Вероника
– Штаны лопнули, а он по попе? – с округлившимися от удивления глазами переспрашивает Надежда.
Обречённо киваю головой. Давно я не чувствовала себя настолько униженной.
– Придурок… У него жена, а он себе такое позволяет. Мерзавцем был мерзавцем и остался.
– Да, подруга, не повезло тебе, – Надя качает головой из стороны в сторону. – А что вообще в нашем захолустье забыл твой бывший? Он же столичный. Что ему у себя-то не сидится?
– Не знаю, Надь, не знаю… Но самое ужасное, что теперь я работаю на него…
– Всё-таки согласилась, молодец. В здравом уме отказываться от такой зарплаты – преступление, – перебивает меня на полуслове, не дав закончить фразу до конца.
– Дай же сказать, Надь… Я работаю на него бесплатно, – проговариваю с такой интонацией, словно озвучиваю сама себе смертный приговор.
– Бесплатно?! – едва ли не вскрикивает подруга. – За какие это такие заслуги ты ему так обязана? Или это он что, тебя на счётчик поставил за всё то время, что вы вместе прожить успели?
Отрицательно мотаю головой.
– Ты не дослушала, Надь. Я же когда камень кинула, стекло лобовое разбилось. А оно два миллиона стоит. Два!
– А оно у него что, из цельного алмаза сделано, что ли? – присвистнув, произносит подруга.
– Из алмаза или нет, но либо я работаю на бывшего, либо влезаю в долги и расплачиваюсь за это проклятое стекло следующие лет так двадцать пять.
– М-да, не самое удачное собеседование, нечего сказать… Выходит, ближайшие двадцать пять лет мне от тебя новый брючный костюм не ждать… – на выдохе произносит девушка и добавляет: – Ну, может, оно и к лучшему, Ник.
– К какому ещё лучшему? – вытягиваю бровь в вопросительном жесте.
– Ну как. Федотов увидит Стёпку, у него сыграют отцовские чувства, и к себе он вас заберёт.
– Что ты, нет! И думать забудь! Нам не нужен такой папаша. Человеку, предавшему меня, не место рядом ни со мной, ни с моим сыном, – отзываюсь я и в категорическом жесте мотаю головой из стороны в сторону.
– Ну тоже верно. Бог знает, что ему в голову ударить может.
– Вот-вот. От таких, как Федотов, надо держаться подальше. Я ему никогда не расскажу о сыне!
– А в этом я тебе уже не помощник, каждый сам в праве ковать свою судьбу, – Надя пожимает плечами.
– Надь, ты мне лучше скажи, сможешь завтра посидеть со Стёпкой? Я бы няню вызвала, но ты сама знаешь…
– Ой, Ничка, брось сентиментальности! В первый раз что ли? Вчера сидела, сегодня сижу и завтра сидеть буду. Не переживай, – успокаивает меня подруга.
– Тебе правда не трудно? Стёпка наверняка же отвлекает тебя от работы.
– Ой, после нескольких лет работы проводником мне в этой жизни ничего уже не трудно, – в очередной раз шутит и широко улыбается. – Я на компьютере работаю, а Стёпка рядышком смирненько сидит. Всё нормально, не переживай.
Уже год, как Надежда уволилась из проводниц и сейчас работает из дома. Работает она всё так же на железную дорогу, но теперь только из дома и на компьютере – дистанционно.
– Спасибо тебе, Надь. Если бы не ты, я бы давно с ума сошла, – искренне благодарю подругу и приобнимаю её.
– Да брось ты, Ничка. Сейчас ты на бывшего работаешь, сойти с ума ещё будет возможность. И даже не одна, – отшучивается подруга.
***
Утро следующего дня
Бизнес-центр «Анапа-Сити»
– По второму разу Герман Александрович собеседования не проводит. Если вас вчера выгнали, имейте совесть не отнимать лишнее время у руководителя, – недовольно произносит размалёванная секретарша и закатывает глаза.
– Простите, но вы не правы! – нахожу в себе силы ответить хамоватой секретарши. – Собеседование прошло удачно, и генеральный утвердил мою кандидатуру на должность штатного переводчика, – произношу, высоко подняв подбородок.
– А я ничего не говорил про должность штатного переводчика, – со спины раздаётся пробирающий до костей голос Германа.
От неожиданности я едва ли не подпрыгиваю на месте.
Медленно разворачиваюсь и встречаюсь с ехидным взглядом Федотова, всё это время стоявшего за моей спиной.
– Вы, Вероника Владиславовна, назначены на должность моего личного помощника, – ухмыляясь, произносит мужчина.
– Она? Личный помощник? – секретарша соскакивает со своего стула и недовольно играет желваками. – Я полгода горбачусь ради этой должности, а берут её? Лохушку с улицы?
– Любочка, – Герман смотрит на неё как на дуру и осуждающе качает головой из стороны в сторону. – Ты секретарша или кто?
Та неуверенно утвердительно качает головой. От пронзительного взгляда босса вся её борзота куда-то мгновенно испаряется.
– А у секретарши две функции. Быть красивой и приносить мне кофе. С этими функциями ты более-менее справляешься, но что-то большее, прости, тебе не по силам, – оскорблённая Любочка ещё что-то хотела возразить боссу, но тот её мигом затыкает жестом.
– А теперь вернёмся к тебе, личная помощница. Рабочее место будет в том углу, – тыкает пальцем в на пустой стол напротив секретарши и продолжает издевательски говорить: – Я не изверг, чтобы удерживать тебя насильно. Если что-то не нравится, прошу на выход, и встретимся в суде.
– Нравится, – одними лишь губами произношу я и скорее отвожу взгляд в сторону.
– Вот и умница. За мной! – командным голосом произносит Герман и широким шагом направляется в свой кабинет.
Стараясь избегать недовольного взгляда секретарши, шагаю следом за ненавистным боссом.
Герман заводит меня в свой кабинет, закрывает за нами дверь на замок, а ключ прячет в свой нагрудный карман.
– Я очень рад, что ты решила не доводить дело до суда, а приняла моё предложение, – ехидно произносит мужчина и, пробежав по мне оценивающим взглядом, хищно облизывается.
– А разве был выбор? – обречённо произношу я и скорее отвожу взгляд в сторону.
Долг в два миллиона мне не покрыть… Я, конечно же, могла бы снять все до последней копейки с накопительного счёта сыночка, но в таком случае я бы оставила Стёпку без возможности получить хорошее образование… На такое я пойти не могу. Сын не должен отвечать за поступки матери.
– Не было, – басовитый голос Федотова выводит меня из собственных мыслей. – Помнишь, я говорил, что у моей секретарши две функции?
– Быть красивой и носить кофе, – цитирую его недавнюю фразу.
– Верно, – широко улыбается. – Так вот у тебя функций аж целых три функции.
Молча смотрю вопросительным взглядом на босса.
– Помимо кофе и приятного внешнего вида, моя личная помощница обязана удовлетворять все мои прихоти, – прикусив губу, Герман делает несколько шагов в мою сторону.
От его настолько близкого присутствия становится откровенно не по себе. Тело пробивает озноб, а желваки непринуждённо сами собой начинают исполнять нервный танец.
Невольно делаю глубокий вдох, и знакомый аромат женских духов, который я ощущала от Германа два года назад, ударяет мне в ноздри.
– Вероника Владиславовна, вы уже целых пять минут на должности и уже не справляетесь со своими обязанностями, – произносит он и сокращает расстояние до минимального.
Ритмично содрогаясь, я ощущаю на своём лице присутствие его мятного дыхания…
Громко сглотнув, я бросаюсь назад и встречаюсь с закрытой на замок тяжёлой дубовой дверью.
Герман, словно обезумевший хищник, настигает меня.
– Что ты делаешь?! – пытаюсь кричать, но мой голос меня предательски не слушается…
Герман резко разворачивает меня к себе, и в следующее мгновение я ощущаю, как его губы прикасаются ко мне…