тех, кто вчера выходил из внедорожника.

— Ага! Значит, это всё-таки не просто бизнес. Ты скрываешь куда больше, чем хочешь признаться, Сазонов.

— Э-э-э, барышня, — вдруг раздался за спиной голос.

Мия вздрогнула, папка чуть не вывалилась из рук. Она резко обернулась — в дверях стоял Филин, сложив руки на груди и ухмыляясь.

— Ты что тут творишь? — протянул он. — Любопытство до добра не доводит.

— Тсс! — Мия зажала палец к губам и шагнула к нему. — Только не говори Сазонову! Пожалуйста.

Филин приподнял бровь.

— А что мне за это будет?

— Ну давай я больше не буду тебя называть дядей Филином, — выпалила она.

Филин прыснул от смеха.

— Договорились.

И именно в этот момент дверь открылась.

На пороге появился Вадим. Холодный взгляд скользнул сначала на Мию, потом на Филина, потом на раскрытую папку на столе.

Тишина повисла густая, как туман.

Мия застыла, уставившись в пол.

— Всё. Конец. Сейчас выгонит к чёртовой матери.

Филин кашлянул, явно пытаясь отвлечь.

— Эм… мы тут… обсуждали систему безопасности.

Вадим прищурился.

— Правда? С моей личной папкой в руках?

Мия резко вскинула голову, выдавила кривую улыбку:

— Ну… я проверяла, насколько у вас надёжные тайники.

Он долго смотрел на неё, и в этот момент в его взгляде смешались злость и что-то ещё.

— Колесникова, — произнёс он тихо. — Ты переходишь все границы.

Она хотела огрызнуться, но в горле пересохло. И почему-то впервые ей стало не по себе по-настоящему.

Глава 23. Разбор полётов

Вадим захлопнул папку и, глядя на Филина произнёс:

— Выйди.

Филин молча кивнул и исчез за дверью, оставив их вдвоём.

Тишина упала тяжёлым грузом.

Вадим подошёл к столу, медленно провёл ладонью по крышке папки, а потом поднял глаза на Мию.

— Я терпел твои шуточки. Я терпел твои выходки. Но сегодня… — он сделал шаг к ней, — сегодня ты перешла последнюю черту.

Мия, прижав руки за спину, старалась держать взгляд наглым.

— А что, если я просто хотела знать правду? Или у вас есть секреты, которые я как охранник не должна знать?

Он резко оказался рядом. Так близко, что она почувствовала тепло его тела и запах дорогого парфюма.

— Ты работаешь на меня, Колесникова. Ты должна защищать, а не копаться в моих делах.

— А как я могу защищать, если вы всё от меня скрываете? — выстрелила она. — Я что, собачка на поводке?

Его глаза сверкнули.

— Ты слишком много позволяешь себе.

Она не отступила.

— А вы слишком боитесь признать, что вам нужна помощь. Что вы не всесильный. Что вы такой же человек, как все.

Тишина снова. Глаза в глаза. Дыхание сбилось у обоих.

Вадим неожиданно схватил её за плечо, притянул ближе — резким, властным движением. Их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

— Ты доводишь меня, — тихо сказал он.

Мия замерла. Сердце билось так, что она боялась — он услышит.

— Так уволите меня.

Вадим усмехнулся, но не отпустил.

— Вот именно. Давно пора.

Но рука с её плеча не убиралась.

Его взгляд скользнул по её лицу — глаза, губы, снова глаза. На секунду напряжение стало почти невыносимым.

Она первой вырвалась, резко отступив на шаг.

— Делайте что хотите. Но если бы я не сунула нос в эту папку, вы бы и дальше играли в «всё под контролем», пока вам снова не перегородят дорогу.

Он медленно выдохнул, вернув себе холодное выражение.

— Лучше выйди..

Мия развернулась и ушла. Но, выходя, украдкой провела пальцами по плечу — там, где он держал её руку. Кожа всё ещё помнила это прикосновение.

А Вадим остался стоять в кабинете. И впервые за долгое время позволил себе закрыть глаза.

— Чёрт… если я её не уволю, она сведёт меня с ума.