Двое папочек для дочки

Глава 120

Вечер приезда на виллу в Корсике…

Когда мы добрались до виллы Бартоли, уже наступил вечер. Водитель полчаса блуждал между Бонифачо и Сартеном. Поместье де Бартоли, наверное, одно из самых красивых и тайных мест Европы: найти виллы оказалось непросто. Многокилометровый частный пляж был окружен гектарами личных лесов и полей. Архитектор вдохнул новую жизнь в необъятные владения, по которым разбросаны несколько пастушьих хижин прошлых столетий. Конечно, хижины они напоминали только на старых раритетных фото с вебсайта, которые восхищенно рассматривали мои родители. Мое измученное сознание отметило лишь шум моря и чистые, пахнущие лавандой простыни. Я отметила только одно — сегодня Лекс снова не вернулся ко мне. И очень быстро уснула.

Когда я проснулась на следующее утро, солнечные лучи уже пробивались через закрытые ставни, разбрасывая узкие полоски света на белой штукатурке стен виллы. Направляясь в ванную, я почувствовала себя усталой и разбитой, будто и не спала вовсе. Поэтому выбор легкого цветастого сарафана на завязках стал для меня невыносимо сложным делом. И я едва не опоздала на завтрак — родители уже давно ждали меня в гостиной. Войдя в необыкновенно просто обставленную комнату, я вздрогнула от ударившего в лицо яркого солнечного света. Острая боль пронзила висок. Даже не поздоровавшись с родителями, первым делом я подошла к открытому окну и увидела бесконечные луга, а в отдалении — лес.

— Из нашего окна видно море. — Сообщил отец. — Хочешь взглянуть?

Я хотела. Хотя я много раз отдыхала на различных курортах, но уже успела позабыть глубокую голубизну воды. Пространство перед глазами было заполнено чистой как слеза лазурью.

— Скоро мы уедем в другую страну. — Вдруг за спиной оказалась мама. Я вздрогнула от ее голоса, от ее слов.

— Почему? — Почему мой голос звучит так сухо и безжизненно? Почему я не чувствую потребности удержать родителей? — Очередная безумная идея Лекса? Или его начальства, папа? Им недостаточно, что мы забрались на край света?

— Отцу предложили работу. Вернее, он возвращается на нее. — Мама помедлила, прежде чем проговорить это вслух.

— Здорово. Мало мне жениха тайного агента, теперь и папа туда же. — С горечью бросила я, стискивая кулаки под подоконником, чтобы этого никто не заметил. Мама подошла ближе, осторожно приобняв за плечи.

— Милая, пойми нас. Мы больше двадцати лет жили на пороховой бочке… И тут появился Лекс и то старое задание. Бандиты. Оно почти раскрыто. Но Лекс не вернулся. Значит, его дело должен закончить твой отец.

— Что за бред?! Лекс просто задерживается! Это же задание! Это работа! Он обязательно вернется! — Кажется, я не сдержала истеричные нотки. И в комнату так неудачно вошел папа. Он нахмурился, и атмосфера сгустилась, словно небольшую комнату затянуло грозовыми тучами.

— Ты страдаешь, это понятно. Мы разделяем и понимаем твои чувства. Но пойми и мои. Отец Лекса был моим лучшим другом. Мать Лекса… — Голос отца сорвался. — Теперь бандиты забрали еще и Лекса. И ты в опасности. Я должен защитить тебя. Я не собираюсь лезть в пекло. Операция практически завершена, но на этом этапе я нужен руководству. А взамен…

— А взамен они оплатят золотую клетку для меня. Вилла Пьера де Бартоли… Чья она собственность? Ваши люди повсюду. — Ядовито прошипела я. Эта невидимая война забрала моего жениха и будущего тестя, отнимала и отца… я оказалась не готова к потерям.

На следующий день, на вилле…

Родители уехали на следующий день на рассвете. Прощание вышло коротким, но от этого не менее эмоциональным. Мама расплакалась, обнимая меня, и пообещала скоро приехать навестить. «Взрослая жизнь» наступила неожиданно и ударила по голове, как обухом. Но, возможно, одиночество призвано вылечить меня?..

Я снова пришла, в теперь уже бывшую, родительскую комнату и заглянула в окно. Пейзаж не изменился, но я отвернулась от ярких красок моря и попыталась отыскать умиротворение в простоте окружавшей меня обстановки. На выскобленном деревянном столе стояла глиняная миска с персиками, на одном из окон в солнечных лучах купался горшок с геранью. Оконные рамы, ставни и двери были выкрашены лазурным цветом в тон морю, а белая штукатурка толстых стен была такой свежей и чистой, словно ее только что обновили. У меня возникло чувство, что я неожиданно оказалась в мире, где существуют всего три цвета — тусклые серо-коричневые тона холмов, ослепительная белизна стен и неба и насыщенный голубой цвет моря, ставней и дверей. И в этот момент завтрак попросился обратно. Не первый день я замечала за собой эту странность, но списывала на стресс, на перемену воды, на обилием фруктов… а сейчас, в эту минуту меня прошила непрошенная догадка. Я не могла оставаться в доме, я распахнула окно шире и села на подоконник, свесив ноги. До земли было так близко, что я не задумываясь, прыгнула. Мои подошвы обожгла боль, но я, не обращая на нее внимания, бросилась бежать, словно перепуганный заяц. Вперёд, только вперёд, к морю, на пустынный пляж…

Добежав, я огляделась. Все, как я хотела — только золотистый песок, всезнающее море, вспенившееся у моих ног, и я, наедине со своими мыслями. Вернее, я — не одна, а нас теперь двое. Здесь оказалось так необыкновенно тихо, что мне показалось, будто я попала на край света. Если пойти в нужном направлении, можно, наверное, упасть с этого края. И тут меня затошнило и голова закружилась. Так продолжалось уже довольно долгое время, и до меня наконец дошло.

— О, небо! — Прошептала я. — У меня будет ребенок. От Дэма…