Друг моего сына. Мой сладкий грех

10

ЕВА

Пытаюсь соскочить с члена и почти одновременно с этим бросаю взгляд через плечо.

Мне казалось, что мы успеем все скрыть. Макс же еще мелкий — он не подумал бы, что мы трахаемся.

Мой сын стоит в дверях и смотрит на то, как его маму пялит лучший друг, на которого он чуть ли не пялится.

— Ма… Кир… — у него такой голос, что у меня все внутри падает. — Вот почему папа от нас ушел. Ненавижу! — бросает с такой злостью.

Убегает. Минуту спустя дверь его комнаты хлопает так, что падает одни из картин, которая висела на стене.

— Черт, — Моя грудная клетка сжимается от боли.

Соскакиваю с него, поспешно надеваю верх от пижамы и швыряю на парня одеяло, чтоб прикрыть его стояк. Так и не кончил.

— Ева… — останавливает меня, когда я уже в коридоре.

Надо пойти и все объяснить сыну. Хотя бы попытаться.

— Одевайся и уходи, — срываюсь на него. — Ты мое проклятье, Кирилл! Явился, чтоб испортить мне жизнь.

— Пять минут назад я твою жизнь улучшал, — мальчик показывает зубки. — Давай я с ним поговорю. Он же тупо себя ведет. Макса не должно волновать, с кем спит его разведенная мать.

— Пошел ты! — Я такая злая. — Ты не слишком ли много о себе возомнил? Что, думаешь, что взрослый, раз трахнул милфу? Знаешь, что мне нужно? Вломился ко мне домой, покрасил мой балкон в идиотский цвет, трахнул и думаешь, что имеешь право диктовать, как мне жить? Просто пошел вон! Кирилл стоит прямо передо мной. У него дергается кадык, когда парень сглатывает. Пальцы сжимаются в кулаки, а на щеках ходят желваки.

Он молчит. Сверлит меня взглядом.

— Ты просто зассала своих желаний и только прикрываешься Максом, — говорит со мной как со своей ровесницей.

Но больно задевает меня именно смысл его слов. Все верно, я хотела. И поплатилась за свои желания.

Не имела права так ранить своего сына. Боже, как же это было тупо просто трахнуться с ним на кухне, когда ранним утром все настолько хорошо слышно.

— Пошел вон, я сказала! — упрямо повторяю свое, хотя внутри меня орет маленькая девочка, которая его полюбила.

Я слишком быстро повзрослела, став мамой, а внутри так и осталась девчонка, которая хочет любви такого вот парнишки.

И тем не менее у меня сын — есть обязательства перед ним. Да и Киру жизнь тоже портить не хочу. Если у нас начнутся отношения, то ему придется стать отчимом Макса. Ничего хорошего не будет. Не нужно ему такого. Пусть лучше уходит.

Одевается рывками, проходит мимо, толкнув меня плечом, и уходит. Мне так хочется побежать за ним. Кир еще и на своем мотоцикле. А если разобьется?

Входная дверь хлопает с апломбом. Такой же, как мой сын характером.

Иду к Максу. Дергаю дверь — заперто.

— Сынок, открой, — стучу. — Нам надо поговорить…

— Отец правильно про тебя сказал, — кричит, но дверь не открывает.

— Что он сказал? — спрашиваю через дверь.

— Он сказал, что ты шлюха, а я еще дал ему по морде. А папа был прав! Ты с моим лучшим другом!

Шлюха. Да я никого, кроме него, не знала. Ни одного мужика.

— Сыночек, я знаю, что ты очень на меня злишься, но я никогда не изменяла твоему папе, — сползаю на пол и прислоняюсь виском к двери. — Кирилл, он… — замолкаю. Не могу сейчас говорить о своих чувствах к его другу. — Это он мне изменил. Потому мы и развелись.

— У него никого нет! — выкрикивает. — Я тебе не верю. Ты мне все врала!

КИРИЛЛ

Выбегаю из подъезда, сажусь на лавку и сжимаю волосы у корней. Тяну их до боли, чтоб не заорать.

Да, блядь! Зачем она так? Все же было охуенно. Ее тянуло ко мне. А мне от Евы вообще крышу сорвало.

Макс… Ну что ему не спалось? Распсиховался как девка. Но я бы с ним договорился. Он бы понял. Но она не дала мне с ним поговорить. Нихера не дала. Выгнала как вшивого пса.

Мне надо скорости и нажраться до синих соплей.

Мне так хреново из-за ее слов. И жить без Евы не могу.

Сажусь на байк, нахлобучив шлем на башку, и просто несусь по дворам, выскакиваю на дорогу и лавирую между тачек.

Сам не понимаю, как добираюсь до бара. Открываю его, хотя он закрыт до глубокого вечера.

Выбираю самое крепкое, что когда-либо пил, — абсент. Делаю выжигающий внутренности глоток прямо из горлышка.

— Блядь! — ебашу кулаком по стойке.

Грудную клетку словно вскрывают наживую. Как без нее? Как?..

Заливаюсь крепким алкоголем с горьким вкусом, но мою собственную горечь ему не перебить.

Первый раз полюбил, и жестко обломался. Да сука!

Дверь хлопает, и я смотрю туда с какой-то дикой надеждой. Пришла. Моя Ева пришла.

Она же знает, где я работаю. Поговорила с Максом и пришла ко мне.

Стуча своими блядскими каблуками, в зал входит одна из моих постоянных клиенток, которая вечно предлагает горы бабла за интим.

— Мы закрыты, — бросаю ей.

Язык хреново вяжется. Абсент накрыл. Зато боль притупилась.

— А мне не нужен бар, — Она садится на высокий барный стул и кладет на стойку пошлое декольте. — Ты нужен, Кирюша.

— Я же уже отказал вам, — ухмыляюсь. — И не раз. Я не проститутка.

— Хочешь, я тебе этот бар куплю? — спрашивает вдруг. — Ну чего ты ломаешься, мальчик? С тебя не убудет, а я не обижу. Будешь только для меня хером трясти. Ведь я вижу, как тебе нужны бабки. Они всем нужны.