Взрослые сказки для "плохих" девочек

Глава 16

Морозко

В один день почувствовал, что Ульяна сильно нервничает. Через какое-то время, она меня стала призвать, но так как был день и не зима, то я не мог прийти на зов. Она призвала ларец. Отправил ей подарков. Но она не прекратила призыв. От этого меня ломало. Крутило. Я понимал, что моей девочке плохо. Что-то между нами рвалось и образовывалось снова. Я метался, не знал, что делать. Побежал к Ядвиге. Но ее не оказалось дома. Или…

— Ну, и что ты все крушишь! Банки оставь! Сам себе хуже сделаешь! Там же снадобья, — явилась хозяйка избушки сразу, как я стал хозяйничать у нее и хвататься за инвентарь и склянки.

— Иди к Ульяне, — скомандовал я.

— И не подумаю, — насупилась Яга.

— Иди, я сказал! — заорал, что есть мочи, — ей плохо.

— А мне какое дело? Это твоя девушка и твой ребенок. Мне какой интерес?

— Что ты хочешь? — в отчаянье спросил, готовый на все.

— А что мне может быть нужно? Я могу колдовать, могу быть где захочу. Чем ты можешь меня удивить? — соблазнительно проворковала Ядвига, и с каждым словом на ней становилось все меньше одежды, — но… — оставшись почти голой, провела она пальцем по заострившимся под тонким кружевом ареолам, — я тоже женщина. Истосковавшаяся по хорошему любовнику. Ты удовлетворишь мою жажду, я — твою просьбу. Дашь на дашь! Я тебе не посыльная. Я баба Яга. Аль забыл?

— Я не могу Ядвига! Не могу, пойми ты, у меня Ульяна есть! — стал объяснять заведенной женщине.

— Нет, так нет. Тогда проваливай! Не пойду к твоей гордячке. Раньше надо было думать. И переноситься с тобой, когда звал! А теперь пусть сама расхлебывает.

— Но ей плохо! — возопил я.

— И мне! Ты знаешь, как плохо ебут лешие и домовые? С тобой разве сравнить? Чем плоха я? — Ядвига изогнулась в призывной позе.

Сказать честно, женщина она была красивая, аппетитная. Раньше, стоило ей оголиться, даже не прибегая к своим уловкам и позам, и мой корень силы уже был готов ко всему. А теперь, стоял, оценивал ее красоту, прелести. Да вот только сердце за Ульяну болело. И никакие мысли по поводу Ядвиги не рождались, и корень силы был в покое. Бросил напоследок взгляд обвиняющий и перенесся в свой терем. Надо было думать, как девочке моей помочь. Да что сделаешь? Если есть свои правила и запреты.

Глава 17

Ульяна

Все закрутилось вокруг приставучего ювелира. Родители как-то про него прознали и давай меня с ним сводить. А душа рвалась к Морозко. Было больно. И так грустно. Что в один из дней завыла белугой. И давай его призывать. Как говорила Ядвига. И если в феврале это работало, то уже сейчас нет. Маялась я, маялась. А легче не становилось. И в таком состоянии все доводы разума глушились тупой и пронизывающей все части тела болью от сердца. А может это не оно, а душа стонала.

И прям в это самое время опять объявился ювелир, и звонит, и звонит. Я не отвечаю, а он не понимает. Все что хотела от него, я получила. Камни продала. А вот замуж с одолжением я не хотела. По любви мне надо было. Да вот, любовь-то у меня какая-то не взаправдашняя. Но даже так, за ювелира не хотела я выходить. Как не причитали родители. Как не уговаривали. Вгорячах написала смс: «Я не хочу от тебя ничего, не милостивого одолжения, ни отношений, ни свадьбы, ничего! Успокойся, найди себе другую. Без ребенка и с характером покладистым.». Звонки прекратились. Правда и ответного смс не последовало. Но оно мне было не нужно. Я ждала ночи. Морозко. Я была уверена, что он придет. И он меня не подвел.

— Ждешь? Что случилось у вас? — ласково произнес мужчина, стоило закрыть глаза.

— Жду. Соскучилась! — прогнусавила в ответ.

— И все? — удивился он.

— А еще замуж не хочу за другого. И вообще… Не хочу быть одна. Мне по утрам плохо, вечерами сил нет. Постоянно плакать хочется и прибить кого-то. А еще мне жалко всех и ем как не в себя.

— Я читал, для вас это нормально. Потерпи немного. Не успеешь оглянуться, зима придет. Я заберу вас.

— Ты шутишь? — возмутилась я, — весна только пришла. А ты зима! — слезы сами покатились из глаз, — я все испортила.

— Нет, ты все это создала. Нас с тобой, дочку нашу. Все будет хорошо. МЫ справимся. Потому что… — замялся гость.

— Потому что ты волшебник? — продолжила я.

— Нет, потому что любим друг друга! — проговорил Морозко.

А меня как током прошибло. Я сама себе признаться боялась. Вообще в любовь не верила. В секс, в выгоду, в престиж, в нужные связи. А вот в любовь нет. А тут…

— А ты уверен, что это любовь? — переспросила Морозко.

— Конечно! А что же еще? — ласково отозвался он.

В эту ночь у нас ничего не было. Он нежно гладил меня и нашего ребенка в моем животе, а я сладко-сладко спала.