Двое папочек для дочки

Глава 39

— О чем ты хотела мне рассказать? — Мягко проговорил Дэм, беря мои руки в свои. И я вдруг поняла, что не смогу его оставить. Отдать той, другой, сопернице из моего сна. Той, от которой у него будет дочка, если я не скажу сейчас правду. Ведь я так сильно нуждаюсь в нем. В его любви и нежности. В его сильных руках, что заключают меня в привычные, такие теплые объятия. В его синих, словно море перед грозой, глазах, что сейчас так внимательно смотрят на меня, словно читая мысли, заглядывая в саму душу.

— Это ты должен выбирать. — Шепнула я. — Ты, а не я.

— О каком выборе ты говоришь? — Нахмурился Дэм. И я начала говорить. Сначала сбивчиво, взахлеб. О том, как впервые встретила Веронику в парке после дня рождения Дэма. О Алексе, о фото… О шантаже. Дэм слушал, не перебивая, но я заметила, как его чудесные глаза расширяются, сначала от шока, потом недоверия, а потом и вовсе ужаса.

— Это не мог быть Алекс. — Хрипло прошептал Дэм. — Это… Какая-то ошибка!

— Нет, Дэм. Просто поверь мне на слово. Алекс украл у тебя ключи от офиса, сделал дубликат и все это время сливал твои разработки конкурирующей фирме, получая за это баснословные деньги. — Устало проговорила я, прислоняясь к его широкой груди. Дэм покачал головой.

— Он не мог так поступить со мной… Мы же… Мы же семья! — Я промолчала. Не хотелось разрушать иллюзии моего парня. Дэм всегда обожествлял свою семью, и вот только сейчас у него начали открываться глаза на истинное положение вещей.

— Я была у юриста. — Мой голос звучал сухо. — Очень хорошего юриста, друга моего… отца. Он сказал, что дело дрянь. Если Алекс не признается, то инвесторам «Технотек» потребуется козел отпущения. Угадай, кого прочат на эту роль?

— Дьявол! — Дэм не выдержал и двинул кулаком по стволу дерева, рядом с которым стоял. Я моргнула от неожиданности. Его неконтролируемые приступы ярости всегда повергали меня в ужас. — Откуда у Вероники все эти фото? Компромат на Алекса?

— Ее отец — юрист. И лично занят в этом деле. Но Вероника добралась до документов раньше отца и предложила мне сделку. — На этих словах мои губы изогнулись в горькой улыбке.

— О чем ты? — До Дэма так и не дошло. Дурак. Он и представить себе не мог, на что готовы униженные и влюбленные девушки. Мне даже было немного жаль Веронику.

— Она любит тебя, глупый. И предлагает сделку. Я должна уйти от тебя. Оставить тебя. И тогда вы с братом останетесь чистыми. А обвинения сфальсифицируют против твоего коллеги Макса. И повесят все, что сделал твой брат на невинного человека. Знаешь Дэм… решать конечно тебе, но подумай, сможешь ли ты с этим жить потом?

… сможешь ли ты жить без меня, милый? Жить — с Вероникой. Слезы внезапно кончились. Я не договорила эту фразу, но все было и так понятно.

— Господи. Нет. Умоляю, умолкни, Элли. — Я не узнавала Дэма в этих резких и отрывистых фразах. Он выглядел так, словно стоял перед эшафотом. Но держался, выпрямив спину, стиснув зубы. Лишь судорожно сжатые руки в кулаки выдавали на какой тонкой нити висит его самообладание. Я уже теряла его, но не могла не договорить, как бы сильно не болело мое сердце сейчас.

— Есть еще вариант. Ты можешь взять вину на себя, вместо брата. — Я почти выталкивала колкие слова, которые резали мне губы в кровь. — Тогда ты снова потеряешь меня… на долгие годы. Потому что, сядешь в тюрьму, Дэм. А брат… твой брат, как и в детстве выйдет сухим из воды. Как в той истории с Ксаной. Но ты же так не поступишь, верно? Ты же не поступишь так с нами? — Я не выдержала его долгого молчания и бросилась на него. Схватила руками за плечи, встряхивая, ударяя кулаками. Тщетно. Дэм, по-прежнему, молчал. По его лицу было заметно, что он в отчаянии. Сомнения разрывали его изнутри. Убивая меня вместе с ним…

— Что ты выберешь, Дэм? — Я отступила на шаг и потерла мокрое от дождя лицо ладонями. Волосы прилипли к шее. Пронзительно-желтый свет фонаря заливал бледное лицо Дэма. — Меня, или ее?