Анджела Дрейк Будь рядом

Глава 1

Когда Изабелла возвращалась домой, уже стемнело, и окна ее квартиры в цокольном этаже дома на одной из живописных викторианских площадей Северного Лондона отражали бледный серебристый свет молодого месяца. Она спустилась вниз по каменным ступенькам, ведущим к входной двери.

Изабелла повернула ключ и не спеша, толкнув дверь коленом, вошла с портативным компьютером в руках в прихожую. Как обычно, несколько конвертов валялось на сине-оранжевом мозаичном кафеле маленькой прихожей. Изабелла посмотрела на них, и сердце ее учащенно забилось. Она искала взглядом большой коричневый конверт с черной каймой.

«Пусть его сегодня не будет, — про себя взмолилась она. — Только не сегодня. Я слишком устала и не в силах справиться с новой проблемой». Увидев, что все конверты маленькие и белые, она вздохнула с облегчением.

Изабелла, мысленно поблагодарив Бога, решительно захлопнула за собой дверь и, не снимая пальто, прошлась по квартире, зажгла лампы и задернула шторы.

Тут кто-то постучал сверху. Три удара, тишина, потом еще три удара. Изабелла улыбнулась. Это стучала ее соседка сверху, Флоренс Проктор. Она подолгу прислушивалась, не вернулась ли Изабелла, сгорая от нетерпения перекинуться хоть парой слов с человеческим существом.

— Уже иду! — крикнула Изабелла, подняв голову к потолку. Она вышла из передней двери и проверила, щелкнул ли замок. Флоренс ждала у двери своей квартиры, занимавшей половину первого этажа высокого, выстроенного террасами дома, в котором они с Изабеллой снимали жилье.

— Заходи, заходи, дорогая! Я так рада тебя видеть!

— С тобой все в порядке, Флоренс? — спросила Изабелла, заметив напряженное лицо пожилой женщины. Флоренс никогда не говорила о своем возрасте, но Изабелла догадывалась, что ей далеко за семьдесят. В этот вечер ее лоб бороздили глубокие складки, а от глаз разбегались тревожные морщинки.

— Да-да, разумеется, — весело ответила Фло. — Я просто подумала, что ты не откажешься выпить рюмочку хереса, перед тем как заняться приготовлением ужина.

— Только маленькую рюмочку, — улыбнулась Изабелла, у которой сладкий липкий херес Флоренс вызывал не больше аппетита, чем жидкая патока.

Фло налила темно-коричневый напиток в хрустальные рюмки.

— За твое здоровье, дорогая, — сказала она, делая первый глоток. — Трудный был день?

— Можно сказать и так! — усмехнулась Изабелла, вспомнив поспешные переезды с одной встречи на другую, конфиденциальные переговоры с инвестиционными компаниями, попытки успокоить встревоженных клиентов.

— Ты слишком много работаешь, — с материнской заботой в голосе сказала Флоренс. — И такая худенькая.

Изабелла слабо улыбнулась. Она вспомнила, что, когда переехала в свою квартиру и отделала ее в стиле, навеянном Японией, без каких-либо излишеств, Флоренс смотрела на нее с подозрением. Высокая стройная девушка из Эдинбурга с аристократическим шотландским акцентом, занимающая высокооплачиваемую должность советника по финансам, и без всяких намеков на мужа!

Изабелла как-то зашла к ней познакомиться, и постепенно Фло оттаяла. Хотя Изабелла одевалась у известных модельеров и пользовалась самыми последними новинками парфюмерии, но всегда находила время, чтобы помочь Фло сменить перегоревшую лампочку или, когда боль в пораженном артритом колене мешала ей, сходить в магазин.

— А как ты провела день, Фло? — мягко спросила Изабелла. — У тебя усталый вид.

Фло, допив свою рюмку хереса, осторожно поставила ее на стол и сцепила пальцы. Изабелла заметила, что они дрожат.

— Они опять барабанили в мою дверь… Эти дети из двадцать девятого дома, что через дорогу.

— О Господи! Когда это случилось?

— Сегодня после обеда. Они пришли часа в четыре, стали грохотать почтовым ящиком и колотить в дверь ногами. — Она закусила губу, и в ее глазах заблестели слезы. — Потом еще раз, примерно полчаса назад.

Изабелла взяла руку Фло в свои ладони.

— И что ты сделала?

— Я просила их уйти. Я не открыла дверь. Не посмела, даже через цепочку. Теперь так часто показывают всякие ужасные вещи по телевизору… Как избивают стариков и…

— Фло, дорогая, — начала Изабелла, — я уверена, что этим детям просто скучно, вот они и досаждают соседям. На самом деле они не опасны.

— О, не знаю, — ответила Фло. — Иногда мне кажется, что я начинаю верить в зло. Никогда раньше не верила, думала, что люди по природе своей порядочные и добрые. Но если бы ты только слышала, что они кричали. Какие выражения! Я краснею, стоит мне только вспомнить.

Изабелла могла себе представить. Она почувствовала злость и обиду за Фло.

— Может, мне пойти и поговорить с их родителями, рассказать им, что происходит?

— Ох, нет! — воскликнула Фло. — Не делай этого, Изабелла. Эти молодчики меня и так ненавидят, а тут и вовсе возьмутся за меня по-настоящему.

— За что им тебя ненавидеть, Фло?

— За то, что я старая, слабая и нетвердо держусь на ногах, вот за что! На помойку! — Фло сердито смотрела на Изабеллу, словно та задала очень глупый вопрос.

— Вот что я тебе скажу, Фло, — вдруг заявила Изабелла. — Я в выходные прослежу за этими детьми, и если поймаю их за хулиганскими выходками у твоей двери, я их так напугаю, что они дорогу сюда забудут.

Фло смотрела на нее с благодарностью, но и весьма скептично. Потом сжала руку Изабеллы.

— Если бы только у меня была такая дочь, как ты! — сказала она.

На несколько минут воцарилось дружелюбное молчание.

— Ох, — с виноватым видом воскликнула Фло, — я забыла тебе рассказать, дорогая. Сегодня приезжал один из этих фургонов спецдоставки. Я видела, как человек спускался по твоим ступенькам с небольшим пакетом, но не успела быстро спуститься по лестнице и предложить оставить пакет у меня. Полагаю, они завтра опять приедут. Ты чего-то ждешь? Чего-нибудь приятного?

Сердце Изабеллы глухо стукнуло. Пакет? Она не ждала никаких почтовых посылок. Что бы это могло быть? Только бы не продолжение истории с ненавистными коричневыми конвертами с черной каемкой и пугающим содержимым.

— Может быть, сюрприз от молодого человека? — лукаво предположила Фло. Она с надеждой смотрела на молодую женщину, сидящую против нее, любуясь копной ее блестящих рыжевато-каштановых волос, серьезными карими глазами и гладкой молочно-белой кожей. Изабелле давно пора завести себе хорошего постоянного спутника, который бы любил ее и заботился о ней.

Изабелла отрицательно покачала головой. Несколько месяцев назад она дала очередному кандидату от ворот поворот, после того как застукала его в страстных объятиях жены своего коллеги на корпоративной вечеринке. Изабелла не была ханжой, но имела твердые взгляды на верность, и поэтому не особенно переживала.

— Ну, наверное, они завтра опять заедут, — ободряюще сказала Фло.

— Да, — согласилась Изабелла, пытаясь отделаться от тревоги, охватившей ее при мысли о неожиданном пакете.

Ей удалось немного забыться, пока она терпеливо слушала воспоминания о детстве, неизбежно следовавшие за первой рюмкой хереса, выпитой Фло. Но позднее, готовя ужин в крохотной безупречно чистой кухоньке, она поймала себя на том, что все время возвращается к мысли о странном пакете. Кто мог послать ей пакет спецдоставкой? Она ничего не заказывала! Книги по Интернету? Белье из рекламных воскресных приложений? Нет, Она точно ничего не заказывала в течение нескольких последних недель. Так что же могло быть в том пакете? Какая ужасная, таящая угрозу, совершенно ненужная ей вещь?

«Прекрати!» — приказала она себе, пытаясь взять себя в руки. Конечно, если бы не эти семь конвертов с черной каемкой и их пугающее содержимое, она бы не обратила внимания на появление фургона службы доставки у своего порога и приняла бы пакет за приятный сюрприз.

Утром она встала рано и прошлась по ближайшим магазинам. На ужин она пригласила старую школьную подругу с ее новым мужем. Изабелла любила готовить и, вернувшись домой и доставая продукты из пакетов, с удовольствием предвкушала, как позднее будет этим заниматься. Она загрузила холодильник темно-красными помидорами, клубнями фенхеля, молодым салатом-латуком, кусками пармезана и шотландского чеддера, тюбиками соуса и копченым лососем. Положила французские сыры, купленные в ближайшем магазине деликатесов, на простое белое блюдо и убрала его в прохладную кладовку, облицованную камнем.

Накрывая на стол у окна гостиной, она то и дело выглядывала в окно, высматривая соседских детей, которые дразнили Фло, и, разумеется, фургон спецдоставки.

Все было тихо и спокойно. Изабелла на кухне взбивала сливки с яйцом, когда раздался звонок в дверь. Она наспех вытерла руки полотенцем и пошла открывать дверь, ощущая неприятную тревогу.

Стоящий за дверью мужчина нетерпеливо вертел в руках толстую связку ключей от машины.

— Такси! — отрывисто произнес он. Изабелла нахмурилась:

— Простите?

— Такси. Вы заказывали машину на двенадцать дня. Она покачала головой:

— Нет.

— Вы — мисс Брюс? Это Белсбери-роуд, 22?

— Да.

— Ну тогда вы заказывали такси, мисс Брюс. Чтобы ехать на кладбище Хайгейт.

Изабелла с недоумением смотрела на него.

— Кладбище Хайгейт! Зачем мне туда ехать?

— Понятия не имею. Некоторые любят ходить и смотреть на старые памятники. Или назначают там встречу с другом. — Он игриво подмигнул, будто на что-то намекая.

— Но я не собиралась делать ни того, ни другого, — решительно заявила Изабелла. — И я абсолютно уверена, что не заказывала такси, чтобы ехать на кладбище Хайгейт. Я вообще никуда не собираюсь сегодня ехать.

Произнося эти слова, она чувствовала, как покраснели ее щеки.

Мужчина несколько мгновений молча смотрел на нее.

— Понятно. Но если кто-то решил над вами подшутить, нет нужды срывать раздражение на мне. — Он удрученно вздохнул и затопал обратно вверх по лестнице.

Изабелла закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Мурашки пробежали по ее спине. Может, и правда существует человек, который затаил на нее злобу? Неужели тот, кто заказал это такси и посылал ей послания в конвертах с черной каймой, один и тот же человек? Не пора ли обратиться в полицию?

В полицейском участке в миле от дома Изабеллы инспектор Макс Хоторн сидел за компьютером и просматривал длинный список преступников, обвиняемых в преследовании и нанесении тяжких телесных повреждений.

Джек Чини, констебль из его команды, робко приблизился к своему начальнику. Хоторн перешел в полицию Северного Лондона четыре недели назад, но его спокойная манера поведения заставляла всех сотрудников относиться к нему с осторожностью. Инспектор никогда не выходил из себя и даже не повышал голоса, но его внимательные серые глаза, наполовину прикрытые веками, способны были заставлять всех окружающих чувствовать себя так, словно они идут по минному полю с завязанными глазами. У Джека создалось впечатление, что Хоторна не стоит сердить.

Заметив, что Джек стоит у него за спиной, Макс Хоторн повернулся к нему в кресле.

— Есть что-нибудь по результатам опроса жильцов?

— Кое какие обрывки информации, сэр, но ничего стоящего.

Макс Хоторн вздохнул.

— Молодая женщина получает письма с угрозами, потом ее жестоко избивают в соседнем переулке. Никто ничего не знает, и никто ничего не слышал. Что-то не так, тебе не кажется?

Джек не знал, что ответить.

— Есть предположения, Джек? — спросил Макс Хоторн, и сердце Джека сжалось от тревожного предчувствия.

Джек облизнул губы.

— Сэр, я целиком поддерживаю версию о ревнивом дружке. В конце концов, она действительно красивая девушка.

— Женщина, Джек, — спокойно поправил Макс Хоторн. — Мы, профессионалы, называем особ женского пола старше восемнадцати женщинами. Тебе бы не понравилось, если бы тебя называли «мальчик», правда? Сколько тебе лет — двадцать два или двадцать три?

— Двадцать три, сэр.

— Правильно. Ты мужчина, а хорошенькая жертва — женщина. Не забывай.

— Да, сэр.

— И я думаю, что ревнивый дружок — неплохая версия хотя бы для начала, или, может быть, отвергнутый любовник. У нас есть что-нибудь в этом направлении?

— Пока нет, сэр.

— Ну так давай работать над этим. — Он снова повернулся к компьютеру.

Джек топтался на месте, до конца не поняв, позволили ему уйти или нет.

— Сегодня вечером по телевизору будет что-нибудь интересное, Джек? — внезапно спросил инспектор.

Джек вздрогнул. Это вопрос с подвохом?

— Если нет, — продолжил босс, не дожидаясь ответа, — то мы пошлем людей в засаду для начала. Нет ничего приятнее, чем занять людей, которые скучают дома в субботу вечером, правда?

— Да, сэр, — согласился Джек, молясь про себя, чтобы его не лишили выходного. У него назначено свидание с очень темпераментной девушкой, и ему вовсе не хотелось ее упускать. Он затаил дыхание. — Это все, сэр?

— Да. Пока все.

Почувствовав, что босс потерял к нему интерес, Джек поспешно удалился.

Макс Хоторн сидел неподвижно и сосредоточенно смотрел на бесконечный список имен. Молодая женщина лежала в больнице, ее красота была загублена многочисленными ударами какого-то тяжелого тупого предмета. Это был уже второй случай за последние десять дней, когда ни в чем не повинная молодая женщина подверглась бессмысленному насилию. Он откинулся на спинку кресла, глядя на дрожащее экранное изображение, и в его мысли пробрался маленький червячок страха, некое нехорошее предчувствие — следующее нападение закончится смертельным исходом. А потом пришло это ужасное ощущение беспомощности, которое время от времени посещает всех сотрудников полиции. Можно искать не покладая рук, но все это походило на поиск иголки в стогу сена.

Он выключил компьютер и надел куртку. Он знал, что подчиненные считают его слишком резким, категорично отвергающим их несложные версии. Он знал, что должен быть более общительным и иногда выпивать с ними в пабе, участвовать в скабрезных шуточках по поводу побед на сексуальном фронте.

Но сейчас он думал только о том, чтобы найти преступников, защитить невинных беззащитных женщин, маленьких детей. Только так может чувствовать себя мужчина после того, как трагически потерял единственную в жизни женщину, которую любил.

Загрузка...