Шерил остановилась на опушке леса, скользя взглядом по домикам далеко внизу, которые отсюда казались крошечными. Место, которое всегда было ей домом. Вскоре, это поселение может стать ее королевством, или же, местом, куда она больше никогда не вернется. Все, о чем она когда-то мечтала, рушится на глазах. Точнее сказать, оно разрушилось тогда, когда ее папа ушел из дома. Он обещал вернуться, но прошло уже двадцать четыре года. Ни письма, ни записки, ни намека на его возвращение.
Слеза печали скатилась по щеке девушки.
— Прощай…
Медленно развернувшись, Шерил пошла вслед за тремя мужчинами.
После эксперимента, который мисс Лэнгфорд успешно прошла, она сказала, что они должны идти. Никаких подробностей. Лишь то, что у нее есть загородный дом, о котором никто не знает.
Виктор с недоверием отнесся к ее словам, а вот Генри так мечтал скорее вырваться из этой клетки, что ответил согласием не раздумывая.
Адам же решил, что это еще один способ выбраться к людям. Попробовать дать им понять, что в мире существуют люди, наделенные куда большими способностями и силами. Он верил, что человечество примет оборотней. Как сказала Шерил: «наивная душа».
— Мы точно не заблудимся? — Спросил Адам, озираясь на высокие кроны деревьев.
— Это мой лес, — мысли Шерил были далеко отсюда. — Когда-то я обошла каждый его уголок. Знаю каждое дерево, пень и кочку. Здесь я пряталась от родителей, когда злилась на них. Плакала. Играла с отцом в прятки. В этом лесу прошла большая часть моего детства.
Одинокая слеза вновь скатилась по ее щеке. Тыльной стороной ладони быстро смахнула ее, подняла глаза и встретилась с нежным взглядом Генри.
— Надеюсь, вы правы, — беспокоится Адам.
— Мисс Лэнгфорд хочет сказать, что она хорошо знает этот лес.
— Спасибо, доктор Клэйтон, — Шерил улыбнулась уголками губ.
Виктор очень напряжен. С каждым шагом углубляясь все дальше в лес, ему хочется бежать в противоположную сторону. Только вряд ли получится уйти от оборотня.
Однажды с Джонатаном они затеяли игру в прятки. Было глупо, два взрослых мужчины играют. В один из таких дней, обоняние его друга привело их к трупу. Самый обычный труп вызвал у Виктора невероятное чувство страха. В ту секунду он подумал, что если Джонатан не справится с обращением, то сам Виктор может стать таким же трупом. И когда его найдут, обнаружат на теле многочисленные раны от когтей и зубов. Тогда секретность оборотней вполне может оказаться под угрозой.
За то время, которое Виктор провел за опытами, он много раз порывался рассказать об оборотнях на политическом уровне. У него имелись все доказательства их существования. С трудом перебарывая себя ради друга, доктор оставался на месте и продолжал работать.
Генри держался ближе к Шерил. Он словно чувствовал, что она нуждается в его поддержке, и старался быть рядом.
Мужчина чувствовал на себе ее взгляд. Он был чувственным, любопытным, заинтересованным. Каждое прикосновение ее взгляда отзывалось в Генри теплом и желанием.
Чем все закончится, и что из этого получится? Ответа нет ни у Шерил, ни у Генри. Имеет значение только одно — их непостижимо влечет друг к другу, но торопиться они не желают Им нравится это тихое противостояние, молчание в адрес друг друга. Электрические разряды страсти вокруг.
Шерил была властной и сильной, но рядом с Генри чувствовала себя маленькой и слабой. Она нуждалась в его защите. Полнейший бедлам в ее голове наводил на мысли, что надо жестко разграничить желания головы и сердца.
Только Адам имел безмятежный вид. Он чувствовал себя бойскаутом, которому поручили важное задание. Изначальное беспокойство переросло в интересную игру на выживание. Он еще был полон веры в человечество, в его доброту и понимание. В столь юном возрасте он еще не сталкивался с людьми, которые с легкостью могли вставить нож в спину и разбить его мечты на кусочки. Несмотря на свою волчью сущность, Адам был слишком человечен, скорее всего только потому, что его зверь быстро нашел с ним общий язык.
Они шли уже довольно долго, ночь ожидаемо застала их в пути.
— Нам не стоит останавливаться, — Шерил оглянулась по сторонам.
— Я среди вас все еще человек, а человеку нужен отдых, — Виктор присел на пень, успокаивая свое дыхание. — Я не могу бродить по лесу ночами, я даже ничего не вижу.
Шерил скинула рюкзак.
— Хорошо, переночуем здесь. Только без костра.
Доктор не стал спорить. Разведение костра чревато тем, что их тут же найдут. За тем неминуемая смерть или клетка — варианта только два.
Хвойный лес оказался холодным ночлегом. Виктор замерз так, что зуб на зуб не попадал. Если он переживет эту ночь, это можно будет принять за великое чудо.
Он надел на себя все вещи, что они взяли с собой, и был похож в таком виде на чудовище, встретив которое можно получить сердечный приступ. Или, бессонницу.
Ночь прошла без происшествий. Оборотни не спали — их вторая сущность ночное животное, поэтому они позволили своим волкам выйти прогуляться.
По словам доктора Клэйтона — давать свободу волкам, полезно для закрепления эффекта. Со временем, волк и человек не будут иметь никаких притязаний на обладание телом, они научатся принимать друг друга, действовать, полагаясь на обе части — волчье чутье и человеческий разум.
С рассветом они покинули свой привал, и двинулись в путь. Их дорога оказалась недолгой.
Лес, который казался непроходимой чащей, становился все реже. Выйдя на поляну, они обнаружили небольшой поселок, из нескольких домов.
Обойдя поселок по дуге, Шерил направилась в лиственный лес. Там, неприметный человеческому взгляду стоял домик. Обычный маленький домик. Он был построен совсем недавно, о чем говорил запах дерева и краски.
— Надеюсь, вы мне не откажете побыть для вас гостеприимной хозяйкой в моем скромном жилище, — девушка отворила дверь, приглашая мужчин внутрь.