Антрацит

Глава 8

Прежде чем отправиться в путь, принимаю таблетку от головной боли и перекусываю сэндвичами, вкус которых оказывается совсем не впечатляющим. Но за весь чертов день, наполненный опасностями, погонями и даже перестрелкой я ни разу не вспоминала о еде, поэтому для того, чтобы утихомирить сжимающийся желудок, сойдет и такая.

Телом овладевает приятная сытость. Мышцы устало подрагивают, будто я провела по меньшей мере двухчасовую тренировку в спортзале. Глаза слипаются от усталости.

Место водителя благоразумно занимает Холден, который принимает решение сменить меня всего после одного проницательного взгляда. Помня о том, что ему неслабо досталось в драке, изо всех сил держу веки открытыми. И мне это удается по крайней мере до тех пор, пока мы не проезжаем насквозь застывший в сонной тишине Ченсверт и не сворачиваем на трассу I-30.

Далее в сознании наступает темнота.

В себя прихожу от громкого голоса Холдена, призывающего проснуться. Первым делом взгляд цепляется за часы, показывающие почти четыре утра. Пары часов отдыха явно было недостаточно.

– В чем дело? – спрашиваю хрипло и озираюсь по сторонам. – Где это мы?

«Вранглер» замер на подъезде к перекрестку перед длинной вереницей машин. Не нравится мне все это. Откуда здесь пробка?

Плечи покрываются мурашками при одном только воспоминании о том, что произошло в прошлый раз, когда мы оказались в подобном положении. Стоит ли упоминать, что повторения не хочется?

– За этим перекрестком съезд на шоссе L-17, – мрачно сообщает Холден. – Но, похоже, там кордон. Несколько машин уже развернули.

– Черт… – бормочу негромко, пытаясь заставить мозг окончательно проснуться и придумать, как не последовать их примеру.

Даже представлять не хочу, что нас может ждать при очередном объезде.

– Попробуй позвонить брату, – предлагает Холден.

Коротко взглянув на него, киваю. Это может сработать.

Беру телефон из подстаканника, мельком отметив, что не мешало бы зарядить батарею. Пока роюсь в бардачке в поисках подходящего кабеля, который, надеюсь, Макс догадался положить туда вместе с телефоном, мимо проезжают сразу две машины. Их тоже развернули.

Настроение снижается еще больше. К счастью, зарядка обнаруживается ровно там, где я ее искала. Подключаю к телефону, попутно набирая номер брата.

Ставлю на громкую. Гудки тянутся бесконечно, но ответа нет. Машины впереди ползут еле-еле, а после уезжают восвояси, потому что люди, перекрывшие дорогу, не пропускают никого. В очереди за нами пристраивается несколько автомобилей, в зеркало заднего вида замечаю, как их покидают сразу несколько человек, направляющихся вперед.

Мои притихшие спутники не спят, озираясь по сторонам. Тайлер с любопытством прилипает к окну, будто существует хоть один шанс с его ракурса рассмотреть происходящее на перекрестке. Но хотя бы стекло благоразумно не опускает.

Бесконечное количество раз набираю Макса. Результат нулевой, отчего я начинаю выходить из себя.

– Возьми чертову трубку! – шиплю себе под нос.

В этот момент раздается легкий стук в водительское окно. Кейт издает удивленный писк, награждаю ее убийственным взглядом. Сколько можно, в конце концов?

Холден опускает стекло, за которым оказывается мужчина лет сорока.

– Не знаете, в чем дело? – не здороваясь, спрашивает он.

– Нет, – спокойно отвечает Холден. – Похоже, проезд закрыт для всех.

Мужчина недовольно кривится.

– Схожу, узнаю.

Он отходит к следующей машине, а Холден предлагает:

– Может, и мне сходить? Захвачу удостоверение, с ним шансов больше, если кордон установили военные.

– Нет, – возражаю я, почти отшвыривая бесполезный телефон обратно в подстаканник. – Подъедем, тогда и поговорим. Я тоже захвачу документы. Раз Макс не отвечает, попробую сама пробиться за счет фамилии.

– А тебе уже приходилось так делать? – любопытствует Тайлер, просунувшись в пространство между сиденьями.

– Нет, – говорю я, но после скептического поднятия бровей исправляюсь, – пару раз.

Тайлер ухмыляется, не сдержавшись, следую его примеру. Заметив на себе внимание Кейт, без особого успеха пытающейся скрыть презрение, становлюсь серьезной и тут же отворачиваюсь.

Может, и правда выкинуть ее нахрен из машины?

Та часть меня, которая воспитывалась мамой, оказывается против.

Оставшийся отрезок пути длиной не больше пары сотен метров преодолеваем за рекордные полчаса. Когда последняя машина перед нами с заносом уносится прочь, занимаем ее место.

– Оставайтесь внутри, – распоряжается Холден, на миг оглянувшись, и выходит, прихватив удостоверение.

Убираю пистолет в бардачок, хватаю свои документы и спешу за ним. На меня приказ Крейга вряд ли распространяется.

Вся площадь шестиполосной дороги оказывается перекрыта несколькими военными «Хамви», рядом с ними с двух сторон выстроились вооруженные люди, которые не позволяют проехать не только отсюда на ту сторону, но и наоборот.

Быстрым шагом приближаюсь к уже разговаривающему с двумя военными с автоматами Холдену. Судя по их суровым лицам, выражающим усталость и легкую отстраненность, они не расположены к задушевным беседам даже с одним из них.

– Вам придется отправиться в объезд, капитан Крейг, – с нажимом произносит один из парней, по виду лет двадцати пяти.

– Никаких исключений, – добавляет его старший коллега.

Холден поворачивается ко мне, многозначительно приподнимая брови.

Натягиваю на лицо доброжелательную улыбку, надеясь на то, что она не выглядит насквозь фальшивой, потому как настроения любезничать у меня нет.

– Привет, – произношу дружелюбно и сую под нос ближайшему военному водительские права. – Меня зовут Ника. Я – дочь Дэвида Томфорда, владельца «NovaLife». Мы с капитаном Крейгом и нашими спутниками спешим в Карстон, где нас ждет…

– Вам придется поехать в объезд, – перебивает старший военный, мягко отодвигая мою руку с документами. – Мне очень жаль, но мы не можем вас пропустить, мисс Томфорд.

– Послушайте, офицер…

Он качает головой, заставляя меня замолчать, и выразительно смотрит мне за спину.

– Я бы рад сделать для вас исключение, но в таком случае нам не избежать недовольства со стороны других водителей. Проблемы нам не нужны.

Запрокидываю голову и с шумом выдыхаю в воздух. Я все понимаю – эти люди выполняют свою работу. Сейчас мне жаль зря потраченного времени. Небо на западе начинает сереть, предвещая скорый рассвет.

– Ладно, – сдаюсь покорно, потому как обратного не остается. Не таранить же кордон. «Вранглер» хоть и крепкий, с «Хамви» ему не тягаться. – Вы можете хотя бы подсказать, по какой дороге нам лучше отправиться, чтобы максимально сократить путь?

Военный размышляет несколько долгих секунд, после чего кивает и подзывает стоящего позади сержанта. Отходим к машине. Холден достает карту, а я ручку из бардачка. Несколько минут спустя мы уже разворачиваемся и отправляемся на поиски обходных путей до нужного L-17, до которого оставалось всего несколько сотен метров.

– А если срезать через поле? – предлагает Тайлер.

– Уверен, военные это учли, – возражает Холден. – Если попадемся, церемониться с нами не станут. Благоразумнее объехать.

Тайлер недовольно вздыхает, и я делаю то же секунду спустя. Проверяю телефон, но попыток дозвониться до брата не предпринимаю. Смысл? Чем он сейчас поможет?

Солнце все выше поднимается над горизонтом, окончательно передавая права утру. Проезжаем еще два мелких поселения, где все также не работает интернет и нет понимания о том, что творится за пределами их границ. Нам везет встретить по пути заправку, заливаем бак до полного, вновь меняемся с Холденом. Он берет с меня обещание разбудить его при малейшем намеке на опасность и отрубается, чуть откинув спинку сиденья. Троица, расположившаяся сзади, давно сдалась в лапы сна, как попало раскинувшись друг на друге и на дверцах.

Еду максимально медленно, чтобы успеть затормозить, если утомление возьмет свое. Голова вновь начинает болеть, как и уставший зевать рот, но таблетки находятся вне зоны досягаемости, поэтому приходится терпеть. То и дело сверяясь с картой, чтобы не пропустить нужный съезд, указанный военным, продолжаю пробираться по проселочным дорогам в сторону L-17. Движение для столь малонаселенных мест весьма оживленное, но нет ни намека на панику, отчего начинает казаться, что произошедшее мне только привиделось.

В какой-то момент усталый мозг наполняется уверенностью в том, что военным удалось взять ситуацию под контроль и уничтожить угрозу, отчего наше бегство кажется чем-то глупым и неразумным.

«Что я здесь делаю?» – то и дело мелькает в мыслях.

Но все сомнения как ветром сдувает, когда в поле видимости появляется указатель с названием нужного шоссе. До него остается чуть больше двадцати километров, а на дороге уже появляются признаки того, что ничего еще не кончилось.

Вереницы брошенных машин, некоторые из которых столкнулись. Стекла и разбитый пластик. Кое-где следы крови.

Дышать вновь становится трудно. То и дело сглатываю вязкую слюну, комом застревающую в горле.

Бросаю взгляд на часы. Холден спит слишком мало, да и признаков присутствия патов, как назвал зараженных Макс, вроде бы нет, поэтому я решаю пока его не будить.

Максимально сбрасываю скорость, оглядывая разруху. Людей нет. Ни живых, ни мертвых. Понятия не имею, хороший ли это знак.

Осторожно преодолеваю отрезок пути, объезжая брошенные машины и валяющийся мусор, и наконец сворачиваю на шоссе, ведущее прямиком в Карстон. Сверившись с картой, отмечаю, что выехала ровно в том месте, на которое указывал военный. Если ехать напрямую, никуда не сворачивая, по пути не будет никаких поселений, поэтому шанс наткнуться на опасность максимально низок. В теории.

Когда в поле зрения возникает указатель с долгожданной надписью «Карстон – 350», время переваливает за полдень. С облегчением выдыхаю и непроизвольно прибавляю газ, желая поскорее добраться до финальной точки. Несмотря на все блуждания и постоянные отклонения от первоначального маршрута, мы должны добраться как раз к вечеру, как и обещал Холден. Надеюсь, Максу удастся отправить за нами вертолет не завтра, а сегодня.

С тревогой кошусь на телефон, все это время так и не подававший признаков жизни. Брат мне не перезвонил, хотя прошло уже предостаточно времени. Стараюсь не думать о том, что что-то могло случиться. Макс в безопасности и, в отличие от нас, ему не нужно пробираться куда-то сквозь кишащие зараженными дороги. Хотя это тоже спорно. Ни по пути, ни навстречу нам не попадается ни одной машины. Обычно оживленное шоссе будто вымерло. Никаких подсказок не нужно, чтобы понять – это плохо.

– Ника? – хрипло окликает Холден.

Вздрагиваю от неожиданности. Я настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что пропустила момент его пробуждения.

– Выспался?

– Сойдет, – отмахивается он. Быстро смотрит на часы, затем в окно. – Где мы?

– На L-17. До Карстона чуть больше трехсот километров.

Холден кивает, подхватывает с пола бутылку и делает пару внушительных глотков воды, после чего растирает лицо ладонями.

– Почему не разбудила раньше? – строго спрашивает он.

Пожимаю плечами.

– Ничего опасного не было. Только с десяток брошенных автомобилей.

– Тебе нужно отдохнуть, – тем же тоном произносит он.

У меня даже сил нет на возражения и споры, как и на то, чтобы указать ему – разговаривать со мной как с Тайлером не стоит.

Плавно сбрасываю скорость и останавливаюсь прямо посреди дороги.

– Меняемся, – заявляю уверенно.

Холден первым покидает салон. Выбираюсь из-за руля, потирая затекшую поясницу и наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, разминая шею. Сейчас бы массаж, а потом в душ и под одеяло на мягкий матрас. Мечтать мне об этом минимум сутки.

Прижимаю к губам тыльную сторону ладони, даже не пытаясь остановить зевок. Пока обхожу капот, едва не столкнувшись с Холденом, замечаю, что остальные тоже начали просыпаться.

Забираюсь на пассажирское, все еще хранящее тепло Холдена. Чуть сильнее опускаю спинку, наплевав на то, что сидящей за ней Линди может быть неудобно. Переживет. Закрываю глаза и еще до того, как внедорожник трогается с места, проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь на удивление отдохнувшей, но с протестующей перед движениями каждой затекшей мышцей. Девушки сидят молча, Тайлер что-то активно щебечет, получая односложные ответы от Холдена. Но ему, по всей видимости, этого достаточно. Насколько позволяет ограниченное пространство, разминаю шею, спину и ноги.

– Сколько до Карстона? – спрашиваю, промочив горло водой из бутылки, оставленной Холденом под сиденьем.

Желудок сжимается, намекая на то, что двух глотков недостаточно.

– Километров тридцать, – сообщает Холден, окинув меня быстрым взглядом. – Недавно проехали последний указатель.

– Хорошо, – отзываюсь я, приглаживая растрепавшиеся с одной стороны волосы, темной копной лезущие в лицо. Между делом интересуюсь, делая акцент на последнем слове: – Видели… кого-нибудь?

– Да, – мгновенно отвечает Тайлер, опережая Холдена. Выравниваю спинку сиденья и оборачиваюсь к нему, пока он продолжает тараторить: – На съезде в Нилсворт самое настоящее месиво. Перевернутые военные внедорожники, гора трупов – полный фарш! И психованные. Целая толпа патов, покрытых с головы до ног кровью. Они вообще бешеные. Бежали за нами километра три до поворота на какую-то деревушку.

Кошусь на побледневших Кейт и Линди. Удивлена, как не проснулась от обычных завываний первой. Тайлер продолжает увлеченно трещать, не замечая реакции девушек. Я обеспокоенно смотрю на Холдена. Он мрачно кивает, подтверждая слова племянника.

Зараза распространяется слишком быстро и без какого-либо контроля. Судя по всему, предпринятых военными мер более чем недостаточно.

Невидяще смотрю сквозь лобовое, но заставляю себя сфокусировать зрение, когда Холден начинает притормаживать. Замечаю множество автомобилей в спешке покидающих нужный нам город во всех направлениях. В груди собирается тяжесть, а на языке – горечь.

Все это может означать только одно. Пока мы блуждали, стремясь в безопасный Карстон, патоген оказался быстрее.

Руки покрываются крупными мурашками от осознания безысходности сложившегося положения.

Мы не успели.