Дом трех сердец

Глава 34

Дисциплина была моим единственным богом в старой жизни. И теперь, на пороге хаоса, я снова обратилась к ней. Я собрала их всех в центральной гостиной. Не как женщина, нуждающаяся в поддержке, а как командир перед началом операции.

На голографическом столе в центре комнаты висела подробная схема медицинского крыла.

— Операция «Колыбель», — сказала я, и в моём голосе не было и тени иронии. — Цель: успешное и контролируемое появление на свет нового члена семьи. Время «Ч»: неизвестно, готовность круглосуточная. Я хочу провести репетицию.

Они молчали, глядя на меня с предельной серьёзностью.

— Сайяр, — обратилась я к нему. — Ты — главный по медицине. Твоя зона ответственности — я и ребёнок. Прямая связь с Инарой, мониторинг всех жизненных показателей, принятие экстренных медицинских решений. Твоя позиция — у главного медицинского терминала.

Сайяр кивнул.

— Принято.

— Каэль. Ты — начальник службы безопасности и связи. В момент начала операции ты блокируешь все внешние каналы, кроме экстренной линии с клиникой. Полная изоляция. Никаких посетителей, никаких входящих, кроме утверждённых. Твоя позиция — у главного пульта безопасности дома. Ты — наш внешний щит.

Каэль скрестил руки на груди.

— Понял. Ни одна мышь не проскочит.

— Рауф. Ты — командир по атмосфере. Твоя задача — поддерживать заданные параметры среды. Свет, температура, влажность, звуковой фон. Ты отсекаешь любые внешние раздражители. Если я скажу «тишина», я хочу слышать только своё дыхание. Если я скажу «музыка», я хочу слышать только ту мелодию, которую ты знаешь. Твоя позиция — у центрального пульта управления домом. Ты — наш внутренний кокон.

Рауф едва заметно улыбнулся.

— Среда будет идеальной.

Я перевела дыхание.

— Это план «А». Теперь план «Б». Экстренная эвакуация в клинику. Если Сайяр или Инара дают команду — никаких вопросов. Каэль, ты готовишь транспорт. Рауф, ты обеспечиваешь «зелёный коридор» до посадочной платформы — лифты, двери, всё должно работать бесперебойно. Сайяр, у тебя наготове мобильный реанимационный комплект. Время на полную готовность к эвакуации — три минуты.

Мы проговорили всё до мелочей. Потом мы перешли к плану «С» — полная потеря связи и отказ систем дома. Я настояла на этом. Солдат во мне не мог иначе. Мы определили местоположение аналоговых аптечек, ручных фонарей и аварийных запасов воды.

После нашей «репетиции» я почувствовала, как огромный пласт страха просто откололся и упал в пропасть. Неизвестность была нанесена на карту. Хаос был структурирован. У каждого была своя роль, своя задача. Я не была беспомощной пациенткой, которую везут на операцию. Я была командиром, который доверяет своей команде. И эта уверенность росла с каждым часом. Я знала, что могу полностью отпустить контроль над внешним миром и сосредоточиться на главной задаче, потому что каждый из них держал свой сектор обороны.

Маленький срыв случился через два дня. Вечером, разбирая вещи, которые прислала Лейла, я снова взяла в руки крошечный плед. Он был таким маленьким, таким беззащитным. И в этот момент на меня обрушилось осознание. Я готовилась к родам, как к бою. Я расписывала планы и протоколы. Но я совершенно не думала о том, что будет *после*. Что я буду делать с этим крошечным, живым существом, для которого нет инструкций.

Паника была тихой, холодной и абсолютно парализующей. Я просто сидела на полу в спальне, держа в руках плед, и не могла пошевелиться.

Первым меня нашёл Каэль. Он вошёл в комнату, увидел меня и замер. Он не бросился ко мне. Он медленно подошёл и сел на пол напротив, не нарушая моего пространства.

— Что? — спросил он тихо.

— Я не знаю, как, — прошептала я, глядя на плед. — Я знаю, как разобрать и собрать бластер с закрытыми глазами. Я знаю, как выжить в ледяной пустыне. Я знаю, как командовать батальоном. Но я не знаю, как держать его. Как его успокоить, если он будет плакать. Что, если я… сломаю его? Что, если я не смогу?

Я ожидала, что он скажет что-то вроде «ты сильная, ты справишься». Но Каэль не умел лгать и не любил пустых слов.

Он протянул свою огромную ладонь и накрыл мою руку, сжимавшую плед.

— Я тоже не знаю, Алина, — сказал он честно и просто. — Понятия не имею. Я знаю, как убивать. Я не знаю, как растить. Когда я смотрю на эти вещи, мне так же страшно, как тебе.

Его признание было как глоток воды в пустыне. Он не пытался меня успокоить. Он просто встал рядом со мной в моём страхе.

— Но я знаю одно, — продолжил он, глядя мне в глаза. — Ты не будешь одна. Мы будем учиться вместе. Я, ты, Рауф, Сайяр. Мы будем делать ошибки. Мы будем не спать ночами. Мы будем в панике искать ответы в инфосети. И мы справимся. Потому что мы — команда. Твоя команда.

Этот честный разговор починил всё. Он не прогнал страх, но он дал ему имя и разделил его на четверых. Я больше не была одиноким солдатом перед лицом неизвестной миссии. Я была частью отряда. Самого лучшего отряда в моей жизни.

Я сжала его руку в ответ и смогла, наконец, снова вздохнуть полной грудью.