Друг моего сына. Мой сладкий грех

ПРОЛОГ

— Ева, мы тебе подарок приготовили! — Ритка хватает меня за плечи.

В зале, где мы отмечаем мою днюху, приглушается свет. Из динамиков льется музычка, подходящая для интима.

Настроение просто отвратительное.

Еще долбит и накрывает после развода. А еще, я сделала одну глупость с горя…

— Ну, девчонки… — протестую.

Черт, я просто хотела напиться, поехать домой и поплакать под Меладзе.

Поздно…

Включается машина, раскидывающая разноцветные световые пятнышки по стенам, и в зале появляется он.

Заказали мне стриптизера.

Подходит ко мне уверенной походкой.

Из одежды на нем черные штаны, которые держатся очень низко и на честном слове, и… Шлем. Ага, черный мотоциклетный шлем, сверкающий граненой поверхностью и полностью скрывающий лицо парня.

Жеребец.

Шикарный накачанный торс, весь забитый татухами. Нижний пресс весь на виду, и, судя по бугру в его штанах, переходит в нехилый член.

Рефлекторно сжимаю бедра, вспомнив Кирилла.

Боже, я трахнула друга своего сына… Или он меня трахнул. Вырос мальчик во всех местах.

В себя засунуть не позволила, но все же не устояла.

Парень протягивает мне руку.

Меня бьет горячим ознобом. Какие руки, боже. Красиво проработанные, и венки такие выпуклые. Хочется схватить и прижаться губами к запястью, чтоб почувствовать, как грохочет пульс этого продажного молодняка.

Медлю.

— Ева, иди в приватку, — подруги буквально выталкивают меня из кресла.

Хватаюсь за руку. Мои пальчики оказываются в его большой и горячей ладони. По телу электрический ток.

Парень подхватывает меня на руки так легко, словно я ничего не вешу.

Несет в приватку, сажает на красный кожаный диван и проводит пальцами по моим бедрам.

Подол очень короткий — одно неловкое движение, и покажутся мои трусики.

Это так пикантно, что он в шлеме.

Поворачивается ко мне задом, чтоб я рассмотрела шикарную спину. Его фигура — это идеальная перевернутая трапеция.

Анатомическое совершенство. Каждую мышцы хочется обвести языком.

Мои колени оказываются между его раздвинутых ног. Шлепаю по литому заду.

Разворачивается, оказавшись еще ближе. Двигает своим телом, потираясь об меня промежностью.

Соблазнительно, эротично, грязно.

Хватает меня за руку и прижимает ладошкой к своей груди. Горячий, твердый, кожа вся лоснится от блесток и пота.

Интересно, он симпатичный?

Прогибается так, что его пах маячит еще ближе ко мне.

Тащит мою руку ниже по своему обнаженному телу. Я чувствую каждую твердую, напряженную мышцу.

Он идет до последнего. Накрывает моей ладошкой выпуклость в своих штанах и трет.

Ого, большой мальчик!

Садится на меня, трется промежностью так, что у него встает еще тверже.

Хватает за обе руки и ведет моими пальцами по своему шикарному телу.

Мокро и тяжело сглатываю, рассматривая его соски.

Хочу взять каждый в рот. Хочу, чтоб он снял шлем и приласкал мою грудь.

— Мне только танец. Даже если девочки заплатили за что-то большее, — голос у меня глохнет.

Я тону в этом тягучем разврате.

Он настолько близко, что запах стриптизера проникает в меня. В нем есть нечто очень знакомое. Такое сладковатое и непозволительное.

Ева, у тебя совсем крышу снесло после развода.

Резко, дерзко и развратно он скользящим движением встает на колени и раздвигает жестко мои бедра. Так жестко, что кончики пальцев оставляют на внутренней поверхности синячки.

Трется корпусом о мои бедра.

Заводит. Мои трусики стремительно промокают.

Нагло и без моего на то разрешения стриптизер задирает подол моего платья и сдирает с меня трусики.

Не снимает. Он срывает их, словно собрался насиловать.

Пальцы горячего гада оказываются на моем лобке, и до меня доходит, откуда я знаю этот запах.

— Шлем сними! — почти рычу я.