Кэролин Эндрюс Буйство страсти

Глава первая

Карли даже помыслить не могла, что ей когда-нибудь придется просить мужчину жениться на ней.

Выбравшись из такси, она попала в ледяную, грязную лужу. Недоброе предзнаменование, подумала она, но планов своих менять не стала.

Расправив плечи, Карли Карпентер поправила рюкзачок и уверенно направилась к жилому дому на Манхэттене, где жил Холт Кэссиди. Надо сосредоточиться на том, ради чего она приехала.

— Убедить Холта Кэссиди жениться на мне, произнесла она вслух, словно уговаривая саму себя.

Неужто она и впрямь намерена в семь часов утра подняться к мужчине и предложить ему себя в жены? Неужели она спятила?

Карли охватило беспокойство, и она принялась ходить взад и вперед по тротуару. Почему ей так хочется выйти замуж? Может быть, причина в том, что она провела два скучных года на одном из Молуккских островов, изучая брачные обычаи живущего там племени?

Получив от сестры Дженны письмо с просьбой быть подружкой на ее свадьбе, Карли испытала чувство ревности. И это обстоятельство почему-то потрясло ее.

На углу она резко повернулась и зашагала обратно. Да что же такое творится с нею? Ей едва исполнилось тридцать. Неужто пробили биологические часы?

Вновь подойдя к парадной двери дома, Карли внимательно всмотрелась в свое отражение.


Уже после полуночи Дженна позвала ее к себе в спальню, где и заявила, что не выйдет замуж за Холта Кэссиди, потому что сбежит сегодня ночью с другим — единственной и настоящей своей любовью. Поначалу Карли решила, что она спит и ей снится кошмар.

Да и как тут верить в реальность происходящего, когда ее собственная сестра, сиявшая счастьем, объясняла ей, что в следующую пятницу она, Карли, сама должна стать нареченной Холта Кэссиди, а не всего лишь подружкой невесты.

В конце концов, Дженна взяла с нее клятву не только хранить тайну, но и выполнить ее просьбу.

Карли до сих пор пребывала в шоке. Наверное, она сошла с ума. Иначе как понять, что она все-таки дала обещание сестре и сейчас стоит перед дверью дома мистера Кэссиди? Она собирается занять место сестры! Было от чего похолодеть ногам и онеметь рукам.

Больше всего на свете Карли хотелось убежать домой, забраться под одеяло и забыться сном, пока какая-нибудь добрая душа не вырвет ее из объятий этого кошмара.

Увидев собственное отражение в стеклянной двери, она нерешительно потянулась к ручке. Отчаянное положение требует отчаянных мер.

Рука опустилась. Карли повернулась, вновь пересекла улицу и прошла до угла, откуда открывался вид на Гудзон. Стоял такой плотный туман, что казалось, будто река покрыта саваном. Карли внимательно смотрела на поднимающиеся с поверхности воды густые серые клубы. Вот так же туманно и ее будущее.

После долгих размышлений Карли решила все-таки поступить так, как просила сестра. По крайней мере, это решит все затруднения, которые после бегства Дженны возникнут у всех сторон — у ее семьи и у Холта.

Карли подумала об отце, Калвине Карпентере, который превратил небольшую компанию, занимающуюся продажей листового чая, в корпорацию по производству и распространению здоровой пищи.

Конечно, если б их мама не умерла так рано, то все бы сложилось иначе. Отец не сумел справиться с переполнявшим его горем. Полгода назад ему сделали шунтирование. По настоянию врача отец должен был оставить свою работу.

Чтобы спасти империю Карпентеров, Дженне и пришлось согласиться на брак по расчету с Холтом Кэссиди, которому отец передал управление компанией.

По словам Дженны, прошлое Холта — тайна за семью печатями. Отец как-то случайно упомянул, что Холт в четыре года осиротел и его детство прошло у разных приемных родителей. Дженна рассказала, что мистер Кэссиди год назад пришел к отцу за займом. Калвин Карпентер под впечатлением блестящего бизнес-плана, который представил Холт, сразу же взял его к себе на работу, убив тем самым двух зайцев: заимел талантливого сотрудника и обезопасил себя от грозного конкурента, каким в будущем мог оказаться Холт.

Карли ни на минуту не сомневалась, что мистер Кэссиди непременно сделался бы весьма грозным противником. Впервые увидев его вчера на ужине, она подумала, что этот мужчина нигде не спасует. Она явственно видела в нем образ нового управляющего империи Карпентеров. До сих пор Карли не могла понять одного — почему он произвел на нее такое ошеломляющее впечатление.

Когда их представляли друг другу, Холт пожал ее руку. И в это мгновение ее словно током ударило. Весь вечер она чувствовала на себе его пристальный взгляд. В Холте Кэссиди, несомненно, что-то было.

Дженна говорила о нем, как о холодном и расчетливом дельце. Карли же подозревала, что за внешним спокойствием кроется что угодно, только не равнодушие.

Этнограф по профессии, Карли изучила немало древних культур. Богатое воображение ученого тут же подсказало ей, что такой человек, как Холт Кэссиди, несколько веков назад стал бы могущественным правителем, силой вырвавшим корону из рук противника.

По ее спине пробежала дрожь. Карли плотнее запахнула куртку, обернулась и посмотрела на здание. В примитивных племенах, которые она изучала два последних года, Кэссиди был бы вожаком охотников. Лишь самые красивые женщины смели бы бросать на него свои взоры…

Усилием воли Карли прогнала эти мысли прочь. Ей надо крепить уверенность в собственных силах. Если следовать логике, то у Холта не должно быть возражений против нее в роли невесты. Дженна представила ей соглашение отца с Холтом в мельчайших подробностях. Дело было решенным. В пятницу, после бракосочетания с дочерью Калвина Карпентера, Холт Кэссиди становится новым главой империи и получает в управление пятьдесят один процент акций, принадлежащих семье.

Этот брак принесет выгоду также и компании. Когда Калвин лег на операцию, акции предприятий, входящих в империю Карпентера, резко упали на фондовом рынке. Однако лишь объявили о предстоящей свадьбе, как акции выросли на пять пунктов. Так что у Холта нет оснований отказываться от женитьбы, несмотря на то, что в последнюю минуту поменялась невеста.

Чего она ждет? Ей хочется замуж и сестра толкает в ее объятья готового жениха. Остается только убедить Холта Кэссиди взять ее в супруги. А вдруг ей не удастся? — думала Карли.

Собрав все силы, она пересекла улицу. Каждый шаг давался ей с большим трудом.

Нет, она не должна потерпеть неудачу. Холт Кэссиди не может ответить ей отказом. О нем говорили, что он разумный, целеустремленный человек и хочет определять политику империи Карпентеров в двадцать первом веке. Женившись на ней, Холт преуспеет в своем стремлении. И, разумеется, Карли удастся убедить его предоставить ей свободу.

Карли потянулась к дверной ручке, как вдруг кто-то резко рванул за лямку рюкзачка, и она еле устояла на ногах.

Парню было около семнадцати лет. В его взгляде она увидела жесткость и отчаяние. Ее охватило чувство безысходности.

— У меня в кармане есть деньги. Отпусти рюкзак, и я отдам их тебе, — предложила Карли, когда они принялись тянуть рюкзак в разные стороны.

Парень не проронил ни слова. Карли подумала, не закричать ли ей, однако на улице с тех пор, как она вылезла из такси, не появилось ни одной живой души.

— Послушай, там нет денег. Оставь мне его, и я отдам тебе все, что у меня в кармане. Возможно, долларов пятьдесят. Я даже не сообщу в полицию. — Она попыталась перенести центр тяжести назад, но мокрые туфли скользили по тротуару.

Парень вновь рванул рюкзак на себя, но тут раздался окрик, и он бросился бежать. Карли потеряла равновесие и шлепнулась в грязную лужу.

Рюкзак остался у нее. Переводя дыхание, она встала, ее одежда была насквозь мокрой. Карли увидела мужчину, промчавшегося вдогонку за парнем. Вскоре он, запыхавшись, показался из-за угла. Это был Холт Кэссиди.

— Карли? Что вы тут делаете? — осведомился он, сжимая ее пальцы своей пятерней.

Рука у него оказалась шершавой. Соприкосновение с ней вызвало у Карли такое чувство, будто она притронулась к оголенному проводу. Она испуганно посмотрела ему в глаза — серые, как густые клубы тумана.

Холт не сразу отпустил ее руку. Вчера вечером, когда их представили, они стояли, как и сейчас, пожимая друг другу ладони. Всего лишь мгновение. Но что-то произошло с ним в тот миг. За ужином чувство какого-то беспокойства не давало Холту покоя. И сегодня он проснулся с тревожным предчувствием.

Прежде он не встречался с Карли, но много слышал о ней. Старик постоянно хвастался умом и научными успехами дочери. Его кабинет был уставлен ее фотографиями.

Холт убеждал себя, что его просто потянуло к хорошенькой женщине. Однако Карли не была такой красавицей, как ее сестра Дженна. За ужином он помимо воли то и дело смотрел на нее. Ее белокурые волосы были по-мальчишески подстрижены. Нос слишком короток, а золотистый загар не скрывал веснушек. У него создалось впечатление, будто под ее одеждой одни кожа да кости. Несмотря на это, он испытывал к ней неожиданное и непреодолимое влечение.

Пожалуй, его привлекла энергия и воодушевленность Карли, лишь только речь зашла о ее работе. А когда она вдруг улыбнулась ему, как улыбается сейчас, он понял, что ошибся, считая ее некрасивой.

— Что вы тут делаете, Карли? — снова спросил Холт.

— Защищаю себя.

— Разве вас никто не предостерегал, что нельзя противиться уличному грабителю? — нахмурился Холт.

— Я предложила ему наличные, чтобы он отпустил мой рюкзак. Там у меня хранится втайне от всех немного кофе.

— Кофе? — переспросил Холт.

— Отвратительно, верно? Дочь владельца чайной империи — кофеманка. Вы теперь знаете мой секрет. Вы ведь не сообщите моему папе?

— Уж не желаете ли вы сказать мне, что сопротивлялись уличному бандиту из-за кофе? — Он изумленно смотрел на нее. — Здесь Нью-Йорк, вас могли убить!

— В таком случае благодарю вас за спасение моей жизни. Однако мне не по душе, когда кто-то пытается отнять то, что принадлежит мне. — Вдруг ее пробрала дрожь. — Если я не переоденусь, то умру от воспаления легких. Может быть, вы пригласите меня к себе и спасете мою жизнь вторично?

— С удовольствием, — проговорил Холт, набросив свою куртку на ее плечи.


Приняв горячий душ, Карли вышла из ванной. В дверях гостиной она остановилась, устремив взгляд на стоявшего у окна Холта.

Спортивная одежда облегала его тело, подчеркивая развитые мускулы. Она не могла отвести от него глаз, до боли захотелось притронуться к нему. Прежде ее ни к кому не влекло так сильно…

В детстве Карли подмывало прикоснуться к утюгу, когда тот нагревался. До сих пор она помнит боль от ожога. Судя по всему, полученный урок не пошел ей впрок.

Глубоко вздохнув, она отвела взгляд от Холта и осмотрела его небольшую квартиру.

Холт Кэссиди оказался из тех людей, которые тщательно выбирают обстановку в своем доме. Да, ее отец не ошибся, доверив ему управление семейными предприятиями.

Она взглянула на Холта. Сделать предложение холодному хищнику, каким его описала Дженна, — это одно, а вот как сказать об этом мужчине, которого бросила невеста? Господи, как же он одинок! — поразилась Карли.

Холт повернулся, и глаза их встретились.

— Чем могу служить? — спросил он, размашистым шагом подходя к ней.

— Мне не помешала бы чашечка кофе.

— Но я могу предложить лишь чай.

— Дайте чашку с горячей водой. У меня кофе с собой, не забыли? — улыбаясь, сказала она.

— Как в семье Карпентер вам удалось стать любительницей кофе? — осведомился он.

— Запретный плод всегда сладок. Трудно устоять перед искушением, верно? — Она вновь улыбнулась ему. — Полагаю, что повлиял подростковый протест. Но, по правде говоря, я обожаю этот напиток.

— А как же кофеин? — спросил Холт. — Корпорация вашего отца выпустила несколько памфлетов…

Она прервала его:

— Я их все прочла. В колледже и аспирантуре я выпила столько кофе, что у меня выработался иммунитет. Однако я здесь не для того, чтобы говорить о моем пристрастии к кофеину.

— Я так и полагал, — промолвил мужчина.

— Дело в том, что я пришла к вам с просьбой жениться на мне вместо Дженны.

Мгновение Холт молчал. Он даже не шевельнулся. Его глаза по-прежнему рассматривали ее, проникали до глубины души и при этом были непроницаемы. Карли двинулась с места. Быстро пройдя к стене, она повернула обратно. Он продолжал неподвижно стоять.

Пожав плечами, она произнесла:

— Прежде чем вы ухватитесь за мое предложение, мне, пожалуй, следует кое-что объяснить.

— Да уж проясните.

— Дженна, кажется, в последние месяцы с кем-то встречалась. Нет, она не просто встречалась. Она встретила его и влюбилась, а вчера вечером она сбежала с ним. Простите…

Холт по-прежнему не прерывал молчания.

— У вас есть все основания, чтобы рассердиться. Я… — Карли затихла и с минуту внимательно разглядывала его. Сейчас она больше всего хотела бы узнать, о чем думает Холт. У него был отчужденный вид. Она приблизилась к нему. — Вы, конечно, потрясены, как и я. Дженна сообщила мне об этом прошлым вечером, как только вы покинули наш дом. Ведь должна состояться свадьба, так? И Дженна сказала, что вы, вероятно, не будете против, если невеста поменяется. И я согласилась занять ее место.

Как нелегко, оказывается, дойти до конца.

То, что вчера представлялось вполне разумным, теперь походило на нелепость.

— Я не могу. Думала, что сумею. Я пообещала Дженне, что все улажу. — Карли стремительно пошла к стене и вернулась обратно. — Будь я на вашем месте… — Она посмотрела прямо в глаза Холту, — будь я на вашем месте, я б придушила ее!

Прищурившись, она поглядела на него. Девушка могла поклясться, что его губы дернулись.

— Да вы смеетесь надо мной?..

— Нет, — промолвил Холт. Однако она заметила, как вновь дрогнули уголки его губ.

— Вы смеетесь надо мной! Ну что ж, я рада, что вам весело. Впервые в жизни я делаю предложение.

На сей раз Холт расхохотался, и его звонкий смех прогремел под сводами комнаты.

— Да и мне, по правде, впервые делают предложение.

— Забавно, верно? — выпалила она, и нервное напряжение стало проходить.

— Ну, задушить Дженну — это уж чересчур, — заметил Холт. — Вас бы арестовали за убийство, а я бы остался без запасной невесты.

— Точно, — Карли рассмеялась. Она внимательно взглянула на Холта. Он улыбался, в его глазах зажглись лукавые огоньки. Посмотри она в них еще с минуту, и забыла бы, для чего пришла сюда. — Послушайте, давайте считать это репетицией, а? Я выйду, а когда вернусь, у меня получится лучше.

— Не стоит, — промолвил Холт, с его губ стала сбегать улыбка. Ему с самого начала следовало положить этому конец. Он не мог понять, почему так не поступил и почему не в силах был отвести взор от Карли. — Вы не обязаны жертвовать собой ради сестры.

— Нет, обязана. Дженна мне все объяснила. Я записала. — Схватив рюкзак, Карли вытащила оттуда листки и помахала ими перед Холтом. — Если б я вспомнила о них раньше, вы приняли бы мое предложение руки и сердца. Мне по бумажке легче. — Перебрав листки, она остановилась на одном. — Дженна сказала, что, если свадьбу отменят, стоимость акций компании Карпентера упадет. Она упомянула о предстоящем соглашении с какой-то фармацевтической компанией, которое может и не состояться…

— Что именно сказала она о соглашении?

— Дженна сказала, что несостоявшийся брак, возможно, отразится на будущей прибыли.

— Итак, вы делаете мне предложение, чтобы защитить интересы корпорации вашего отца?

— Не совсем. Я поступаю так ради близких мне людей. Корпорация для них — это жизнь. Дженна всегда хотела в ней работать. Если бы не корпорация, мы бы потеряли отца. Он был в таком отчаянии после смерти мамы! Возможно, я делаю вам предложение, чтобы защитить папину компанию.

Преданность. Холт видел ее в глазах девушки, слышал в ее голосе. Он восхищался этим качеством. На миг он представил рядом с собой верного человека. Брак был единственным условием сделки с Калвином Карпентером. Холт этого не хотел и согласился только под сильным давлением старика. Теперь, когда Дженна сбежала, Калвин не сможет давить на него с оговоренной женитьбой.

— Вам нет необходимости приносить себя в жертву ради компании вашего родителя, — повторил Холт. — Корпорация крепко держится на плаву. С акциями ничего не произойдет. Я поговорю с вашим отцом…

— Нет, — Карли подошла к нему и взяла его руки, — вы не понимаете. Вы не думали над этим всю ночь напролет. Данный брак важен папе. Он только так может быть уверен, что его предприятия не потеряны для семьи. — Договаривая фразу, Карли увидела, как что-то мелькнуло в глазах Холта.

— Ваш отец хочет внуков. Вы никогда не задумывались над этим?

Внуков? На секунду Карли представила, как она и Холт ласкают друг друга. Яркий румянец появился на ее щеках. Облизав губы, она принялась искать нужные слова.

— Разумеется, я думала, — наконец выдавила она и, откашлявшись, продолжила: — У всех цивилизованных народов при женитьбе… ну, брак для того и устраивают. И даже если обзаведение потомством не являлось целью вначале, то оно неизбежно в конце. Обычно…

Она замолкла, когда Холт коснулся ладонью ее щеки.

— Хоть вы впервые делаете предложение, у вас прекрасно получается…

Телефонный звонок не позволил ему договорить.

— Да?.. Нет, не поступайте так. Карли со мной. У меня дома.

Повернувшись к ней, он осведомился:

— Вам известно, с кем сбежала Дженна?

— Нет. Она не сказала мне.

— Звонит ваш отец. Только что он получил записку с требованием выкупа. Дженна похищена.

Загрузка...