Друг моего сына. Мой сладкий грех

13

Макс живет теперь с отцом и общается со мной через губу. Я одна, и без Кирилла готова выть на луну.

Я негордая. Попросила бы прощения, но он просто исчез из моей жизни. На звонки не отвечает, как и на сообщения в мессенджерах, из того бара уволился.

Осталась только одна ниточка.

Набираю Машку, которая вроде как заказывала мне развлечение на день рождения.

— Заюш, привет. Как у тебя дела? — мне невмоготу все эти пустые слова, хочется сразу потребовать его контакты.

Да хоть клуб узнать, где он танцует для других.

Я провела две абсолютно жуткие ночи, представляя, как он сорвался и пошел во все интимные тяжкие.

— Привет, Ев, да нормально все. Ты как себя чувствуешь? Мне сказали, что ты на больничном.

— Ну да… Нормально все. Слушай, помнишь, ты мне снимала мальчишку на день рождения? Можешь сказать, где он работает? Или, может, есть какие контакты.

— Понравился? — усмехается похабно. — Понимаю. Но ты там не влюбляйся, они же за деньги членами трясут.

— Я поняла. Просто нужно расслабиться, — какой же озабоченной идиоткой я себя чувствую.

Кошмар. Но я на все готова, лишь бы у меня был шанс с ним поговорить.

— Ев, ну контактов у меня нет. Он работает в клубе “Гедонистка”, Игнасио, кажется.

— Спасибо, заюш. Ну я пойду, — сбрасываю вызов.

Едва дожидаюсь вечера. Пока жду, курю одну за одной, пытаюсь накраситься и выбираю белье, которое ему понравится.

Смотрю на себя в отражении. Красная помада, распущенные волосы, черные чулки и очень короткое платье, под котором нет белья.

Все про секс. Но я просто не знаю, как еще коснуться его.

Вызываю такси и еду к моему мальчику.

В клубе чувствую себя неуютно. Не самое лучшее место, чтоб признаваться в своих чувствах. Да и… Может, я ему уже и не нужна.

Вхожу в полумрак випки, сажусь на кожаный диван. Меня дергает от отвращения. Вспоминаю, как мой мальчик танцевал для меня, и опять представляю, как он обслуживает других. Например, ту тетку из бара.

Дверь распахивается, и под музыку для интима входит… не Кирилл.

Загорелый жеребец, который оправдывает свое сценическое имя. Наступает на меня, работая мускулами.

— Ну привет, детка! — произносит томно с каким-то рязанским акцентом.

Сразу портит весь образ.

— Молодой человек, мне не нужны ваши услуги! — перекрикиваю музыку. — Я ждала Кирилла. Мне очень нужно с ним поговорить. Он ведь тут работает?

— Кто? — спрашивает парень и выключает музыку парой хлопков в ладоши. — Какой еще Кирилл?

Фамилии я его, конечно же, не знаю.

— Брюнет, татушка на шее, и глаза у него разные. Один голубой, другой — зеленый.

— А этот Кирилл, — вздыхает парень. — Уже не брюнет. А я чем не понравился, бейба?

— Да дело не в тебе, — хватаю парня за руку. — Приведи Кирилла, очень тебя прошу. Деньги за услугу оставь себе, и я еще заплачу.

— Чокнутая фанатка, что ли? — прищуривается парень. — Или та самая Ева?

— Та самая, да, — киваю. — Только не говори, что это я зову, — достаю из сумочки наличку, которую заранее сняла с карточки. — Вот, возьми. Только приведи его.

— Да не надо денег, — морщится брезгливо. — Ты его только не ломай дальше.

— Я не стану, — все еще не отпускаю его руку. — Только приведи.

— Ладно, — бросает на меня недобрый взгляд и выдергивает руку из пальцев. — Сейчас приведу.

Он уходит, а я не знаю, куда деться. Сердце так бьется, что сложно дышать.

Проходит минут десять, наверное, и дверь випки открывается.

Вижу его, и хочется расплакаться.

Другой стал. На Кире обычные джинсы и футболка, а темные волосы коротко подстрижены и обесцвечены до пепельного блонда.

— Ева? — поджимает губы.

Мне становится страшно, что он сейчас развернется и уйдет.

— Не уходи, пожалуйста.

Подходит ко мне, и в груди огоньком загорается надежда. Берет меня за руку, вкладывает в ладонь купюры и зажимает ладонь.

— Уходи, — произносит одно только слово. — Я так больше не могу и не хочу.

— Нет-нет, — шепчу, роняя деньги.

Хватаю его за руку и целую пальцы парня, умирая под его взглядом, в котором столько обиды.

— Ты вытерла об меня ноги, — чеканит слова. — Я тебя полюбил, я хотел серьезных отношений. Я бы поговорил с Максом, и все бы было хорошо, но тебе нужно было просто потрахаться. Прости, Ев, я неправильно понял. Ты реально хотела воспользоваться услугами шлюхи, но я не про это.

— Ты можешь сесть, чтоб мы поговорили? — тяну его за руку.

— Сел, — опускается на диван напротив. — Дальше, что Ев?

Я сползаю с дивана, встаю перед ним на колени и кладу ладони на накачанные бедра парня.

— Я тебя люблю, Кирилл, — признаюсь и тянусь к поясу джинсов. — Прости меня, пожалуйста.

Рывок вперед, и он хватает меня за подбородок. Тянет к себе. Мы глаза в глаза.

Я жить без него не могу. Просто не могу, и так больно видеть этот холод в глазах парня.

— Ты меня “любишь”, когда тебе удобно. В остальных случаях выбираешь других. Что будет после этой ночи, Ев? Максон топнет ножкой, обидится на тебя, и ты опять скажешь, чтоб я шел на хер, да?

— Нет. Никогда такого больше не будет, — клянусь ему, давясь словами.

— Докажи мне, — отпускает меня и откидывается на спинку. — Докажи, что любишь. Что нужен.