Двое папочек для дочки

Глава 106

— … в китайской провинции Шан дунь наступила весна. Знаешь, обычно во всем мире знаменита японская сакура. Ее фотографируют, ею хвастаются, ею пестрит интернет. Японскую сакуру перехвалили так же, как лавандовые поля в Провансе. А вот в Китае растет уникальный цветок — таких деревьев всего два вида во всем мире. Обычная сакура бывает розовая, белая, красная. Иногда встречаются малиновые, сиреневые, желтые цветы сакуры. Вообще известно около трехсот видов сакуры, цветущей на планете. Но та, которую я увидел, зеленая.

— Каждую весну там цветет зелёная сакура? — Мои глаза широко раскрылись от удивления. Лекс тихонько засмеялся.

— Да. Зеленую сакуру я видел один единственный раз в жизни. — Лекс хотел еще что — то добавить, как тренькнул мой мобильный. Не звонок, пришло сообщение.

Мобильный лежал со стороны Лекса, почти вплотную к стене, и я лениво потянулась через него. Но Лекс по — хамски откинул мою руку, чтобы дотянуться первым. Я начала бороться за свой собственный телефон, но он, как обычно, играючи, одной рукой удержал меня на месте. А телефон неожиданно заработал, и я краем глаза ухватила фото. Мелированная челка Дэма, его пронзительные синие глаза, лазерами прожигающие мою душу. И его рука, небрежно лежащая на плечах светловолосой девушки. Притягивающей ее к себе. Его губы, касающиеся ее щеки. Я сглотнула, чувствуя, как оборвалось мое сердце. Это была Вероника. Они сидели вдвоем, на мягком диване в каком-то клубе. И Дэм не выглядел убитым горем… На его красивом лице играла улыбка.

Кажется, с моих губ сорвался вскрик. Но я успела прижать к губам дрожащие пальцы. И медленно подняла голову, увидела испуганные глаза Лекса, уставившиеся на меня. Он по — прежнему держал мобильный в руке, и наверное, был в шоке, потому что даже не попытался удержать, когда я забрала телефон. Непрошенные слезы обожгли глаза, когда я внезапно задрожавшими руками удалила фото. Я увидела достаточно для того, чтобы отступивший океан вновь накрыл предательской волной, от которой не мог бы спасти даже Лекс.

… Каждую весну в Китае распускались цветы сакуры, и в эту прекрасную пору широкие зелёные холмы становились округлыми, таились в логах низкорослые кустарники в цвету, вытягивали трели зарянки и камышовки, вдоль дорог тянулись залитые водой рисовые поля, да грядки — бледно-зелёный салат, кудрявая цветная капуста, серо-зелёные уродцы-артишоки. Коровы и козы лежали сонно в тени деревьев, и только к вечеру брели на пастбища. Налетавший после полудня ветер гнал по долине пыль, и она жёлтым туманом поднималась в небо, высоко-высоко, чуть ли не к вершинам гор, а в предвечернюю пору вода в глубоких заводях рек отливала кармином. В Китае весной было так невероятно красиво, и дурманяще пахло цветами. С тех пор меня тошнило от одной мысли про сакуру. Как жаль, что красивая сказка Лекса оказалась отравлена жестокой реальностью. Я тонула в океане удушающей боли, и даже Лексу было не под силу вытащить меня на землю…